Ми­ха­ил Кы­л­варт: не ме­сто кра­сит че­ло­ве­ка

MK Estonia - - КОНТЕНТ-МАРКЕТИНГ -

Один из са­мых по­пу­ляр­ных по­ли­ти­ков Цен­трист­ской пар­тии, Ми­ха­ил Кы­л­варт, имел воз­мож­ность стать де­пу­та­том пар­ла­мен­та, но вместо это­го остал­ся ра­бо­тать в мэ­рии Тал­лин­на, мог стать ми­ни­стром, но пред­по­чел за­вер­шить на­ча­тые про­ек­ты на по­сту ви­це-мэ­ра. И ес­ли он от­вле­ка­ет­ся от сто­лич­ных дел, то по­свя­ща­ет се­бя лю­би­мо­му ви­ду спор­та – недав­но в ран­ге глав­но­го тре­не­ра сбор­ной Эсто­нии по тх­эквон­до он со своими под­опеч­ны­ми при­вез три ме­да­ли с чем­пи­о­на­та ми­ра. – По­ми­мо непо­сред­ствен­ных ра­бо­чих обя­зан­но­стей, на ви­це-мэ­ра воз­ла­га­ет­ся и ряд пред­ста­ви­тель­ских функ­ций. Рас­ска­жи­те, как вы­гля­дит ваш обыч­ный ра­бо­чий день.

– У ме­ня по­чти не бы­ва­ет стан­дарт­ных ра­бо­чих дней. Кро­ме ру­ти­ны чиновника, по­сто­ян­но воз­ни­ка­ет не­об­хо­ди­мость участ­во­вать в раз­лич­ных ме­ро­при­я­ти­ях, са­мо­му от­сле­жи­вать, как ре­а­ли­зу­ют­ся круп­ные го­род­ские про­ек­ты. Ра­бо­та раз­но­об­раз­ная – от стро­и­тель­ной пло­щад­ки до утрен­ни­ка в дет­ском са­ду. День начинается не позд­нее ше­сти утра, так как по утрам я ста­ра­юсь еще и по­за­ни­мать­ся спор­том. Бы­ва­ет, что до на­ча­ла ра­бо­че­го дня про­хо­дят со­ве­ща­ния, свя­зан­ные с пар­тий­ной ра­бо­той. – Нам до­во­ди­лось слы­шать, что ли­дер Цен­трист­ской пар­тии Юри Ра­тас мо­жет на­зна­чить со­ве­ща­ние и на семь утра…

– Со­ве­ща­ний в семь утра по­ка не бы­ло, но бы­ва­ют т.н. де­ло­вые зав­тра­ки в это вре­мя. А в 7.30 мы на по­сто­ян­ной ос­но­ве про­во­дим пар­тий­ные со­бра­ния. При необ­хо­ди­мо­сти до­бав­ля­ем еще со­ве­ща­ния по­сле ра­бо­че­го дня. Сей­час я слег­ка со­кра­тил объ­ем тре­нер­ской ра­бо­ты, но обыч­но мой ра­бо­чий день за­кан­чи­ва­ет­ся по­сле де­вя­ти ча­сов вечера. Вы­ход­ные дни, ко­гда нет ни од­но­го ме­ро­при­я­тия, встре­чи или со­бра­ния, бы­ва­ют лишь раз в пол­то­ра-два ме­ся­ца. – Но ведь в та­ком тем­пе невоз­мож­но жить бес­ко­неч­но! Вы не бо­и­тесь за­гнать се­бя?

– Это во­прос мо­ти­ва­ции – ес­ли ты ви­дишь смысл в том, что де­ла­ешь, то энер­гии хва­та­ет. Хо­тя, ко­неч­но, это не тот ритм, в ко­то­ром мож­но жить де­ся­ти­ле­ти­я­ми. – Ко­гда у вас был по­след­ний пол­но­цен­ный от­пуск?

