Мой Ма­ка­е­нок.

Ис­по­ведь же­ны дра­ма­тур­га

Gomelskaya Pravda - - ЛЕНТА ВРЕМЕНИ - Под­го­то­ви­ла Та­ма­ра КРЮЧЕНКО

Мы при­е­ха­ли к Лю­бо­ви Ива­новне, пред­ва­ри­тель­но до­го­во­рив­шись за­брать экс­по­на­ты для ли­те­ра­тур­ной экс­по­зи­ции Ма­ка­ен­ка в Го­мель­скую об­ласт­ную уни­вер­саль­ную биб­лио­те­ку. В квар­ти­ре по ули­це За­ха­ро­ва в Мин­ске рас­смат­ри­ва­ли мно­го­чис­лен­ные фо­то­гра­фии и до­ку­мен­ты, об­ща­лись.

— Ро­дом я из Грод­но. По про­фес­сии врач, окон­чи­ла мед­ин­сти­тут, из пер­во­го вы­пус­ка ву­за. Пять лет от­ра­бо­та­ла в пер­вой кли­ни­че­ской боль­ни­це в Мин­ске, по­том ме­ня пе­ре­ве­ли в леч­ко­мис­сию. Пер­вый мой муж — фи­зик-ядер­щик, умер от лу­че­вой бо­лез­ни. Сы­ну Юре то­гда бы­ло де­сять лет…

Ан­дрей Его­ро­вич Ма­ка­е­нок 12 лет жил один на да­че в Жда­но­ви­чах. У него квар­ти­ры в го­ро­де не бы­ло, все оста­вил пер­вой се­мье. Позна­ко­ми­лись мы с ним очень про­сто. Ан­дрей за­бо­лел, тем­пе­ра­ту­ра бо­лее 40 гра­ду­сов. При­шел к нему Иван Пет­ро­вич Ша­мя­кин и вы­звал неот­лож­ную по­мощь из леч­ко­мис­сии. У Ан­дрея Его­ро­ви­ча бы­ло двух­сто­рон­нее вос­па­ле­ние легких, его от­пра­ви­ли в леч­ко­мис­сию. Я да­же не хо­ди­ла на­ве­щать его: он боль­ной не мо­е­го участ­ка.

И вот он по­пра­вил­ся, при­шел ко мне на при­ем.

— Что вас бес­по­ко­ит? — ин­те­ре­су­юсь у Ан­дрея Его­ро­ви­ча.

— А ни­че­го! Я при­е­хал, что­бы вме­сте по­обе­дать в За­слав­ле в ре­сто­ране, — услы­ша­ла в от­вет.

Вме­сте с мед­сест­рой Шу­рой мы ез­ди­ли с ним обе­дать в те­че­ние че­ты­рех ме­ся­цев.

По­том мои па­ци­ен­ты Кор­му­ни­ны вы­да­ва­ли дочь за­муж. При­гла­си­ли на сва­дьбу. Ма­ка­е­нок уже был за сто­лом. Уви­дев ме­ня, че­рез весь зал на­пра­вил­ся ко мне, сел ря­дом.

По­сле той сва­дьбы про­во­дил до­мой. Шли от До­ма офи­це­ров до ули­цы Горького. Да­ле­ко­ва­то, а у него но­ги боль­ные. Но вызвать так­си на обрат­ный путь не за­хо­тел.

По­том по­сто­ян­но зво­нил мне на ра­бо­ту. Од­на­жды ска­зал по те­ле­фо­ну, что ему пло­хо­ва­то. По­про­сил прий­ти к нему до­мой: “У ме­ня для вас сюр­приз”.

При­хо­дим мы с Шу­рой. Стол, све­чи за­жже­ны, и мой Юр­ка си­дит. По­си­де­ли, по­го­во­ри­ли, пе­ре­шли на ты и Ан­дрей Его­ро­вич ска­зал: “До­мой боль­ше не пой­дешь. Юра ска­зал, что до­мой не хо­чет”.

Так мы и жи­ли пол­то­ра го­да без ре­ги­стра­ции бра­ка. Ан­дрей стар­ше ме­ня на 16 лет. Я бы­ла обес­пе­чен­ным че­ло­ве­ком, по­лу­ча­ла в леч­ко­мис­сии оклад в 450 руб­лей, на уровне ми­ни­стра.

По­еха­ли как-то в Ки­ши­нев, где Ма­ка­е­нок дол­жен был про­во­дить ли­те­ра­тур­ный се­ми­нар. Се­лят нас в го­сти­ни­це в раз­ные но­ме­ра. То­гда с этим бы­ло стро­го. Ан­дрей Его­ро­вич взо­рвал­ся: “По­еха­ли до­мой!” Я его уго­ва­ри­ва­ла хо­тя бы от­крыть тот се­ми­нар. Нет, и все.

Воз­вра­ща­ем­ся до­мой. Я на кухне. Ан­дрей го­во­рит: “Сни­май пе­ред­ник, со­би­рай­ся, по­шли!” Вни­зу в ма­шине си­де­ли Ша­мя­кин с же­ной Ма­ри­ей Фи­ла­тов­ной. Она по­хло­па­ла ме­ня по пле­чу, а на во­прос, ку­да едем, ска­за­ла: “Уви­ди­те”.

