Па­мять серд­ца Ана­то­лия Ана­нье­ва

Из­вест­но­го пи­са­те­ля свя­зы­ва­ла дол­гая друж­ба с ка­лин­ко­ви­ча­на­ми

Gomelskaya Pravda - - НЕЗАБЫВАЕМОЕ - Лю­бовь ЛОБАН Фо­то из ар­хи­ва Ра­и­сы АТАМАНОВОЙ

Мос­ков­ские встре­чи

Этой чер­но-бе­лой фо­то­гра­фии бо­лее трех де­ся­ти­ле­тий. На сним­ке ре­бя­та в пи­о­нер­ских гал­сту­ках с учи­тель­ни­цей и се­до­вла­сый муж­чи­на — то­же в пи­о­нер­ском гал­сту­ке, по­вя­зан­ном по­верх обыч­но­го. У школь­ни­ков на­пря­жен­ные ли­ца, они осо­зна­ют всю важ­ность мо­мен­та.

Учи­тель­ни­ца — в то вре­мя пре­по­да­ва­тель ис­то­рии ка­лин­ко­вич­ской шко­лы № 6 Ра­и­са Сте­па­нов­на Ата­ма­но­ва. Она вспо­ми­на­ет: “Это мы со школь­ни­ка­ми в Москве, в ре­дак­ции жур­на­ла “Ок­тябрь”, при­ни­ма­ем в по­чет­ные пи­о­не­ры на­шей шко­лы глав­но­го ре­дак­то­ра жур­на­ла Ана­то­лия Ана­нье­ва. В то вре­мя мы ве­ли боль­шую ра­бо­ту по ро­зыс­ку осво­бо­ди­те­лей Ка­лин­ко­вич­ско­го рай­о­на от фа­ши­стов. Я по­зна­ко­ми­лась с Ана­то­ли­ем Ан­дре­еви­чем где-то в кон­це 70-х — на­ча­ле 80-х. Точ­нее, вна­ча­ле ко­ман­ду­ю­щий 65-й ар­ми­ей ге­не­рал Па­вел Ива­но­вич Ба­тов по­зна­ко­мил ме­ня с Ива­ном Алек­сан­дро­ви­чем Ку­зов­ко­вым, воз­глав­ляв­шим то­гда мос­ков­скую сек­цию со­ве­та ве­те­ра­нов вой­ны. Он вы­де­лил мне ка­би­нет с те­ле­фо­ном в со­ве­те ве­те­ра­нов на Ста­ром Ар­ба­те и под­го­то­вил спи­сок бой­цов и ко­ман­ди­ров, от­ли­чив­ших­ся в Ка­лин­ко­вич­ско-Мо­зыр­ской на­сту­па­тель­ной опе­ра­ции. В этом спис­ке зна­чил­ся и Ана­то­лий Ана­ньев. Узнав, что его разыс­ки­ва­ют ка­лин­ко­ви­чане, Ана­то­лий Ан­дре­евич очень об­ра­до­вал­ся. И не­уди­ви­тель­но: с Ка­лин­ко­ви­ча­ми у него бы­ли свя­за­ны са­мые яр­кие бо­е­вые вос­по­ми­на­ния, и не толь­ко бо­е­вые.

Мы с груп­па­ми школь­ни­ков ез­ди­ли на экс­кур­сии в Моск­ву по­чти каж­дый год и поз­же еще не раз бы­ва­ли в го­стях у пи­са­те­ля. В ре­дак­ции жур­на­ла “Ок­тябрь” мы бы­ли же­лан­ны­ми го­стя­ми. Ана­ньев да­рил нам жур­на­лы, свои но­вые кни­ги, по­чти все я от­да­ла в рай­он­ную биб­лио­те­ку. Се­бе оста­ви­ла толь­ко од­ну с ав­то­гра­фом пи­са­те­ля”.

