Как пи­сать апел­ля­цию

Novosti Helsinki with FINNBAY - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ири­на Та­ба­ко­ва

Я не юрист и апел­ля­ций не пи­са­ла ни­ко­гда. Но, ру­ко­вод­ству­ясь в жиз­ни прин­ци­пом «ес­ли по­про­бу­ешь, у те­бя есть два ва­ри­ан­та: по­лу­чит­ся или не по­лу­чит­ся, а ес­ли не по­про­бу­ешь, то ва­ри­ант все­го один», ре­ши­ла по­пы­тать­ся. Как и ожи­да­лось, вме­сто «нор­маль­ной» апел­ля­ции по­лу­чи­лась мини ста­тья, «рас­кры­ва­ю­щая» тему.

Бы­ли там и ли­ри­че­ские от­ступ­ле­ния, и ци­та­ты ти­па «все, что нуж­но для из­да­ния… га­зе­ты, это че­сто­лю­бие, чест­ность и 10 мил­ли­о­нов дол­ла­ров», и до­ка­за­тель­ства то­го, что мы уже че­ты­ре го­да успеш­но из­да­ем «Но­во­сти Хель­син­ки» ис­поль­зуя, увы, толь­ко чест­ность и че­сто­лю­бие, а нехват­ка де­ся­ти мил­ли­о­нов за­ко­но­мер­но при­во­дит к пе­ри­о­ди­че­ским фи­нан­со­вым труд­но­стям… Но, несмот­ря на это, мы из по­след­них сил вы­пла­чи­ва­ем на­ло­ги фин­ско­му го­су­дар­ству. Из ко­то­рых, кста­ти, по­лу­ча­ют свою зар­пла­ту и со­труд­ни­ки Им­ми­гра­ци­он­ной служ­бы. А по­то­му мы, есте­ствен­но, рас­счи­ты­ва­ем на то, что ре­ше­ния они бу­дут при­ни­мать ис­клю­чи­тель­но в со­от­вет­ствии с за­ко­ном. Да, речь шла об от­ка­зе в ВНЖ на ос­но­ва­нии се­мей­ных свя­зей.

Наи­боль­шие про­бле­мы воз­ник­ли с «за­клю­че­ни­ем»: нуж­но бы­ло юри­ди­че­ски гра­мот­но его офор­мить. Так как де­ло про­ис­хо­ди­ло в суб­бо­ту позд­но ве­че­ром, а в по­не­дель­ник за­кан­чи­вал­ся по­след­ний срок для по­да­чи апел­ля­ции, при­шлось сроч­но пи­сать адвокату Ва­ди­му Клюв­ган­ту с прось­бой про­ком­мен­ти­ро­вать текст и под­ска­зать, как на­пи­сать непо­сред­ствен­но то, че­го мы тре­бу- ем. Он, как все­гда, от­клик­нул­ся сра­зу, несмот­ря на то, что на­хо­дил­ся в по­ез­де по пу­ти в Карелию и го­то­вил­ся к встре­че со сво­им под­за­щит­ным.

–«Мое неэкс­перт­ное мне­ние по­сле про­чте­ния апел­ля­ции (чи­тал толь­ко до­во­ды – ана­ли­зи­ро­вать вы­держ­ки из фин­ско­го за­ко­на мне бес­смыс­лен­но) та­кое.

Фак­ты вы­гля­дят убе­ди­тель­но, из­ло­же­ны кон­крет­но и с хо­ро­шим на­по­ром, по­ка­зы­ва­ю­щим, что за­яви­тель уве­рен в сво­ей право­те и ему нече­го и неза­чем скры­вать. Это са­мо по се­бе вро­де бы непло­хо. Но, ко­неч­но, не мо­гу оце­нить до­ста­точ­ность при­ве­ден­ных до­во­дов и сте­пень их адек­ват­но­сти фор­маль­ным кри­те­ри­ям, по ко­то­рым долж­но при­ни­мать­ся ре­ше­ние. Язык из­ло­же­ния – не юри­ди­че­ский и, по-мо­е­му, не ти­пич­ный для до­ку­мен­тов та­ко­го ро­да. Не знаю, на­сколь­ко это при­ня­то в Фин­лян­дии, и ис­поль­зо­вал­ся ли ка­кой-то об­ра­зец или что­то в этом ро­де при под­го­тов­ке до­ку­мен­та. Не по­хо­же, что вы кон­суль­ти­ро­ва­лись с им­ми­гра­ци­он­ны­ми юри­ста­ми при со- став­ле­нии за­яв­ки и ее по­да­че. Воз­мож­но, это ва­ша ошиб­ка: там, на­сколь­ко мо­гу су­дить, ино­гда ре­ша­ю­щую роль мо­жет сыг­рать ка­кая-то за­ко­рюч­ка, на пер­вый взгляд со­вер­шен­но незна­чи­мая или да­же глу­пая. На­при­мер, сю­жет с пе­ре­да­чей до­ку­мен­тов че­рез охран­ни­ка без ка­ко­го-ли­бо фор­маль­но­го сле­да их свое­вре­мен­ной по­да­чи – для ме­ня уди­ви­те­лен».

