«МНЕ КА­ЖЕТ­СЯ, В НЕМ МНО­ГО КОМ­ПЛИ­МЕН­ТОВ»

За­ме­ча­тель­ная ак­три­са Ин­на Чу­ри­ко­ва — о па­мят­ни­ке са­мой се­бе, о филь­ме «На­ча­ло» и о сво­ем дет­стве

MK Estonia - - КИНО - Свет­ла­на ОСИ­ПО­ВА.

КАК ИЗ­ВЕСТ­НО, НЕМНО­ГИЕ ЛЮ­ДИ ПРИ ЖИЗ­НИ УДО­СТА­И­ВА­ЮТ­СЯ ТА­КОЙ ЧЕ­СТИ — БЫТЬ УВЕКОВЕЧЕННЫ

МИ В КАМНЕ. Или в брон­зе. Но ино­гда это слу­ча­ет­ся. Как, на­при­мер, с ле­ген­дар­ной ак­три­сой те­ат­ра и ки­но Ин­ной Чу­ри­ко­вой. В Лю­бе­рец­ком рай­оне Мос­ков­ской об­ла­сти, где ак­три­са про­ве­ла свое дет­ство, ре­ше­но уста­но­вить па­мят­ник зна­ме­ни­то­му пер­со­на­жу ки­но­ди­вы — Па­ше Стро­га­но­вой из филь­ма, сня­то­го му­жем ак­три­сы Гле­бом Пан­фи­ло­вым, «На­ча­ло». Нам уда­лось до­зво­нить­ся до Ин­ны Ми­хай­лов­ны и узнать, ка­ко­во ее мне­ние о го­то­вя­щем­ся со­бы­тии. Как вы­яс­ни­лось, ма­кет па­мят­ни­ка за­слу­жен­ный ху­дож­ник Рос­сии Алек­сандр Рож­ни­ков с ней уже со­гла­со­вал.

— Ин­на Ми­хай­лов­на, как вы от­нес­лись к этой идее — уста­но­вить па­мят­ник ва­шей ге­ро­ине?

— Я бы­ла по­ра­же­на. Я во­об­ще не пред­став­ляю, как мо­жет чув­ство­вать се­бя че­ло­век, ко­то­ро­му со­об­щи­ли, что хо­тят из­ва­ять его скульп­ту­ру. Мне очень лест­но, что ге­ро­и­ня филь­ма на­столь­ко по­ра­зи­ла и скуль­пто­ра, и гла­ву рай­о­на. Мы успе­ли по­об­щать­ся несколь­ко раз, это ока­за­лись очень тро­га­тель­ные лю­ди. Лю­ди, ко­то­рые ду­ма­ют о рай­оне и за­бо­тят­ся о нем. Они по­да­ри­ли мне два аль­бо­ма с ви­да­ми Лю­бе­рец, а я по­да­ри­ла им кни­гу с фо­то­гра­фи­я­ми из филь­мов, в ко­то­рых бы­ла за­дей­ство­ва­на. Ду­маю, они по­мо­гут ху­дож­ни­ку немнож­ко по­пра­вить эс­киз и до­ба­вить сход­ства.

— На ваш взгляд, он тре­бу­ет до­ра­бот­ки?

— Уж очень я строй­на по­лу­чи­лась! И слиш­ком хо­ро­ша со­бой. Мне ка­жет­ся, нуж­но убрать эти ком­пли­мен­ты.

— Вы об­на­ру­жи­ли «де­сять от­ли­чий»?

— Чест­но го­во­ря, я при­гля­ды­ва­лась и не узна­ва­ла се­бя. Слиш­ком то­че­ная фи­гу­ра, неко­то­рые чер­ты, на мой взгляд, при­укра­ше­ны...

—А в це­лом эс­киз вам по­нра­вил­ся?

— Да, без­услов­но. Скуль­птор за­пе­чат­лел да­же ко­шеч­ку. У мо­ей ге­ро­и­ни ее не бы­ло, но са­ма я обо­жаю жи­вот­ных, не мо­гу смот­реть на них рав­но­душ­но да­же по те­ле­ви­зо­ру. У ме­ня ко­гда-то жи­ли две ко­шеч­ки, Ма­ша и Гла­ша, и ко­гда они ушли, я дол­го пе­ре­жи­ва­ла. По­это­му фи­гу­ра ко­тен­ка, ду­маю, вполне умест­на в скульп­тур­ной ком­по­зи­ции.

— Что зна­чит для вас са­мой роль Па­ши Стро­га­но­вой? Она лю­би­мая, зна­ко­вая, сим­во­лич­ная?..

