Встать, суд идет

Novosti Helsinki with FINNBAY - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА -

За­кон су­ров, но это за­кон!» – с этим утвер­жде­ни­ем со­глас­ны, ко­неч­но, все. Прав­да, толь­ко до тех пор, по­ка это не кос­нет­ся ко­го-ли­бо лич­но. И тем бо­лее, ес­ли речь идет о спо­ре с го­су­дар­ствен­ной струк­ту­рой. В Фин­лян­дии, в част­но­сти, есть та­кая «фиш­ка»: чи­нов­ник все­гда прав, а ес­ли не прав, то ме­нять свое ре­ше­ние он все рав­но не бу­дет.

– «Вот, на­при­мер, слу­чай с ДТП. В ма­ши­ну на­ше­го кли­ен­та вре­зал­ся ехав­ший сза­ди ав­то- мо­биль, а тот из-за это­го в сне­го­убо­роч­ную ма­ши­ну, – рас­ска­зы­ва­ет ад­во­кат, ру­ко­во­ди­тель юри­ди­че­ско­го бю­ро Nordlex Игорь Хит­ру­хин. – При­е­ха­ла по­ли­ция, со­ста­ви­ла про­то­кол, в ко­то­ром по­че­му-то при­зна­ла ви­нов­ни­ком ава­рии как раз по­тер­пев­ше­го. И де­ло да­же не в штра­фе в четыреста ев­ро, а в том, что стра­хо­вая ком­па­ния не опла­чи­ва­ет в та­ком слу­чае рас­хо­ды на ре­монт. Ну и в спра­вед­ли­во­сти, ко­неч­но. Са­мое ин­те­рес­ное, что сви­де­те­ли в один го­лос под­твер- ди­ли, как все на са­мом де­ле про­изо­шло. И ис­тин­ный ви­нов­ник ава­рии охот­но «со­знал­ся в со­де­ян­ном». Да и офи­цер по­ли­ции по­ни­мал, что неправ. Но пе­ре­де­лы­вать про­то­кол все рав­но не стал: «ре­ше­ние-то уже при­ня­то, ме­нять нель­зя». К со­жа­ле­нию, си­сте­ма в Фин­лян­дии не страху­ет се­бя от оши­бок. Ес­ли гос­слу­жа­щий ее со­вер­шил, то ни­ко­гда не при­зна­ет, и без ре­ше­ния су­да не ис­пра­вит».

При­чем де­лать­ся это бу­дет очень мед­лен­но. На­при­мер, ми- ни­маль­ный про­цесс апел­ля­ции со­став­ля­ет де­сять ме­ся­цев. В ре­аль­но­сти – до несколь­ких лет.

Кро­ме то­го, су­ще­ству­ет мне­ние, что в спо­рах меж­ду фин­на­ми и ино­стран­ца­ми, местное правосудие по­чти все­гда вы­сту­па­ет на сто­роне сво­их со­граж­дан. По сло­вам Иго­ря Хит­ру­хи­на, в Хель­син­ки по­доб­ные слу­чаи ред­ки. Но за­то в ма­лень­ких го­род­ках, где су­дья царь и бог: сплошь и ря­дом. И ре­ше­ния по­рой при­ни­ма­ют­ся та­кие, что про­ти­во­ре­чат здра­во­му смыс­лу. На­при­мер, фин­ский муж и рус­ская же­на раз­ве­лись. Суд оставил де­тей под опе­кой па­пы, мо­ти­ви­руя это тем, что с ма­мой-ино­стран­кой они не вы­учат фин­ский язык, не узна­ют куль­ту­ру и по­это­му не ин­те­гри­ру­ют­ся в фин­ское об­ще­ство. А то, что быв­ший муж к то­му времени же­нил­ся на ки­та­ян­ке, и чья те­перь куль­ту­ра в их доме пре­ва­ли­ру­ет, во вни­ма­ние не при­ня­лось.

Ад­во­кат счи­та­ет, что до­воль­но ча­сто фин­ское правосудие – субъ­ек­тив­но и пред­взя­то. Бы­ва­ют слу­чаи, ко­гда су­дья еще до на­ча­ла за­се­да­ния от­кры­то вста­ет на сто­ро­ну от­вет­чи­ка. И пре­ду­пре­жда­ет че­рез за­щит­ни­ка: или вы иде­те на ми­ро­вое со­гла­ше­ние, или де­ло про­иг­ра­е­те. Впро­чем, кор­руп­ция в рос­сий­ском смыс­ле в фин­ских су­дах от­сут­ству­ет: гла­ва Nordlex ни ра­зу не слы­шал о том, что­бы кто-то из пред­ста­ви­те­лей Фе­ми­ды вы­мо­гал взят­ку за «нуж­ный ис­ход де­ла».

А во­об­ще, имей­те в ви­ду, что су­дить­ся в Фин­лян­дии до­воль­но до­ро­го: толь­ко рас­хо­ды на ад­во­ка­та мо­гут со­ста­вить до де­ся­ти ты­сяч ев­ро. Или же «от», ес­ли на­про­тив вас са­дит­ся пред­ста­ви­тель ка­кой-ни­будь круп­ной ком­па­нии. Бла­го в Фин­лян­дии та­ких все­го 2%. И не за­будь­те, что, в слу­чае неуда­чи, пла­тит все­гда про­иг­рав­шая сто­ро­на.

Кро­ме то­го, к со­жа­ле­нию, меж­ду Рос­си­ей и Фин­лян­ди­ей по­ка еще нет со­гла­ше­ния о вза­им­ном при­зна­нии ре­ше­ний су­да. И, ес­ли вы вы­иг­ра­е­те де­ло, до­пу­стим, в Москве, а от­вет­чик, жи­ву­щий в Хель­син­ки, не то­ро­пит­ся его вы­пол­нять, то здесь вам при­дет­ся опять про­хо­дить всю су­деб­ную про­це­ду­ру.

Впро­чем, не все так од­но­знач­но. По­это­му о кон­крет­ных при­ме­рах фин­ско­го пра­во­су­дия и о са­мой си­сте­ме в це­лом чи­тай­те в этом но­ме­ре.

Newspapers in Russian

Newspapers from Finland

© PressReader. All rights reserved.