Тем не ме­нее, «итог» под­ска­зал: «Счи­та­ем вы­не­сен­ное ре­ше­ние непра­виль­ным и неспра­вед­ли­вым, и тре­бу­ем его от­ме­нить, так как нет ни­ка­ких пре­пят­ствий для вы­да­чи за­яви­те­лю ви­да на жи­тель­ство».

Тут, на­вер­ное, по­лез­но бу­дет рас­ска­зать об од­ном, мо­жет неглас­ном, пра­ви­ле. Ес­ли Им­ми­гра­ци­он­ная служ­ба или (при про­дле­нии ВНЖ – по­ли­ция) при­ни­ма­ет ре­ше­ние по­ло­жи­тель­ное, то от­прав­ля­ет его обыч­ным пись­мом на ад­рес фин­ской фир­мы или до­маш­ний. Из по­ли­ции, кста­ти, мо­гут во­об­ще про­сто по­зво­нить и со­об­щить, что кар­та го­то­ва, при­хо­ди­те в лю­бое вре­мя. За­то в слу­чае ре­ше­ния от­ри­ца­тель­но­го, пись­мо по­сы­ла­ет­ся ис­к­лю- чи­тель­но за­каз­ное. Оче­вид­но, что­бы че­ло­век, от­крыв его на по­чте, су­мел сдер­жать се­бя в пуб­лич­ном ме­сте в ру­ках и не на­чал ры­дать или бить­ся го­ло­вой об сте­ну. А в слу­чае от­ка­за в про­дле­нии, пред­ла­га­ет­ся прий­ти в по­ли­цию в опре­де­лен­ный день и час. Ис­клю­че­ний из это­го «правила» ни ра­зу еще не бы­ло, так что ре­зуль­тат ре­ше­ния мож­но узнать за­ра­нее.

Но не все про это еще зна­ют. По­это­му, получив ка­кое-то непо­нят­ное из­ве­ще­ние, мы ре­ши­ли, что ни­ка­ких по­сы­лок не ждем, и по­чти ме­сяц за­бы­ва­ли его по­лу­чить. В ито­ге к фин­ским юри­стам во-пер­вых, бе­жать бы­ло уже позд­но, во-вто­рых, все-та­ки лю­ди они чу­жие и в хо­ро­шем ре­зуль­та­те за­ин­те­ре­со­ва­ны лишь в «ра­бо­чем по­ряд­ке», а в-тре­тьих, на­пи­са­но все бу­дет на фин­ском язы­ке, и есть ли там вся необ­хо­ди­мая ин­фор­ма­ция, су­дить бу­дет труд­но. Так что ни­че­го не оста­ва­лось, как пи­сать апел­ля­цию са­мо­сто­я­тель­но.

…На­вер­ное, ос­нов­ное от­ли­чие жур­на­ли­стов от лю­дей про­чих про­фес­сий со­сто­ит в том, что они долж­ны ве­рить

ис­клю­чи­тель­но фак­там, а не сло­вам, из ка­ких бы вы­со­ко­по­став­лен­ных уст они не зву­ча­ли. Это от­но­сит­ся и к чи­нов­ни­кам Им­ми­гра­ци­он­ной служ­бы. Ведь они то­же лю­ди, мо­гут оши­бить­ся. По­это­му пер­вым де­лом я от­кры­ла фин­ский за­кон об ино­стран­цах и по пунк­там про­ве­ри­ла все ста­тьи, по ко­то­рым и бы­ло вы­не­се­но от­ри­ца­тель­ное ре­ше­ние.

Ну, на­при­мер, ста­тья 5, ко­то­рая гла­сит: «пра­ва ино­стран­цев не мо­гут быть огра­ни­че­ны боль­ше, чем это необ­хо­ди­мо».

В слу­чае от­ка­за в ВНЖ по­соль­ство или кон­суль­ство Фин­лян­дии неред­ко за­кры­ва­ет за­тем и обыч­ную ту­ри­сти­че­скую ви­зу, или – в луч­шем слу­чае – вме­сто го­до­вой мно­го­крат­ной вы­да­ет од­но­ра­зо­вую. Это ведь на­ру­ше­ние прав «боль­ше, чем необ­хо­ди­мо»? Кста­ти, по ка­ким при­чи­нам это де­ла­ет­ся, вы­яс­нить не уда­лось. Ви­зо­вый от­дел ми­ни­стер­ства Ино­стран­ных дел не дал ни­ка­ко­го внят­но­го объ­яс­не­ния, со­слав­шись на то, что они с Им­ми­гра­ци­он­ной служ­бой со­всем раз­ные ор­га­ни­за­ции.

