Беременная го­мель­чан­ка­си­ро­та жи­ла на оста­нов­ке и в подъ­ез­дах

Го­мель­чан­ка-си­ро­та во вре­мя де­крет­но­го от­пус­ка жи­ла на оста­нов­ке и в подъ­ез­дах

Gomelskaya Pravda - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Юлия ПОДДУБИЦКАЯ Фо­то ав­то­ра

Дет­ство не у всех на­чи­на­ет­ся с ко­лы­бель­ной

“Не ной!” — хо­чет­ся дать се­бе ле­ща вся­кий раз, ко­гда на­стро­е­ние па­да­ет, а в го­ло­ву ле­зут непри­ят­ные мыс­ли о неспра­вед­ли­во­сти окру­жа­ю­ще­го ми­ра. Кто-то жа­лу­ет­ся на по­го­ду и низ­кую зар­пла­ту, кто-то но­ет из-за неудач­ных, за­став­ля­ю­щих де­гра­ди­ро­вать, от­но­ше­ний, а кто-то мол­ча за­ви­ду­ет успеш­ным и бо­лее удач­ли­вым. Од­но­го отец при­стро­ил на теп­лое ме­сто, дру­го­го по­вы­си­ли в долж­но­сти, а мне, бед­но­му, очень не по­вез­ло в жиз­ни… По­вез­ло, не со­мне­вай­тесь!

От Але­си от­ка­за­лись еще в род­до­ме, ма­ма, не раз­ду­мы­вая, оста­ви­ла ее в боль­нич­ной кро­ват­ке и ушла. Ре­бе­нок рос в до­ме ма­лют­ки, по­том бы­ли детский дом, ин­тер­нат для де­тей-си­рот. Ко­гда де­воч­ке ис­пол­ни­лось 14 лет, неожи­дан­но ее на­ве­сти­ла мать. При­е­ха­ла од­на­жды и боль­ше не по­яв­ля­лась. Чуть поз­же Але­се со­об­щи­ли, что ее ма­ма умер­ла в воз­расте 38 лет. Оста­лась свод­ная сест­ра, ко­то­рая жи­вет в Го­мель­ском рай­оне и с ко­то­рой де­вуш­ка не об­ща­ет­ся, — боль­ше ни­ка­ких све­де­ний о био­ло­ги­че­ской се­мье у нее нет. При­ем­ных ро­ди­те­лей у Але­си ни­ко­гда не бы­ло, сказ­ки на ночь ей ни­ко­гда не чи­та­ли, ко­лы­бель­ных пе­сен не пе­ли: де­воч­ка вы­жи­ва­ла са­ма.

По­сле окон­ча­ния шко­лы-ин­тер­на­та в Го­ме­ле Але­сю с дру­ги­ми вос­пи­тан­ни­ка­ми от­пра­ви­ли в Ко­стю­ков­ское про­фес­си­о­наль­но­тех­ни­че­ские учи­ли­ще по­лу­чать про­фес­сию про­дав­ца. Три го­да ре­бя­та учи­лись и жи­ли в Ко­стю­ков­ке, по­том — вы­пуск­ной: ле­ти­те ку­да хо­ти­те. На ра­до­стях, впер­вые по­чув­ство­вав сво­бо­ду, дев­чон­ки ри­ну­лись сни­мать по­ло­жен­ные им подъ­ем­ные — день­ги, ко­то­рые по­ла­га­лись си­ро­там по окон­ча­нии уче­бы. Не по­ни­ма­ли, что фак­ти­че­ски ока­за­лись на ули­це: без жи­лья, ра­бо­ты (со слов ге­ро­и­ни, о рас­пре­де­ле­нии да­же ре­чи не бы­ло, тру­до­устра­и­вать­ся нуж­но бы­ло са­мим, как и ис­кать жи­лье). Ушли с пас­пор­том и ат­те­ста­том на ру­ках. То, что мо­гут пре­тен­до­вать на квар­ти­ру, ни­кто не объ­яс­нил. Воз­мож­но, ес­ли бы в то вре­мя на­шел­ся хоть один че­ло­век, ко­то­рый рас­ска­зал си­ро­там о их пра­вах, жизнь го­мель­чан­ки сло­жи­лась бы по-дру­го­му.