И вновь про­дол­жа­ет­ся бой

Ана­ньев воз­гла­вил “Ок­тябрь” в 1973 го­ду и ру­ко­во­дил им до по­след­них дней жиз­ни. Пред­ста­ви­те­ли сред­не­го и стар­ше­го по­ко­ле­ния пом­нят, как в дни вы­хо­да жур­на­лов “Ок­тябрь”, “Но­вый мир”, “Зна­мя” с утра вы­стра­и­ва­лись оче­ре­ди в га­зет­ные ки­ос­ки, в биб­лио­те­ках чи­та­те­ли то­же за­пи­сы­ва­лись в оче­редь. С при­хо­дом в “Ок­тябрь” Ана­то­лия Ана­нье­ва жур­нал при­об­ре­та­ет все бо­лее вы­ра­жен­ную гу­ма­ни­сти­че­скую на­прав­лен­ность. Чу­тье на хо­ро­шую ли­те­ра­ту­ру и ши­ро­та взгля­дов но­во­го ре­дак­то­ра по­мог­ли по­явить­ся на стра­ни­цах из­да­ния мно­гим пре­крас­ным про­из­ве­де­ни­ям до­стой­ных ав­то­ров. Про­яв­ле­ни­ем граж­дан­ско­го му­же­ства на­зо­вут пуб­ли­ка­цию ро­ма­нов Ана­то­лия Ры­ба­ко­ва “Тя­же­лый пе­сок”, “Пе­чаль­но­го де­тек­ти­ва” Вик­то­ра Аста­фье­ва, “Рек­ви­е­ма” Ан­ны Ах­ма­то­вой, ро­ма­на Ва­си­лия Гросс­ма­на “Жизнь и судь­ба”, ко­то­рые от­ка­за­лись пе­ча­тать дру­гие ли­те­ра­тур­ные жур­на­лы. За эти и дру­гие пуб­ли­ка­ции “Ок­тябрь” и его глав­ный ре­дак­тор бы­ли об­ви­не­ны прав­ле­ни­ем Со­ю­за пи­са­те­лей РСФСР в “непа­три­о­ти­че­ских” на­стро­е­ни­ях, ру­со­фо­бии. Од­на­ко при ши­ро­кой под­держ­ке об­ще­ствен­но­сти — пись­мо в за­щи­ту “Ок­тяб­ря” под­пи­са­ли Дмит­рий Ли­ха­чев, Ан­дрей Са­ха­ров, Олег Еф­ре­мов, Аль­фред Шнит­ке и мно­гие дру­гие вы­да­ю­щи­е­ся де­я­те­ли на­у­ки и куль­ту­ры — жур­нал от­сто­ял свои по­зи­ции. Во мно­гом бла­го­да­ря ре­дак­то­ру-фрон­то­ви­ку, по­бы­вав­ше­му и не в та­ких пе­ре­дел­ках.

До кон­ца дней Ана­ньев не схо­дил со сво­е­го пу­ти. Как сам счи­тал, на войне он про­пи­сан на­веч­но, как мил­ли­о­ны его сверст­ни­ков — жи­вых и по­гиб­ших. Мо­ло­день­кий лей­те­нант участ­во­вал в Кур­ской бит­ве, в опе­ра­ции “Ба­гра­ти­он” в Бе­ла­ру­си. Он уце­лел, а мно­гие его сверст­ни­ки по­гиб­ли, им и по­свя­щал Ана­то­лий Ан­дре­евич свои про­из­ве­де­ния. “Я не пи­сал днев­ни­ков. На пе­ре­до­вой нам не раз­ре­ша­ли ве­сти их. Мой глав­ный днев­ник — па­мять”, — при­зна­вал­ся Ана­то­лий Ана­ньев спу­стя го­ды. Со­бы­тия и ли­ца, за­пе­чат­лен­ные в цеп­кой па­мя­ти бу­ду­ще­го пи­са­те­ля, ста­нут впо­след­ствии ос­но­вой его книг.