Или ста­тья 7, в ко­то­рой со­об­ща­ет­ся, что каж­дый слу­чай дол­жен быть тща­тель­но рас­сле­до­ван, че­го яв­но сде­ла­но не бы­ло.

Впро­чем, глав­ной, (ко­неч­но, ес­ли че­ло­век не яв­ля­ет­ся «ли­цом с фин­ски­ми кор­ня­ми» или про­си­те­лем убе­жи­ща) яв­ля­ет­ся ста­тья 39, в ко­то­рой го­во­рит­ся, что «за­яви­тель дол­жен иметь до­ста­точ­ные фи­нан­со­вые сред­ства и предо­ста­вить до­ку­мен­ты, под­твер­жда­ю­щие эти са­мые сред­ства». В дан­ном слу­чае, это долж­на быть зар­пла­та «спон­со­ра» – то есть, чле­на се­мьи, уже жи­ву­ще­го в Фин­лян­дии.

Непо­нят­но, по ка­кой при­чине сю­да же за­те­са­лась и ста­тья 66, в ко­то­рой го­во­рит­ся про обя­за­тель­ство сда­вать ДНК­тест и про то, что его ре­зуль­та­ты долж­ны быть немед­лен­но предо­став­ле­ны в Им­ми­гра­ци­он­ную служ­бу. Оче­вид­но, до это­го те же са­мые чи­нов­ни­цы при­ни­ма­ли ре­ше­ния о мно­го­чис­лен­ных род­ствен­ни­ках со­ма­лий­ских бе­жен­цев и за­бы­ли ис­клю­чить эту ста­тью из сле­ду­ю­ще­го ре­ше­ния.

По­это­му для на­ча­ла пря­мо на­про­тив каж­дой ста­тьи за­ко­на, в со­от­вет­ствие с ко­то­рой при­ни­ма­лось ре­ше­ние, бы­ло на­пи­са­но: по­че­му кон­крет­но оно непра­виль­но. Впро­чем, все осталь­ное, кро­ме тех са­мых «фи­нан­со­вых средств» бы­ло, су­дя по все­му чи­стой фор­маль­но­стью: для то­го, что­бы при­дать от­ка­зу «со­лид­ность» . Тут бы­ла при­ве­де­на и кон­вен­ция о пра­вах че­ло­ве­ка, о сво­бо­де его пе­ре­дви­же­ния… ну и про­чая «по­ли­ти­ка».

Ос­нов­ной за­да­чей в дан­ном слу­чае бы­ло до­ка­зать, что средств-то как раз вполне до­ста­точ­но. И до­ка­за­тель­ства эти на­шлись пря­мо на сай­те им­ми­гра­ци­он­ной служ­бы. Там го­во­рит­ся: «Уро­вень до­хо­да вы­счи­ты­ва­ет­ся из до­хо­да за­яви­те­ля по­сле упла­ты на­ло­гов, то есть, «чи­стой при­бы­ли» На­при­мер, при зар­пла­те 2000 ев­ро он со­став­ля­ет 1700. На дан­ный мо­мент тре­бу­е­мый для «про­хож­де­ния» в Им­ми­гра­ци­он­ной служ­бе до­ход со­став­ля­ет 1000 ев­ро на непо­сред­ствен­но «спон­со­ра» и 700 ев­ро на «спут­ни­ка жиз­ни». Впро­чем, из него мо­гут быть вы­чте­ны сред­ства, по­лу­ча­е­мые из го­су­дар­ствен­ной под­держ­ки: суб­си­дии на опла­ту жи­лья, по­со­бие по без­ра­бо­ти­це и так да­лее. Ни­че­го это­го в дан­ном слу­чае не бы­ло, до­ход пол­но­стью со­от­вет­ство­вал тре­бу­е­мым нор­мам, по­это­му этот пункт от­ка­за мы со­чли неубе­ди­тель­ным, о чем и ука­за­ли в апел­ля­ции. В ка­че­стве до­ка­за­тель­ства бы­ли еще раз при­ло­же­ны еже­ме­сяч­ные бан­ков­ские сли­пы о пе­ре­чис­лен­ной зар­пла­те за по­след­ний год, на­ло­го­вая кар­та и справ­ка от бух­гал­те­ра, в ко­то­рой ука­зы­ва­лась и са­ма зар­пла­та, и упла­чен­ные с нее на­ло­ги. А за­од­но и сли­пы об упла­те на­ло­гов, ко­то­рых ока­за­лось толь­ко за год при­мер­но 12 000 ев­ро. Есте­ствен­но, вместе с НДС, но, тем не ме­нее, сум­ма вну­ши­тель­ная. На­вер­ное, преж­де все­го она и долж­на ин­те­ре­со­вать как Им­ми­гра­ци­он­ную служ­бу, так все фин­ское го­су­дар­ство в це­лом, по­то­му как по­чти по­ло­ви­на (44 с чем-то про­цен­та) ВВП стра­ны как раз из на­ло­гов и со­сто­ит.

