Алек­сандр ХЛУС

Yustitsiya Belarusi - - Содержание В Этом Номере - Алек­сандр ХЛУС, кан­ди­дат юри­ди­че­ских на­ук, до­цент, док­то­рант ка­фед­ры кри­ми­на­ли­сти­ки юри­ди­че­ско­го фа­куль­те­та Бе­ло­рус­ско­го го­су­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та

Объ­ект пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства как эле­мент ин­те­гра­ции уго­лов­но­го пра­ва и кри­ми­на­ли­сти­ки ...........................................................................

ANNOTATION The article analyzes the problem of understanding the object of crime in criminal law and criminalistics. The theory of domestic criminal law traditionally considers the object of crime to be the social relations, the abstract nature of which excludes the possibility of reflecting a system of tracks containing criminally significant information about the criminal act committed and its elements. Being a science “about the realities of criminal law” criminalistics considers the object of encroachment as a material element of the structure of the crime. For the successful development of integration processes in the system of the sciences of the criminal law cycle it is necessary to unify the scientific categories that these sciences operate on.

АННОТАЦИЯ

В ста­тье про­ана­ли­зи­ро­ва­на пробле­ма по­ни­ма­ния объ­ек­та пре­ступ­ле­ния в уго­лов­ном пра­ве и кри­ми­на­ли­сти­ке. В тео­рии оте­че­ствен­но­го уго­лов­но­го пра­ва объ­ек­том пре­ступ­ле­ния тра­ди­ци­он­но счи­та­ют­ся об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния, аб­стракт­ный ха­рак­тер ко­то­рых ис­клю­ча­ет воз­мож­ность от­ра­зить си­сте­му сле­дов, со­дер­жа­щих кри­ми­на­ли­сти­че­ски зна­чи­мую ин­фор­ма­цию о со­вер­шен­ном пре­ступ­ном де­я­нии и его эле­мен­тах. Яв­ля­ясь на­у­кой «о ре­аль­но­стях уго­лов­но­го пра­ва», кри­ми­на­ли­сти­ка рас­смат­ри­ва­ет объ­ект по­ся­га­тель­ства в ка­че­стве ма­те­ри­аль­но­го эле­мен­та струк­ту­ры пре­ступ­ле­ния. Для успеш­но­го раз­ви­тия ин­те­гра­ци­он­ных про­цес­сов в си­сте­ме на­ук уго­лов­но-пра­во­во­го цик­ла необ­хо­ди­ма уни­фи­ка­ция на­уч­ных ка­те­го­рий, ко­то­ры­ми опе­ри­ру­ют эти на­у­ки.

Все­ре­дине про­шло­го сто­ле­тия уче­ные в об­ла­сти уго­лов­но­го пра­ва ука­за­ли на важ­ность и недо­ста­точ­ную раз­ра­бо­тан­ность про­бле­мы объ­ек­та пре­ступ­ле­ния [1, с. 188–189] и на на­ли­чие мно­гих спор­ных ас­пек­тов уче­ния о нем [2, с. 111]. Ка­за­лось бы, с тех пор все про­бле­мы объ­ек­та пре­ступ­ле­ния раз­ре­ши­лись, но в дей­стви­тель­но­сти это не так. До сих пор пробле­ма объ­ек­та пре­ступ­ле­ния оста­ет­ся од­ной из са­мых слож­ных и спор­ных в тео­рии уго­лов­но­го пра­ва, а са­мо по­ня­тие, как от­ме­ча­ют со­вре­мен­ни­ки, яв­ля­ет­ся «од­но­вре­мен­но наи­бо­лее дис­кус­си­он­ным в на­у­ке уго­лов­но­го пра­ва» [3, с. 49].

Сле­ду­ет от­ме­тить, что пробле­ма объ­ек­та пре­ступ­ле­ния раз­ра­ба­ты­ва­лась еще до­ре­во­лю­ци­он­ны­ми уче­ны­ми: В.Д.СПА­со­ви­чем, А.ф.бер­не­рем, А.ф.ки­стя­ков­ским, С.в.поз­ны­ше­вым и дру­ги­ми.

В.д.спа­со­вич в сво­их ра­бо­тах пре­иму­ще­ствен­но опе­ри­ру­ет по­ня­ти­ем «пред­мет пре­ступ­ле­ния» и ре­же упо­ми­на­ет тер­мин «объ­ект пре­ступ­ле­ния». Фор­му­ли­руя опре­де­ле­ние по­ня­тия «пре­ступ­ле­ние», он утвер­жда­ет, что это «есть по­ся­га­тель­ство на чье-ли­бо пра­во, охра­ня­е­мое го­су­дар­ством по­сред­ством на­ка­за­ний». Вся­кое уго­лов­ное пре­ступ­ле­ние есть пре­ступ­ле­ние про­тив ли­ца юри­ди­че­ско­го – го­су­дар­ства, и непо­сред­ствен­ным его объ­ек­том яв­ля­ет­ся чье-ни­будь опре­де­лен­ное пра­во. Ис­хо­дя из это­го, пред­ме­том пре­ступ­ле­ния мо­жет быть толь­ко че­ло­ве­че­ское ли­цо с его пра­ва­ми, а не вещь, жи­вот­ное, от­вле­чен­ное по­ня­тие [4, с. 94–96].

А.ф.бер­нер в ка­че­стве объ­ек­та пре­ступ­ле­ния ви­дит об­щее и част­ное пра­во, ко­то­рое на­ру­ша­ет­ся непо­сред­ствен­но и ко­ли­че­ствен­но, и ка­че­ствен­но толь­ко до из­вест­ной сте­пе­ни, в из­вест­ных пре­де­лах [5, с. 400].

Ис­сле­дуя объ­ект пре­ступ­ле­ния, А.ф.ки­стя­ков­ский утвер­жда­ет, что объ­ек­том пре­ступ­ле­ния мо­жет быть че­ло­век со все­ми пра­ва­ми и со­здан­ны­ми им учре­жде­ни­я­ми [6, с. 309–311].

Ана­лиз мне­ний сво­их со­вре­мен­ни­ков и пред­ше­ствен­ни­ков по про­бле­ме объ­ек­та пре­ступ­ле­ния был про­ве­ден С.в.поз­ны­ше­вым. В сво­ей ра­бо­те он от­ме­тил, что «объ­ек­том пре­ступ­ле­ния, хо­тя бы лишь от­да­лен­ным, нель­зя счи­тать ту пра­во­вую нор­му или тот за­кон, ко­то­рый на­ру­ша­ет­ся дан­ным де­я­ни­ем. За­ко­ны ни­сколь­ко не ви­до­из­ме­ня­ют­ся и не стра­да­ют от на­ру­ша­ю­щих их де­я­ний. Объ­ек­том же пре­ступ­ле­ния мо­жет счи­тать­ся лишь то, что слу­жит, так ска­зать, ми­ше­нью для пре­ступ­ни­ка, уни­что­жа­ет­ся, ви­до­из­ме­ня­ет­ся, … стра­да­ет от де­я­ния пре­ступ­ни­ка» [7, с. 132–134]. В свя­зи с этим С.в.поз­ны­шев де­ла­ет вы­вод, что и субъ­ек­тив­ное пра­во так­же не мо­жет яв­лять­ся объ­ек­том пре­ступ­ле­ния, так как оно недо­ступ­но по­ся­га­тель­ству пре­ступ-

ни­ка. Дан­ный вы­вод ис­сле­до­ва­тель под­креп­ля­ет при­ме­ром: «...вор ли­ша­ет соб­ствен­ни­ка об­ла­да­ния ве­щью, но не пра­ва соб­ствен­но­сти на дан­ную вещь; и соб­ствен­ник мо­жет тре­бо­вать вещь, как свою, как ско­ро най­дет ее...». Не со­гла­сил­ся С.в.поз­ны­шев и с мне­ни­ем тех уче­ных, ко­то­рые счи­та­ют объ­ек­том пре­ступ­ле­ния ин­те­ре­сы, охра­ня­е­мые пра­вом. Ин­те­рес не мо­жет быть на­ру­шен ина­че как по­сред­ством по­ся­га­тель­ства на то бла­го, с ко­то­рым он свя­зан и ко­то­рое яв­ля­ет­ся на­сто­я­щим объ­ек­том по­ся­га­тель­ства.