Днем офи­ци­ант­ка, но­чью бро­дяж­ка

Але­ся вспо­ми­на­ет жизнь на ули­це и по­пыт­ки са­мо­сто­я­тель­но най­ти кры­шу над го­ло­вой:

“Нас бы­ло пят­на­дцать че­ло­век, мы ски­та­лись по ули­цам Го­ме­ля, но­че­ва­ли где при­дет­ся: у зна­ко­мых, на вок­за­ле — там нас ча­стень­ко го­ня­ла ми­ли­ция. По­том все про­па­ли из ви­ду, сей­час уже и не знаю, кто где: в тюрь­ме, на кладбище…

Моя бро­дяж­ни­че­ская жизнь про­дол­жа­лась мно­го лет, и че­го в ней толь­ко не бы­ло. Ино­гда по­лу­ча­лось снять на ме­сяц-дру­гой де­ше­вую квар­ти­ру, ино­гда но­че­ва­ла в подъ­ез­дах или у по­друг. Ра­бо­та­ла офи­ци­ант­кой, тор­го­ва­ла на рын­ке, ле­том со­би­ра­ла яго­ды, ку­ку­ру­зу, лан­ды­ши для про­да­жи. По­том по­зна­ко­ми­лась с пар­нем, жи­ла у него.

По­сле вось­ми ме­ся­цев сов­мест­ной жиз­ни я ста­ла есть нев­про­во­рот. Ку­да ид­ти к док­то­ру без про­пис­ки? В пер­во­со­вет­ской боль­ни­це врач со­об­щил мне о бе­ре­мен­но­сти. На ра­до­стях по­зво­ни­ла сво­е­му пар­ню, и бы­ла счаст­ли­ва: он не про­тив, что­бы ро­жа­ла. Но его мать по­ста­ви­ла усло­вие: де­лай аборт и бу­дешь жить у нас. Она, видимо, бо­я­лась, что ре­бен­ка про­пи­шут в ее квар­ти­ре, и по­это­му тре­бо­ва­ла пре­рвать бе­ре­мен­ность. Я бы­ла на 13-й неде­ле и уже ду­ши не ча­я­ла в сво­ем ма­лы­ше, да­же сей­час на­во­ра­чи­ва­ют­ся сле­зы при вос­по­ми­на­нии. Есте­ствен­но, я от­ве­ти­ла несо­сто­яв­шей­ся све­кро­ви, что ни за что не ли­шу жиз­ни сво­е­го сы­на (бы­ла уве­ре­на, что ро­дит­ся сын, да­же имя за­ра­нее придумала — Бо­г­дан)”.

Во­прос жи­лья стал жиз­нен­но важ­ным. Во вре­мя бе­ре­мен­но­сти Але­ся ра­бо­та­ла на “Цен­тро­ли­те”. Ин­те­рес­ное по­ло­же­ние без­дом­ной ра­бот­ни­цы не ре­ши­ло ее жи­лищ­ную про­бле­му — об­ще­жи­тия не да­ли, хо­тя пе­ре­ве­ли на лег­кий труд. Пред­при­я­тие не мог­ло вы­де­лить нуж­дав­шей­ся Але­се ком­на­ту. От ко­го бы­ло ждать по­мо­щи?

Но­вый год на трол­лей­бус­ной оста­нов­ке

По­ка де­вуш­ка ху­до-бед­но со­сто­я­ла в от­но­ше­ни­ях с граж­дан­ским мужем, ей уда­ва­лось неко­то­рое вре­мя но­че­вать в квар­ти­ре. А ко­гда мо­ло­до­го че­ло­ве­ка по­са­ди­ли в тюрь­му, его мать со скан­да­лом вы­ста­ви­ла Але­сю за дверь. “Я бы­ла в та­ком шо­ке, что да­же не за­бра­ла свои ве­щи, лишь до­ку­мен­ты. Со­се­ди, пом­ню, пла­ка­ли, гля­дя на эту сце­ну. Слу­чи­лось это 31 де­каб­ря 2012 го­да”.

Але­ся встре­ти­ла Но­вый год на оста­нов­ке в сле­зах, без смен­ной одеж­ды и еды, ночь про­ве­ла на вок­за­ле. Как, впро­чем, и всё осталь­ное вре­мя по­чти до ро­дов.

