НА ПО­ВОД­КЕ У ПСА

Наш ре­пор­тер по­ра­бо­та­ла бок о бок со спе­ци­а­ли­стом по по­ве­де­нию со­бак

MK Estonia - - ДАЙ ЛАПУ! - Свет­ла­на САМОДЕЛОВА.

«Гю­став для нас сынок»

Пер­вый наш ви­зит — в Под­мос­ко­вье. Едем по Пят­ниц­ко­му шос­се в по­се­лок клуб­но­го ти­па. Въезд че­рез шлаг­баум, охран­ник по­ка­зы­ва­ет нуж­ный дом. Толь­ко успе­ва­ем на­жать кноп­ку звон­ка, как слы­шим оглу­ши­тель­ный лай. Бор­до­ский дог ки­да­ет­ся встре­чать нас впе­ре­ди хо­зяй­ки. «Гю­став, Гю­став, ко мне, на­зад!» — бес­по­мощ­но кри­чит та сза­ди.

Я не успе­ваю за­ме­тить, что про­изо­шло, как мас­сив­ный му­ску­ли­стый ко­бель от­ска­ки­ва­ет от Ан­ту­а­на как от сте­ны, па­да­ет на бок, а встав, от­хо­дит в сто­ро­ну.

— Сло­жил осо­бым об­ра­зом паль­цы и ими­ти­ро­вал укус в шею, — го­во­рит спе­ци­а­лист по по­ве­де­нию со­бак.

Ан­ту­ан стал жи­вот­ным, ли­де­ром стаи. По сло­вам спе­ци­а­ли­ста, имен­но этот язык, а не кри­ки и ка­кие-то воз­зва­ния, хо­ро­шо по­ни­ма­ют со­ба­ки-«пло­хи­ши».

Хо­зяй­ка Ири­на рас­ска­зы­ва­ет, что щен­ка древ­ней­шей фран­цуз­ской по­ро­ды ей по­да­ри­ли на день рож­де­ния. Двух­ме­сяч­но­го до­га при­вез­ли из-за гра­ни­цы. С дет­ства ему бы­ло поз­во­ле­но все. А ко­гда он стал весить 50 ки­ло­грам­мов и ры­чать на оби­та­те­лей до­ма, его по­про­сту ста­ли бо­ять­ся.

— Кто для вас Гю­став? — спра­ши­ва­ет Ан­ту­ан Ири­ну. — Сынок! — улы­ба­ет­ся хо­зяй­ка. — Со­ба­ка — не ре­бе­нок. Пре­жде все­го это стай­ное жи­вот­ное, в ко­то­ром за­ло­же­на опре­де­лен­ная про­грам­ма. Со­ба­ку нель­зя оче­ло­ве­чи­вать, с ней нель­зя сю­сю­кать­ся, ей нель­зя при­слу­жи­вать. Ва­шу жа­лость она вос­при­мет как сла­бость. Вы долж­ны стать для нее ли­де­ром, бос­сом. Толь­ко в этом слу­чае мож­но до­бить­ся по­слу­ша­ния.

По­ка же мы ви­дим, что имен­но Гю­став кон­тро­ли­ру­ет в до­ме про­стран­ство и уста­нав­ли­ва­ет свои пра­ви­ла. Не хо­зяй­ка, а бор­до­ский дог во­дит ее на по­вод­ке.

— Он же про­ис­хо­дит от галль­ских во­ен­ных со­бак, — за­ме­ча­ет Ири­на.

— Сна­ча­ла это жи­вот­ное, по­том — со­ба­ка, а по­том уже по­ро­да с опре­де­лен­ным на­бо­ром ка­честв, — че­ка­нит спе­ци­а­лист. — Для ме­ня не важ­но, той-те­рьер пе­ре­до мной или ала­бай. Это жи­вот­ное, со­ба­ка, ко­то­рая долж­на осо­знан­но под­чи­нять­ся ли­де­ру. Та­ко­ва их при­ро­да.

Ан­ту­ан сто­ит к со­ба­ке бо­ком, но за се­кун­ду перед тем, как Гю­став на­чи­на­ет на нас на­дви­гать­ся, он успе­ва­ет встать перед ним и ска­зать ре­ши­тель­ное «эй». И му­ску­ли­стая гро­ма­ди­на, ко­то­рая при­вык­ла рвать шта­ны всем вхо­дя­щим в дом, от­сту­па­ет. Спе­ци­а­лист объ­яс­ня­ет:

— Я мно­го лет на­блю­дал за по­ве­де­ни­ем со­бак, на­учил­ся чи­тать язык их те­ла и за­ра­нее знаю, что жи­вот­ное сде­ла­ет в сле­ду­ю­щий мо­мент.

