Здрав­ствуй, шко­ла, но­вый год!

Вымогательство и издевательства в школе: как ре­а­ги­ро­вать ро­ди­те­лям, что­бы са­мим не на­ру­шить за­кон

MK Estonia - - ОСТРЫЙ УГОЛ - ДАРЬЯ ДЕНИСОВА Фо­то: Ма­рек Паю.

85% слу­ча­ев при­хо­дит­ся на то, что де­ти на­блю­да­ют, как один ре­бе­нок из­де­ва­ет­ся над дру­гим, лишь 15% осме­ли­ва­ют­ся вме­шать­ся.

1 сен­тяб­ря к уче­ни­це тре­тье­го клас­са по­до­шла де­воч­ка на па­ру лет стар­ше и ска­за­ла: «Завтра при­не­сешь мне два ев­ро. Сде­ла­ешь – бу­дешь спо­кой­но жить всю неде­лю». К со­жа­ле­нию, по­доб­но­го ро­да вы­мо­га­тель­ства, как и издевательства в той или иной фор­ме, – неотъ­ем­ле­мая часть со­вре­мен­ной школь­ной жиз­ни. Ка­ки­ми бы­ва­ют кон­флик­ты, как их ре­шить и что мо­гут сде­лать ро­ди­те­ли, что­бы при этом са­мим не на­ру­шить за­кон – раз­би­ра­лась «МК-Эсто­ния».

Исто­рий, ес­ли по­го­во­рить с людь­ми, на­би­ра­ет­ся нема­ло.

«Была про­бле­ма в чет­вер­том-пя­том клас­се. Де­воч­ка из па­рал­ле­ли тер­ро­ри­зи­ро­ва­ла прак­ти­че­ски всех, оби­жа­ла жест­ко – обид­ные клич­ки, тол­ка­ния с лест­ни­цы, за­кры­ва­ние в раз­де­вал­ках. Маль­чи­ков, ко­неч­но, не тро­га­ла, толь­ко де­во­чек, – рас­ска­за­ла нам свою ис­то­рию ма­ма сто­лич­ной школь­ни­цы. – Се­мья у той де­воч­ки небла­го­по­луч­ная, на кон­такт не шли. Вся сви­сто­пляс­ка про­дол­жа­лась при­мер­но пять ме­ся­цев. Ре­ша­ли про­бле­му с учи­те­ля­ми, го­во­ри­ли с де­воч­кой са­мой, с ее ро­ди­те­ля­ми пы­та­лись, но ма­ма с пе­ре­га­ром всех по­сла­ла». Пре­вы­ше­ние пол­но­мо­чий Ко­гда од­на­ж­ды дочь от­ка­за­лась ид­ти в шко­лу из­за стра­ха пе­ред уче­ни­цей, жен­щи­на ре­ши­ла при­е­хать в шко­лу и са­мой во всем разо­брать­ся.

«Я до­жда­лась кон­ца уро­ков, схва­ти­ла обид­чи­цу за шкир­ку и при­гро­зи­ла, что в сле­ду­ю­щей раз при­ду с по­ли­ци­ей, – вспо­ми­на­ет взвол­но­ван­ная ро­ди­тель­ни­ца. – Ни­чуть не жа­лею, что так по­сту­пи­ла».

Хо­тя, по боль­шо­му сче­ту, она и са­ма мог­ла бы быть при­вле­че­на к от­вет­ствен­но­сти за то, что при­ме­ни­ла си­лу по от­но­ше­нию к ре­бен­ку. Та­кие у нас за­ко­ны… Школь­ный пси­хо­лог Еле­на Мат­ве­е­ва от­ме­ча­ет, что в дан­ной си­ту­а­ции бы­ло крайне опро­мет­чи­во на­ка­зы­вать ре­бен­ка та­ким об­ра­зом.

«Это рас­пра­ва над ре­бен­ком, – счи­та­ет пси­хо­лог. – Здесь важ­но по­ни­мать, что агрес­сив­ный ре­бе­нок – это несчаст­ный ре­бе­нок. И та­кое по­ве­де­ние – это и боль, и нена­висть к бо­лее бла­го­по­луч­ным дет­кам, и месть за все свои уни­же­ния и при­тес­не­ния до­ма».

По ее сло­вам, по­доб­ное по­ве­де­ние ма­лень­ко­го ре­бен­ка – это крик о по­мо­щи. Та­ким об­ра­зом де­воч­ка по­ка­зы­ва­ла, что ис­пу­га­на и бес­по­мощ­на. А по­мочь мог­ли толь­ко дол­гие и тер­пе­ли­вые бе­се­ды в при­сут­ствии учи­те­лей, ад­во­ка­тов и по­ли­цей­ских.

«Та­кие ве­щи не долж­ны про­ис­хо­дить ни в ко­ем слу­чае – это пре­ступ­ле­ние. Вз­рос­лым сле­ду­ет быть участ­ли­вы­ми и тер­пе­ли­вы­ми, ина­че что же де­лать им – ма­лень­ким, да, обо­злен­ным, но очень ис­пу­ган­ным и бес­по­мощ­ным де­тиш­кам. Не всем же по­вез­ло с ро­ди­те­ля­ми», – го­во­рит Еле­на Мат­ве­е­ва.