Свою по­зи­цию на рас­смат­ри­ва­е­мый во­прос С.в.поз­ны­шев вы­ра­зил сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «...объ­ек­том пре­ступ­ле­ний яв­ля­ют­ся те кон­крет­ные от­но­ше­ния, ве­щи и со­сто­я­ния лиц или ве­щей, ко­то­рые охра­ня­ют­ся за­ко­ном под стра­хом на­ка­за­ния. Их мож­но на­звать для крат­ко­сти пра­во­вы­ми бла­га­ми... «Пра­во­вое бла­го» мо­жет и не быть дей­стви­тель­ным или нрав­ствен­но доз­во­лен­ным бла­гом. К ска­зан­но­му на­до при­ба­вить, что объ­ек­том пре­ступ­ле­ния яв­ля­ет­ся все­гда чу­жое бла­го или бла­го, об­щее у пре­ступ­ни­ка с дру­ги­ми людь­ми...» [7, с. 132–134].

Поды­то­жи­вая крат­кий ана­лиз мне­ний до­ре­во­лю­ци­он­ных уче­ных, мож­но за­ме­тить, что они, ха­рак­те­ри­зуя объ­ект пре­ступ­ле­ния, вы­де­ля­ли в нем как аб­стракт­ную (от­но­ше­ния), так и ма­те­ри­аль­ную (че­ло­век, ве­щи) со­став­ля­ю­щую.

Вне вся­ко­го со­мне­ния, ра­бо­ты ука­зан­ных ав­то­ров, несмот­ря на их со­дер­жа­тель­ное раз­ли­чие, яви­лись ос­но­вой для даль­ней­ше­го изу­че­ния объ­ек­та пре­ступ­ле­ния как уго­лов­но-пра­во­во­го ин­сти­ту­та.

В по­сле­ре­во­лю­ци­он­ный пе­ри­од со­вет­ская теория уго­лов­но­го пра­ва с пер­вых лет ее су­ще­ство­ва­ния рас­смат­ри­ва­ет об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния в ка­че­стве объ­ек­та пре­ступ­ле­ния [8, с. 133]. Та­кое мне­ние об объ­ек­те пре­ступ­ле­ния оста­ет­ся до­ми­ни­ру­ю­щим до сих пор.

В по­след­ние го­ды теория уго­лов­но­го пра­ва по­пол­ни­лась но­вы­ми кон­цеп­ту­аль­ны­ми под­хо­да­ми к рас­смот­ре­нию объ­ек­та пре­ступ­ле­ния. По дан­но­му по­во­ду В.н.ви­но­ку­ров пи­шет: «…об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния как объ­ект уго­лов­но-пра­во­вой охра­ны – это со­ци­аль­ное яв­ле­ние, не вклю­ча­ю­щее в се­бя ни­че­го ма­те­ри­аль­но­го, и, яв­ля­ясь ос­но­вой пра­во­от­но­ше­ний, со­став­ля­ют ма­те­ри­аль­ную пред­по­сыл­ку их воз­ник­но­ве­ния. Эле­мен­та­ми струк­ту­ры об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний яв­ля­ют­ся субъ­ек­ты от­но­ше­ний, их де­я­тель­ность и пред­ме­ты от­но­ше­ний» [9, с. 65]. Да­лее ис­сле­до­ва­тель от­ме­ча­ет, что «для вступ­ле­ния в об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния не­об­хо­дим пред­мет, ко­то­рый бы пред­став­лял ин­те­рес для его участ­ни­ков (как по­треб­ность и цель вза­и­мо­от­но­ше­ний), по­это­му он поз­во­ля­ет опре­де­лить суть и спе­ци­фи­ку кон­крет­ных об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний». Ав­тор ста­вит знак ра­вен­ства меж­ду пред­ме­том от­но­ше­ний и непо­сред­ствен­ным объ­ек­том: «Об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния – это от­но­ше­ния по по­во­ду ка­ких-ли­бо объ­ек­тов, под ко­то­ры­ми сле­ду­ет по­ни­мать все то, что вхо­дит в сфе­ру по­треб­но­стей лю­дей» [9, с. 66–67].

В тео­рии уго­лов­но­го пра­ва су­ще­ству­ют и иные мне­ния по во­про­су о по­ни­ма­нии объ­ек­та пре­ступ­ле­ния. Раз­но­об­ра­зие кон­цеп­ций объ­ек­та по­ся­га­тель­ства рас­смот­ре­но И.о.грун­то­вым [10, с. 41–46].

С тео­ри­ей объ­ек­та пре­ступ­ле­ний как об­ще­ствен­но­го от­но­ше­ния кон­ку­ри­ру­ет теория пра­во­во­го бла­га или ин­те­ре­са [3, с. 53], пред­став­лен­ная в ра­бо­тах А.в.на­у­мо­ва, С.а.ели­се­е­ва, Е.фе­сен­ко и дру­гих.

По это­му по­во­ду А.в.на­у­мов за­ме­тил, что «объ­ек­том пре­ступ­ле­ния сле­ду­ет при­знать те бла­га (ин­те­ре­сы), на ко­то­рые по­ся­га­ет пре­ступ­ное де­я­ние и ко­то­рые охра­ня­ют­ся уго­лов­ным за­ко­ном». Об­щим объ­ек­том пре­ступ­ле­ния при­зна­ет­ся со­во­куп­ность благ (ин­те­ре­сов), охра­ня­е­мых уго­лов­ным за­ко­ном. Ро­до­вой (спе­ци­аль­ный) объ­ект – это груп­па од­но­род­ных благ (ин­те­ре­сов), на ко­то­рые по­ся­га­ет од­но­род­ная груп­па пре­ступ­ле­ний. Непо­сред­ствен­ным объ­ек­том яв­ля­ет­ся бла­го (ин­те­рес), ко­то­ро­му при­чи­ня­ет­ся вред в ре­зуль­та­те пре­ступ­ле­ния [11, с. 53].

По мне­нию С.а.ели­се­е­ва, по­ни­ма­ние объ­ек­та пре­ступ­ле­ния как бла­га (ин­те­ре­са) про­дол­жа­ет тра­ди­цию уго­лов­но-пра­во­вой на­у­ки и со­от­вет­ству­ет со­вре­мен­ным взгля­дам на сущ­ность, со­ци­аль­ную цен­ность пра­ва, со­дер­жа­ние пра­во­от­но­ше­ния [12, с. 15].