— Вот вы как сто­и­те? — об­ра­ща­ет вни­ма­ние на осан­ку Ири­ны со­ба­чий гу­ру. — Вся по­ник­ли, ссу­ту­ли­лись. Со­ба­ка от­лич­но чув­ству­ет ва­шу неуве­рен­ность, ваш на­строй. Ес­ли вы сла­бая в ее гла­зах — вы со­ба­ку себе ни­ко­гда не под­чи­ни­те. Она долж­на по­нять, что свя­за­ла жизнь с уве­рен­ной осо­бью…

Сам Ан­ту­ан сто­ит пря­мо, грудь впе­ред, го­во­рит, не по­вы­шая го­ло­са.

— Сна­ча­ла на­до за­во­е­вать до­ве­рие со­ба­ки, по­том — ува­же­ние и сле­дом — любовь. Это нель­зя ни ку­пить, ни взять в кре­дит, а толь­ко за­во­е­вать. Мно­гие со­ба­ки лю­бят сво­их вла­дель­цев, воз­мож­но, и до­ве­ря­ют, но не ува­жа­ют. Это как раз и при­во­дит к про­бле­мам.

Ан­ту­ан рас­ска­зы­ва­ет ис­то­рию сво­ей со­ба­ки Ито­на. Свое­воль­но­го и упрямого аме­ри­кан­ско­го стаф­форд­шир­ско­го те­рье­ра ему от­да­ли в 8-ме­сяч­ном воз­расте.

— Итон был очень воз­бу­ди­мым. Он не ува­жал лю­дей, пры­гал на них, клал им на пле­чи гряз­ные ла­пы, рвал на жен­щи­нах кол­гот­ки… Изу­чая жизнь со­бак в стае, я за­ме­тил, что ни од­на ува­жа­ю­щая себя особь не поз­во­ля­ет пры­гать на себя. Я это взял на во­ору­же­ние. Все, что я де­лаю, — это бе­ру их пра­ви­ла и за­ко­ны и при­ме­няю к че­ло­ве­ку.

Ко­гда Итон прыг­нул на Ан­ту­а­на, он со­здал для него дис­ком­форт — рез­ко сде­лал шаг ему на­встре­чу. Спе­ци­а­лист не стал вы­став­лять ко­ле­но, как это со­ве­ту­ют мно­гие кинологи. Про­сто шаг­нул на­встре­чу. Итон от­ле­тел от него и упал на пол. Вто­рой раз он уже не ре­шил­ся пры­гать на хо­зя­и­на, по­то­му что знал, что он сде­ла­ет.

— Мож­но так­же кос­нуть­ся со­ба­ки вы­став­лен­ны­ми впе­ред паль­ца­ми, ими­ти­руя укус. Жи­вот­ные, как лю­ди, не уме­ют до­го­ва­ри­вать­ся. У со­бак все идет че­рез ас­со­ци­а­ции; за­да­ча лю­дей — свя­зать сло­ва с их неже­ла­тель­ным по­ве­де­ни­ем. Как ча­сто бы­ва­ет? Со­ба­ка пры­га­ет на че­ло­ве­ка, он го­во­рит «фу», «нель­зя!» — но она про­дол­жа­ет пры­гать. У нее это сло­во уже свя­за­но в со­зна­нии с прыж­ком. Ко­гда че­ло­век вновь за­хо­дит в дом и го­во­рит «нель­зя», со­ба­ка пры­га­ет. Она усво­и­ла та­кую по­сле­до­ва­тель­ность. По­это­му, обу­чая со­ба­ку, я все­гда мол­чу. И толь­ко ко­гда до­би­ва­юсь то­го, что при вхо­де в дом она не пры­га­ет на ме­ня, я под­креп­ляю свои дей­ствия сло­вом «нет», и оно уже вы­зо­вет у со­ба­ки пра­виль­ную ас­со­ци­а­цию: пры­гать нель­зя.

Сей­час Итон не пры­га­ет на лю­дей, по­то­му что Ан­ту­ан на­учил сво­е­го стаф­фа ува­жать род че­ло­ве­че­ский.

— Он мо­жет про­явить ин­те­рес, об­ню­хать, об­ра­до­вать­ся, но он ни­ко­гда не поз­во­лит себе пры­гать на че­ло­ве­ка, — го­во­рит спе­ци­а­лист.

Ири­на жа­лу­ет­ся: «Ря­дом от­лич­ный сос­но­вый бор, но я не мо­гу спу­стить Гю­шу с по­вод­ка. По­том по пол­ча­са при­хо­дит­ся его звать и ло­вить».

