Как за­ка­ля­лась сталь

– По­чти несе­рьез­ное по­вест­во­ва­ние о том, как по­лу­чить ди­плом вра­ча в Фин­лян­дии

Novosti Helsinki with FINNBAY - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ев­ге­ний Ва­си­льев, врач-ане­сте­зио­лог от­де­ле­ния ото­ла­рин­го­ло­гии и глаз­ной хи­рур­гии Цен­траль­ной универ си­тет­ской боль­ни­цы HUS

Зим­нее ут­ро буд­не­го дня. Хо­лод­ный, толь­ко что с ко­неч­ной оста­нов­ки ав­то­бус при­выч­но про­би­ра­ю­щий­ся че­рез за­мо­ро­жен­ный го­род. Су­мер­ки за ок­ном, по­лу­тьма в салоне. Мо­ло­дежь, друж­но за­ткнув на­уш­ни­ка­ми ор­га­ны слуха, оша­ле­ло дол­бит паль­ца­ми в кла­ви­ши га­д­же­тов, стар­шее по­ко­ле­ние при­выч­но впа­ло в ко­му: кто – с за­кры­ты­ми гла­за­ми, кто – уста­вив­шись в про­но­ся­щу­ю­ся за ок­на­ми тьму.

В пе­ред­нюю дверь за­хо­дит уку­тан­ная жен­щи­на, на­чи­на­ет по-фин­ски что-то вы­яс­нять у во­ди­те­ля, за­тем, по ка­ким-то неуло­ви­мым при­зна­кам рас­по­зна­ет зем­ля­ка и лег­ко пе­ре­хо­дит на рус­ский. На нее огля­ды­ва­ет­ся па­ра мо­ло­дых де­ву­шек, до это­го ожив­лен­но об­суж­да­ю­щая пе­ри­пе­тии лич­ной жиз­ни, толь­ко что на­сту­пив­ше­го со­вер­шен­но­ле­тия и на­ив­но по­ла­гав­шие, что их боль­ше ни­кто не по­ни­ма­ет.

Рус­ская диас­по­ра. В Фин­лян­дии – са­мая боль­шая. Ну не счи­тать же шве­дов, ро­див­ших­ся и вы­рос­ших здесь ино­стран­ца­ми!

За­чем мы здесь? Как нам здесь жи­вет­ся? За­чем фин­ны нас пу­сти­ли в свою ма­лень­кую, на­сквозь тра­ди­ци­он­ную об­щи­ну? Не жа­ле­ют ли? И что это за ме­сто для нас: новая Ро­ди­на, убе­жи­ще от неустро­ен­но­сти про­шлой жиз­ни рас­ко­лов­ше­го­ся СССР, а, мо­жет, но­вые воз­мож­но­сти пу­стить кор­ни, оста­вить потом­ство и до­бить­ся, что­бы этот мир пом­нил нас?

Да­вай­те от­кро­вен­но – все мы (ну по­чти все) эко­но­ми­че­ские бе­жен­цы из взо­рвав­шей­ся им­пе­рии. Мы при­е­ха­ли сю­да, не вы­дер­жав раз­гу­ла ди­ко­го ка­пи­та­лиз­ма, за нор­маль­ной зар­пла­той, без­опас­но­стью и по­ко­ем под де­ви­зом «ху­же, чем до­ма, все рав­но не бу­дет», го­то­вые вгры­зать­ся в но­вое нам об­ще­ство. Ну, хо­тя бы ра­ди бу­ду­щей нор­маль­ной жиз­ни де­тей.

С на­ми все яс­но. А вот за­чем мы фин­нам? Уве­ли­чить свое на­се­ле­ние, ас­си­ми­ли­ро­вав, в об­щем-то, до­воль­но мир­ных и об­ра­зо­ван­ных со­се­дей? Влить немно­го све­жей кро­ви? По­лу­чить но­вую, на чу­жие день­ги вы- ра­щен­ную и обу­чен­ную ра­бо­чую си­лу, на­ско­ро про­пу­стив ее че­рез язы­ко­вые и про­фес­си­о­наль­ные кур­сы? Вы­пол­нить Ев­ро­пей­скую кво­ту по ино­стран­цам? Вряд ли. Вот уже лет два­дцать как на­рас­та­ет волна им­ми­гра­ции с пост­со­вет­ско­го про­стран­ства в Фин­лян­дию. Уже ис­то­щи­лась ре­ка ин­гер­ма­ланд­цев, уже во всех га­зе­тах мельк­ну­ли ста­тьи, что боль­шая часть рус­ских си­дит на со­ци­ал­ке, уже сво­их без­ра­бот­ных неку­да де­вать, а их в Фин­лян­дии все боль­ше и боль­ше. Зем­ля обе­то­ван­ная? Бом­бо­убе­жи­ще? По­чти ни­кто не воз­вра­ща­ет­ся на­зад. Зна­чит, нам здесь хо­ро­шо. Зна­чит, мы по­лу­чи­ли, что хо­те­ли. Ки­и­тос, ма­ма Су­о­ми, ки­и­тос, хю­ват уста­ват­су­о­ма­лай­сет.