Е.фе­сен­ко утвер­жда­ет, что «имен­но цен­но­сти (лич­ные, об­ще­ствен­ные, го­су­дар­ствен­ные) долж­ны при­зна­вать­ся объ­ек­том пре­ступ­ле­ния…». В ка­че­стве цен­но­стей Е.фе­сен­ко на­зы­ва­ет че­ло­ве­ка и объ­ек­ты ма­те­ри­аль­но­го ми­ра, зна­чи­мые для от­дель­ных лиц, со­ци­аль­ных групп и об­ще­ства в це­лом. Пре­ступ­ле­ние, на­прав­лен­ное про­тив этих важ­ней­ших цен­но­стей, со­зда­ет угро­зу при­чи­не­ния или при­чи­ня­ет им вред. «Имен­но по­это­му ука­зан­ные цен­но­сти и вы­сту­па­ют в ка­че­стве объ­ек­та пре­ступ­ле­ния» [13, с. 72].

Осо­бен­ность по­зи­ции Е.фе­сен­ко в при­зна­нии че­ло­ве­ка од­ной из цен­но­стей, яв­ля­ю­щей­ся объ­ек­том пре­ступ­ле­ния. Эта идея ра­нее бы­ла пред­став­ле­на в на­уч­ном ис­сле­до­ва­нии Г.п.но­во­се­ло­ва, ко­то­рый при лю­бом по­ся­га­тель­стве в ка­че­стве объ­ек­та рас­смат­ри­вал че­ло­ве­ка. Стра­да­ния фи­зи­че­ские ли­ца ис­пы­ты­ва­ют не толь­ко в слу­чае по­ся­га­тель­ства на их неот­чуж­да­е­мое лич­ное неиму­ще­ствен­ное пра­во, но и то­гда, ко­гда по­хи­ща­ет­ся, уни­что­жа­ет­ся или по­вре­жда­ет­ся их иму­ще­ство. Вся­кий раз, ко­гда в уго­лов­ном за­коне го­во­рит­ся о пре­ступ­ных по­след­стви­ях для че­ло­ве­ка, граж­да­ни­на, по­тре­би­те­ля, име­ет­ся в ви­ду при­чи­не­ние вре­да (на­не­се­ние ущер­ба) кон­крет­ным ин­ди­ви­дам. Ре­ше­ние во­про­са не мо­жет быть дру­гим и в от­но­ше­нии пре­ступ­ле­ний, в ко­то­рых в ка­че­стве обя­за­тель­но­го их при­зна­ка преду­смат­ри­ва­ет­ся при­чи­не­ние вре­да об­ще­ству

или от­дель­ным ор­га­ни­за­ци­ям. Осо­бен­ность та­ко­го ро­да пре­ступ­ле­ний в том, что ими на­но­сит­ся ущерб или со­зда­ет­ся угро­за его на­не­се­ния неко­то­ро­му мно­же­ству лиц, круг ко­то­рых не все­гда воз­мож­но уста­но­вить в каж­дом от­дель­ном слу­чае как в пра­во­при­ме­ни­тель­ной, так и за­ко­но­твор­че­ской де­я­тель­но­сти [14, с. 51].

Кри­ми­на­ли­сти­ка, яв­ля­ясь на­у­кой «о ре­аль­но­стях уго­лов­но­го пра­ва» [15, с. 109], рас­смат­ри­ва­ет лю­бое пре­ступ­ное де­я­ние как си­сте­му, струк­ту­ра ко­то­рой об­ра­зо­ва­на ма­те­ри­аль­ны­ми эле­мен­та­ми [16, с. 71]. В их чис­ле мож­но на­звать объ­ект, пред­мет, сред­ство пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства и пред­мет пре­ступ­ле­ния [17, с. 48].

Объ­ект пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства как эле­мент кри­ми­на­ли­сти­че­ской (ма­те­ри­аль­ной) струк­ту­ры пре­ступ­ле­ния су­ще­ствен­но от­ли­ча­ет­ся от со­от­вет­ству­ю­ще­го уго­лов­но-пра­во­во­го эле­мен­та со­ста­ва пре­ступ­ле­ния. В тео­рии и прак­ти­ке оте­че­ствен­но­го уго­лов­но­го пра­ва до сих пор в во­про­се по­ни­ма­ния со­дер­жа­ния объ­ек­та по­ся­га­тель­ства ис­поль­зу­ет­ся кон­цеп­ция об­ще­ствен­но­го от­но­ше­ния. Дан­ная кон­цеп­ция непри­ем­ле­ма для рас­смот­ре­ния объ­ек­та по­ся­га­тель­ства как рав­но­цен­но­го по­ня­тия для уго­лов­но­го пра­ва и кри­ми­на­ли­сти­ки. Де­ло в том, что аб­стракт­ные по сво­ей су­ти об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния, со­ци­аль­ные бла­га или че­ло­век [10, с. 45], со­став­ля­ю­щие со­дер­жа­ние кон­цеп­ций уго­лов­но-пра­во­во­го по­ня­тия объ­ек­та по­ся­га­тель­ства, не от­ра­жа­ют си­сте­му сле­дов, со­дер­жа­щих кри­ми­на­ли­сти­че­ски зна­чи­мую ин­фор­ма­цию о со­вер­шен­ном пре­ступ­ле­нии и его эле­мен­тах.

Объ­ект как эле­мент кри­ми­на­ли­сти­че­ской струк­ту­ры пре­ступ­ле­ния мож­но пред­ста­вить в ви­де ма­те­ри­аль­ной со­во­куп­но­сти или си­стем­но­го об­ра­зо­ва­ния, на ко­то­рые ока­зы­ва­ет­ся непо­сред­ствен­ное воз­дей­ствие, од­на или несколь­ко со­став­ля­ю­щих их ча­стей мо­гут опре­де­лять це­ле­вую на­прав­лен­ность пре­ступ­но­го де­я­ния. Необ­хо­ди­мо иметь в ви­ду, что сам по се­бе объ­ект как еди­ное це­лое так­же мо­жет яв­лять­ся це­лью пре­ступ­ной де­я­тель­но­сти. Это про­ис­хо­дит в тех слу­ча­ях, ко­гда умы­сел ви­нов­но­го огра­ни­чи­ва­ет­ся при­чи­не­ни­ем объ­ек­ту по­ся­га­тель­ства вре­да. На­при­мер, ст. 218 Уго­лов­но­го ко­дек­са Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь (да­лее – УК) преду­смат­ри­ва­ет от­вет­ствен­ность за умыш­лен­ное уни­что­же­ние ли­бо по­вре­жде­ние иму­ще­ства. Это иму­ще­ство, на­при­мер, ав­то­мо­биль, дом, иное стро­е­ние и дру­гое, яв­ля­ет­ся объ­ек­том по­ся­га­тель­ства, со­вер­ша­е­мо­го с це­лью при­чи­не­ния вре­да в ви­де их уни­что­же­ния или по­вре­жде­ния.

Объ­ект пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства мо­жет быть про­стым и слож­ным, еди­ным и мно­же­ствен­ным, од­нои мно­го­уров­не­вым. Осо­бен­но­сти объ­ек­та пред­опре- де­ля­ют спе­ци­фи­ку де­я­тель­но­сти субъ­ек­та и ме­ха­низм пре­ступ­ле­ния, что в ито­ге ска­зы­ва­ет­ся на его сле­до­вой кар­тине, сле­дах-от­ра­же­ни­ях, той пер­во­ос­но­ве, на ко­то­рой ба­зи­ру­ет­ся вся кри­ми­на­ли­сти­че­ская де­я­тель­ность [18, с. 284].