До­ро­га на Ка­лин­ко­ви­чи

Яр­кое ху­до­же­ствен­ное во­пло­ще­ние в ли­те­ра­ту­ре по­лу­чит и Ка­лин­ко­вич­ско-Мо­зыр­ская на­сту­па­тель­ная опе­ра­ция, в ко­то­рой Ана­ньев, де­вят­на­дца­ти­лет­ний ко­ман­дир взво­да 1184-го ар­тил­ле­рий­ско­го пол­ка 20-й Ста­лин­град­ско-Ре­чиц­кой ар­тил­ле­рий­ской бри­га­ды, участ­во­вал зи­мой 1943 — 1944-го. Бо­е­вым дру­зьям-од­но­пол­ча­нам и со­бы­ти­ям, ко­то­рые про­изо­шли зи­мой 1943-го во вре­мя на­ступ­ле­ния со­вет­ских войск, по­свя­ще­на по­весть “Ма­лый за­слон”. Про­рвав ли­нию фрон­та, на­ши под­раз­де­ле­ния глу­бо­ко вкли­ни­лись во вра­же­ский тыл и пе­ре­хва­ти­ли шос­сей­ную до­ро­гу Мо­зырь — Ка­лин­ко­ви­чи. По­том был па­мят­ный тя­же­лый ноч­ной бой по осво­бож­де­нию конц­ла­ге­ря “Оза­ри­чи”, в ко­то­ром Ана­нье­ва тя­же­ло ра­ни­ло. По­сле дол­гих де­вя­ти ме­ся­цев, про­ве­ден­ных в гос­пи­та­лях, участ­во­вал в бо­ях за Бу­да­пешт и Ве­ну, за го­род Се­кеш­фе­хер­вар, ко­то­рый бра­ли три­жды. Там по­гиб­ли по­чти все пар­ни 1924 — 1925 го­дов рож­де­ния. Вой­на ста­нет глав­ной те­мой в его твор­че­стве — ро­ма­ны “Ме­жа”, “Вер­сты любви”, “Го­ды без вой­ны”, “Скри­жа­ли и ко­ло­ко­ла”.

Ге­ро­из­му со­вет­ских во­и­нов в бо­ях за осво­бож­де­ние Ка­лин­ко­ви­чей и их по­сле­во­ен­ным судь­бам по­свя­щен ро­ман Ана­то­лия Ана­нье­ва “Вер­сты любви”, удо­сто­ен­ный Го­су­дар­ствен­ной пре­мии РСФСР. Книга во мно­гом ав­то­био­гра­фич­на. При­е­хав­ший в Ка­лин­ко­ви­чи по­сле вой­ны Ев­ге­ний Фе­до­сов, в ко­то­ром лег­ко уга­ды­ва­ет­ся ав­тор, час за ча­сом рас­ска­зы­ва­ет со­се­ду по го­сти­нич­но­му но­ме­ру о пе­ре­жи­том. Сна­ча­ла о же­сто­кой схват­ке под Ка­лин­ко­ви­ча­ми, за ко­то­рые сра­жа­лись ге­рои по­ве­сти “Ма­лый за­слон”, где бла­го­да­ря его сме­кал­ке на­ши бой­цы уни­что­жи­ли вра­же­ские ору­дия и от­кры­ли до­ро­гу тан­кам. Из кни­ги сле­ду­ет, что млад­ше­го лей­те­нан­та пред­ста­ви­ли к звез­де Ге­роя Со­вет­ско­го Со­ю­за, ко­то­рую он по ка­ким-то при­чи­нам не по­лу­чил.

— Ана­то­лий Ана­ньев при­над­ле­жал к по­ко­ле­нию, ко­то­рое по­зна­ва­ло се­бя в бо­ях, и не од­на­ж­ды под­чер­ки­вал, что вся сущ­ность че­ло­ве­ка ста­но­вит­ся осо­бен­но оче­вид­ной во вре­мя вой­ны. Чув­ство­ва­лось, что со­бы­тия, в ко­то­рых он участ­во­вал на Ка­лин­ко­вич­ской зем­ле, очень мно­го зна­чат для пи­са­те­ля. Воз­вра­щал­ся в па­мя­ти к тем да­ле­ким дням и, ка­за­лось, мно­гое вновь и вновь пе­ре­жи­вал, — де­лит­ся вос­по­ми­на­ни­я­ми от об­ще­ния с пи­са­те­лем Ра­и­са Сте­па­нов­на. — Пе­ре­ска­зы­вал на­шед­ший ме­сто и в ро­мане ко­рот­кий эпи­зод, ко­то­рый вы­ра­зил всю же­сто­кую и бес­че­ло­веч­ную сущ­ность вой­ны.