– Бук­валь­но в про­шлом ме­ся­це я был в Се­вер­ной Ко­рее. Там слож­но свя­зы­вать­ся с ро­ди­ной – и раз­ни­ца во вре­ме­ни, и зво­нить мож­но бы­ло толь­ко из оте­ля, а обыч­но смарт­фон дер­жит ме­ня на ра­бо­чем ме­сте по­сто­ян­но. – Но в Ко­рее вы все же бы­ли в ран­ге глав­но­го тре­не­ра сбор­ной Эсто­нии по тх­эквон­до, и на про­во­див­шем­ся там чем­пи­о­на­те ми­ра на­ши спортсмены завоевали три брон­зо­вые ме­да­ли. Од­на­ко в эстон­ской прес­се по­яви­лись яз­ви­тель­ные за­мет­ки: мол, боль­шин­ство по­ли­ти­ков ста­ра­ют­ся све­сти кон­так­ты с КНДР к ми­ни­му­му, а вы, на­обо­рот, еде­те ту­да пред­став­лять на­шу стра­ну. Что бы вы от­ве­ти­ли кри­ти­кам?

– Во-пер­вых, ме­сто про­ве­де­ния чем­пи­о­на­та ми­ра бы­ло вы­бра­но еще два го­да на­зад, и, есте­ствен­но, он во­шел в наш офи­ци­аль­ный гра­фик. Во-вто­рых, для каж­до­го спортс­ме­на по­се­тить Ко­рею, участ­вуя в чем­пи­о­на­те ми­ра, – это осо­бая гор­дость и боль­шая меч­та, так как Ко­рея – ро­ди­на тх­эквон­до. Все мы, ко­неч­но, по­ни­ма­ли риск, но тх­эквон­до – не про­сто спорт, а сим­вол, по­это­му ко­рей­цы не до­пу­сти­ли бы, что­бы во вре­мя про­ве­де­ния чем­пи­о­на­та что-то про­изо­шло и по­вли­я­ло нега­тив­но на имидж стра­ны имен­но в сфе­ре тх­эквон­до. У ме­ня был про­стой вы­бор: ли­бо я ле­чу вме­сте со спортс­ме­на­ми, что­бы бы­ла уве­рен­ность, что все бу­дет хо­ро­шо, ли­бо ни­кто ни­ку­да не едет. А ли­шить спортс­ме­на, ко­то­рый два го­да го­то­вил­ся к чем­пи­о­на­ту, воз­мож­но­сти при­нять в нем уча­стие – это непра­виль­но.

Что же ка­са­ет­ся по­ли­ти­че­ско­го ас­пек­та, то, по мо­е­му мне­нию, это про­бле­ма на­ше­го ми­ра. Мы пе­ре­ста­ли раз­гра­ни­чи­вать сфе­ры де­я­тель­но­сти и раз­ли­чать, что та­кое страна и что та­кое го­су­дар­ство, что та­кое на­род и что та­кое правительство, пе­ре­ста­ли раз­ли­чать по­ли­ти­ку и спорт. Ес­ли ка­кую-то точ­ку ми­ра по­кра­си­ли в чер­ный цвет оси зла, то для нас все ста­но­вит­ся пло­хо – правительство, идео­ло­гия, лю­ди, куль­ту­ра, спорт. Это непра­виль­но. С та­ким под­хо­дом ми­ра у нас ни­ко­гда не бу­дет. Для ме­ня это осо­бен­но чув­стви­тель­ная те­ма еще и по­то­му, что я на­по­ло­ви­ну ко­ре­ец и по­ни­маю, что есть идео­ло­гия и ре­жим, а есть про­стые лю­ди, спортсмены, тренеры. – Вы неод­но­крат­но бы­ва­ли в Се­вер­ной Ко­рее. Это дей­стви­тель­но со­всем дру­гой мир?