Объ­ек­та­ми пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства яв­ля­ют­ся че­ло­век (в един­ствен­ном чис­ле или груп­па лю­дей), иму­ще­ство (дви­жи­мое и недви­жи­мое), ком­пью­тер­ные и иные элек­трон­ные си­сте­мы, де­неж­ные сред­ства и цен­ные бу­ма­ги, транс­порт­ные сред­ства, пред­при­я­тия и учре­жде­ния, фир­мы, го­су­дар­ствен­ные ор­га­ны. Дей­ствия в от­но­ше­нии объ­ек­та мо­гут быть свя­за­ны как с при­чи­не­ни­ем ему вре­да, так и без та­ко­во­го.

Че­ло­век яв­ля­ет­ся объ­ек­том пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства в слу­ча­ях, ко­гда в ре­зуль­та­те пре­ступ­ных дей­ствий на него ока­зы­ва­ет­ся опре­де­лен­ное непо­сред­ствен­ное воз­дей­ствие. К та­ким де­я­ни­ям от­но­сят­ся, на­при­мер, на­силь­ствен­ные пре­ступ­ле­ния. В та­ких слу­ча­ях объ­ек­ты по­ся­га­тель­ства мо­гут быть клас­си­фи­ци­ро­ва­ны в за­ви­си­мо­сти от вы­пол­ня­е­мой ими ро­ли в си­сте­ме пре­ступ­ле­ния. На­при­мер, при со­вер­ше­нии раз­бой­но­го на­па­де­ния по­тер­пев­ший иг­ра­ет ак­тив­ную ли­бо пас­сив­ную роль. Он ак­ти­вен, ес­ли со­вер­ша­ет опре­де­лен­ные дей­ствия, дви­же­ния, ока­зы­ва­ет со­про­тив­ле­ние пре­ступ­ни­ку. Дан­ный эле­мент мо­жет быть и пас­сив­ным, ес­ли не пред­при­ни­мал ни­ка­ких дей­ствий в от­но­ше­нии на­па­дав­ше­го по при­чине на­хож­де­ния в со­сто­я­нии силь­ней­ше­го ду­шев­но­го вол­не­ния, стра­ха. Оче­вид­но, что в пер­вом слу­чае при ока­за­нии со­про­тив­ле­ния, про­ти­во­дей­ствия субъ­ек­ту, со­вер­ша­ю­ще­му пре­ступ­ле­ние, оста­ет­ся бо­лее ин­фор­ма­тив­ная сле­до­вая кар­ти­на.

Боль­шим раз­но­об­ра­зи­ем от­ли­ча­ет­ся та­кой объ­ект пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства, как иму­ще­ство. Оно охва­ты­ва­ет со­бой мно­же­ство раз­лич­ных ве­щей, раз­де­ля­е­мых на две боль­шие груп­пы: дви­жи­мое и недви­жи­мое иму­ще­ство. К дви­жи­мо­му иму­ще­ству от­но­сят­ся про­стран­ствен­но пе­ре­ме­ща­е­мые ве­щи, а к недви­жи­мо­му – зе­мель­ные участ­ки и все со­зда­ва­е­мое на них, а кро­ме то­го – нед­ра, про­стран­ство над зем­лей [19, с. 82]. Не ана­ли­зи­руя в де­та­лях ас­пек­ты граж­дан­ско-пра­во­во­го по­ня­тия «иму­ще­ство», за­ме­тим, что ему, как эле­мен­ту струк­ту­ры пре­ступ­ле­ния, мо­жет при­чи­нять­ся вред. На­при­мер, объ­ек­та­ми по­ся­га­тель­ства, со­глас­но ст. 263 УК, яв­ля­ют­ся при­род­ные ком­плек­сы или объ­ек­ты осо­бо охра­ня­е­мых при­род­ных тер­ри­то­рий, ко­то­рые в ре­зуль­та­те пре­ступ­но­го де­я­ния умыш­лен­но уни­что­жа­ют­ся ли­бо по­вре­жда­ют­ся.

Ком­пью­тер­ные и иные элек­трон­ные си­сте­мы яв­ля­ют­ся объ­ек­том пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства срав­ни­тель­но недав­но. В УК со­дер­жит­ся гл. 31 «Пре­ступ­ле­ния про­тив ин­фор­ма­ци­он­ной без­опас­но­сти». Од­ним из ос­нов­ных объ­ек­тов по­ся­га­тель­ства яв­ля­ет­ся ком­пью­тер­ная си­сте­ма, под ко­то­рой по­ни­ма­ет­ся ор­га­ни­за­ци­он­но упо­ря­до­чен­ная со­во­куп­ность

мас­си­вов ин­фор­ма­ции и ин­фор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий, ре­а­ли­зу­ю­щая ин­фор­ма­ци­он­ные про­цес­сы, об­ра­зу­ю­щим эле­мен­том ко­то­рой яв­ля­ет­ся хо­тя бы од­на ЭВМ: ба­зы спра­воч­ных дан­ных для на­се­ле­ния, ба­зы дан­ных за­ко­но­да­тель­ных и нор­ма­тив­ных ак­тов, ба­зы ар­хив­ных, му­зей­ных, учеб­ных и про­чих дан­ных [20, с. 815]. Дан­но­му объ­ек­ту не все­гда при­чи­ня­ет­ся вред. На­при­мер, со­вер­шая дей­ствия, преду­смот­рен­ные ст. 352 УК, пре­ступ­ник осу­ществ­ля­ет несанк­ци­о­ни­ро­ван­ное ко­пи­ро­ва­ние ли­бо иное непра­во­мер­ное за­вла­де­ние ин­фор­ма­ци­ей, хра­ня­щей­ся в ком­пью­тер­ной си­сте­ме, но фак­ти­че­ско­го вре­да ей не при­чи­ня­ет.

В ка­че­стве иных элек­трон­ных си­стем мож­но рас­смат­ри­вать так на­зы­ва­е­мые элек­трон­ные ко­шель­ки. Они пред­став­ля­ют со­бой ин­фор­ма­цию, на­хо­дя­щу­ю­ся в рас­по­ря­же­нии учре­жде­ний фи­нан­со­вой сфе­ры, о де­неж­ных сред­ствах, ко­то­рые бы­ли пе­ре­ве­де­ны в элек­трон­ный ва­ри­ант. Элек­трон­ный ко­ше­лек пред­на­зна­чен для рас­че­тов он­лайн, ко­то­рые поз­во­ля­ют не рас­пла­чи­вать­ся лич­но. Недо­стат­ком элек­трон­ных ко­шель­ков яв­ля­ет­ся ве­ро­ят­ность их кри­ми­наль­но­го взло­ма.

Ми­ро­вой эко­но­ми­че­ский кри­зис 2008 го­да по­слу­жил на­ча­лом для по­яв­ле­ния и раз­ви­тия крип­то­ва­лю­ты, со­зда­ние и кон­троль за ко­то­рой ба­зи­ру­ет­ся на крип­то­гра­фи­че­ских ме­то­дах. На­при­мер, в по­след­нее вре­мя наи­боль­шую по­пу­ляр­ность на­би­ра­ет та­кая крип­то­ва­лю­та, как бит­ко­ин.