— Этот сце­на­рий мой муж пи­сал для ме­ня. Мож­но ска­зать, что в ка­кой-то сте­пе- ни эта роль био­гра­фич­на. Сю­жет филь­ма рас­ска­зы­ва­ет о про­стой дев­чон­ке, скром­ной тка­чи­хе из ма­лень­ко­го го­род­ка Ре­чин­ска. Но ей до­ве­лось сыг­рать неза­у­ряд­ную лич­ность — Жан­ну д’Арк. Я дав­но мечтала о ро­ли этой ле­ген­дар­ной жен­щи­ны. И для Глеба Орлеанская дева — лю­би­мый пер­со­наж. В ито­ге в филь­ме во­пло­ти­лась на­ша об­щая меч­та. На­де­юсь, что мне уда­лось пе­ре­дать эту мысль: Жан­на го­раз­до бли­же нам, чем ка­жет­ся. Здесь мож­но вспом­нить сти­хи Ми­ши Светлова: На­ши де­вуш­ки, ре­меш­ком Под­по­я­сы­вая ши­не­ли, С пес­ней па­да­ли под но­жом, На вы­со­ких ко­страх го­ре­ли. — Так же ко­ло­кол ров­но бил, За­ти­хая у ба­ра­ба­на... В каж­дом брат­стве боль­ших мо­гил По­хо­ро­не­на на­ша Жан­на.

— Рас­ска­жи­те, как про­шло ва­ше дет­ство в по­сел­ке Ко­ре­не­во Лю­бе­рец­ко­го рай­о­на? Вы пе­ре­еха­ли в Под­мос­ко­вье из Баш­кир­ской АССР, ко­гда вам ис­пол­ни­лось все­го лишь 3 го­да. Ка­ким вам за­пом­ни­лось это вре­мя?

— Оно бы­ло очень без­за­бот­ным, яр­ким и воль­ным! Пом­ню, как мы ло­ви­ли май­ских жу­ков и скла­ды­ва­ли их в ко­ро­боч­ки. Так бы­ло здо­ро­во! Ка­кая-то ра­дость неве­ро­ят­ная. С тех пор я боль­ше не ви­де­ла май­ских жу­ков.

— У вас бы­ли до­маш­ние жи­вот­ные?

— Да, по­ро­се­нок Борь­ка. Он был та­кой чи­стень­кий, ро­зо­вый, с бе­ле­сой ще­тин­кой... Он мне ка­зал­ся са­мым кра­си­вым на све­те, и я не по­ни­ма­ла, как мож­но от­но­сить­ся к та­ко­му су­ще­ству как к по­тен­ци­аль­ной сви­нине. Как мож­но счи­тать сви­ней гряз­ны­ми... Мой Борь­ка был очень чи­сто­плот­ным жи­вот­ным, а глав­ное — по­слуш­ным и ум­ным. Я по­сто­ян­но его «при­че­сы­ва­ла» щет­кой и кор­ми­ла.

— Где ра­бо­та­ли ва­ши ро­ди­те­ли в Ко­ре­не­ве?

— Па­па — спе­ци­а­ли­стом в Ми­ни­стер­стве сель­ско­го хо­зяй­ства. Ма­ма ла­бо­рант­кой в НИИ кар­то­фель­но­го хо­зяй­ства. Ра­бо­та­ла очень упор­но, что поз­во­ли­ло ей в даль­ней­шем за­щи­тить дис­сер­та­цию и стать про­фес­со­ром. Мне бы­ло, на­вер­ное, го­ди­ка три, и я при­хо­ди­ла к ней на ра­бо­ту. Пом­ню, как ма­ми­на кол­ле­га из ва­реж­ки сде­ла­ла ку­кол­ку и по­да­ри­ла мне. Как же я ее лю­би­ла! Дру­ги­ми иг­руш­ка­ми для ме­ня бы­ли цвет­ные ка­ран­да­ши. С ни­ми моя фан­та­зия буй­ство­ва­ла — я при­ду­мы­ва­ла им раз­ные ро­ли. Ро­зо­вый ка­ран­даш — это прин­цес­са, го­лу­бой — принц, а тем­но-си­ний — это ко­роль. Сей­час у де­тей нет про­блем, во что по­иг­рать. Но, на мой взгляд, бо­гат­ство иг­ру­шек при­ши­ба­ет фан­та­зию, уби­ва­ет во­об­ра­же­ние, ко­то­рое мо­жет очень при­го­дить­ся для твор­че­ской ре­а­ли­за­ции в даль­ней­шем.

