Ве­сен­ний бал — чу­дес­ный миг!

Gomelskaya Pravda - - НОЧЬ МУЗЕЕВ - Ро­ман СТА­РО­ВОЙ­ТОВ

Гос­по­да, мы едем на бал! Ко­гда-то та­кое пред­ло­же­ние по­вер­га­ло людей в ра­дост­ное пред­вку­ше­ние. Не празд­ни­ка да­же — на­сто­я­щей сказ­ки. Непре­мен­ным усло­ви­ем лю­бо­го ба­ла, будь то им­пе­ра­тор­ский, ко­ро­лев­ский или по слу­чаю чьих-то име­нин, все­гда бы­ли все­об­щая вос­тор­жен­ность и за­пре­дель­ный по­зи­тив.

Что есть бал? Ве­се­лая ку­терь­ма — тан­цы, смех, улыб­ки, взгля­ды. Ох уж эти взгля­ды… Од­но­го та­ко­го слу­чай­но­го “вы­стре­ла” гла­за­ми хва­та­ло, что­бы жизнь че­ло­ве­ка ме­ня­лась раз и на­все­гда. Ба­лы ни­ко­гда не бы­ли про­сто тан­цуль­ка­ми — на них вер­ши­лись че­ло­ве­че­ские судь­бы. Да что там че­ло­ве­че­ские — судь­бы це­лых го­су­дарств.

А что сей­час? На­ше ком­пью­те­ри­зи­ро­ван­ное вре­мя пред­ла­га­ет ши­ро­чай­ший спектр раз­вле­че­ний и форм до­су­га.

Утра­ти­ли ли ак­ту­аль­ность ба­лы — “раз­вле­че­ние № 1”с XV по XIX век? От­нюдь. Лиш­ний раз это под­твер­ди­лось на им­пе­ра­тор­ском ба­лу во Двор­це Ру­мян­це­вых и Пас­ке­ви­чей, про­шед­шем в рам­ках меж­ду­на­род­ной ак­ции “Ночь му­зеев — 2013”. По­че­му им­пе­ра­тор­ский? Де­ло в том, что от­кры­тие ба­ла пред­ва­ря­ла исто­ри­че­ская ре­кон­струк­ция ви­зи­та в го­мель­ский дво­рец по­след­не­го пра­вя­ще­го мо­нар­ха ди­на­стии Ро­ма­но­вых, им­пе­ра­то­ра Ни­ко­лая II в на­ча­ле про­шло­го ве­ка. По­смот­реть на им­пе­ра­то­ра с кня­ги­ней Пас­ке­вич в окру­же­нии сви­ты — гар­цу­ю­щих на ко­нях гу­сар и ка­за­ков — со­бра­лись сот­ни го­мель­чан. Заслу­шав при­вет­ствен­ную речь кня­ги­ни и бес­смерт­ное “Бо­же, ца­ря хра­ни”, тол­па со­брав­ших­ся хлы­ну­ла во дво­рец. Все на бал!

По­доб­ные ме­ро­при­я­тия под­ра­зу­ме­ва­ют опре­де­лен­ный дресс-код, что за­ста­ви­ло мно­гих модниц и мод­ни­ков за­лезть в са­мые глу­бо­кие сун­ду­ки и до­стать ажур­ные жа­бо, при­чуд­ли­вые шляп­ки, пер­чат­ки, ве­е­ра. Та­кие лю­ди от­кро­вен­но ра­до­ва­ли глаз, но хва­та­ло, к со­жа­ле­нию, и при­вер­жен­цев пляж­но­го сти­ля, при­шед­ших на бал в май­ках и шор­тах. Пус­ка­ли всех без огра­ни­че­ний — де­мо­кра­тия. А вот тан­це­ва­ли толь­ко те, кто со­от­вет­ство­вал за­яв­лен­ной в ре­кон­струк­ции эпо­хе ( на сним­ке).

Дабы от­влечь го­стей от глав­ной изю­мин­ки ве­че­ра, им пред­ста­ви­ли вы­став­ку, раз­вер­нув- шу­ю­ся в за­лах верх­не­го эта­жа. Экс­по­на­ты бы­ли са­мые раз­ные, в том чис­ле пред­ме­ты, ис­поль­зу­е­мые на ба­лах в XVIII — XIX ве­ках: одеж­да, ак­сес­су­а­ры, туа­лет­ные при­над­леж­но­сти.

Вот, на­ко­нец, ор­кестр за­кон­чил все при­го­тов­ле­ния, и в боль­шом ко­лон­ном за­ле двор­ца на­ча­ли со­би­рать­ся па­ры.