Де­неж­ные сред­ства и цен­ные бу­ма­ги неча­сто яв­ля­ют­ся объ­ек­та­ми пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства. УК со­дер­жит неболь­шое ко­ли­че­ство ста­тей, где в ка­че­стве объ­ек­та по­ся­га­тель­ства в его кри­ми­на­ли­сти­че­ском по­ни­ма­нии вы­сту­па­ют день­ги или цен­ные бу­ма­ги. Несколь­ко уго­лов­ных ста­тей преду­смат­ри­ва­ют от­вет­ствен­ность за по­ся­га­тель­ство на по­ря­док осу­ществ­ле­ния эко­но­ми­че­ской де­я­тель­но­сти. На­при­мер, пре­ступ­ным яв­ля­ет­ся де­я­ние, свя­зан­ное с под­дел­кой де­нег или цен­ных бу­маг. При этом они бу­дут рас­смат­ри­вать­ся объ­ек­том по­ся­га­тель­ства, ко­гда име­ет ме­сто их ча­стич­ная под­дел­ка. Уго­лов­ная от­вет­ствен­ность по ст. 221 УК преду­смот­ре­на и за пол­ную под­дел­ку де­нег или цен­ных бу­маг, но в этом слу­чае они вы­пол­ня­ют в струк­ту­ре пре­ступ­ле­ния иную роль.

Транс­порт­ные сред­ства как объ­ек­ты по­ся­га­тель­ства так­же ред­ко встре­ча­ют­ся сре­ди норм УК. Наи­бо­лее ти­пич­ным при­ме­ром транс­порт­но­го сред­ства как объ­ек­та по­ся­га­тель­ства яв­ля­ет­ся непра­во­мер­ное за­вла­де­ние им и по­езд­ка на нем без це­ли хи­ще­ния, то есть угон (ст. 214 УК), а рав­но угон ли­бо за­хват с це­лью уго­на же­лез­но­до­рож­но­го по­движ­но­го со­ста­ва, воз­душ­но­го или вод­но­го суд­на (ст. 311 УК). Еще в ка­че­стве при­ме­ра мож­но упо­мя­нуть умыш- лен­ное при­ве­де­ние в негод­ность транс­порт­но­го сред­ства (же­лез­но­до­рож­но­го, вод­но­го, воз­душ­но­го, ав­то­до­рож­но­го, ма­ги­страль­но­го тру­бо­про­вод­но­го транс­пор­та) (ст. 309 УК).

Пред­при­я­тия, учре­жде­ния и фир­мы яв­ля­ют­ся объ­ек­та­ми пре­ступ­ных по­ся­га­тельств, от­но­ся­щих­ся к раз­лич­ным раз­де­лам УК, но в первую оче­редь это пре­ступ­ле­ния про­тив по­ряд­ка осу­ществ­ле­ния эко­но­ми­че­ской де­я­тель­но­сти. На­при­мер, лож­ная эко­но­ми­че­ская несо­сто­я­тель­ность (банк­рот­ство) (ст. 238 УК). Для вы­де­ле­ния объ­ек­та по­ся­га­тель­ства (а для дан­но­го пре­ступ­ле­ния ха­рак­тер­на мно­же­ствен­ность объ­ек­тов) необ­хо­ди­мо пред­став­лять связь кон­крет­но­го субъ­ек­та хо­зяй­ство­ва­ния, в от­но­ше­нии ко­то­ро­го ста­вит­ся во­прос о при­зна­нии эко­но­ми­че­ски несо­сто­я­тель­ным, с ины­ми субъ­ек­та­ми хо­зяй­ствен­ной де­я­тель­но­сти. Вот эти субъ­ек­ты, то есть раз­лич­ные пред­при­я­тия, учре­жде­ния и фир­мы, по от­но­ше­нию к ко­то­рым субъ­ект хо­зяй­ство­ва­ния вы­сту­па­ет долж­ни­ком, и яв­ля­ют­ся объ­ек­та­ми пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства.

Ана­ло­гич­ным об­ра­зом необ­хо­ди­мо под­хо­дить к вы­де­ле­нию объ­ек­та по­ся­га­тель­ства при рас­смот­ре­нии пре­ступ­ле­ния, свя­зан­но­го с рас­про­стра­не­ни­ем лож­ной ин­фор­ма­ции о то­ва­рах и услу­гах (ст. 250 УК). В дан­ном слу­чае объ­ек­том по­ся­га­тель­ства вы­сту­па­ют не то­ва­ры и услу­ги, в от­но­ше­нии ко­то­рых рас­про­стра­не­на лож­ная ин­фор­ма­ция; фак­ти­че­ски вред при­чи­ня­ет­ся не им, а пред­при­я­тию или фир­ме, про­из­во­дя­щим эти то­ва­ры, ока­зы­ва­ю­щим услу­ги ли­бо вы­пол­ня­ю­щим ра­бо­ты.

Для неко­то­рых пре­ступ­ле­ний пред­при­я­тия, учре­жде­ния и фир­мы как воз­мож­ные объ­ек­ты по­ся­га­тель­ства не столь оче­вид­ны. На­при­мер, в кри­ми­на­ли­сти­че­ской ха­рак­те­ри­сти­ке ле­га­ли­за­ции («от­мы­ва­ния») средств, по­лу­чен­ных пре­ступ­ным пу­тем (ст. 235 УК), та­кой эле­мент, как объ­ект пре­ступ­ле­ния, во­об­ще не упо­ми­на­ет­ся. В кри­ми­на­ли­сти­че­ской ха­рак­те­ри­сти­ке дан­но­го пре­ступ­ле­ния в ка­че­стве ее эле­мен­та Ю.в.кра­чун упо­ми­на­ет ме­сто ле­га­ли­за­ции («от­мы­ва­ния») средств, по­лу­чен­ных пре­ступ­ным пу­тем. В его пре­де­лах про­ис­хо­дит и отоб­ра­жа­ет­ся пре­ступ­ная де­я­тель­ность по осу­ществ­ле­нию опе­ра­ций, со­зда­ю­щих ви­ди­мость за­кон­но­сти средств, по­лу­чен­ных пре­ступ­ным пу­тем [21, с. 75–78].

Объ­ект по­ся­га­тель­ства для дан­но­го ви­да пре­ступ­ле­ний – это все­гда опре­де­лен­ное ме­сто его со­вер­ше­ния, но не каж­дое ме­сто мо­жет рас­смат­ри­вать­ся в ка­че­стве объ­ек­та, на ко­то­рый по­ся­га­ет ви­нов­ный.

Под ме­стом со­вер­ше­ния ле­га­ли­за­ции («от­мы­ва­ния») средств, по­лу­чен­ных пре­ступ­ным пу­тем, в ши­ро­ком смыс­ле по­ни­ма­ют­ся участ­ки про­стран­ства, на ко­то­рых осу­ществ­ля­ют­ся все эта­пы вве­де­ния в ле­галь­ный обо­рот де­нег, иных ма­те­ри­аль­ных цен­но­стей, по­лу­чен­ных неза­кон­ным пу­тем.

Ме­ста, от­ра­жа­ю­щие раз­лич­ные эта­пы пре­ступ­ной де­я­тель­но­сти, неред­ко на­хо­дят­ся на тер­ри­то­рии

раз­лич­ных го­су­дарств, в том чис­ле и го­су­дарств, в ко­то­рых дей­ству­ют льгот­ные нор­ма­тив­ные пра­во­вые ак­ты и ре­жи­мы раз­ме­ще­ния ка­пи­та­лов. На­при­мер, мож­но упо­мя­нуть офф­шор­ные, то есть осо­бые эко­но­ми­че­ские зо­ны. Об объ­ек­те пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства как эле­мен­те ма­те­ри­аль­ной струк­ту­ры мож­но го­во­рить при­ме­ни­тель­но к кон­крет­но­му го­су­дар­ству, ор­га­ны ко­то­ро­го ини­ци­и­ро­ва­ли уго­лов­ное пре­сле­до­ва­ние.