При­е­ха­ли в загс на ули­це Ком­му­ни­сти­че­ской, где нас сра­зу за­ре­ги­стри­ро­ва­ли. Ша­мя­кин раз­лил на тор­же­стве две бу­тыл­ки шам­пан­ско­го. Так спу­стя пол­то­ра го­да я сме­ни­ла фа­ми­лию на Ма­ка­е­нок.

Ан­дрей Его­ро­вич ме­ня очень лю­бил. Жить с ним бы­ло хо­ро­шо, но ес­ли ему что-ни­будь нуж­но бы­ло, тре­бо­ва­лось все бро­сить и ид­ти, несмот­ря что до­ма мас­са дел, что не очень хо­ро­шо чув­ству­ешь се­бя.

Он на­ста­и­вал, что­бы я бро­си­ла ра­бо­ту, я не хо­те­ла. При­шлось пе­рей­ти на неот­лож­ную по­мощь. Ко­гда Ан­дрей Его­ро­вич уез­жал в ко­ман­ди­ров­ку, я де­жу­ри­ла. Он был до­ма — на­хо­ди­лась вме­сте с ним. Так ра­бо­та­ла в те­че­ние пя­ти лет.

По ха­рак­те­ру я мяг­кий че­ло­век, ни­ко­гда не всту­па­ла с ним в пре­ре­ка­ния. Это же твор­че­ская лич­ность, для него глав­ное — ра­бо­та. Ан­дрей Его­ро­вич что-то го­во­рит во сне, а я долж­на за­пи­сать все в блок­нот. Утром ин­те­ре­су­ет­ся: “Что я там на­го­во­рил?” Чи­та­ет сде­лан­ные мной за­пи­си, ука­зы­ва­ет, что пло­хо. “Осталь­ное иди, пе­ча­тай”. Са­ди­лась за ма­шин­ку и сту­ча­ла.

Из Моск­вы неод­но­крат­но при­ез­жа­ли кор­ре­спон­ден­ты, мо­ло­дые дев­ча­та. Они бра­ли у него ин­тер­вью, жи­ли у нас по неде­ле-две. Ни­ка­кой рев­но­сти у ме­ня не бы­ло, по­то­му что зна­ла: ни­ко­гда ни с кем он не пой­дет на близ­кие от­но­ше­ния. Для него та­кое об­ще­ние бы­ло под­за­ряд­кой, он по­том мог в те­че­ние су­ток не встать из-за ра­бо­че­го сто­ла. Ти­хо­неч­ко по­дой­ду, по­став­лю та­рел­ку с бу­тер­бро­да­ми, мо­ло­ко или ко­фе. Он ма­ши­наль­но это съест.

В этой квар­ти­ре Ма­ка­е­нок про­жил все­го пять дней. Он лю­бил хо­дить бо­си­ком.

Вы­шел на бал­кон и уда­рил­ся силь­но о штырь. А в но­гах-то бы­ли оскол­ки с вой­ны, он их по­тре­во­жил. Уло­жи­ла его, ста­ло луч­ше. А в вос­кре­се­нье мне на­до бы­ло уехать на по­хо­ро­ны род­ствен­ни­ка. К Ан­дрею при­шли дру­зья, вы­пи­ва­ли. По­том се­ли в ма­ши­ну и по­еха­ли в Жда­но­ви­чи. Он там еще по ле­су по­хо­дил. Ко­гда воз­вра­тил­ся до­мой, за­ме­ти­ла: что-то не то со здо­ро­вьем. Вы­зва­ла неот­лож­ку. Ан­дрею ска­за­ли, что на­до ехать в боль­ни­цу.

— Ни­ка­ких боль­ниц! — за­явил он. И остал­ся до­ма. Сде­ла­ли при­мер­но в 23.00 обез­бо­ли­ва­ю­щий укол. А в 7 утра его ли­цо по­си­не­ло: оскол­ки по­шли по ве­нам. Вы­зва­ла я ско­рую. По­вез­ли Ан­дрея Его­ро­ви­ча в ре­ани­ма­цию. Знаменитый кар­дио­лог Си­до­рен­ко ска­зал, что уже ни­чем нель­зя по­мочь. У нас по­доб­ных опе­ра­ций не де­ла­ли, а за ру­беж его уже не до­вез­ти.

Се­ла ря­дом. Ска­зал мне: “А те­перь я бу­ду уми­рать”. Об­нял ме­ня, так ми­нут пять бы­ла в его объ­я­ти­ях. По­том с тру­дом ме­ня из рук его вы­тас­ки­ва­ли. Еще ча­са три ре­ани­ма­ция пы­та­лась бо­роть­ся за его жизнь. Но тщет­но. На вскры­тии об­на­ру­жи­лось, что тромб за­ку­по­рил все серд­це…

Это хо­ро­шо, что го­мель­ские зем­ля­ки по­бес­по­ко­и­лись о твор­че­ском на­сле­дии. Я все от­дам, что у нас есть. Пусть зна­ко­мят­ся с эти­ми ма­те­ри­а­ла­ми фи­ло­ло­ги, сту­ден­ты, школь­ни­ки, зем­ля­ки, ко­му до­ро­га па­мять об Ан­дрее Его­ро­ви­че.

Ан­дрей Ма­ка­е­нок со вто­рой же­ной Лю­бо­вью

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.