– Тем, кто впер­вые при­ез­жа­ет в Ко­рею, ко­неч­но, мно­гое по­ка­жет­ся ди­ким. В 2009 го­ду я ис­пы­тал шок: тем­ные ули­цы, мо­биль­ные те­ле­фо­ны у нас за­бра­ли на гра­ни­це, вы­хо­дить ни­ку­да без со­про­вож­де­ния бы­ло нель­зя, на цен­траль­ном пе­ре­крест­ке в го­ро­де про­ез­жа­ла од­на ма­ши­на в ми­ну­ту… Вез­де ло­зун­ги, пла­ка­ты, ссыл­ки на ве­ли­ко­го во­ждя и учителя. По­на­ча­лу это ин­те­рес­но, но по­том на­чи­на­ет да­вить на пси­хи­ку.

Но ко­гда я был там в про­шлом го­ду, кар­ти­на бы­ла уже иной. На­при­мер, на ули­цах по­яви­лись так­си. Я да­же сна­ча­ла по­ду­мал, что это для кра­со­ты. Ес­ли рань­ше мож­но бы­ло по­се­щать толь­ко ма­га­зи­ны для ино­стран­цев, то в этот раз уже бы­ла воз­мож­ность прой­тись по тем ма­га­зи­нам, ку­да хо­дят са­ми ко­рей­цы. Изоби­лия там, ко­неч­но, нет, слег­ка на­по­ми­на­ет ко­нец 80-х, ко­гда был де­фи­цит, но уже стал по­яв­лять­ся за­пад­ный шир­по­треб. – Мно­гие ожи­да­ли, что имен­но вы ста­не­те кан­ди­да­том на пост мэ­ра от Цен­трист­ской пар­тии, но это­го не про­изо­шло. По­че­му?

– Из­на­чаль­но бы­ло несколь­ко кан­ди­да­тур, и как один из ру­ко­во­ди­те­лей пар­тии я при­ни­мал уча­стие в об­суж­де­нии, в ито­ге оста­лось две – Та­а­ви Аас и я. Я знаю Та­а­ви Аа­са шесть лет и от­но­шусь к нему с ува­же­ни­ем как к про­фес­си­о­на­лу. У него боль­шой опыт ру­ко­во­ди­те­ля, вы­со­кий уро­вень об­ра­зо­ва­ния, он хо­ро­шо раз­би­ра­ет­ся во всех сфе­рах го­род­ской жиз­ни. Ес­ли во гла­ву уг­ла ста­вить ам­би­ции, то мы на­вре­дим ре­зуль­та­ту пар­тии, лю­дям, ко­то­рые в нас по­ве­ри­ли, и в ито­ге не смо­жем ни­че­го сде­лать. Внут­ри­пар­тий­ное про­ти­во­сто­я­ние за ме­сто кан­ди­да­та в мэ­ры па­губ­но ска­за­лась бы на пар­тии. По­это­му я ре­шил, что Та­а­ви – до­стой­ный кан­ди­дат и, объ­еди­нив уси­лия, мы смо­жем до­стичь мак­си­маль­но­го ре­зуль­та­та. – Но в це­лом это нор­маль­но, ко­гда у че­ло­ве­ка име­ют­ся ам­би­ции. Ска­жем, ка­кой ми­ни­стер­ский пост вам был бы ин­те­ре­сен?

– Важ­но то, что ты ре­аль­но хо­чешь и мо­жешь сде­лать, а ме­сто к этим воз­мож­но­стям все­гда под­бе­рет­ся. Ска­жу пря­мо: ко­гда сме­ни­лось правительство, у ме­ня бы­ла воз­мож­ность за­нять ми­ни­стер­ский пост, но на тот мо­мент я ре­шил остать­ся в го­ро­де, что­бы до­ве­сти до кон­ца це­лый ряд се­рьез­ных про­ек­тов. Все­му свое вре­мя. – Од­ной из глав­ных тем в ва­шей по­ли­ти­че­ской по­вест­ке дня все­гда бы­ло об­ра­зо­ва­ние на рус­ском язы­ке. Как мож­но ре­шить про­бле­му ин­те­гра­ции и со­хра­не­ния сво­ей на­ци­о­наль­ной иден­тич­но­сти и язы­ка? Как вы, на­при­мер, от­но­си­тесь к пла­нам оп­по­нен­тов сде­лать все дет­ские са­ды эс­то­но­языч­ны­ми?