…Я ро­дил­ся на юго-во­сто­ке Укра­и­ны. Сте­пи, остав­ши­е­ся по­сле Та­ра­са Буль­бы, там за­стро­е­ны го­ро­да­ми и по­сел­ка­ми, а про­ме­жут­ки меж­ду ни­ми за­са­же­ны ку­ку­ру­зой и под­сол­неч­ни­ком. В на­ча­ле 90-х Укра­и­на ста­ла са­мо­стий­ной. И ле- кар­ства, ко­то­рых и до это­го бы­ло не гу­сто, кон­чи­лись сра­зу все. За­то по­яви­лись день­ги со стран­ным на­зва­ни­ем ку­по­ны по кур­су пол­то­ра мил­ли­о­на за де­сять дол­ла­ров. Так как в си­лу про­фес­сии мо­ей пря­мой обя­зан­но­стью бы­ло ле­чить и спа­сать за­бо­лев­ших со­оте­че­ствен­ни­ков (а для это­го у ме­ня не бы­ло ни­че­го, кро­ме по­лу­чен­ной еще при Со­вет­ской вла­сти в ин­сти­ту­те тео­ри­ти­че­ской ба­зы) чув­ство­вал я се­бя как-то стран­но… Зар­пла­та на 2 став­ки со­став­ля­ла 8-10 дол­ла­ров. Са­хар и мо­ю­щие сред­ства вы­да­ва­лись по та­ло­нам толь­ко граж­да­нам с про­пис­кой. На фоне это­го жизнь Ро­бин­зо­на Кру­зо под паль­мой вы­гля­де­ла как фи­ли­ал рая. Не по уму, а по сча­стью, в на­ча­ле двух­ты­сяч­ных пе­ре­ехал в Фин­лян­дию.

В это вре­мя здесь гос­под­ство­ва­ла фин­ская мар­ка и сви­реп­ство­вал кри­зис. За­ра­жен­ный ви­ру­сом биз­не­са по-сов­ков­ски, я за­ни­мал­ся всем под­ряд – от дви­га­те­лей к вер­то­ле­там до тор­гов­ли мар­ган­це­во-кис­лой аст­ро- ля­би­ей. Про­цесс по­ум­не­ния, к со­жа­ле­нию, про­те­ка­ет от­но­си­тель­но мед­лен­но. По­сте­пен­но со­об­ра­зив, что не об­ла­даю ни та­лан­том Бе­ре­зов­ско­го, ни свя­зя­ми Чу­бай­са, от вы­со­ких ма­те­рий ма­ло­га­ба­рит­ной меж­ду­на­род­ной тор­гов­ли пе­ре­шел к про­зе жиз­ни – под­тя­нул ан­глий­ский и вы­учил фин­ский.

Струк­ту­ра фин­ско­го язы­ка не пред­рас­по­ла­га­ет к быст­рым по­бе­дам в его изу­че­нии. Ес­ли вы не об­ла­да­е­те па­мя­тью Вас­сер­ма­на и ло­ги­кой Эн­штей­на, то ту­ман­ным пра­ви­лам спря­же­ния фин­ских гла­го­лов вы мо­же­те про­ти­во­по­ста­вить толь­ко упорство графа Мон­те-Кри­сто, ро­ю­ще­го под­коп под сте­на­ми зам­ка Иф.

Что та­кое язы­ко­вые кур­сы в Фин­лян­дии? Пре­по­да­ва­тель, как пра­ви­ло, сту­дент (фин­ский юно­ша/де­вуш­ка со взо­ром от­нюдь не го­ря­щим) пы­та­ю­щий­ся по­се­ять се­ме­на вся­ко­го пар­ти­ти­ва и ге­ни­ти­ва в кол­лек­тив «неграж­дан» средне – и вы­ше­сред­не­го воз­рас­та, во­жде­ле­ю­щих фин­ско­го пас­пор­та и де­нег от со­ци­ал­ки

