Оста­лась на оре­хи

По­че­му бел­ка не бо­ит­ся по­тол­стеть

Minskiy kuryer. Tolstushka - - ДАНО ОТ ПРИРОДЫ - Юрий БЕРЕСТОВ, фото ав­то­ра

Вот­ли­чие от кра­со­ток че­ло­ве­че­ско­го ро­да ле­тя­га ог­нен­но­го цве­та не бес­по­ко­ит­ся о та­лии. Не от­ры­ва­ясь от тра­пезы, оби­та­тель­ни­ца мин­ско­го пар­ка со­гла­си­лась на фо­то­сес­сию. Под щелч­ки фо­то­за­тво­ра ро­дил­ся и куп­лет:

Зи­ма впе­ре­ди,

По­ди­ум — прочь!

Жи­рок за­па­сти

На­доб­но очень!

Сол­неч­ным ок­тябрь­ским днем во все 22 бе­ли­чьих зу­ба крас­но­хвост­ка управ­ля­лась с оре­хом, су­дя по все­му, мань­чжур­ским, из бо­та­ни­че­ско­го са­да. Что­бы на­сы­тить­ся, бе­лоч­ка долж­на раз­гры­зать еже­днев­но око­ло 20 ело­вых ши­шек и в 10 раз боль­ше сос­но­вых: в них мень­ше зе­рен и се­ме­на не та­кие пи­та­тель­ные. Непро­сто вы­пол­нить эту нор­му, ведь у ры­жих пу­ши­сти­ков мно­го кон­ку­рен­тов. Со­бра­тья-гры­зу­ны — ак­тив­ные участ­ни­ки «боль­шой жрат­вы», спо­ро лу­щат шиш­ки дят­лы и кле­сты.

В от­мест­ку пер­на­тым бел­ки хо­лод­ной по­рой под­во­ро­вы­ва­ют хлеб из пти­чьих кор­му­шек. Хотя всю осень по­хле­ще за­взя­тых дач­ни­ков со­зда­ют за­па­сы на зи­му: гри­бы на вет­ках су­шат, же­лу­ди за­ры­ва­ют в землю или за­кла­ды­ва­ют в тре­щи­ны на дре­вес­ных ство­лах. Но вот бе­да: за­бы­ва­ют гео­гра­фию схро­нов. Ра­сти­тель­ной пи­щей бел­ки не огра­ни­чи­ва­ют­ся, ве­ге­та­ри­ан­ца­ми их не на­зо­вешь: ла­ко­мят­ся пти­чьи­ми яй­ца­ми и да­же птен­ца­ми, яще­ри­ца­ми, ля­гуш­ка­ми и на­се­ко­мы­ми.

И вновь к во­про­су о жен­ской фи­гу­ре. Сам­ки съе­да­ют боль­ше, чем сам­цы. Еще бы, два­жды в год они при­но­сят при­плод — каждый раз от 3 до 10 бель­чат. Но жи­вут пу­ши­стые на во­ле недол­го, пя­ти­лет­ние ста­ри­ки — боль­шая ред­кость. За­то в ста­ту­се до­маш­них пи­том­цев бел­ки мо­гут от­ме­тить свое де­ся­ти- или да­же две­на­дца­ти­ле­тие, оста­ва­ясь при этом су­пер­ак­тив­ны­ми.

Та, что на сним­ке — с глаз­ка­ми-бу­син­ка­ми, ми­нут 15 не ме­ня­ла по­зы, усерд­ствуя над оре­хом. Но мы при­вык­ли ви­деть пры­га­ю­щую по зем­ле или ле­тя­щую с де­ре­ва на де­ре­во обе­зья­ну се­вер­ных ле­сов, в качестве ру­ля у ко­то­рой пу­ши­стый хвост. Пу­ши­стые ки­сточ­ки к зи­ме по­яв­ля­ют­ся и на ушах. У на­шей бел­ки они еще не вы­рос­ли: то ли теп­лая погода вво­дит в за­блуж­де­ние, то ли зи­ма еще за го­ра­ми, за до­ла­ми. Ка­ки­ми толь­ко на­зва­ни­я­ми и эпи­те­та­ми не удо­сто­и­ли мы бе­лоч­ку в этом рас­ска­зе! Но есть еще од­но за­кон­ное ис­то­ри­че­ское имя — век­ша. И еще один смысл у это­го сло­ва — самая мел­кая де­неж­ка в Древней Ру­си (упо­ми­на­лась в «По­ве­сти вре­мен­ных лет»). Так что мы не но­ва­то­ры, ко­гда про­сим рас­счи­тать­ся «бел­ка­ми». Ес­ли кто-то по­за­был, на самой мел­кой бе­ло­рус­ской банк­но­те об­раз­ца 1992 го­да, 50-ко­пе­еч­ной, кра­со­вал­ся бе­ли­чий про­филь. Пра­щур ны­неш­ней ге­ро­и­ни был за­стиг­нут за та­ким же за­ня­ти­ем: «…да ореш­ки все гры­зет». Кста­ти, в Хо­рва­тии де­неж­ная еди­ни­ца — ку­на. Назва­ние из дав­них времен, ко­гда пуш­ни­ной рас­счи­ты­ва­лись за то­вар, про­изо­шло от бе­ли­чье­го вра­га — ку­ни­цы. Но это уже со­всем дру­гая исто­рия.

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.