Бе­ре­мен­ной де­вуш­ке при­хо­ди­лось но­че­вать в подъ­ез­дах, ноч­леж­ках, “на оста­нов­ке, где се­мер­ка хо­дит”. По­сле ра­бо­ты, а там мож­но по­мыть­ся и по­есть, с ужа­сом шла на ули­цу — ров­но в 15.45 за­кан­чи­ва­лась сме­на, и Але­ся ста­но­ви­лась бом­жем. “Толь­ко бы ре­бе­нок вы­жил” — эта мысль по­се­ща­ла го­ло­ву вся­кий раз, ко­гда де­вуш­ка за­мер­за­ла. Она пом­нит, как ча­сто к ней на ла­воч­ку на оста­нов­ке под­са­жи­ва­лись незна­ко­мые лю­ди и спрашивали, по­че­му она тут си­дит, но помочь ни­чем не мог­ли.

Од­на­жды, ко­гда уда­ри­ли фев­раль­ские мо­ро­зы, свя­щен­ник оста­вил ее на ночь в од­ной из го­мель­ских церк­вей. Крас­ный Крест по­мо­гал с едой, одеж­дой и пред­ме­та­ми лич­ной ги­ги­е­ны. Але­ся вспо­ми­на­ет, что да­же под­би­ра­ла с ас­фаль­та хлеб. Ги­не­ко­лог, на учет к ко­то­ро­му то­же по­ста­ви­ли с по­мо­щью добрых людей, спро­сил, где она жи­вет, ка­кой ад­рес пи­сать в кар­точ­ке. Бу­ду­щая ма­ма рас­пла­ка­лась и ска­за­ла, что она без­дом­ная. Де­крет­ный от­пуск про­хо­дил под от­кры­тым небом в пря­мом смыс­ле.

Кто-то по­со­ве­то­вал Але­се, на­хо­див­шей­ся уже на 8-м ме­ся­це, на­пи­сать за­яв­ле­ние в об­ласт­ную про­ку­ра­ту­ру — и это ее спас­ло. Го­мель­чан­ка без­мер­но бла­го­дар­на пра­во­охра­ни­те­лям за ре­аль­ную по­мощь. В род­дом она уже от­пра­ви­лась с про­пис­кой в об­ще­жи­тии. И ре­бен­ка, дол­го­ждан­но­го и го­ря­чо лю­би­мо­го, ме­ди­ки вы­пи­са­ли вме­сте с ма­мой без про­блем.

Бо­г­дан. Бо­гом дан

“Бо­г­дан — не слу­чай­ное имя, — рас­ска­зы­ва­ет ге­ро­и­ня. — Од­на­жды я по­па­ла в смо­лен­скую церк­вуш­ку. Ко мне по­до­шла мо­на­хи­ня и шеп­ну­ла на ухо: “Дет­ка, под­ни­мись на вто­рой этаж, там есть ста­рая ико­на. По­мо­лись пе­ред ней и за­га­дай же­ла­ние: вот уви­дишь, сбу­дет­ся”. Я по­до­шла к иконе и по­про­си­ла по­да­рить мне сы­на. По­ду­ма­ла то­гда, что на­зо­ву его Бо­г­да­ном, ведь он бу­дет мне дан Бо­гом. Че­рез несколь­ко ме­ся­цев я узна­ла, что бе­ре­мен­на”.

По­сле ро­дов Але­ся по­зво­ни­ла ба­буш­ке Бо­г­да­на, что­бы рас­ска­зать о вну­ке, од­на­ко та от­ве­ти­ла, что он ей не ну­жен. Отец ре­бен­ка вы­шел из тюрь­мы, но сы­на не разыс­ки­вал. По­сле де­крет­но­го от­пус­ка Але­ся вер­ну­лась на “Цен­тро­лит”, но не за­дер­жа­лась там на­дол­го, по­то­му как не мог­ла под­ни­мать тя­же­сти по со­сто­я­нию здо­ро­вья, а в этом, в ос­нов­ном, за­клю­ча­лась ее ра­бо­та. На жизнь не хва­та­ло ка­та­стро­фи­че­ски. Во­прос недо­пла­ты дет­ско­го по­со­бия уда­лось ре­шить с по­мо­щью пра­во­охра­ни­те­лей, но при­шлось ис­кать дру­гую ра­бо­ту.