Тут важ­но пом­нить, что ре­бе­нок по­сле та­ко­го раз­го­во­ра с чьим-то ро­ди­те­лем мо­жет рас­ска­зать о про­изо­шед­шем со­вер­шен­но по-дру­го­му, да так, что взрос­лый, пусть да­же пре­сле­до­вал са­мые бла­го­род­ные це­ли, ока­жет­ся ви­но­ва­тым. Ес­ли бы ро­ди­те­ли той де­воч­ки-за­ди­ры бы­ли бо­лее участ­ли­вы и узна­ли о «раз­го­во­ре» с их до­че­рью, они име­ли бы пол­ное пра­во по­дать в суд на от­ча­яв­шу­ю­ся ма­му.

«С несо­вер­шен­но­лет­ним ре­бен­ком без при­сут­ствия его ро­ди­те­лей или учи­те­ля об­щать­ся мож­но толь­ко в том слу­чае, ес­ли это не вре­дит его здо­ро­вью. Дру­гой во­прос, как он это по­том ин­тер­пре­ти­ру­ет сво­им ро­ди­те­лям», – об­ра­ща­ет вни­ма­ние юрист Да­нил Ли­па­тов.

Ви­но­ва­то окру­же­ние

«Мой сын в пер­вом клас­се был. Он сам по се­бе очень спо­кой­ный, на пе­ре­ме­нах си­дит ри­су­ет, мо­жет по­об­щать­ся с од­ним или дву­мя од­но­класс­ни­ка­ми. Но один маль­чик ка­кой-то пе­ри­од до­ни­мал мо­е­го сы­на – по­сто­ян­но без спро­са за­ле­зал к нему в порт­фель и брал те­ле­фон. По­том он стал тре­бо­вать от мо­е­го сы- на, чтоб он при­нес в шко­лу ему си­га­ре­ты, яко­бы он ку­рит», – по­де­ли­лась с на­ми ис­то­ри­ей еще од­на ма­ма.

Под ко­нец учеб­но­го го­да про­бле­му уда­лось ре­шить по­сле дли­тель­ных раз­го­во­ров с учи­те­ля­ми и ма­мой это­го маль­чи­ка. Но, по сло­вам обес­по­ко­ен­ной ро­ди­тель­ни­цы, как он бу­дет се­бя ве­сти в но­вом учеб­но­го го­ду – еще неиз­вест­но.

Пси­хо­ло­ги обыч­но говорят, что ви­но­ва­то окру­же­ние, в ко­то­ром рас­тет ма­лень­кий ху­ли­ган, а по­том это пе­ре­хо­дит во взрос­лую жизнь. Так и в этой ис­то­рии. Маль­чи­ку, по­ла­га­ет пси­хо­лог Еле­на Мат­ве­е­ва, про­сто пло­хо объ­яс­ни­ли, что та­кое ува­же­ние и ав­то­ри­тет.

«7–8 лет – сен­си­тив­ный пе­ри­од для усво­е­ния мо­раль­ных норм. Ре­бе­нок пси­хо­ло­ги­че­ски го­тов к по­ни­ма­нию смыс­ла норм и пра­вил, к их по­все­днев­но­му вы­пол­не­нию. По­это­му сле­ду­ет сроч­но при­ни­мать ме­ры. Най­ти бо­лее эф­фек­тив­ные при­е­мы вос­пи­та­тель­но­го и раз­ви­ва­ю­ще­го воз­дей­ствия. Си­сте­мы на­ка­за­ния и по­ощ­ре­ния долж­ны чет­ко ра­бо­тать в се­мье у это­го маль­чи­ка», – го­во­рит Еле­на.

Так­же, до­бав­ля­ет она, ча­сто при­чи­ной та­ко­го по­ве­де­ния мо­жет стать слиш­ком ран­нее предо­став­ле­ние са­мо­сто­я­тель­но­сти.

Не­ред­ки в шко­лах и слу­чаи вы­мо­га­тель­ства вро­де то­го, что опи­са­но в на­ча­ле ста­тьи. В та­кой си­ту­а­ции юрист Да­нил Ли­па­тов со­ве­ту­ет сме­ло об­ра­щать­ся в по­ли­цию, ми­нуя раз­го­во­ры с ро­ди­те­ля­ми, ес­ли, ко­неч­но, про­бле­ма дей­стви­тель­но се­рьез­ная. Но посколь­ку та­кой вид дет- ской «ша­ло­сти» уго­лов­но на­ка­зу­ем, то сто­ит на­вер­ня­ка убе­дить­ся, что дру­гих ва­ри­ан­тов воз­дей­ствия на ре­бен­ка нет.

