Хип­пи and…

Ху­дож­ник, ди­зай­нер Владимир Цеслер вспо­ми­на­ет, где в 1970-х в Мин­ске со­би­ра­лись хип­пи, за что и как их на­ка­зы­ва­ли в ми­ли­ции и по­че­му неко­то­рые твор­че­ские лю­ди пред­по­чи­та­ли ра­бо­тать двор­ни­ка­ми и сто­ро­жа­ми

Minskiy kuryer. Tolstushka - - МАШИНА ВРЕМЕНИ -

бы­ла долж­ность двор­ни­ка. С утра он под­ме­та­ет, а по­том пи­шет кни­гу. Очень мно­гие ин­тел­ли­ген­ты ра­бо­та­ли на клад­би­щах, устра­и­ва­лись ру­бить мя­со, что­бы за­ра­ба­ты­вать день­ги и не счи­тать­ся ту­не­яд­ца­ми.

— Ал­ко­го­ля, спо­соб­ство­вав­ше­го за­ду­шев­ной бе­се­де, вы не чу­ра­лись?

— Нет, ко­неч­но! По­пу­ляр­ным бы­ло де­ше­вое фрук­то­вое ви­но. Под него за­ду­шев­но, как вы го­во­ри­те, об­ща­лись… Кто-то из на­шей ком­па­нии про­бо­вал и ма­ри­ху­а­ну. Но один ав­то­ри­тет­ный че­ло­век ска­зал: за­чем это те­бе, ты же ху­дож­ник, у те­бя и так все пе­ре­вер­ну­то. — Вы са­ми счи­та­ли се­бя со­вет­ским хип­пи?

— Не мо­гу на­звать се­бя сто­про­цент­ным хип­пи, по­сколь­ку все-та­ки ра­бо­тал. Од­на­ко сво­бод­ное вре­мя по­свя­щал об­ще­нию с эти­ми людь­ми. Они мне очень нра­ви­лись, сре­ди них бы­ли ин­те­рес­ней­шие лич­но­сти с глу­бо­ки­ми зна­ни­я­ми. Ме­ня про­сто тя­ну­ло ту­да, я каж­дый день в их ком­па­нии что-то для се­бя от­кры­вал в ли­те­ра­ту­ре, му­зы­ке. Лю­ди ис­ка­ли дру­гие пу­ти по­зна­ния, вот и мне по­вез­ло най­ти се­бе та­кую сфе­ру. Ле­том во вре­мя от­пус­ка мы вы­ез­жа­ли в При­бал­ти­ку…

— Ав­то­сто­пом на так на­зы­ва­е­мые сей­ше­ны, фе­сти­ва­ли рок­му­зы­ки?!

— Да, на сей­ше­ны в ту же Эсто­нию со­би­ра­лось мно­го на­ро­да со все­го Со­вет­ско­го Со­ю­за, при этом нема­ло из­вест­ных лю­дей. Там бы­ло зна­ко­вое ме­сто Ра­к­ве­ре, меж­ду Ле­нин­гра­дом и Тал­ли­ном. Знал эс­тон­скую сто­ли­цу луч­ше всех го­ро­дов Со­ю­за, да­же Мин­ска. Ис­хо­дил ее вдоль и по­пе­рек до по­след­не­го за­ко­ул­ка. Да­же ес­ли гна­лась ми­ли­ция, от­лич­но пред­став­лял, как от нее скрыть­ся, че­рез ка­кие дво­ры.

— Как вам уда­ва­лось оде­вать­ся, что­бы не вы­гля­деть в этой ком­па­нии чу­жа­ком?

— Во-пер­вых, это не бы­ло са­мо­це­лью. Как го­во­ри­ли в то вре­мя в на­ших кру­гах, хип­пи рос­ко­ши не лю­бят. Я ни­че­го не пред­при­ни­мал для со­зда­ния со­от­вет­ству­ю­ще­го ими­джа, ме­ня опре­де­ля­ли по внеш­не­му ви­ду и что-то пред­ла­га­ли. Пер­вые на­сто­я­щие джин­сы до­ста­лись в на­ча­ле 1972 го­да в Москве. Че­ло­век, ви­ди­мо, ма­жор или чей-то сы­нок, а мо­жет, сту­дент МГИМО, по­до­шел ко мне и пред­ло­жил ку­пить его шта­ны. Он по­хо­дил на парня, ко­то­ро­му очень хо­те­лось вы­пить, и ко­гда уви­дел ме­ня, у него за­го­ре­лись гла­за.

— Они бы­ли в па­ке­те или на нем? — На нем! Я го­во­рю, мол, у ме­ня и де­нег та­ких нет. А сколь­ко, спра­ши­ва­ет, есть? 25 руб­лей, от­ве­чаю. Лад­но, со­гла­ша­ет­ся, да­вай! Од­на­ко я при­ки­нул, что оста­юсь в чу­жом го­ро­де без ко­пей­ки, от­ка­зал­ся, и мы разо­шлись.