Ти­пич­ны­ми объ­ек­та­ми пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства при ле­га­ли­за­ции («от­мы­ва­нии») средств, по­лу­чен­ных пре­ступ­ным пу­тем, яв­ля­ют­ся бан­ков­ские ли­бо иные фи­нан­со­вые учре­жде­ния, го­су­дар­ствен­ные, ком­мер­че­ские или иные ор­га­ни­за­ции [22, с. 86].

Как пра­ви­ло, объ­ект пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства огра­ни­чи­ва­ет­ся тем про­стран­ством, где со­вер­ша­лись дей­ствия, непо­сред­ствен­но ле­га­ли­зу­ю­щие пре­ступ­ный до­ход. На­при­мер, ре­ги­стри­ро­ва­лась сдел­ка о пра­ве соб­ствен­но­сти на недви­жи­мость или в бан­ке бы­ли раз­ме­ще­ны на де­по­зит­ном сче­те неза­кон­но по­лу­чен­ные де­неж­ные сред­ства [22, с. 86].

Го­су­дар­ствен­ные ор­га­ны как объ­ек­ты пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства мо­гут фи­гу­ри­ро­вать в неко­то­рых со­ста­вах пре­ступ­ле­ний. При этом сле­ду­ет иметь в ви­ду, что со­вер­ша­е­мым пре­ступ­ле­ни­ем на­ру­ша­ют­ся ин­те­ре­сы имен­но го­су­дар­ствен­но­го ор­га­на. На­при­мер, объ­ек­том по­ся­га­тель­ства в ст. 231 УК яв­ля­ет­ся та­мо­жен­ный ор­ган. Эта нор­ма преду­смат­ри­ва­ет от­вет­ствен­ность за ук­ло­не­ние от упла­ты та­мо­жен­ных пла­те­жей в круп­ном раз­ме­ре. К та­мо­жен­ным пла­те­жам от­но­сят­ся ввоз­ные и вы­воз­ные та­мо­жен­ные по­шли­ны; спе­ци­аль­ные, ан­ти­дем­пин­го­вые и ком­пен­са­ци­он­ные по­шли­ны; на­лог на до­бав­лен­ную сто­и­мость, взи­ма­е­мый при вво­зе то­ва­ров на та­мо­жен­ную гра­ни­цу; ак­ци­зы, взи­ма­е­мые при вво­зе то­ва­ров на та­мо­жен­ную тер­ри­то­рию; та­мо­жен­ные сбо­ры [20, с. 512].

Объ­ек­том по­ся­га­тель­ства так­же яв­ля­ет­ся суд (как го­су­дар­ствен­ный ор­ган) в ре­зуль­та­те вы­не­се­ния су­дьей за­ве­до­мо непра­во­суд­ных при­го­во­ра, ре­ше­ния или ино­го су­деб­но­го ак­та (ст. 392 УК), что яв­ля­ет­ся гру­бей­шим на­ру­ше­ни­ем прин­ци­пов пра­ва (за­кон­но­сти, спра­вед­ли­во­сти и дру­гих). Та­ко­го ро­да «пра­во­при­ме­ни­тель­ная де­я­тель­ность» под­ры­ва­ет ав­то­ри­тет су­да, на­ру­ша­ет нор­маль­ное функ­ци­о­ни­ро­ва­ние су­деб­ной вла­сти, раз­ру­ша­ет ве­ру граж­дан в спра­вед­ли­вость пра­во­су­дия [20, с. 896].

Рас­смат­ри­вая объ­ект пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства, нель­зя обой­ти вни­ма­ни­ем тес­но свя­зан­ный с ним пред­мет пре­ступ­ле­ния. С по­зи­ции уго­лов­но­го пра­ва пред­мет пре­ступ­ле­ния трак­ту­ет­ся по-раз­но­му. Его по­ни­ма­ют в ши­ро­ком и уз­ком зна­че­нии. В ши­ро­ком смыс­ле пред­ме­том пре­ступ­ле­ния на­зы­ва­ют со­ци­аль­ные бла­га, в свя­зи с ко­то­ры­ми воз­ни­ка­ют и су­ще­ству­ют об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния. Воз­дей­ствуя на эти бла­га, ви­нов­ный на­ру­ша­ет сло­жив­ши­е­ся от­но­ше­ния. Та­ки­ми со­ци­аль­ны­ми бла­га яв­ля­ют­ся ма­те­ри­аль­ные и нема­те­ри­аль­ные цен­но­сти. В ши­ро­ком зна­че­нии пред­мет при­сущ лю­бо­му пре­ступ­ле­нию, так как ес­ли су­ще­ству­ют об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния, то су­ще­ству­ет и пред­мет, по по­во­ду ко­то­ро­го они сло­жи­лись. В уз­ком смыс­ле пред­ме­том пре­ступ­ле­ния яв­ля­ют­ся ве­щи ма­те­ри­аль­но­го ми­ра, воз­дей­ствуя на ко­то­рые пре­ступ­ник по­ся­га­ет на объ­ект пре­ступ­ле­ния. При уго­лов­но-пра­во­вом ана­ли­зе кон­крет­ных со­ста­вов пре­ступ­ле­ния ино­гда пред­ме­ты пре­ступ­ле­ния сме­ши­ва­ют­ся со сред­ства­ми его со­вер­ше­ния. От­ли­чие в уго­лов­ном пра­ве объ­ек­та от пред­ме­та за­клю­ча­ет­ся в том, что объ­ект как об­ще­ствен­ное от­но­ше­ние со­от­но­сит­ся с пред­ме­том как це­лое и его часть [23, с. 55].

С точ­ки зре­ния кри­ми­на­ли­сти­ки пред­ме­том по­ся­га­тель­ства сле­ду­ет счи­тать ма­те­ри­аль­ный эле­мент пре­ступ­но­го де­я­ния, ко­то­рый все­гда опре­де­ля­ет це­ле­вую на­прав­лен­ность в де­я­тель­но­сти субъ­ек­та по­ся­га­тель­ства. Дей­ствия в от­но­ше­нии дан­но­го эле­мен­та ма­те­ри­аль­ной струк­ту­ры пре­ступ­ле­ния не со­пря­же­ны с при­чи­не­ни­ем ему вре­да. Цель пре­ступ­ни­ка – за­вла­деть этим пред­ме­том и в даль­ней­шем неза­кон­но рас­по­ря­дить­ся им по сво­е­му усмот­ре­нию.

Объ­ект и пред­мет пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства в ря­де слу­ча­ев, как бы­ло уже за­ме­че­но, мо­гут со­от­но­сить­ся как об­щее и част­ное. Это ха­рак­тер­но для тех пре­ступ­ле­ний, где пред­мет по­ся­га­тель­ства вы­сту­па­ет в ка­че­стве эле­мен­та та­кой ма­те­ри­аль­ной си­сте­мы, ко­то­рая в струк­ту­ре пре­ступ­ле­ния яв­ля­ет­ся объ­ек­том по­ся­га­тель­ства. На­при­мер, при со­вер­ше­нии квар­тир­ной кра­жи по­ме­ще­ние, в ко­то­ром она со­вер­ше­на, рас­смат­ри­ва­ет­ся как объ­ект пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства, а все по­хи­щен­ное из по­ме­ще­ния – как пред­мет пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства.