Да, как пра­ви­ло, Им­ми­гра­ци­он­ная служ­ба за­пра­ши­ва­ет вы­пис­ку с бан­ков­ско­го сче­та. И пре­ду­пре­жда­ет: ес­ли че­ло­век ка­кие-ли­бо до­ку­мен­ты не при­не­сет, ре­ше­ние бу­дет вы­не­се­но и без них, но шанс от­ри­ца­тель­но­го ре­ше­ния уве­ли­чит­ся. В дан­ном слу­чае, все, что про­си­ли: на­ло­го­вую де­кла­ра­цию, тру­до­вой кон­тракт с опи­са­ни­ем усло­вий ра­бо­ты и зар­пла­ты, вы­пис­ки с бан­ков­ско­го сче­та со все­ми тран­зак­ци­я­ми, бы­ло пе­ре­да­но в срок. Тем не ме­нее, од­ним из пунк­тов от­ка­за бы­ло утвер­жде­ние, что «за­яви­тель не предо­ста­вил тре­бу­е­мых до­ку­мен­тов». Кста­ти, ко­гда мы начали вы­яс­нять, что кон­крет­но не бы­ло предо­став­ле­но, ад­ми­ни­стра­тив­ный суд (ку­да уже ушло де­ло) пе­ре­слал нам толь­ко ра­бо­чий кон­тракт и на­ло­го­вую кар­ту. Все осталь­ное со­труд­ни­цы Им­ми­гра­ци­он­ной служ­бы, при­ни­мав­шие ре­ше­ние, по­че­му-то ута­и­ли. Хо­тя имен­но ис­хо­дя из вы­пис­ки с бан­ков­ско­го сче­та они и под­счи­та­ли, что де­нег недо­ста­точ­но. Ведь, как и боль­шин­ство пред­при­ни­ма­те­лей, ра­бо­та­ю­щих без «стар­то­во­го ка­пи­та­ла» и ка­кой бы то ни бы­ло фи­нан­со­вой под­держ­ки, мы пе­ри­о­ди­че­ски пе­ре­чис­ля­ем соб­ствен­ные день­ги в долг: на из­да­ние «Но­во­сти Хель­син­ки».

В Фин­лян­дии это не за­пре­ще­но, вер­нуть эти дол­ги мож­но в лю­бой мо­мент, а по­се­му опять же вхо­дит в про­ти­во­ре­чие с утвер­жде­ни­ем Им­ми­гра­ци­он­ной служ­бы, что ее ин­те­ре­су­ет толь­ко чи­стый до­ход по­сле упла­ты на­ло­гов, а во­все не то, как и сколь­ко по­том че­ло­век тра­тит. И ни­ко­гда от­ри­ца­тель­ное ре­ше­ние не при­ни­ма­ет­ся на ос­но­ва­нии лич­ных трат. Это есте­ствен­но. По­то­му что рас-

Мно­гие фин­ны (и не толь­ко они!) по­че­му-то счи­та­ют, что их чи­нов­ни­ки непо­гре­ши­мы. Мол, ес­ли они вы­нес­ли та­кое­то ре­ше­ние, то, мо­жет, оно и непра­виль­ное, но что с этим те­перь по­де­лать? Но ведь чи­нов­ни­ки это не ро­бо­ты го­су­дар­ствен­ной ма­ши­ны, а жи­вые лю­ди со все­ми вы­те­ка­ю­щи­ми по­след­стви­я­ми. У од­но­го се­год­ня го­ло­ва бо­лит, дру­гая вчера с му­жем по­ру­га­лась, а тре­тья, на­обо­рот, влю­би­лась. И все эти жи­тей­ские си­ту­а­ции, есте­ствен­но, вли­я­ют на то, ка­ким ока­жет­ся ре­ше­ние.

хо­ды у всех раз­ные: один ку­пил квар­ти­ру в кре­дит, дру­гой каж­дый ме­сяц уез­жа­ет пу­те­ше­ство­вать на Сей­ше­лы, а тре­тий, на­обо­рот, хо­дит за бес­плат­ны­ми про­дук­та­ми, оде­ва­ет­ся ис­клю­чи­тель­но в се­конд-хэнд, а по­то­му вся зар­пла­та у него на бан­ков­ском сче­ту и оста­ет­ся.

Сле­ду­ю­щим пунк­том бы­ло утвер­жде­ние, что «вы, мол, вполне мо­же­те жить се­мей­ной жиз­нью и у се­бя на ро­дине». Утвер­жде­ние весь­ма спор­ное, учи­ты­вая, что ра­бо­та за­ни­ма­ет у нас 24 ча­са в сут­ки 7 дней в неде­лю. По­это­му вы­кро­ить по­езд­ку в Моск­ву уда­ет­ся лишь на па­ру недель в год. Мож­но это счи­тать пол­но­цен­ной се­мей­ной жиз­нью?

