«Не хо­те­ла от­пус­кать дочку, серд­це чув­ство­ва­ло бе­ду»

В Го­мель­ской об­ла­сти школь­ни­ца по­еха­ла от­ды­хать в са­на­то­рий, но вне­зап­но за­бо­ле­ла и умер­ла в ре­ани­ма­ции

Komsomolskaya Pravda (Belarus) - - ОСОБЫЙ СЛУЧАЙ - Але­ся ДОБЫШ.

…Ма­ма М 11 11-лет­ней йН На­сти Г Гав­ри­лен­ко до сих пор не мо­жет по­ве­рить, что до­че­ри боль­ше нет.

- Мне ка­жет­ся, что она до сих пор в са­на­то­рии, что это все про­ис­хо­дит не со мной, - пла­чет На­деж­да Гав­ри­лен­ко. Жен­щи­на сно­ва и сно­ва вос­ста­нав­ли­ва­ет в па­мя­ти со­бы­тия, ко­то­рые за­кон­чи­лись страш­ны­ми сло­ва­ми: «Ва­ша дочь умер­ла. Оста­нов­ка серд­ца».

20 ап­ре­ля 11-лет­няя Настя Гав­ри­лен­ко вме­сте с дру­ги­ми детьми из бра­гин­ской шко­лы по­еха­ли от­ды­хать в са­на­то­рий «Птичь», ко­то­рый рас­по­ло­жен в 150 ки­ло­мет­рах от го­род­ско­го по­сел­ка Бра­гин.

- В их шко­ле как раз про­хо­дил ре­монт - ди­рек­тор пред­ло­жи­ла вы­вез­ти де­тей в са­на­то­рий, что­бы они не ды­ша­ли этой пы­лью. Я не хо­те­ла от­пус­кать дочь - на­вер­ное, серд­це чув­ство­ва­ло бе­ду. Уго­ва­ри­ва­ла Настю - да­вай по­поз­же, ко­гда по­теп­ле­ет, мо­жет, ка­кой-то са­на­то­рий луч­ше бу­дет. Но ре­бе­нок на­ста­и­вал, ска­за­ла, что луч­шие по­дру­ги едут, по­это­му я хо­чу.

На­деж­да рас­ска­зы­ва­ет, что в са­на­то­рий Настя по­еха­ла здо­ро­вой - на­ка­нуне де­воч­ка не про­сту­жа­лась и ни на что не жа­ло­ва­лась ма­ме.

- Она у ме­ня ни­ко­гда се­рьез­но не бо­ле­ла, тем­пе­ра­ту­ры 39 гра­ду­сов у нее в жиз­ни не бы­ло! - го­во­рит ма­ма. - Доч- ка бы­ла спор­тив­ной, все­гда хва­ста­лась, что от­жи­ма­ет­ся боль­ше маль­чи­ков и пресс ка­ча­ет боль­ше де­во­чек. Ни­ко­гда не го­во­ри­ла, что серд­це бо­лит или по­ка­лы­ва­ет…

20 ап­ре­ля де­ти при­е­ха­ли в са­на­то­рий, а дня через три мно­гие ре­бя­та вдруг за­бо­ле­ли. Доч­ка по­зво­ни­ла мне и рас­ска­за­ла, что де­ти каш­ля­ют, у неко­то­рых тем­пе­ра­ту­ра 39. А 26 ап­ре­ля до 39 гра­ду­сов под­ня­лась тем­пе­ра­ту­ра и у На­сти. Де­воч­ку не по­ло­жи­ли в изо­ля­тор - по сло­вам ма­мы, он рас­счи­тан все­го на 6 че­ло­век, и все ме­ста бы­ли уже за­ня­ты.

- Настя ска­за­ла, что мед­сест­ра да­ла ей таб­лет­ку. На­зав­тра у нее на­чал­ся ка­шель, ста­ло бо­леть в груди. За таб­лет­ка­ми Настя хо­ди­ла к мед­сест­ре са­ма. Доч­ка го­во­ри­ла, что ей тя­же­ло их гло­тать - она у ме­ня все вре­мя си­ро­пы пи­ла. Я про­си­ла ее - дай те­ле­фон мед­сест­ры, узнаю, что за таб­лет­ки те­бе да­ют. Но она все­гда мо­биль­ный остав­ля­ла в ком­на­те. Я не по­ни­маю, по­че­му ни­кто из учи­те­лей нам не по­зво­нил и не рас­ска­зал, что про­ис­хо­дит? Обо всем я узна­ва­ла от до­че­ри, - пе­ре­жи­ва­ет жен­щи­на.