Пред­ме­том пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства мо­жет яв­лять­ся прак­ти­че­ски лю­бой ма­те­ри­аль­ный объ­ект, пред­став­ля­ю­щий пре­ступ­ный ин­те­рес. Для при­ме­ра мож­но на­звать сле­ду­ю­щие пред­ме­ты по­ся­га­тель­ства: жи­лые по­ме­ще­ния (до­ма, квар­ти­ры, кот­те­джи), де­неж­ные сред­ства и иные цен­но­сти, транс­порт­ные сред­ства, пред­ме­ты и ве­ще­ства, за­пре­щен­ные в граж­дан­ском обо­ро­те (ору­жие, нар­ко­ти­че­ские сред­ства, отрав­ля­ю­щие ве­ще­ства), и так да­лее.

Пред­ме­том по­ся­га­тель­ства мо­жет яв­лять­ся и то, что ха­рак­те­ри­зу­ет­ся как нема­те­ри­аль­ное. В первую оче­редь в ка­че­стве та­ко­го пред­ме­та сле­ду­ет на­звать ин­фор­ма­цию. Хо­тя, по на­ше­му мне­нию, ин­фор­ма­ция, имея ма­те­ри­аль­ную ос­но­ву сво­е­го про­ис­хож­де­ния, са­ма по се­бе яв­ля­ет­ся ма­те­ри­аль­ной. Та­кая по­зи­ция пред­став­ля­ет­ся спор­ной; свое мне­ние по дан­но­му во­про­су мы ар­гу­мен­ти­ро­ва­ли ра­нее [24, с. 56].

Ин­фор­ма­ция мо­жет яв­лять­ся как пред­ме­том за­вла­де­ния, так и пред­ме­том раз­лич­ных ма­ни­пу­ля­ций

с нею. В пер­вом слу­чае ин­фор­ма­ция под­ле­жит ко­пи­ро­ва­нию и по­сле­ду­ю­ще­му ис­поль­зо­ва­нию в про­ти­во­прав­ных це­лях. Со­глас­но ст. 352 УК преду­смот­ре­на от­вет­ствен­ность за несанк­ци­о­ни­ро­ван­ное ли­бо непра­во­мер­ное за­вла­де­ние ин­фор­ма­ци­ей, хра­ня­щей­ся в ком­пью­тер­ной си­сте­ме. Ком­пью­тер­ная си­сте­ма с по­зи­ции рас­смот­ре­ния ма­те­ри­аль­ной струк­ту­ры дан­но­го пре­ступ­ле­ния яв­ля­ет­ся объ­ек­том пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства, а ин­фор­ма­ция, хра­ня­ща­я­ся в ней, – пред­ме­том по­ся­га­тель­ства, ко­то­ро­му, со­глас­но кон­струк­ции со­ста­ва пре­ступ­ле­ния, вред не при­чи­ня­ет­ся. В дру­гом слу­чае ком­пью­тер­ная си­сте­ма под­вер­га­ет­ся из­ме­не­нию, в нее вно­сят­ся фраг­мен­ты за­ве­до­мо лож­ной ин­фор­ма­ции (ст. 350 УК).

Раз­ви­тие ин­фор­ма­ци­он­ных тех­но­ло­гий, а так­же объ­ек­тив­ные про­цес­сы, про­ис­хо­дя­щие в ми­ро­вой эко­но­ми­ке, спо­соб­ство­ва­ли по­яв­ле­нию но­во­го пред­ме­та пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства – крип­то­ва­лю­ты. Крип­то­ва­лю­та пред­став­ля­ет со­бой раз­но­вид­ность циф­ро­вой ва­лю­ты, ко­то­рая име­ет вид элек­трон­ных де­нег, ис­поль­зу­е­мых в ка­че­стве аль­тер­на­тив­ных или до­пол­ни­тель­ных ва­лют­ных средств [25, с. 61–64].

Под­во­дя итог из­ло­жен­но­му, мож­но сде­лать неко­то­рые вы­во­ды.

1. В тео­рии уго­лов­но­го пра­ва от­сут­ству­ет еди­ное мне­ние от­но­си­тель­но по­ни­ма­ния объ­ек­та пре­ступ­ле­ния. В на­уч­ной и учеб­ной ли­те­ра­ту­ре по уго­лов­но­му пра­ву Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь при­дер­жи­ва­ют­ся тра­ди­ци­он­ной кон­цеп­ции об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний как объ­ек­та пре­ступ­но­го по­ся­га­тель­ства.

2. Уго­лов­но-пра­во­вые кон­цеп­ции непри­ем­ле­мы для рас­смот­ре­ния объ­ек­та по­ся­га­тель­ства как рав­но­цен­но­го по­ня­тия кри­ми­на­ли­сти­ки. Аб­стракт­ный ха­рак­тер об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, со­ци­аль­ных благ (ин­те­ре­сов) ис­клю­ча­ет воз­мож­ность от­ра­зить си­сте­му сле­дов, со­дер­жа­щих кри­ми­на­ли­сти­че­ски зна­чи­мую ин­фор­ма­цию о со­вер­шен­ном пре­ступ­ле­нии и его эле­мен­тах.

3. Раз­ви­ва­ю­щи­е­ся ин­те­гра­ци­он­ные про­цес­сы в си­сте­ме на­ук уго­лов­но-пра­во­во­го цик­ла пред­по­ла­га­ют уни­фи­ка­цию на­уч­ных ка­те­го­рий, ко­то­ры­ми опе­ри­ру­ют эти на­у­ки. Ре­а­ли­за­ция это­го бу­дет спо­соб­ство­вать ре­ше­нию мно­гих про­блем тео­ре­ти­ко-при­клад­но­го ха­рак­те­ра.

1. Шар­го­род­ский, М.Д. Ак­ту­аль­ные во­про­сы со­вет­ско­го уго­лов­но­го пра­ва / М.д.шар­го­род­ский, Н.с.алек­се­ев // Учен. За­пис­ки (Ле­нингр. гос. ун-т). – №182. – Се­рия юрид. на­ук. – Вып. 5. – Л., 1954. – С. 188–189.

2. Кри­гер, Г.А. К во­про­су о по­ня­тии объ­ек­та пре­ступ­ле­ния в со­вет­ском уго­лов­ном пра­ве / Г.а.кри­гер // Вестн. Мос­ков­ско­го ун-та. – 1955. – №1. – С. 111–118.

3. Ак­ту­аль­ные про­бле­мы уго­лов­но­го пра­ва [Текст]: курс лек­ций: учеб. по­со­бие для ма­ги­стран­тов юрид. ву­зов: в 3 т. / под ред. за­сл. ра­бот­ни­ка высш. шк. Рос. Фе­де­ра­ции, д-ра юрид. на­ук, проф. Л.в.ло­ба­но­вой; Фе­дер. гос. авт. об­ра­зо­ват. учре­жде­ние высш. проф. об­ра­зо­ва­ния «Вол­гогр. гос. ун-т», Ин-т фи­ло­со­фии, со­цио­ло­гии и пра­ва. – Т. 1 / авт. кол­лек­тив то­ма: Н.В.ВИс­ков [и др.]. – Вол­го­град: Изд-во Волг­гу, 2012. – 282 с.