Та­ким об­ра­зом, мы опро­верг­ли все пунк­ты от­ка­за, в том чис­ле про­яс­нив и тот факт, по­че­му фир­ме пе­ри­о­ди­че­ски тре­бу­ют­ся зай­мы ее вла­дель­ца. Ведь, к со­жа­ле­нию, от­нюдь не все­гда и от­нюдь не все кли­ен­ты, в дан­ном слу­чае, ре­кла­мо­да­те­ли, опла­чи­ва­ют сче­та за ока­зан­ные услуги во­вре­мя. Это мо­жет рас­тя­нуть­ся и на несколь­ко ме­ся­цев, и да­же на год. При­чем, как ока­за­лось: чем со­лид­нее ор­га­ни­за­ция, тем силь­нее ее же­ла­ние про­ре­кла­ми­ро­вать­ся да­ром. И то де­лать в та­кой си­ту­а­ции? Об­ра­щать­ся в кол­лек­тор­ское агент­ство? День­ги-то, на­вер­ное, в ито­ге по­лу­чишь, но и от­но­ше­ния ис­пор­тишь.

Дру­гие во­об­ще рас­пла­чи­ва­ют­ся «бар­те­ром». На­при­мер, один отель вы­дал нам на год 40 двух­мест­ных но­ме­ров, прав­да, при усло­вии, что бу­дут использованы сра­зу по пять но­чей. А ес­ли мень­ше, то все рав­но бу­дет под­счи­та­но ис­хо­дя из до­го­во­ра. В част­но­сти, ко­гда в Хель­син­ки при­ез­жал Мат­вей Ганапольский и про­жил в этом оте­ле 2 но­чи, то «спи­са­ли» с нас все пять. По­это­му остав­ши­е­ся но­ме­ра при­шлось про­да­вать ту- ри­стам и зна­ко­мым, а это не так лег­ко, как ка­жет­ся. Кро­ме то­го, увы, но­ме­ра­ми в оте­ле нель­зя рас­пла­тить­ся ни за пе­чать, ни да­же пе­ре­чис­лить в ка­че­стве на­ло­гов. Это все к то­му, что в от­вет на апел­ля­цию им­ми­гра­ци­он­ные да­мы на­пи­са­ли что, мол, зар­пла­та в ви­де кэ­ша не счи­та­ет­ся. Ну, во-пер­вых, вполне да­же счи­та­ет­ся: в Фин­лян­дии опять же это не за­пре­ще­но. А во-вто­рых, ес­ли бы они ко­гда-ни­будь по­про­бо­ва­ли са­ми за­нять­ся биз­не­сом, то очень быст­ро убе­ди­лись бы: ес­ли кли­ент пла­тит, то возь­мешь и кэ­шем, и бар­те­ром, и туг­ри­ка­ми и чем угод­но, ина­че во­об­ще оста­нешь­ся ни с чем.

В об­щем, все эти и про­чие до­ка­за­тель­ства бы­ли со­бра­ны, при­креп­ле­ны к «де­лу» и от­не­се­ны в Им­ми­гра­ци­он­ную служ­бу.

По­че­му ту­да, а не сра­зу в суд? По­то­му что жа­ло­ба эта на дей­ствия чи­нов­ни­ков (в дан­ном слу­чае, чи­нов­ниц Им­ми­гра­ци­он­ной служ­бы) и им предо­став­ля­ет­ся воз­мож­ность на апел­ля­цию от­ве­тить. Они и от­ве­ти­ли: «мы, мол, пра­вы, по­это­му тре­бу­ем в апел­ля­ции от­ка­зать!». Обид­но, прав­да, что, су­дя по все­му, они ее так и не про­чи­та­ли, так как их от­вет по­чти пол­но­стью по­вто­рял от­каз. В свою оче­редь, уже ад­ми­ни­стра­тив­ный суд предо­ста­вил и нам воз­мож­ность, из­ви­ни­те за тав­то­ло­гию, от­ве­тить на «этот от­вет».

Де­ло рас­смат­ри­ва­лось прак­ти­че­ски пол­то­ра го­да, и мы, с од­ной сто­ро­ны, немно­го нерв­ни­ча­ли. Не из-за неуве­рен­но­сти в сво­ей право­те, а по­то­му, что

опыт на­пи­са­ния апел­ля­ции был пер­вым. Но, с дру­гой хо­те­ли про­ве­рить: дей­стви­тель­но ли объ­ек­ти­вен фин­ский суд? Ведь, как мно­гие уве­ря­ют: фин­ны все­гда на сто­роне «сво­их», да и ста­ти­сти­ка по­ка­зы­ва­ет, что в по­доб­ных слу­ча­ях он крайне ред­ко он вста­ет на сто­ро­ну «по­тер­пев­ших».