По вы­зо­ву ко­ман­ди­ра лей­те­нант шел ми­мо раз­би­то­го ору­дия, у ко­то­ро­го остав­ши­е­ся в жи­вых ар­тил­ле­ри­сты со­би­ра­ли на плащ-па­лат­ку остан­ки по­гиб­ших то­ва­ри­щей. Не­по­да­ле­ку уже уста­нав­ли­вал ору­дие дру­гой рас­чет, го­то­вив­ший­ся к но­вой ата­ке. Ко­ман­дир смот­рел на при­шед­ше­го лей­те­нан­та со сме­сью со­чув­ствия, тре­во­ги и как бы из­ви­не­ния, что по­сы­ла­ет его на вер­ную смерть. Но на войне как на войне — ина­че нель­зя. “Ком­му­нист?” — спро­сил. “Да”, — от­ве­тил лей­те­нант, хо­тя был толь­ко кан­ди­да­том в чле­ны пар­тии. “Ну, то­гда дей­ствуй!” Че­рез ко­рот­кое вре­мя, воз­вра­ща­ясь с ко­манд­но­го пунк­та, Ана­ньев уви­дел, как сол­да­ты со­би­ра­ли остан­ки бой­цов то­го са­мо­го ар­тил­ле­рий­ско­го рас­че­та, то­же за­хлеб­нув­ше­го­ся в ата­ке.

А вот в ка­ких по­дроб­но­стях, эмо­ци­о­наль­но, же­сти­ку­ли­руя, жи­во­пи­сал бой на под­сту­пах к Ка­лин­ко­ви­чам: “Ору­дия про­тив­ни­ка и на­ши по вспыш­кам ог­ня за­се­ка­ли друг дру­га, при­стре­ли­ва­лись, в кон­це кон­цов по­ра­жая цель. Я же по со­ве­ту стар­ши­ны пред­ло­жил уста­но­вить са­мо­ход­ки за под­би­ты­ми и го­ря­щи­ми на­ши­ми тан­ка­ми. Из-за ды­ма нем­цы нас не мог­ли за­сечь, но и мы не ви­де­ли их по­зи­ций. Бы­ла и дру­гая опас­ность: в го­ря­щих тан­ках оста­вал­ся бое­ком­плект, ко­то­рый в лю­бой мо­мент мог взо­рвать­ся, а мы — по­гиб­нуть от раз­ры­ва сво­их же сна­ря­дов. Но риск­ну­ли — я кор­рек­ти­ро­вал огонь на­ших ору­дий по ра­ции, ле­жа на до­ро­ге — с нее от­кры­вал­ся хо­ро­ший об­зор. Так уни­что­жи­ли ог­не­вые точ­ки вра­га — до­ро­га на Ка­лин­ко­ви­чи бы­ла от­кры­та”.

— Я спра­ши­ва­ла у Ана­то­лия Ан­дре­еви­ча, по­че­му же он все-та­ки не по­лу­чил зва­ния Ге­роя. “Выс­шее ко­ман­до­ва­ние по­счи­та­ло, что слиш­ком мо­лод — та­кие слу­хи до­шли до ме­ня поз­же”, — рас­ска­зы­вал пи­са­тель. Под­шу­чи­вал над со­бой: мол, че­го там скры­вать, по­сле успеш­но за­вер­шив­шей­ся опе­ра­ции по уни­что­же­нию немец­ких ору­дий, бы­ло дело, важ­ни­чал немно­го пе­ред бо­е­вы­ми то­ва­ри­ща­ми. О ра­не­нии, ко­то­рое по­лу­чил при осво­бож­де­нии Оза­ри­чей, вспо­ми­нал: “Я был на­шпи­го­ван оскол­ка­ми, как рож­де­ствен­ский гусь. Мно­же­ство их, мел­ких, впи­лось в те­ло. Пла­кал, но не от бо­ли, а от­то­го что рас­ста­юсь с бо­е­вы­ми то­ва­ри­ща­ми, столь­ко пе­ре­жи­ли вме­сте”.

Да­лее ро­ман “Вер­сты любви” по­вест­ву­ет о том, как в осво­бож­ден­ном го­ро­де лей­те­нант встре­тил мо­ло­дую де­вуш­ку Ксе­нию и влю­бил­ся в нее. Это свет­лое чув­ство Ана­то­лий Ан­дре­евич про­нес че­рез всю жизнь, но с Ксе­ней у него не сло­жи­лось. По­сле вой­ны Ана­ньев при­ез­жал в Ка­лин­ко­ви­чи, узна­вал ме­ста, где ко­гда-то гре­ме­ли бои. Отыс­кал и свою лю­бовь, но к то­му вре­ме­ни мно­гое из­ме­ни­лось, он опоз­дал. Ге­рой же его кни­ги еще не од­на­ж­ды бу­дет воз­вра­щать­ся в этот го­ро­док.