– Не­смот­ря на то, что мы по­след­ние 10 лет бы­ли в оп­по­зи­ции на го­су­дар­ствен­ном уровне, мы смог­ли со­хра­нить це­лый ряд школ в Тал­линне, где есть по­ни­ма­ние, что со­хра­нять иден­тич­ность мож­но, не толь­ко со­хра­няя язык, но и со­хра­няя и раз­ви­вая куль­тур­ную ос­но­ву. Преж­де все­го важ­но, что­бы это бы­ло нуж­но са­мим лю­дям, каж­дый дол­жен при­кла­ды­вать уси­лия в за­бо­те о се­бе и сво­их детях. Тем бо­лее сей­час, ко­гда все источ­ни­ки ин­фор­ма­ции на­хо­дят­ся на уровне кли­ка ком­пью­тер­ной мыш­ки.

Но и си­сте­ма долж­на быть за­ин­те­ре­со­ва­на в том, что­бы в об­ще­стве со­хра­ня­лось куль­тур­ное мно­го­об­ра­зие за счет то­го, что есть но­си­те­ли раз­ных куль­тур. Раз­ные ми­ро­воз­зре­ния, раз­ные под­хо­ды к ре­ше­нию про­блем со­пут­ству­ют нор­маль­но­му раз­ви­тию об­ще­ства. Сде­лать всех оди­на­ко­вы­ми – это меч­та то­та­ли­тар­но­го го­су­дар­ства. Ко­неч­но, долж­ны быть дет­ские са­ды и шко­лы с рус­ским язы­ком обу­че­ния, но при этом, бес­спор­но, нуж­но по­сто­ян­но ра­бо­тать над усо­вер­шен­ство­ва­ни­ем ме­то­дик изу­че­ния эстонского. – Что вы счи­та­е­те са­мым боль­шим сво­им до­сти­же­ни­ем за шесть лет ра­бо­ты ви­це-мэ­ром?

– Пом­ню, пер­вое, что на ме­ня бук­валь­но сва­ли­лось в 2011 го­ду, – это ха­ос в си­сте­ме при­е­ма в пер­вые классы. А сей­час, на­вер­ное, уже ни­кто и не пом­нит, как лю­ди то­гда ме­та­лись по все­му го­ро­ду и не зна­ли, ку­да при­стро­ить сво­е­го ре­бен­ка. Вто­рой мо­мент: у нас 3000 де­тей сто­я­ли в оче­ре­ди в дет­ские са­ды, сей­час у нас име­ет­ся 400 сво­бод­ных мест. Мы несколь­ко лет шли к то­му, что­бы сде­лать бес­плат­ным пи­та­ние в дет­са­дах, и успе­ли ре­а­ли­зо­вать за­ду­ман­ное. – Вы все­гда очень со­бран­ный, ред­ко улы­ба­е­тесь, но при этом яв­ля­е­тесь по­сто­ян­ным чле­ном жю­ри КВН Эсто­нии. Все-та­ки Ми­ха­ил Кы­л­варт лю­бит юмор и шут­ки?

– Да, я и сам ста­ра­юсь шу­тить, на­сколь­ко поз­во­ля­ет мое чув­ство юмо­ра. Здесь, на­вер­ное, нуж­но вспом­нить од­ну из­вест­ную муд­рость: нель­зя доверять лю­дям, ко­то­рые по­сто­ян­но со­хра­ня­ют мас­ку се­рьез­но­го че­ло­ве­ка, ведь са­мые боль­шие глу­по­сти де­ла­ют­ся с имен­но та­ким вы­ра­же­ни­ем ли­ца. (Сме­ет­ся.)

Фо­то: Ин­на меЛьнИКоВа.

Во­прос Мо­ти­Ва­ции: Ми­ха­ил Кы­л­варт го­во­рит, что ес­ли ви­дишь смысл в том, что де­ла­ешь, то энер­гии хва­та­ет и на 15-ча­со­вой ра­бо­чий день.

Newspapers in Russian

Newspapers from Estonia

© PressReader. All rights reserved.