На­ци­о­наль­ный во­прос

«Пер­вый класс. Эстон­ская шко­ла. Дочь от сме­шан­но­го бра­ка. Ре­бе­нок чи­сто го­во­рит на эс­тон­ском язы­ке, но так как в шко­лу ча­сто при­хо­жу я, рус­ская ма­ма, то дочь счи­та­ют рус­ской, – рас­ска­зы­ва­ет еще од­на жен­щи­на. – Спер­ва про­сто до­ни­ма­ли, а учи­тель­ни­ца не ре­а­ги­ро­ва­ла, ни­ку­да дочь не бра­ла участ­во­вать и так да­лее. В шко­лу дочь шла со сле­за­ми. А за­кон­чи­лось звон­ком из шко­лы – де­воч­ка со­об­щи­ла, что ее на пе­ре­мене из­би­ли».

Ма­ма по­мча­лась в школе, где со­сто­ял­ся раз­го­вор с учи­тель­ни­цей. Та, по сло­вам жен­щи­ны, под­твер­ди­ла: да, в их школе рус­ских не лю­бят. Дру­гие рус­ско­го­во­ря­щие де­ти это под­твер­ди­ли и по­со­ве­то­ва­ли про­сто с этим свык­нуть­ся.

«Я в шо­ке по­ле­те­ла к ди­рек­то­ру. Был дол­гий раз­го­вор. Ме­ня уго­во­ри­ли не пи­сать за­яв­ле­ние. Так как это был ко­нец учеб­но­го го­да, то я со­гла­си­лась, и мы про­сто ушли в дру­гую шко­лу», – поды­то­жи­ва­ет жен­щи­на.

Еще од­на ма­ма, ко­то­рая раз­от­кро­вен­ни­ча­лась с на­ми, по­ве­да­ла, как в од­ной из нарв­ских школ ее ре­бен­ка на­чал гно­бить учитель. Поз­же, по ее сло­вам, к этой трав­ле под­клю­чи­лись и од­но­класс­ни­ки.

«И с пси­хо­ло­гом го­во­ри­ли, и в по­ли­цию пи­са­ли, но ни­че­го не по­мог­ло. При­шлось ме­нять шко­лу», – вспо­ми­на­ет жен­щи­на.

Кро­ме пе­ре­хо­да в дру­гую шко­лу, дру­гих ва­ри­ан­тов ре­ше­ния про­бле­мы она на тот мо­мент не ви­де­ла.

Со­ве­ты пси­хо­ло­га

Прак­ти­ку­ю­щий школь­ный пси­хо­лог На­та­лья Гор­бу­но­ва да­ет со­ве­ты: ка­кие пять ша­гов нуж­но пред­при­нять, что­бы по­про­бо­вать ре­шить кон­фликт в школе.

Во-пер­вых, по­ста­рай­тесь узнать, что имен­но чув­ству­ет ваш ре­бе­нок: страх, по­дав­лен­ность, от­вер­жен­ность, неуве­рен­ность, ви­на? На­сколь­ко силь­ны эти чув­ства? Как силь­но вли­я­ют на жизнь ре­бен­ка?

За­тем узнай­те, ви­дит ли ре­бе­нок ка­кие-то ва­ри­ан- ты для из­ме­не­ния си­ту­а­ции, ка­кие они: внеш­ние (по­го­во­рить с учи­те­лем, ро­ди­те­ля­ми обид­чи­ка) или внут­рен­ние (иг­но­ри­ро­ва­ние, по­пыт­ка уста­нов­ле­ния по­ло­жи­тель­ных кон­так­тов).

В-тре­тьих, вник­ни­те в кон­фликт с точ­ки зре­ния всех при­част­ных сто­рон. Как пра­ви­ло, кон­фликт – двух­сто­рон­ний про­цесс, со­ци­аль­ная «иг­ра» с пе­ре­мен­ным для сто­рон успе­хом. Это тре­бу­ет от са­мо­го ро­ди­те­ля до­ста­точ­ной эмо­ци­о­наль­ной и бы­тий­ной зре­ло­сти.

В-чет­вер­тых, со­ве­ту­ет пси­хо­лог, нуж­но по­ощ­рять ре­бен­ка ана­ли­зи­ро­вать чув­ства дру­го­го участ­ни­ка кон­флик­та. На­до по­ис­кать от­вет на во­прос, по­че­му, на взгляд ре­бен­ка, си­ту­а­ция раз­ви­ва­ет­ся тем или иным об­ра­зом.

И на­ко­нец, в-пя­тых, ищи­те в соб­ствен­ном ре­бен­ке ис­то­ки и пред­по­сыл­ки то­го, что с ним про­ис­хо­дит: по­вы­шен­ная тре­вож­ность, за­вы­шен­ные тре­бо­ва­ния как к се­бе, так и к дру­гим, недо­ве­рие к лю­дям и ми­ру, кри­тич­ность и т. п.

ЗАВТРА ПРИ­НЕ­СЕШЬ ДЕНЬ­ГИ: в школе уче­ник мо­жет столк­нуть­ся с трав­лей, из­де­ва­тель­ства­ми и да­же вы­мо­га­тель­ством, что, кста­ти, счи­та­ет­ся, уго­лов­но на­ка­зу­е­мым де­я­ни­ем.

Newspapers in Russian

Newspapers from Estonia

© PressReader. All rights reserved.