Мы все вме­сте со­би­ра­ем­ся на про­гул­ку. Ири­на на­де­ва­ет крос­сов­ки с ре­льеф­ным, глу­бо­ким про­тек­то­ром на по­дош­ве. Ина­че, по сло­вам хо­зяй­ки, дог про­та­щит ее во­ло­ком по зем­ле и не оста­но­вит­ся.

Хо з я й к а по к а з ыв ае т на м уд а в к у , стро­гий ошей­ник, шлею, не зная, на чем оста­но­вить­ся. Ан­ту­ан пред­ла­га­ет свое ноу-хау: по­во­док-ошей­ник из проч­но­го 8-мил­ли­мет­ро­во­го ней­ло­но­во­го шну­ра, па­ра спа­ян­ных ко­лец раз­но­го диа­мет­ра и ме­тал­ли­че­ские фик­са­то­ры.

— Ко­гда со­ба­ка тя­нет по­во­док, че­ло­ве­ку дис­ком­форт­но, но он не до­но­сит эту ин­фор­ма­цию до со­ба­ки. В ту же се­кун­ду нуж­но одер­нуть по­во­док — в от­вет со­здать дис­ком­форт со­ба­ке. На мой взгляд, это до­воль­но чест­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния.

Ан­ту­ан сам вы­во­дит на про­гул­ку Гю­ста­ва. До­ста­точ­но лег­ко­го одер­ги­ва­ния, и со­ба­ка по­ни­ма­ет, че­го от нее хо­тят, идет со спе­ци­а­ли­стом ря­дом. Со­ба­чий гу­ру мол­чит, не по­да­ет ни­ка­ких ко­манд. По­том объ­яс­ня­ет: опе­ре­жа­ла. Он ее одер­ги­вал, сно­ва го­во­рил «ря­дом» — она опять рва­лась впе­ред. У нее сло­во «ря­дом» свя­за­но с тем, что на­до ид­ти впе­ре­ди че­ло­ве­ка. Мно­го­крат­ное по­вто­ре­ние за­креп­ля­ет об­раз. Ко­гда я при­хо­жу к та­ким со­ба­кам, я бе­ру по­во­док и ни­че­го не го­во­рю. И толь­ко до­бив­шись, что­бы она шла ря­дом, я по­даю со­от­вет­ству­ю­щую ко­ман­ду. Сло­во «ря­дом» я уже свя­зы­ваю с пра­виль­ной мо­де­лью по­ве­де­ния со­ба­ки. Те­перь это сло­во бу­дет ра­бо­чим, в то вре­мя как пре­жде зву­ча­ло как про­во­ка­ция.

По­во­док в ру­ки бе­рет уже Ири­на — и толь­ко ди­ву да­ет­ся, ка­ким Гю­став стал «шел­ко­вым».

Что­бы на­учить до­га вы­пол­нять ко­ман­ду «ко мне», мы идем на за­кры­тую пло­щад­ку. Остав­шись без по­вод­ка, Гю­став рва­нул в сто­ро­ну, на при­зыв хо­зяй­ки ни­как не от­ре­а­ги­ро­вал. Ан­ту­ан сры­ва­ет­ся с ме­ста, как пу­ля ле­тит к со­ба­ке и бло­ки­ру­ет ее.

— В этом слу­чае важ­но по­ка­зать со­ба­ке, что она не смо­жет убе­жать. Она долж­на по­нять, что че­ло­век быст­рее, что он по­сле­до­ва­те­лен в сво­их дей­стви­ях. Что­бы об­ра­тить на себя вни­ма­ние, я ее бло­ки­рую. По­том от­пус­каю, по­вто­ряю ко­ман­ду, при необ­хо­ди­мо­сти сно­ва лов­лю и бло­ки­рую.

Хо­зяй­ке по­ка­за­на стра­те­гия кон­тро­ля. Ко­гда мы про­ща­ем­ся с Ири­ной, я по­ни­маю, что в боль­шей сте­пе­ни спе­ци­а­лист ра­бо­тал имен­но с ней, а не с со­ба­кой.

На сле­ду­ю­щий день Ан­ту­а­ну пред­сто­ит ви­зит к ри­зен­шна­у­це­ру То­ри­ну, ко­то­рый, по сло­вам хо­зя­ев, от­ли­ча­ет­ся нена­ви­стью к дру­гим со­ба­кам.

С со­бой спе­ци­а­лист со­би­ра­ет­ся за­хва­тить сво­е­го бес­смен­но­го по­мощ­ни­ка Ито­на. Ко­гда агрес­сив­ные псы на него на­бра­сы­ва­ют­ся, он спо­кой­но сто­ит и не ре­а­ги­ру­ет на на­пад­ки, чем ло­ма­ет у со­ба­ки-агрес­со­ра при­выч­ный сте­рео­тип по­ве­де­ния. Он на­чи­на­ет по­ни­мать, что чет­ве­ро­но­гий со­брат — это не объ­ект для на­па­де­ний, а объ­ект для лю­бо­пыт­ства и ува­же­ния.

