«Я про­тив смерт­ной каз­ни. На­до быть со­стра­да­тель­нее»

Кор­ре­спон­ден­ты «БГ» спра­ши­ва­ли бре­ст­чан, что они ду­ма­ют о смерт­ной каз­ни и о том, что Бе­ла­русь оста­лась един­ствен­ной стра­ной в Ев­ро­пе, где до сих пор при­ме­ня­ет­ся ис­клю­чи­тель­ная ме­ра на­ка­за­ния.

Brestskaya Gazeta - - ПОВОД ЗАДУМАТЬСЯ - Спра­ши­ва­ли Але­ся СИМАНОВСКАЯ и Кри­сти­на ГАВРИЛЮК

Игорь, про­грам­мист:

– Ду­маю, что смерт­ная казнь не вли­я­ет на пре­ступ­ность в стране. Пре­ступ­ле­ния со­вер­ша­ют­ся в со­сто­я­нии аф­фек­та, че­ло­век не ду­ма­ет, ко­гда уби­ва­ет ко­го-то. Ес­ли бы вве­ли мо­ра­то­рий на смерт­ную казнь, это бы на ме­ня не по­вли­я­ло. Я же не пре­ступ­ник. Не знаю, по­че­му бе­ло­рус­ское пра­ви­тель­ство не вво­дит мо­ра­то­рий. Мо­жет, для то­го что­бы ти­па с тер­ро­ри­ста­ми раз­би­рать­ся. Та­ма­ра Ива­нов­на, пен­си­о­нер­ка:

– Счи­таю, что смерт­ная казнь не вли­я­ет на пре­ступ­ность в стране. Я ду­маю, что не нуж­на смерт­ная казнь, по­то­му что это ни­че­го не ме­ня­ет. Смерт­ная казнь мо­жет быть на­ка­за­ни­ем ме­нее жест­ким, чем по­жиз­нен­ное за­клю­че­ние. Есть же та­кая по­го­вор­ка: «Луч­ше ужас­ный ко­нец, чем ужас без кон­ца». По­че­му не вво­дят мо­ра­то­рий – это во­прос не ко мне, а к пра­ви­тель­ству. А ес­ли бы его вве­ли, то, на­вер­ное, у ме­ня бы­ло бы ощу­ще­ние, что го­су­дар­ство немно­го впе­ред дви­га­ет­ся, стре­мит­ся к про­грес­су. Вя­че­слав, пен­си­о­нер:

– Ду­маю, что смерт­ная казнь вли­я­ет на пре­ступ­ность в стране. Бо­ят­ся лю­ди и по­это­му не со­вер­ша­ют пре­ступ­ле­ний, за­ду­мы­ва­ют­ся. Ес­ли бы в стране вве­ли мо­ра­то­рий на смерт­ную казнь, на ме­ня это ни­как не по­вли­я­ло бы. У ру­ко­вод­ства на­до спра­ши­вать, по­че­му они не вво­дят. Счи­таю, что пра­во­су­дие не за­стра­хо­ва­но от оши­бок. Я не про­тив смерт­ной каз­ни, ес­ли че­ло­век за­слу­жи­ва­ет это­го. Ес­ли нет дру­го­го на­ка­за­ния, он уже не ис­пра­вит­ся. Ес­ли по­жиз­нен­ное, то за­чем его кор­мить? Смысл? На­та­лья, тор­го­вый пред­ста­ви­тель:

– Мне ка­жет­ся, что смерт­ная казнь не вли­я­ет на уро­вень пре­ступ­но­сти в стране. Я про­тив смерт­ной каз­ни. На­до быть со­стра­да­тель­нее. Же­сто­кие пре­ступ­ни­ки и се­рий­ные убий­цы долж­ны по­не­сти на­ка­за­ние в тюрь­ме. Неко­то­рые из них оду­мы­ва­ют­ся, пе­ре­смат­ри­ва­ют свою жизнь. На­до им дать шанс. По­че­му пра­ви­тель­ство не от­ме­ня­ет смерт­ную казнь – это за­гад­ка. Ири­на, пен­си­о­нер­ка:

– Су­деб­ная ошиб­ка не ис­клю­че­на. Ни­ко­гда в ис­то­рии на про­тя­же­нии ве­ков не бы­ло та­ко­го, что выс­шая ме­ра на­ка­за­ния при­во­ди­ла к умень­ше­нию пре­ступ­но­сти. Каж­дый на­род име­ет то, что он за­слу­жи­ва­ет. Нас­коль­ко я знаю, боль­шин­ство бе­ло­ру­сов го­ло­су­ют за смерт­ную казнь. Я ра­бо­та­ла со сту­ден­та­ми и каж­дый год про­во­ди­ла опрос, как они к это­му от­но­сят­ся. Зна­е­те, не бы­ло ни од­ной груп­пы, в ко­то­рой боль­шин­ство бы­ло бы про­тив смерт­ной каз­ни. Алек­сандр, ра­бо­чий на «Сан­та Бре­мор»:

– В бли­жай­шие лет де­сять у нас точ­но не вве­дут мо­ра­то­рий. В этом во­про­се тя­же­ло разо­брать­ся на уровне про­сто­го че­ло­ве­ка. У нас от­но­ше­ния вы­стра­и­ва­ют­ся в сто­ро­ну Рос­сии, а не Ев­ро­пы. Хо­тя я был бы не про­тив, ес­ли б от­ме­ни­ли смерт­ную казнь. А то мы опаз­ды­ва­ем за всем ми­ром.

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.