Ка­кой же бал без по­ру­чи­ка Ржев­ско­го — луч­ше­го тан­цо­ра, ост­ря­ка и неот­ра­зи­мо­го кра­сав­ца? На­вер­ное, долж­на быть и На­та­ша Ро­сто­ва. К сло­ву, ко­гда на­чал счи­тать пре­лест­ниц это­го ве­че­ра, пре­тен­ду­ю­щих на дан­ный об­раз, ско­ро сбил­ся со сче­та. За­тем по­че­му-то вспом­ни­лась Золушка, а точ­нее — то об­сто­я­тель­ство, что каж­дый гость на ба­лу имеет пра­во на

вол­шеб­ство. Пусть са­мое ма­лень­кое.

По­ло­нез, вен­ский вальс, ме­ну­эт, ма­зур­ка, ко­ти­льон. Толь­ко вслу­шай­тесь в му­зы­ку слов. Ко­гда же это зву­чит вжи­вую, воз­дей­ствие еще бо­лее силь­ное. До­бавь­те ви­зу­аль­ное вос­при­я­тие пар­но­го тан­ца — стре­ми­тель­но­го, раз­ма­ши­сто­го. Ка­ва­ле­ры без уста­ли кру­жи­ли дам в пыш­ных пла­тьях, вы­зы­вая у со­зер­ца­те­лей се­го дей­ства сме­шан­ные чув­ства — от бла­го­го­ве­ния до за­ви­сти. Да, не все так мо­гут… Од­но­об­раз­ный и бе­зум­ный, Как вихрь жиз­ни мо­ло­дой, Кру­жит­ся валь­са

вихрь шум­ный, Че­та мель­ка­ет за че­той…

Нет, по­жа­луй, не со­гла­шусь с Алек­сан­дром Сер­ге­е­ви­чем — бал по­лу­чил­ся ка­кой угод­но, толь­ко не од­но­об­раз­ный. Тан­цы пе­ре­ме­жа­лись тра­ди­ци­он­ны­ми баль­ны­ми иг­ра­ми и за­ба­ва­ми, раз­вле­кав­ши­ми как тан­цу­ю­щих, так и пуб­ли­ку. Апо­ге­ем же ве­че­ра стал фей­ер­верк в сти­ле ре­тро на от­кры­той тер­ра­се двор­ца.

Так или ина­че, бал удал­ся. Спа­си­бо ор­га­ни­за­то­рам, ра­бот­ни­кам Го­мель­ско­го двор­цо­во-пар­ко­во­го ан­сам­бля — им удалось со­здать нуж­ную ат­мо­сфе­ру — то са­мое ощу­ще­ние про­ис­хо­дя­ще­го во­круг, ко­то­рое нет-нет, да и пе­ре­но­си­ло го­стей с во­об­ра­же­ни­ем вы­ше сред­не­го на век с лиш­ком на­зад. От­да­дим долж­ное глав­ным дей­ству­ю­щим ли­цам — Ни­ко­лай II был как на­сто­я­щий, ка­за­ки — то­же. И ко­ти­льон тан­це­ва­ли по всем пра­ви­лам. До­сто­вер­но. Несмот­ря на да­вя­щий оре­ол со­вре­мен­но­сти, на все эти смарт­фо­ны, ви­део­ка­ме­ры и рас­став­лен­ные по уг­лам ко­лон­ки, ил­лю­зия ви­зи­та на ста­рин­ный бал по­лу­чи­лась.

Ед­ва до­ждав­шись кон­ца фей­ер­вер­ка, стал про­би­рать­ся к вы­хо­ду. Чув­ство­вал, что бал был хо­рош, что обя­за­тель­но за­пом­нит­ся. Но мне, как ро­ман­ти­ку, все же чуть-чуть че­го-то не хва­ти­ло. Че­го же? Ско­рее все­го, то­го са­мо­го вол­шеб­ства. Да, в XXI ве­ке с этим со­всем ту­го…

Пе­ред са­мым вы­хо­дом на­встре­чу мне шаг­ну­ла ми­ло­вид­ная де­вуш­ка с кор­зин­кой. Она раз­да­ва­ла го­стям кар­точ­ки с на­зва­ни­я­ми цве­тов: “По­жа­луй­ста, возь­ми­те. По­след­няя оста­лась”… Взял, чи­таю: “Ро­маш­ка — сим­вол доб­ро­ты, ис­крен­но­сти, ро­ман­тич­но­сти”. Стран­но. А ме­ня ведь Ро­ман зо­вут.

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.