4. Спа­со­вич, В.Д. Учеб­ник уго­лов­но­го пра­ва / В.д.спа­со­вич. – СПБ.: Ти­по­гра­фия Го­са­фа­та Огриз­ко, 1863. – Том 1 (Вы­пуск пер­вый). – С. 94–96.

5. Бер­нер, А.Ф. Учеб­ник уго­лов­но­го пра­ва. Ча­сти об­щая и осо­бен­ная с при­ме­ча­ни­я­ми, при­ло­же­ни­я­ми и до­пол­не­ни­я­ми. По ис­то­рии рус­ско­го пра­ва и за­ко­но­да­тель­ству по­ло­жи­тель­но­му / А.ф.бер­нер. – СПБ.: Из­да­ние Н.неклю­до­ва, 1865. – Том 1. Часть об­щая. – 941 с.

6. Ки­стя­ков­ский, А.Ф. Эле­мен­тар­ный учеб­ник об­ще­го уго­лов­но­го пра­ва. С по­дроб­ным из­ло­же­ни­ем На­чал рус­ско­го уго­лов­но­го пра­ва. Часть об­щая. Вто­рое ис­прав­лен­ное и зна­чи­тель­но до­пол­нен­ное из­да­ние / А.ф.ки­стя­ков­ский. – Ки­ев: Ти­погр. А.ДА­вы­ден­ко, 1882. – 972 с.

7. Поз­ны­шев, С.В. Ос­нов­ные на­ча­ла на­у­ки уго­лов­но­го пра­ва. Часть об­щая / С.в.поз­ны­шев. – М., 1912. – 668 с.

8. Пи­онт­ков­ский, А.А. Уче­ние о пре­ступ­ле­нии по со­вет­ско­му уго­лов­но­му пра­ву / А.а.пи­онт­ков­ский. – М.: Юрид. лит., 1961. – 666 с.

9. Ви­но­ку­ров, В.Н. Объ­ект пре­ступ­ле­ния: теория, за­ко­но­да­тель­ство, прак­ти­ка: мо­ногр. / В.н.ви­но­ку­ров. – М.: Юр­лит­ин­форм, 2010. – 224 с.

10. Грун­тов, И.О. К во­про­су о по­ни­ма­нии объ­ек­та пре­ступ­ле­ния в уго­лов­ном пра­ве / И.о.грун­тов // Труд. Проф­со­ю­зы. Об­ще­ство. – 2017. – №2 (56). – С. 41–46.

11. На­у­мов, А.В. Рос­сий­ское уго­лов­ное пра­во: курс лек­ций: в двух то­мах / А.в.на­у­мов. – М.: Юрид. лит., 2004. – Том 1. Об­щая часть. – 496 с.

12. Ели­се­ев, С.А. Пре­ступ­ле­ния про­тив соб­ствен­но­сти по уго­лов­но­му за­ко­но­да­тель­ству Рос­сии (во­про­сы тео­рии) / С.А.ЕЛИ­се­ев // Томск, 1999. – С. 15–19.

13. Фе­сен­ко, Е. Объ­ект пре­ступ­ле­ния с точ­ки зре­ния цен­ност­ной тео­рии / Е.фе­сен­ко // Уго­лов­ное пра­во. – 2003. – №3. – С. 72.

14. Но­во­се­лов, Г.П. Уче­ние об объ­ек­те пре­ступ­ле­ния. Ме­то­до­ло­ги­че­ские ас­пек­ты / Г.п.но­во­се­лов. – М.: НОР­МА, 2001. – 208 с.

15. Кри­ми­на­ли­сти­ка: крат­кая эн­цик­ло­пе­дия / Авт.- сост. Р.с.бел­кин. – М.: Боль­шая Рос­сий­ская эн­цик­ло­пе­дия, 1993. – 111 с.

16. Кри­ми­на­ли­сти­ка: учеб­ное по­со­бие / А.в.ду­лов [и др.]; под. ред. А.в.ду­ло­ва. – Минск: ИП «Эко­пер­спек­ти­ва», 1996. – 415 с.

17. Гу­чок, А.Е. Кри­ми­на­ли­сти­че­ская струк­ту­ра пре­ступ­ле­ния / А.е.гу­чок. – Минск: БГУ, 2007. – 151 с.

18. Шу­мак, Г.А. Эко­но­ми­че­ская кри­ми­на­ли­сти­ка в си­сте­ме кри­ми­на­ли­сти­че­ской на­у­ки / Г.а.шу­мак // Пра­во и де­мо­кра­тия. Меж­вуз. сб. на­уч. тр. Вып. 11. / Отв. ред. В.н.би­би­ло. – Мн., 2001. – С. 284–285.

19. Ко­са­рев, А.И. Рим­ское част­ное пра­во / А.и.ко­са­рев. – М.: Юрис­пру­ден­ция, 2007. – 192 с.

20. На­уч­но-прак­ти­че­ский ком­мен­та­рий к Уго­лов­но­му ко­дек­су Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь / Н.ф.ахра­мен­ка [и др.]; под ред. А.В.БАР­ко­ва, В.м.хо­ми­ча. – 2-е изд., с изм. и доп. – Минск: Гос. ин-т упр. и соц. тех­но­ло­гий Бе­ло­рус. гос. ун-та, 2010. – 1064 с.

21. Кра­чун, Ю.В. Со­вер­шен­ство­ва­ние ме­то­ди­ки рас­сле­до­ва­ния пре­ступ­ле­ний, свя­зан­ных с ле­га­ли­за­ци­ей (от­мы­ва­ни­ем) де­неж­ных средств и ино­го иму­ще­ства, по­лу­чен­ных пре­ступ­ным пу­тем: дис. … канд. юрид. на­ук: 12.00.09 / Ю.в.кра­чун. – Ту­ла, 2015. – 190 с.

22. Хлус, А.М. Кри­ми­на­ли­сти­че­ская ха­рак­те­ри­сти­ка и ма­те­ри­аль­ная струк­ту­ра ле­га­ли­за­ции («от­мы­ва­ния») средств, по­лу­чен­ных пре­ступ­ным пу­тем / А.м.хлус // Журн. Бе­ло­рус. гос. ун-та. Пра­во. – 2018. – №1. – С. 79–89.

23. Ба­бий, Н.А. Уго­лов­ное пра­во Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь. Об­щая часть: Кон­спект лек­ций / Н.а.ба­бий. – Минск: Те­сей, 2000. – 288 с.

24. Хлус, А.М. За­щи­та ин­фор­ма­ции – ос­нов­ное на­прав­ле­ние обес­пе­че­ния на­ци­о­наль­ной без­опас­но­сти Рес­пуб­ли­ки Бе­ла­русь / А.м.хлус. – Юсти­ция Бе­ла­ру­си. – 2014. – №5. – С. 54–59.

25. Ма­щен­ко, П.Л. Тех­но­ло­гия Блок­чейн и ее прак­ти­че­ское при­ме­не­ние / П.л.ма­щен­ко, М.о.пи­ли­пен­ко // На­у­ка, тех­ни­ка, об­ра­зо­ва­ние. – Олимп, 2017. – №32. – С. 61–64. Ма­те­ри­ал по­сту­пил в ре­дак­цию 19.03.2018

Newspapers in Russian

Newspapers from Belarus

© PressReader. All rights reserved.