В на­шем слу­чае он по­ста­но­вил: «при­знать ре­ше­ние недей­стви­тель­ным, и воз­вра­тить де­ло на но­вое рас­сле­до­ва­ние в связи с те­ми, что до­во­ды, при­ве­ден­ные в апел­ля­ции, бы­ли со­чте­ны убе­ди­тель­ны­ми».

По­том все за­вер­те­лось с го­ло­во­кру­жи­тель­ной быст­ро­той. Де­ло опять по­па­ло на стол все к той же чи­нов­ни­це, ко­то­рая за вре­мя про­цес­са апел­ля­ции со­вер­ши­ла ка­рьер­ный рост и ста­ла уже стар­шим со­вет­ни­ком. (В дан­ном слу­чае это обо­зна­ча­ет, что те­перь она мо­жет еди­но­лич­но при­ни­мать как по­ло­жи­тель­ные, так и от­ри­ца­тель­ные ре­ше­ния). Да­ма опять за­про­си­ла все по но­вой: на­ло­го­вую кар­ту, вы­пис­ку со сче­та, бух­гал­тер­ские рас­че­ты о вы­пла­чен­ной зар­пла­те и на­ло­гах… Ре­ше­ние бы­ло при­ня­то чуть ли не на сле­ду­ю­щий день. Есте­ствен­но, по­ло­жи­тель­ное. Хо­тя, ес­ли бы она под­счи­та­ла, сколь­ко я по­тра­ти­ла на лет­них рас­про­да­жах…

Прав­да, по­ло­жи­тель­ное оно бы­ло по ми­ни­му­му: на­ше тре­бо­ва­ние о том, что оно долж­но быть с да­ты ста­ро­го, ко­то­рый суд счел непра­виль­ным, бы­ло про­игно­ри­ро­ва­но. То есть, пол­то­ра го­да, по­те­рян­ные из­за ошиб­ки чи­нов­ни­цы, так и про­па­ли. Сла­бым уте­ше­ни­ем мо­жет слу­жить лишь то, что на по­доб­ном ос­но­ва­нии эта да­ма те­перь уже вряд ли ко­му-ли­бо от­ка­жет. Го­во­рят, каж­дое де­ло, ре­ше­ние по ко­то­ро­му суд при­знал недей­стви­тель­ным, тща­тель­но изу­ча­ет­ся с тем, что­бы по­доб­ных оши­бок не по­вто­ря­лось впредь.

И В ЗА­КЛЮ­ЧЕ­НИЕ НЕСКОЛЬ­КО СО­ВЕ­ТОВ:

Апел­ля­цию нуж­но пи­сать лишь то­гда, ко­гда вы са­ми не толь­ко уве­ре­ны в сво­ей право­те, но и эта право­та под­креп­ле­на за­ко­но­да­тель­но. Это от­но­сит­ся не толь­ко к от­ка­зу в ви­де на жи­тель­ство, но к лю­бой жа­ло­бе на неспра­вед­ли­вое (на ваш взгляд!) ре­ше­ние. При­во­ди­те толь­ко те фак­ты, ко­то­рые ре­аль­но мо­же­те до­ка­зать. Фин­лян­дия – стра­на «про­зрач­ная», по­это­му лю­бой че­ло­век, и чи­нов­ник в том чис­ле, все­гда смо­жет про­ве­рить, со­от­вет­ству­ют ли они дей­стви­тель­но­сти. И, ес­ли вы да­ди­те «фаль­ши­вую ин­фор­ма­цию», то это мо­жет при­ве­сти са­мым небла­го­при­ят­ным по­след­стви­ям. Не сек­рет, что мно­гие пи­шут апел­ля­ции лишь для то­го, что­бы по­тя­нуть вре­мя и остать­ся в Фин­лян­дии: за год-два рас­смот­ре­ния де­ла в су­де мно­го че­го в жиз­ни мо­жет из­ме­нить­ся. Но это как на­деж­да вы­иг­рать в ло­те­рею: ве­зет лишь немно­гим счаст­лив­чи­кам. Кста­ти, ждать ре­ше­ния в Фин­лян­дии мож­но, толь­ко ес­ли вам, на­при­мер, от­ка­за­ли в про­дле­нии ВНЖ и де­ло рас­смат­ри­ва­ет­ся в ад­ми­ни­стра­тив­ном су­де. Ес­ли и он то­же от­ка­зал, и ре­ше­ние при­ни­ма­ет уже Вер­хов­ный суд, то при­дет­ся вы­ехать на ро­ди­ну и ожи­дать его там. По­то­му что в про­тив­ном слу­чае это счи­та­ет­ся на­ру­ше­ни­ем ви­зо­во­го ре­жи­ма. И че­ло­ве­ку мо­жет гро­зить не толь­ко де­пор­та­ция, но и за­прет на въезд до пя­ти лет. Как вы по­ни­ма­е­те, не толь­ко в Фин­лян­дию, но и во весь Шен­ген.