«По­след­ние сло­ва доч­ки: «Ма­ма, сла­ва бо­гу, что ты едешь»

Тем­пе­ра­ту­ра у На­сти дер­жа­лась два дня, то па­дая до 37, то вновь под­ни­ма­ясь до 39. А по­том де­воч­ке ста­ло лег­че.

- На тре­тий день у нее во­об­ще не бы­ло тем­пе­ра­ту­ры. Зво­ни­ла и го­во­ри­ла: «Ма­ма, мне хо­ро­шо». Хо­ди­ла гу­лять.

1 мая де­воч­ке ста­ло ху­же, у нее на­ча­лась тош­но­та и рво­та. Мед­сест­ра да­ла ей две чер­ные таб­лет­ки и од­ну жел­тую.

- Ви­ди­мо, это был уголь и ка­кое-то еще ле­кар­ство, - пред­по­ла­га­ет ма­ма. - Я все вре­мя бы­ла на свя­зи с доч­кой, зво­ни­ла чуть ли не каж­дые 15 ми­нут, на­би­ра­ла и по­сле от­боя. Ве­че­ром я с ре­бен­ком раз­го­ва­ри­ва­ла с 10 до 12 ча­сов но­чи, но не слы­ша­ла, что­бы за два ча­са к ней за­шел кто-то из учи­те­лей.

Утром На­сте сде­ла­ли про­мы­ва­ние же­луд­ка. Ма­ма к это­му вре­ме­ни уже со­би­ра­лась вы­ез­жать в са­на­то­рий.

- Я го­во­рю: «До­чень­ка, зай­чик, я еду». Муж по­ехал от­пра­ши­вать­ся с ра­бо­ты - он сов­ме­ща­ет ра­бо­ту юри­ста и ин­же­не­ра в рай­по, я по­про­си­ла те­тю при­смот­реть за дву­мя на­ши­ми млад­ши­ми детьми. Доч­ка ска­за­ла: «Ма­ма, сла­ва бо­гу, что ты едешь». И все, это ее по­след­ние сло­ва, - пла­чет жен­щи­на. На­деж­да го­во­рит, что на­ча­ла бить тре­во­гу еще 1 мая, но не мог­ла до­зво­нить­ся в са­на­то­рий и узнать те­ле­фон учи­те­ля, ко­то­рый по­ехал с детьми.

- Сей­час ме­ня об­суж­да­ют в ин­тер­не­те, пи­шут, что на­до бы­ло ехать за сво­им ре­бен­ком сра­зу же. Но по­че­му ни­кто из ро­ди­те­лей не по­ехал - ведь там мно­гие де­ти бо­ле­ли, с тем­пе­ра­ту­рой ле­жа­ли? - за­да­ет­ся во­про­сом жен­щи­на. - Кто мог преду­га­дать, что все так обер­нет­ся? У нее же не бы­ло тем­пе­ра­ту­ры два дня, она уже гу­ля­ла. Ес­ли бы тем­пе­ра­ту­ра столько дней дер­жа­лась, я не ста­ла бы ждать…

В са­на­то­рий ро­ди­те­ли вы­еха­ли на сво­ей ма­шине. Ко­гда они про­еха­ли уже по­ло­ви­ну пу­ти, На­деж­де по­зво­нил учи­тель и со­об­щил, что Настю за­бра­ли из са­на­то­рия на «ско­рой» и увез­ли в Пет­ри­ков­скую больницу, де­воч­ка в ре­ани­ма­ции.

- В боль­ни­це ска­за­ли, что у На­сти од­на поч­ка чуть-чуть уве­ли­че­на. В же­луд­ке бы­ло немно­го ка­кой-то тем­но­ва­той жид­ко­сти. Жид­кость бы­ла и воз­ле серд­ца. А на щи­то­вид­ке на­шли ка­кое-то об­ра­зо­ва­ние раз­ме­ром с фа­со­лин­ку. Но мы про­ве­ря­лись мень­ше по­лу­го­да на­зад - ни­че­го та­ко­го нам не го­во­ри­ли!

