Из­ви­не­ния че­рез пол­ве­ка

Gomelskaya Pravda - - МОЗАИКА - Ни­ко­лай ГУЛЕВИЧ

“Гом­сель­маш”, се­ре­ди­на со­ро­ко­вых. Бы­ло от че­го до­са­до­вать. За­вод раз­ру­шен прак­ти­че­ски до ос­но­ва­ния. Фун­да­мент още­рил­ся ар­ма­ту­рой. На фоне ожи­ва­ю­щих яб­лонь и на­би­ра­ю­ще­го си­лу раз­но­тра­вья ру­и­ны, осво­бо­див­ши­е­ся от сне­га, смот­ре­лись еще бо­лее уны­ло.

Вос­ста­нав­ли­вать за­вод, ка­за­лось, так же без­на­деж­но, как ожив­лять мерт­во­го. Но дру­го­го пу­ти не бы­ло. Ря­дом с го­мель­ча­на­ми ра­бо­та­ли во­ен­но­плен­ные. По-че­ло­ве­че­ски их про­сти­ли. И тех, кто со­всем недав­но ра­бо­тал в ны­неш­ней сред­ней шко­ле № 12, пе­ре­обо­ру­до­ван­ной в го­ды вой­ны в немец­кие обув­ные ар­мей­ские ма­стер­ские, и тех, кто охра­нял со­вет­ских во­ен­но­плен­ных на тер­ри­то­рии се­го­дняш­ней пер­вой го­род­ской кли­ни­че­ской боль­ни­цы.

Уча­стие нем­цев в вос­ста­но­ви­тель­ных ра­бо­тах счи­та­лось спра­вед­ли­вой вос­пи­та­тель­ной ме­рой: са­ми раз­ру­ши­ли — са­ми и вос­ста­нав­ли­вай­те. И плен­ные вос­ста­нав­ли­ва­ли. Вос­ста­нав­ли­ва­ли, к при­ме­ру, зда­ние по­ли­кли­ни­ки, что воз­ле со­вре­мен­но­го ин­же­нер­но­го кор­пу­са “Гом­сель­ма­ша”, стро­и­ли двух­этаж­ные жи­лые до­ма ря­дом с за­во­дом — по ули­це Ра­бо­чей.

Ино­гда они ви­но­ва­то улы­ба­лись лю­бо­пыт­ной ма­лышне.

Мест­ная де­тво­ра, на­чи­нав­шая иг­рать “в нем­цев”, жа­ле­ла во­ен­но­плен­ных, из­ред­ка при­но­си­ла им ва­ре­ный в мун­ди­рах кар­то­фель или со­зрев­шие под­сол­ну­хи, ди­ви­лась губ­ным гар­мош­кам, тща­тель­но вы­во­див­шим по ве­че­рам груст­ные ме­ло­дии, ко­то­рые зву­ча­ли, как тос­ка по да­ле­кой ро­дине.

Вско­ре по­сту­пи­ло рас­по­ря­же­ние: во­ен­но­плен­ных от­пу­стить. Пусть воз­вра­ща­ют­ся… Шло вре­мя. Ра­ны, в том чис­ле ду­шев­ные, за­тя­ги­ва­лись. За­вод мо­ло­дел и креп­чал. По­яви­лись пер­вые пя­ти­этаж­ные хру­щев­ки, по­том — де­вя­ти­этаж­ные до­ма; толь­ко в од­ном та­ком до­ме мож­но бы­ло раз­ме­стить це­лую де­рев­ню.

Ко­гда гро­мых­ну­ло во вто­рой раз — в 1986 го­ду в Чер­но­бы­ле, гом­сель­ма­шев­цы рас­те­ря­лись, как в июне 1941-го.

Ко­неч­но, враг был дру­гой, неви­ди­мый, но не ме­нее опас­ный — взял каж­до­го в ра­ди­а­ци­он­ную оса­ду.

Ка­ко­во же бы­ло удив­ле­ние, ко­гда с гу­ма­ни­тар­ной по­мо­щью в по­стра­дав­шие рай­о­ны пер­вы­ми при­е­ха­ли нем­цы, в том чис­ле быв­шие во­ен­но­плен­ные. Двое из них — Х. Шуль­ке и И. Хес­серл, вос­ста­нав­ли­вав­шие “Гом­сель­маш”, за­еха­ли то­гда и на за­вод, на ули­цу Ра­бо­чую, по­ин­те­ре­со­ва­лись де­лом рук сво­их.

Их ви­зит был вос­при­нят как из­ви­не­ние за ми­нув­шее.

За­поз­да­лое, но ис­крен­нее из­ви­не­ние.

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.