— А на Но­вый год вам не да­ри­ли игруш­ки?

— Мне все­гда да­ри­ли ка­ран­да­ши. Первую кук­лу, го­лы­ша, моя ма­ма при­вез­ла мне из Ле­нин­гра­да, ко­гда мне бы­ло лет пять. Но­вый год, ко­неч­но, все­гда был са­мым вол­шеб­ным празд­ни­ком. Ма­ма по­здрав­ля­ла ме­ня в од­но и то же вре­мя — без пят­на­дца­ти де­вять. Она пря­та­лась за кро­вать, би­ла но­жом по мис­ке и кри­ча­ла: «Но­вый год на­стал!». Я под­бе­га­ла к ел­ке и на­хо­ди­ла под ней ва­лен­ки, пол­ные ман­да­ри­нов и кон­фет. Осо­бы­ми празд­ни­ка­ми я счи­таю дни, ко­гда по­ка­зы­ва­ли ки­но в Ко­ре­не­ве. Клуб, лав­ки, бе­лая простыня вме­сто экра­на и по­сто­ян­ное «тр-р-р» — по­сле это­го был пе­ре­рыв, нуж­но бы­ло плен­ку пе­ре­ма­ты­вать. Уже то­гда мне хо­те­лось, что­бы судь­ба моя бы­ла свя­за­на с этим «тр-р-р».

— По все­му ми­ру нема­ло па­мят­ни­ков, ко­то­рые име­ют для лю­дей осо­бый, са­краль­ный смысл, и граж­дане да­же го­то­вы про­во­дить с ни­ми раз­лич­ные ри­ту­а­лы. Па­мят­ник Ни­ку­ли­ну, скульп­ту­ры на стан­ции мет­ро «Пло­щадь Ре­во­лю­ции»... А вдруг из ва­ше­го па­мят­ни­ка сде­ла­ют ка­кой-ни­будь куль­то­вый объ­ект?

— Как вы мог­ли за­ме­тить на эс­ки­зе, там есть еще и стул. Пред­по­ла­га­ет­ся, что на него бу­дут са­дить­ся лю­ди для фо­то­сес­сии. Бы­ло бы за­ме­ча­тель­но, ес­ли бы это бы­ли де­ти. Но да­же ес­ли ка­кой-ни­будь не со­всем трез­вый муж­чи­на ся­дет, то­же ни­че­го страш­но­го. Я по­ду­ма­ла: вот бы че­рез этот стул мож­но бы­ло пе­ре­дать че­ло­ве­ку ве­ру в свои си­лы. Ведь на­сто­я­щее ки­но де­ла­ет пе­ре­во­рот в на­шей ду­ше. Ко­гда у ге­роя филь­ма по­лу­чи­лось ис­пол­нить за­вет­ную меч­ту, это да­ет сти­мул зри­те­лю то­же не сда­вать­ся, до­би­ва­ясь сво­их це­лей. Он ста­нет ду­мать: «По­че­му же я от­ступ­лю? Нет, нуж­но ид­ти даль­ше». Са­ша Га­лин, из­вест­ный дра­ма­тург, у ко­то­ро­го я сыг­ра­ла в филь­ме «Плащ Казановы», как-то раз­от­кро­вен­ни­чал­ся и ска­зал мне, что по­ве­рить в свои си­лы ему по­мог фильм «На­ча­ло». Он по­смот­рел его, ко­гда ра­бо­тал в про­вин­ци­аль­ном ку­коль­ном те­ат­ре. И это по­слу­жи­ло толч­ком к его пе­ре­ез­ду в Моск­ву.

— Но очень ча­сто так слу­ча­ет­ся, что не­по­ко­ле­би­мая ве­ра в свои си­лы все рав­но не по­мо­га­ет до­стичь нуж­но­го ре­зуль­та­та. Сколь­ко упор­ных, це­ле­устрем­лен­ных оп­ти­ми­стов так и не до­шли до сво­ей це­ли, над­ло­ми­лись и не ис­пол­ни­ли за­вет­ную меч­ту. Мо­жет, сча­стье — удел из­бран­ных?

— Ко­неч­но, ан­гел дол­жен хра­нить та­лант че­ло­ве­ка. Ведь та­лант мо­жет быть роб­ким, несме­лым. По­это­му так важ­но, что­бы лю­ди бы­ли чут­ки­ми друг к дру­гу. Уме­ли друг дру­га це­нить.

Newspapers in Russian

Newspapers from Estonia

© PressReader. All rights reserved.