На тот мо­мент Настя еще бы­ла в со­зна­нии, раз­го­ва­ри­ва­ла, но уви­деть­ся с ней ро­ди­те­лям не раз­ре­ши­ли.

- Что это за бо­лезнь, ни­кто ска­зать не мог - вра­чи раз­во­ди­ли ру­ка­ми. Нам они го­во­ри­ли, что кон­суль­ти­ру­ют­ся с го­мель­ски­ми спе­ци­а­ли­ста­ми. Кон­суль­ти­ро­ва­лись дол­го, по­том ре­ши­ли, что го­мель­ские вра­чи при­едут в Пет­ри­ков. Я по­еха­ла в са­на­то­рий за­брать ве­щи На­сти и вер­ну­лась, что­бы узнать, ку­да ее по­ве­зут. То­гда я еще не зна­ла, что ре­бе­нок уже нетранс­пор­та­бель­ный.

В 22.15 врач со­об­щил ро­ди­те­лям, что их дочку вве­ли в сон, под­клю­чи­ли ап- па­ра­ты, кон­суль­ти­ру­ют­ся с мин­ски­ми вра­ча­ми.

- Врач ска­зал: «Ма­ма, кре­пи­тесь. Мы де­ла­ем все воз­мож­ное, до­ста­ли са­мые луч­шие пре­па­ра­ты, но не зна­ем, что это за бо­лезнь и ку­да она по­вер­нет­ся». А в 0.15 мне по­зво­ни­ли и ска­за­ли, что де­ла­ли все что мог­ли, но в 23.40 про­изо­шла оста­нов­ка серд­ца… - жен­щи­на за­мол­ка­ет и на­чи­на­ет пла­кать.

Ро­ди­те­ли до­би­лись то­го, что­бы вскры­тие про­шло в Го­ме­ле, а не в Пет­ри­ко­ве. Ре­зуль­та­ты су­деб­но-ме­ди­цин­ской экс­пер­ти­зы им при­дет­ся ждать еще око­ло ме­ся­ца.

- Нам ска­за­ли, что при­чи­на смер­ти уста­нав­ли­ва­ет­ся. В боль­ни­це об­мол­ви­лись, что, воз­мож­но, это ка­кое-то ин­фек­ци­он­ное за­бо­ле­ва­ние, - го­во­рит На­деж­да.

На сле­ду­ю­щий день по­сле смер­ти На­сти дру­гие ро­ди­те­ли по­еха­ли за­би­рать из са­на­то­рия сво­их де­тей.

- Я про­сто хо­чу, что­бы был жест­кий кон­троль над каж­дым са­на­то­ри­ем и каж­дым учи­те­лем. Он от­вет­ствен­ный, он вто­рой ро­ди­тель - я от­даю в его ру­ки ре­бен­ка, а он должен его смот­реть, как соб­ствен­но­го. Ко­гда Настя еще бы­ла жи­ва, учи­те­ля, ко­то­рые с ней ез­ди­ли, по­про­си­ли про­ще­ния, что так по­лу­чи­лось. Ска­за­ли, что это все рез­ко про­изо­шло, они да­же не по­ня­ли, как ре­а­ги­ро­вать. Ди­рек­тор по­зво­ни­ла, из­ви­ни­лась. Я от­ве­ти­ла: «Хо­ро­шо». А что еще я мо­гу ска­зать? Ре­бен­ка мне уже не вер­нуть. Сей­час я жду ре­зуль­та­ты, что­бы узнать, от че­го моя дочь умер­ла. Вра­чи опоз­да­ли или что-то непра­виль­но вве­ли?

Настя бы­ла са­мой стар­шей доч­кой - в се­мье рас­тет еще пер­во­класс­ник Стас и двух­лет­няя Ве­ро­ни­ка.

- Боль­ше ни­ку­да де­тей не от­пу­щу, мо­жет, са­ма как-ни­будь вы­ве­зу их на от­дых. Пус­кай воз­ле ме­ня бу­дут, за­то я бу­ду знать, что они здо­ро­вые...

11-лет­няя Настя долж­на бы­ла от­дох­нуть и на­брать­ся сил в са­на­то­рии, но по­гиб­ла от неиз­вест­ной ин­фек­ции…

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.