“Устро­и­лась в од­ну из част­ных ор­га­ни­за­ций со сдель­ной опла­той тру­да, — рас­ска­зы­ва­ет де­вуш­ка. — В ито­ге моя зар­пла­та со­ста­ви­ла 500 000 неде­но­ми­ни­ро­ван­ных руб­лей. Я бы­ла в от­ча­я­нии: об­ра­зо­вал­ся долг за об­ще­жи­тие и дет­сад. Все пе­ре­во­ра­чи­ва­лось внут­ри, ко­гда ду­ма­ла, что у без­де­неж­ной без­ра­бот­ной ма­те­ри за­бе­рут ре­бен­ка. К сча­стью, ме­ня успо­ко­и­ли в ад­ми­ни­стра­ции Со­вет­ско­го рай­о­на Го­ме­ля. Ска­за­ли, что ре­бен­ка ни­кто не со­би­ра­ет­ся за­би­рать, ведь я не пью, от­но­шусь к сы­ну с лю­бо­вью, за­ни­ма­юсь вос­пи­та­ни­ем — нуж­но най­ти ра­бо­ту и стать на учет в центр за­ня­то­сти. Я ис­кренне бла­го­дар­на Елене Вик­то­ровне Ге­ра­щен­ко, Ма­рине Фе­до­ровне Ба­кла­но­вой и Елене Геор­ги­евне Ко­ва­ле­вой, ко­то­рые ока­за­ли ре­аль­ную под­держ­ку, ко­гда я об­ра­ти­лась в ад­ми­ни­стра­цию, и На­та­лье Вик­то­ровне Ува­рен­ко — за­ве­ду­ю­щей дет­ским са­дом — за уча­стие в мо­ей жиз­ни”.

Без зло­сти и пре­тен­зий

Слу­чай­ные зна­ко­мые сыг­ра­ли важную роль в судь­бе Але­си. Ожи­дая сво­ей оче­ре­ди в ка­би­нет од­но­го из го­мель­ских учре­жде­ний, де­вуш­ка по­зна­ко­ми­лась с Ан­дре­ем. Раз­го­во­ри­лись, она по­ве­да­ла о сво­ей жиз­ни — с незна­ком­цем это про­ще. Па­рень про­ник­ся судь­бой быв­шей бес­при­зор­ни­цы и рас­ска­зал о ней в соц­се­тях. По­яви­лись же­ла­ю­щие по­де­лить­ся ве­ща­ми и иг­руш­ка­ми. С ра­бо­той то­же по­вез­ло. Уже несколь­ко недель Але­ся тру­дит­ся на “Гом­сель­ма­ше” и не мо­жет на­ра­до­вать­ся на от­зыв­чи­вый и дру­же­люб­ный кол­лек­тив, по­ни­ма­ю­щее ру­ко­вод­ство.

Уди­ви­тель­но, что Але­ся го­во­рит о сво­ей жиз­ни, пол­ной ли­ше­ний и ис­пы­та­ний, без зло­сти, нена­ви­сти к лю­дям и об­сто­я­тель­ствам. Не ви­нит в том, что не рас­ска­за­ли о воз­мож­но­сти предо­став­ле­ния го­су­дар­ством жи­лья, а это фак­ти­че­ски об­рек­ло ее на бро­дяж­ни­че­ство. Ей да­же не от­да­ли все до­ку­мен­ты в ин­тер­на­те: мол, ушли во взрос­лую жизнь, и до сви­да­ния.

Де­вуш­ка пы­та­лась вы­яс­нить, мо­жет ли как-то вос­ста­но­вить пра­во на по­лу­че­ние жи­лья, но на го­ря­чей линии от­ве­ти­ли, что она уже утра­ти­ла ста­тус си­ро­ты.

Але­ся не жа­лу­ет­ся, как мно­гие во­круг, на жизнь. Глав­ное, что­бы они с Бо­г­да­ном бы­ли здо­ро­вы и не ис­сяк­ли си­лы вос­пи­тать из ре­бен­ка хо­ро­ше­го че­ло­ве­ка. На во­прос, пла­ни­ру­ет ли она встре­тить в бу­ду­щем до­стой­но­го че­ло­ве­ка, со­здать се­мью и ро­дить еще де­ти­шек, Але­ся вос­кли­ца­ет: “Ка­кое за­му­же­ство! Мне Бо­гдаш­ку рас­тить на­до! Я для него и ма­ма, и папа, и ба­буш­ка”.

“Не де­лай­те абор­тов и не бро­сай­те сво­их де­тей! У ме­ня бы­ли очень труд­ные об­сто­я­тель­ства, но я по­ни­ма­ла, что ре­бе­нок — луч­шее, что мо­жет дать нам Бог”

Со­кро­ви­ще Бо­г­да­на

Але­ся не пред­став­ля­ет жиз­ни без сы­на

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.