На ан­глий­ском в Хель­син­ки го­во­рят по­чти все. Но, в слу­чае си­ту­а­ции не осо­бо при­ят­ной для них лич­но, очень ча­сто пред­по­чи­та­ют пе­ре­хо­дить ис­клю­чи­тель­но на фин­ский, ссы­ла­ясь на то, что это «офи­ци­аль­ный го­су­дар­ствен­ный язык». По­это­му на во­прос: «Could you speak in English?» вполне мо­гут от­ве­тить: «Not today»!

На­вер­ное, для на­пи­са­ния апел­ля­ции луч­ше все-та­ки об­ра­тить­ся к юри­стам. Они и за­ко­ны зна­ют, и фин­ский язык, да и во­об­ще за это по­лу­ча­ют свои день­ги, при­чем от­нюдь нема­лень­кие. Толь­ко ищи­те хо­ро­ше­го. Увы, в Фин­лян­дии, как, впро­чем, и вез­де, их ма­ло. Бо­лее то­го, ино­гда они не толь­ко не по­мо­га­ют, но еще и усу­губ­ля­ют си­ту­а­цию: ве­ро­ят­но, что­бы вы­тя­нуть из кли­ен­та как мож­но боль­ше «двух­сот ев­ро в час». В част­но­сти, как в вы­ше­при­ве­ден­ном при­ме­ре, имен­но юрист дол­жен был со­об­щить «от­каз­ни­ку» о том, где сле­ду­ет ждать ре­ше­ния. И ждать ли во­об­ще? Или