Но в тот же день в огром­ной Москве встре­тил его вновь! Это бы­ло нере­аль­но, тем не ме­нее чудо про­изо­шло. Он сно­ва по­до­шел и ска­зал: да­вай, по­ку­пай, сколь­ко у те­бя есть? 18 руб­лей? Окей! Снял с се­бя прак­ти­че­ски нено­ше­ные, по­чти но­вень­кие джин­сы. Ко­гда я при­вез их до­мой и по­сти­рал, крас­ка, есте­ствен­но, со­шла, и мо­е­му взо­ру от­крыл­ся тот небес­ный си­ний цвет, о ко­то­ром все меч­та­ли. Это бы­ли ле­ген­дар­ные Super Rifle. — За длин­ные во­ло­сы вас го­ня­ли?

— Я их от­пу­стил по­сле ар­мии, и ни­кто ко мне осо­бен­но не цеп­лял­ся — Во вре­ме­на же­лез­но­го за­на­ве­са вам уда­лось вы­рвать­ся за гра­ни­цу?!

— Я вы­иг­рал кон­курс пла­ка­та. А ка­кой-то че­ло­век в пар­тий­ных ор­га­нах ска­зал: «Мы не мо­жем это пу­га­ло вы­пус­кать, что­бы ду­ма­ли, де­скать, все со­вет­ские лю­ди та­кие». На это один пре­по­да­ва­тель от­ве­тил: «Глу­по­сти, я был за гра­ни­цей мно­го раз и ви­дел: ес­ли идет че­ло­век с длин­ны­ми во­ло­са­ми и они не ме­ша­ют улич­но­му дви­же­нию, то по­ли­цей­ский его не тро­га­ет!»

— Зна­чит, вас все-та­ки вы­пу­сти­ли. Это бы­ла, ко­неч­но, Поль­ша?

— Нет, Бол­га­рия. Ни­ка­ко­го осо­бо­го подъ­ема, сту­пив на ее зем­лю, я не по­чув­ство­вал. Эта стра­на бы­ла то­гда по­чти 16-й со­вет­ской рес­пуб­ли­кой. Не в при­мер, кста­ти, упо­мя­ну­той Поль­ше. Мы же всю важ­ную для нас ин­фор­ма­цию по­лу­ча­ли бла­го­да­ря пре­крас­ным поль­ским жур­на­лам «Искус­ство», «Шту­ка», «Шпиль­ка». Че­рез поль­ское ра­дио про­хо­ди­ло мно­гое, оно ра­бо­та­ло на длин­ных вол­нах, и я все­гда слу­шал его в ма­стер­ской. — А ма­стер­скую по­лу­чи­ли без про­блем?

— Нет, ко­неч­но. Пер­вой бы­ла ка­кая-то ко­ну­ра на ули­це Оль­шев­ско­го. По­лу­чить свою ма­стер­скую в те вре­ме­на, как и сей­час, бы­ло не­имо­вер­но труд­но. Нам же с мо­и­ми со­ав­то­ра­ми Сер­ге­ем Вой­чен­ко и Ан­дре­ем Ше­лют­то кто-то по­мог. — Ка­кая му­зы­ка то­гда бы­ла вам по ду­ше?

— По­вез­ло, что на­ши вку­сы фор­ми­ро­ва­лись во вре­ме­на му­зы­каль­ных от­кры­тий. Это настоль­ко увле­ка­ло, что не пред­став­ляю, ка­кая бы жизнь бы­ла без них. Ко­неч­но, мы лю­би­ли и «Бит­лз», и «Рол­линг Сто­унз», но и преж­де хва­та­ло класс­ных му­зы­кан­тов — Боб Ди­лан, «Бич Бойз» и так да­лее. Фех­то­валь­щик Ан­дрей Бы­лин­ский из-за гра­ни­цы при­во­зил от­лич­ные пла­стин­ки.

— Счи­та­ет­ся, что хип­пи, «де­ти цве­тов», пе­ре­кро­и­ли кар­ти­ну ми­ра на За­па­де, осо­бен­но по ча­сти сек­су­аль­ной ре­во­лю­ции. В ва­шей ту­сов­ке хва­та­ло сим­па­тич­ных и неглу­пых де­ву­шек. Вы с кем-то из них за­вя­зы­ва­ли нефор­маль­ные от­но­ше­ния? — Нет! Я был че­ло­век в этом плане нере­ши­тель­ный, и хо­тя девочки, не обре­ме­нен­ные мо­раль­ны­ми прин­ци­па­ми, встре­ча­лись, мне не хо­те­лось те­рять вре­мя, упус­кать воз­мож­ность об­ще­ния с неор­ди­нар­ны­ми людь­ми, что-то недо­по­лу­чить.

Один ав­то­ри­тет­ный че­ло­век ска­зал: а за­чем те­бе во­об­ще нужна ма­ри­ху­а­на, ты же ху­дож­ник, у те­бя и так все пе­ре­вер­ну­то.

P. S.

В ак­ти­ве 67-лет­не­го Вла­ди­ми­ра Цесле­ра — уча­стие в пре­стиж­ных вы­став­ках, око­ло 40 меж­ду­на­род­ных на­град. Его пла­кат Woodstock. 30 years — в со­бра­нии ре­клам­ных ше­дев­ров Лув­ра, ра­бо­ты хра­нят­ся в Рус­ском и Пуш­кин­ском му­зе­ях. Но со­вет­ские вре­ме­на и то­гдаш­них дру­зей он и се­го­дня вспо­ми­на­ет с теп­ло­той.

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.