и ей же на­прав­лен­ный на эти кур­сы кон­тин­гент. Как ни уди­ви­тель­но, это, на пер­вый взгляд, без­на­деж­ное пред­при­я­тие, да­ет непло­хие ре­зуль­та­ты. Рус­ские, все-та­ки, та­лант­ли­вая на­ция! И язык фин­ский не са­мый лег­кий, и в шко­ле ино­стран­ные язы­ки все­гда бы­ли на­шим сла­бым ме­стом, и воз­раст для осво­е­ния хит­ро­спле­те­ний фин­ских гла­го­лов с по­ко­ре­жен­ны­ми до неузна­ва­е­мо­сти окон­ча­ни­я­ми у боль­шин­ства уча­щих­ся не са­мый под­хо­дя­щий, а вор­ку­ет наш на­род на су­о­ма­лай­ском! Лег­че и быст­рее все идет у за­муж­них/ же­на­тых на мест­ных: до­ма есть по­сто­ян­ный ис­точ­ник грам­ма­ти­ки и ав­то­кор­рек­тор.

У ме­ня со спо­соб­но­стя­ми к язы­кам, как и с те­ле­па­ти­ей – обе от­сут­ству­ют на­прочь. Кто ко­гда-ни­будь де­лал то, для че­го он не пред­на­зна­чен, ме­ня хо­ро­шо пой­мет. По­пыт­ки из­на­си­ло­вать соб­ствен­ную сущ­ность тре­бу­ют неимо­вер­ной си­лы во­ли.

А по окон­ча­нии язы­ко­вой Гол­го­фы на­чи­на­ет­ся про­фес­си­о­наль­ная. Нуж­но прой­ти прак­ти­ку (не ме­нее 6 ме­ся­цев) в ка­ком­ли­бо фин­ском ме­ди­цин­ском учре­жде­нии. Для вы­пол­не­ния этой, на пер­вый взгляд, неслож­ной за­да­чи в ак­ти­ве пре­тен­ден­та: (по убы­ва­нию сте­пе­ни важ­но­сти) свя­тая ве­ра в свои си­лы а-ля «ес­ли до­ма смог, то здесь­то!», по­сле­кур­со­вое, от до­воль­но сла­бо­го до весь­ма при­лич­но­го, зна­ние ве­ли­ко­го и ужас­но­го мест­но­го на­ре­чия, и от­сут­ствие необ­хо­ди­мо­сти у ра­бо­то­да­те­ля платить зар­пла­ту прак­ти­ку­ю­ще­му­ся. По­это­му в тер­ве­ус­кес­ку­сах по ка­би­не­там, ко­гда – с мест­ным вра­чом, а ко­гда и са­ми си­дят лю­ди, пы­та­ю­щи­е­ся вник­нуть в то, чем стра­да­ет па­ци­ент, и как его на­до спа­сать в со­от­вет­ствии с мест­ны­ми нра­ва­ми. Та­кие же прак­ти­кан­ты – в от­де­ле­ни­ях ста­ци­о­на­ров жад­но впи­ты­ва­ют ме­ди­цин­ский диа­лект и осо­бен­но­сти ис­це­ле­ния хво­рей в со­от­вет­ствии с мест­ны­ми тра­ди­ци­я­ми и мест­ны­ми же сна­до­бья­ми. К сча­стью, ме­то­ды борь­бы с неду­га­ми, да и ме­ди­ка­мен­ты по все­му ми­ру здо­ро­во по­хо­жи, а ню­ан­сы неслож­но вы­учить. Ли­ри­че­ское от­ступ­ле­ние: У фин­нов прак­ти­че­ски нет зна­хар­ства. Во вся­ком слу­чае, объ­яв­ле­ний ти­па «потом­ствен­ная во­ро­жея из за­по­ляр­но­го кру­га сни­мет пор­чу с Пек­ки и по­пут­но ис­це­лит все неду­ги или на­мо­ро­зит при­во­рот­но­го зе­лья для Са­ту» я в фин­ско-языч­ных га­зе­тах не встре­чал. Праг­ма­тич­ные фин­ны про­сто бе­га­ют трус­цой, ез­дят на ве­ло­си­пе­дах на ра­бо­ту и сле­дят за пи­та­ни­ем.

Чем от­ли­ча­ет­ся ( при всех ее несо­мнен­ных недо­стат­ках) офи­ци­аль­ная ме­ди­ци­на от «це­ли­тель­ства»? Про лю­бой ме­ди­цин­ский пре­па­рат вы мо­же­те про­чи­тать в Ин­тер­не­те, что ак­тив­ное ве­ще­ство на­зы­ва­ет­ся… от­кры­то оно уче­ным или их кол­лек­ти­вом в та­ком-то го­ду и в та­ком-то ме­сте, дей­ству­ет оно на… (толь­ко ино­гда мож­но встре­тить стыд­ли­вое: ме­ха­низм дей­ствия до кон­ца не изу­чен), а из по­боч­ных дей­ствий рво­та­тош­но­та-сыпь (это все­гда) ну и еще па­ра-трой­ка про­чих на­па­стей, осо­бых имен­но для этой, на­при­мер, микс­ту­ры…