луч­ше сно­ва по­дать на вид на жи­тель­ство, со­блю­дая на этот раз все необ­хо­ди­мые тре­бо­ва­ния? И уж ко­неч­но, не сто­ит до­ве­рять та­кое важ­ное де­ло че­ло­ве­ку во­все по­сто­рон­не­му, толь­ко по­то­му, «что это бес­плат­но, и он зна­ет фин­ский язык». В том чис­ле, и но­ми­наль­но­му чле­ну прав­ле­ния с фин­ским со­ци­аль­ным но­ме­ром, ко­то­рый необ­хо­дим по пра­ви­лам для ре­ги­стра­ции фир­мы. Ви­де­ли мы по­доб­ную апел­ля­цию, под­пи­сан­ную 18-лет­ним Ма­хму­дом. От­каз был мо­ти­ви­ро­ван тем, что фир­ма не за­ре­ги­стри­ро­ва­на ни в на­ло­го­вой, ни как пла­тель­щик НДС, а зар­пла­та «ге­не­раль­но­го ди­рек­то­ра» со­став­ля­ла 500 ев­ро в ме­сяц. Но «от­вет­ствен­ный член прав­ле­ния» не на­пи­сал об этом ни сло­ва. Кста­ти, в ка­че­стве биз­не­са в Фин­лян­дии тем же ге­не­раль­ным ди­рек­то­ром был куп­лен бар-ре­сто­ран по­чти за четыреста ты­сяч ев­ро. Это на тему «бо­гат­ство не умень­ша­ет жад­но­сти». Мно­гие фин­ны (и не толь­ко они!) по­че­му-то счи­та­ют, что их чи­нов­ни­ки непо­гре­ши­мы. Мол, ес­ли они вы­нес­ли та­кое-то ре­ше­ние, то, мо­жет, оно и непра­виль­ное, но что с этим те­перь по­де­лать? Но ведь чи­нов­ни­ки это не ро­бо­ты го­су­дар­ствен­ной ма­ши­ны, а жи­вые лю­ди со все­ми вы­те­ка­ю­щи­ми по­след­стви­я­ми. У од­но­го се­год­ня го­ло­ва бо­лит, дру­гая вчера с му­жем по­ру­га­лась, а тре­тья, на­обо­рот, влю­би­лась. И все эти жи­тей­ские си­ту­а­ции, есте­ствен­но, вли­я­ют на то, ка­ким ока­жет­ся ре­ше­ние. Спра­вед­ли­во­сти ра­ди нуж­но от­ме­тить, что ес­ли все со­всем хо­ро­шо, то ре­зуль­тат бу­дет, есте­ствен­но, по­ло­жи­тель­ным. Ско­рее, вы­ше­упо­мя­ну­тое вли­я­ет на него толь­ко ко­гда, в прин­ци­пе, есть хоть к че­му-то при­драть­ся. На­при­мер, те же пред­при­ни­ма­те­ли по­рой и зар­пла­ту се­бе вы­пла­чи­ва­ют, и на­ло­ги, и все про­чее. Но при про­дле­нии по­лу­ча­ют от­каз, так как «не ве­ли ре­аль­ной де­я­тель­но­сти на тер­ри­то­рии Фин­лян­дии». В об­щем, как утвер­жда­ют лю­ди «опыт­ные»: ес­ли один и тот же че­ло­век 10 раз по­даст оди­на­ко­вое за­яв­ле­ния, и оно по­па­дет к де­ся­ти раз­ным чи­нов­ни­кам, то и ре­ше­ние ни ра­зу не сов­па­дет. Тща­тель­но про­ве­ряй­те все па­ра­гра­фы и ста­тьи, при­ве­ден­ные в от­ка­зе. Из­вест­ны слу­чаи, ко­гда они во­все не со­от­вет­ству­ют смыс­лу. Вполне ве­ро­ят­но, что чи­нов­ник си­дел, смот­рел в по­то­лок, и стук­ну­ло ему в го­ло­ву впи­сать пункт 32 ста­тьи 5-й, на­при­мер, ев­ро­пей­ско­го ви- зо­во­го ко­дек­са. А что в этом пунк­те на­пи­са­но, он и сам не зна­ет, а про­ве­рить лень. Фин­ские чи­нов­ни­ки все­та­ки дей­стви­тель­но чтят за­кон, по­это­му на его яв­ные на­ру­ше­ния не пой­дут. Но за­то мо­гут его ин­тер­пре­ти­ро­вать, на­вер­ное, в за­ви­си­мо­сти от на­стро­е­ния (см. пунк­ты вы­ше) Из­вест­ны слу­чаи, ко­гда 25-лет­ний че­ло­век по­лу­чал вид на жи­тель­ство «как ре­бе­нок», хо­тя по За­ко­ну об ино­стран­цах им мо­жет счи­тать­ся толь­ко «ли­цо до 18 лет». Или же пре­ста­ре­лый ро­ди­тель со­всем да­же не фин­ско­го граж­да­ни­на, что то­же не со­от­вет­ству­ет за­ко­но­да­тель­ству. Как го­во­рит­ся, «правила для всех оди­на­ко­вы, толь­ко ис­клю­че­ния раз­ные». На ан­глий­ском в Хель­син­ки го­во­рят по­чти все. Но, в слу­чае си­ту­а­ции не осо­бо при­ят­ной для них лич­но, очень ча­сто пред­по­чи­та­ют пе­ре­хо­дить ис­клю­чи­тель­но на фин­ский, ссы­ла­ясь на то, что это «офи­ци­аль­ный го­су­дар­ствен­ный язык». По­это­му на во­прос: «Could you speak in English?» вполне мо­гут от­ве­тить: «Not today»! Ну и по по­во­ду «сю­же­та о пе­ре­да­че до­ку­мен­тов че­рез охран­ни­ка». По за­ко­ну под­ло­сти, имен­но в тот день, ко­гда я при­нес­ла в Им­ми­гра­ци­он­ную служ­бу до­пол­ни­тель­ные «за­тре­бо­ван­ные до­ку­мен­ты», customer service ра­бо­тал толь­ко с 13 ча­сов. А мой са­мо­лет уле­тал в 16. По­это­му, пред­ва­ри­тель­но про­чи­тав ука­за­ние на две­ри: « с 8 до 16.15 вы мо­же­те все пе­ре­дать че­рез охра­ну», я так и сде­ла­ла. Но луч­ше та­кой опыт не по­вто­рять. По­то­му что чи­нов­ник в customer service во-пер­вых, все­гда пред­ва­ри­тель­но про­ве­ря­ет, весь ли спи­сок при­не­сен. Во­вто­рых, мо­жет дать со­вет. А в-тре­тьих, он все бу­ма­ги штам­пу­ет что, на­вер­ное, долж­но обо­зна­чать: они бу­дут при­ло­же­ны к де­лу и не про­па­дут. То­гда вам не при­дет­ся напрасно тер­зать ис­пу­ган­но пря­чу­ще­го­ся за стек­лом охран­ни­ка, ко­то­рый на са­мом де­ле чест­но ис­пол­ня­ет свои обя­зан­но­сти и все до­ку­мен­ты все­гда по на­зна­че­нию пе­ре­да­ет. И, на­ко­нец, глав­ное: с чи­нов­ни­ка­ми в Фин­лян­дии мож­но (и нуж­но!) спо­рить, ес­ли вы уве­ре­ны, что они непра­вы. Ведь, как ска­зал Ови­дий еще бо­лее двух ты­сяч лет на­зад: «за­ко­ны для то­го и да­ны, что­бы уре­зать власть силь­ней­ше­го». На­вер­ное, это и на­зы­ва­ет­ся де­мо­кра­ти­ей.

ИГОРЬ ТА­БА­КОВ

Newspapers in Russian

Newspapers from Finland

© PressReader. All rights reserved.