Каж­дый хо­зя­ин сво­ей судь­бы

— Во вре­мя од­ной из на­ших встреч Ана­то­лий Ан­дре­евич при­знал­ся, что это боль­шое чув­ство дей­стви­тель­но слу­чи­лось с ним на войне и оста­ви­ло за­мет­ный след в его жиз­ни, но в по­дроб­но­сти не вда­вал­ся. Рас­спра­ши­вать же бы­ло бы не очень так­тич­но с мо­ей сто­ро­ны. К то­му вре­ме­ни он уже был же­нат, и у него под­рас­та­ли две до­че­ри, — про­дол­жа­ет рас­сказ Ра­и­са Сте­па­нов­на.

В 1984-м ре­ше­ни­ем рай­ис­пол­ко­ма Ана­то­лию Ана­нье­ву бы­ло при­сво­е­но зва­ние по­чет­но­го граж­да­ни­на Ка­лин­ко­ви­чей. Эту но­вость в Моск­ву ему то­же при­вез­ли ка­лин­ко­вич­ские дру­зья и тор­же­ствен­но вру­чи­ли знак по­чет­но­го граж­да­ни­на го­ро­да.

— Он был очень ин­те­рес­ный со­бе­сед­ник, вы­со­ко­нрав­ствен­ный и доб­рей­ший че­ло­век, — рас­ска­зы­ва­ет Ра­и­са Сте­па­нов­на. — Не­вы­со­ко­го ро­ста, ко­ре­на­стый, креп­кий, всем сво­им ви­дом из­лу­чал доб­ро­ту и здо­ро­вье. Го­во­рил, что дру­жит со спор­том, об­ли­ва­ет­ся хо­лод­ной во­дой. На­шим ре­бя­там то­же со­ве­то­вал за­бо­тить­ся о здо­ро­вье, за­ни­мать­ся спор­том. Рас­спра­ши­вал о пла­нах на бу­ду­щее. Со­гла­шал­ся, что бу­ду­щее за мо­ло­ды­ми, но в то же вре­мя вы­ра­жал обес­по­ко­ен­ность тем, что по­рой на вы­со­кие по­сты вы­дви­га­ют пло­хо под­го­тов­лен­ную мо­ло­дежь, под­чер­ки­вал, что мо­ло­дых на­до пра­виль­но вос­пи­ты­вать. При этом за­ме­чал, что каж­дый че­ло­век — хо­зя­ин сво­ей судь­бы.

Судь­ба пи­са­те­ля — луч­ший то­му при­мер. Сем­на­дца­ти­лет­ним лей­те­нан­том на­чал свою бо­е­вую био­гра­фию на Кур­ской ду­ге, по­сле По­бе­ды учил­ся в сель­ско­хо­зяй­ствен­ном ин­сти­ту­те, ра­бо­тал на сор­то­ис­пы­та­тель­ной стан­ции. По­том — кру­той по­во­рот: жур­на­ли­сти­ка и пи­са­тель­ский труд. И как ло­гич­ный ре­зуль­тат боль­шо­го тру­да и та­лан­та — ши­ро­кое при­зна­ние и сла­ва. За вы­да­ю­щи­е­ся до­сти­же­ния на литературном по­при­ще Ана­то­лий Ана­ньев был удо­сто­ен зва­ния Ге­роя Со­ци­а­ли­сти­че­ско­го Тру­да. Ушел пи­са­тель из жиз­ни в 2001 го­ду.

P. S.У мо­ло­дых ка­лин­ко­ви­чан по­яви­лась доб­рая тра­ди­ция: при­сва­и­вать школь­ным пер­вич­кам БРСМ име­на зем­ля­ков, дру­гих за­слу­жен­ных лю­дей, оста­вив­ших за­мет­ный след на Ка­лин­ко­вич­ской зем­ле. Го­да два на­зад пер­вич­ной ор­га­ни­за­ции БРСМ Ду­дич­ской шко­лы при­сво­е­но имя Ана­то­лия Ана­нье­ва.

В бою под Оза­ри­ча­ми бу­ду­щий пи­са­тель был на­шпи­го­ван оскол­ка­ми, как рож­де­ствен­ский гусь

Ка­лин­ко­вич­ские школь­ни­ки с учи­тель­ни­цей Ра­и­сой Атамановой в го­стях у Ана­то­лия Ана­нье­ва в ре­дак­ции жур­на­ла “Ок­тябрь”

Книга “Вер­сты любви” с ав­то­гра­фом пи­са­те­ля

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.