Ан­ту­ан рас­ска­зы­ва­ет, что ему очень не хва­та­ло Ито­на, ко­гда он от­пра­вил­ся с ви­зи­том в Аме­ри­ку, где ему при­шлось столк­нуть­ся с очень слож­ным слу­ча­ем.

— Ме­ня при­гла­си­ли на­ши со­оте­че­ствен­ни­ки, ко­то­рые пе­ре­еха­ли жить в Май­а­ми. У них бы­ла ха­на­ан­ская со­ба­ка. Как толь­ко она ви­де­ла од­но­го из со­бра­тьев, у нее бук­валь­но «сно­си­ло кры­шу», она ста­но­ви­лась невме­ня­е­мой и го­то­ва бы­ла разо­рвать его на кус­ки. К этой со­ба­ке при­гла­ша­ли мно­гих спе­ци­а­ли­стов, но это на са­мом де­ле был очень слож­ный слу­чай. «Па­рень» был до­ста­точ­но се­рьез­ный. С ним не ра­бо­та­ло ни­че­го: ни пи­ще­вая мотивация, ни иг­руш­ки, ни одер­ги­ва­ние, ни ка­са­ния. Он во­об­ще мог це­лы­ми дня­ми ни­че­го не есть. Мне уда­лось с ним со­здать так­тиль­ный «якорь». Я свя­зал по­яв­ле­ние чу­жой со­ба­ки с по­лу­че­ни­ем удо­воль­ствия. Пред­ва­ри­тель­но на 15 се­кунд я «вы­клю­чал» со­ба­ку из опас­но­го ре­жи­ма, де­лая ей мас­саж. Я дал ей вы­бор. Со­ба­кам са­мим не нра­вит­ся со­сто­я­ние нер­во­за, это про­ти­во­ре­чит гар­мо­нии. Про­сто у это­го «пар­ня» не бы­ло вы­бо­ра: ко­гда он в свое вре­мя вклю­чил­ся в этот ре­жим, лю­ди его не «вы­клю­чи­ли».

Уже че­рез неде­лю мы до­би­лись су­ще­ствен­ных ре­зуль­та­тов. Ко­гда во вре­мя про­гул­ки на него на­бра­сы­ва­лись со­ба­ки, он от­во­ра­чи­вал го­ло­ву. Меч­та хо­зя­ев осу­ще­стви­лась: он на­чал иг­рать с со­сед­ски­ми со­ба­ка­ми и да­же участ­во­вал в ре­а­би­ли­та­ции од­ной из них.

Ан­ту­ан На­д­жа­рян счи­та­ет, что без­на­деж­ных со­бак не бы­ва­ет, они го­то­вы ме­нять­ся в лю­бом воз­расте. За свою ка­рье­ру он спас от эв­та­на­зии не один де­ся­ток агрес­сив­ных жи­вот­ных. По прось­бе во­лон­те­ров он ча­сто ра­бо­та­ет с со­ба­ка­ми в при­ю­тах. Так­же Ан­ту­а­на ча­сто вы­зы­ва­ют в ве­те­ри­нар­ные кли­ни­ки, что­бы он по­мог успо­ко­ить и рас­сла­бить не да­ю­щих себя осмот­реть со­бак.

Под­во­дя итог, Ан­ту­ан го­во­рит: «Что­бы у че­ло­ве­ка был ба­ланс со сво­им пи­том­цем, он дол­жен быть спо­кой­ным, уве­рен­ным, тер­пе­ли­вым, по­сле­до­ва­тель­ным, иметь здра­вый смысл. Об­ща­ясь с со­ба­кой, лю­ди раз­ви­ва­ют в себе эти ка­че­ства. Бо­лее кру­тых и ве­ли­чай­ших учи­те­лей, чем со­ба­ки, я еще не встре­чал».

«Де­лая мас­саж, «вы­клю­чил» со­ба­ку из опас­но­го ре­жи­ма»

— Тут нуж­но вре­мя. Рань­ше, ко­гда хо­зя­ин го­во­рил «ря­дом», со­ба­ка все рав­но его

Ан­ту­ан На­д­жа­рян со сво­им по­мощ­ни­ком, аме­ри­кан­ским стаф­форд­шир­ским те­рье­ром Ито­ном.

Чет­ве­ро­но­гий со­брат — это не объ­ект для на­па­де­ния, а объ­ект для

лю­бо­пыт­ства и ува­же­ния.

Newspapers in Russian

Newspapers from Estonia

© PressReader. All rights reserved.