Па­ци­ен­ты ча­сто спра­ши­ва­ют – ну по­че­му все ле­кар­ства та­кие про­тив­ные на вкус? Да еще от них все­гда пол­но вся­ких ослож­не­ний? Ей-бо­гу, мы не спе­ци­аль­но! Я бы очень хо­тел, что­бы бы­ло на ка­кой-ни­будь упа­ков­ке на­пи­са­но, к при­ме­ру: «дан­ные ге­мор­ро­и­даль­ные све­чи об­ла­да­ют при­ят­ным за­па­хом, а симп­то­мы бо­лез­ни ис­че­за­ют в ста про­цен­тах слу­ча­ев уже по­сле пер­во­го при­ме­не­ния. Из по­боч­ных эф­фек­тов у муж­чин: ис­чез­но­ве­ние жи­во­та и то­таль­ное за­рас­та­ние лы­си­ны, без­воз­врат­ное ис­чез­но­ве­ние пре­сло­ву­той муж­ской сла­бо­сти, а так­же рост всей про­чей си­лы до уров­ня Ге­рак­ла. У жен­щин вы­зы­ва­ет обостре­ние во­ди­тель­ских спо­соб­но­стей да­же в усло­ви­ях пол­но­го от­сут­ствия осве­щен­но­сти на ули­це и ав­то­ма­ти­че­ской ко­роб­ки пе­ре­дач в ма­шине, рав­но как и ма­те­ма­ти­че­ских спо­соб­но­стей до уров­ня Пе­рель­ма­на. В слу­чае пе­ре­до­зи­ров­ки опи­са­ны слу­чаи омо­ло­же­ния и по­яв­ле­ния спо­соб­но­стей к те­ле­па­тии»… Ну не­ту та­ко­го!

Не так про­сты на­род­ные це­ли­те­ли! Во-пер­вых, все они «де­ти» ша­ма­нов, ведь­ма­ков, бе­лых-чер­ных – и про­чая цвет­ных кол­ду­ний. Ну, а ко­му лень ма­рать­ся с ис­то­ри­че­ски­ми кор­ня­ми, объ­яв­ля­ет се­бя уро­жен­цем Аль­де­ба­ра­на или про­сто уда­рен­ным мол­нией.

Те­перь, как фин­ны к нам от­но­сят­ся? Тут я сту­паю на тон­кий лед меж­на­ци­о­наль­ных от­но­ше­ний. У каж­до­го им­ми­гран­та своя исто­рия и свое мне­ние. Ча­сто оно диа­мет­раль­но-про­ти­во­по­ло­жен­ное у раз­ных лю­дей. По­это­му ни­же при­во­жу ис­клю­чи­тель­но свои со­об­ра­же­ния по это­му по­во­ду и в мыс­лях не имею ко­го-ни­будь оби­деть – ни фин­нов, ни со­оте­че­ствен­ни­ков.

Ну, как они к нам от­но­сят­ся? Да нор­маль­но от­но­сят­ся! Во­пер­вых, фин­ны во­об­ще не пред­рас­по­ло­же­ны с пер­вых ми­нут зна­ком­ства рас­кры­вать ду­шу. Во-вто­рых, мы – про­дукт дру­гой куль­ту­ры и дру­го­го об­ра­зо­ва­ния. Ес­ли вы не жи­тель Ка­ре­лии-Моск­вы-Пе­тер­бур­га, то пред­став­ле­ние у фин­нов о ва­шем быв­шем ме­сте жи­тель­ства та­кое же, как о мар­си­ан­ской рас­ти­тель­но­сти. Пред­ставь­те, что у вас на ра­бо­те где-то в Смо­лен­ске си­дит ка­кой-ни­будь сим­па­тич­ный ки­та­ец (здесь я, ко­неч­но, пе­ре­ги­баю). Ну, си­дит, ко­неч­но, и пусть си­дит. Но тра­вить с ним анек­до­ты или бол­тать про де­ла на­ши греш­ные как-то бо­яз­но. По край­ней ме­ре, сна­ча­ла. Так, ду­маю, и фин­ны. Во-вто­рых, лю­бо­го на­чи­на­ю­ще­го на­до учить. При­чем, в дан­ном слу­чае, для «пре­по­да­ва­те­ля» это де­ло аб­со­лют­но бес­плат­ное, и ни вре­ме­ни, ни ре­сур­сов на него не вы­де­ля­ют.

Сле­ду­ю­щим кру­гом ада ста­но­вит­ся пе­ре­сда­ча эк­за­ме­нов. Фин­ны здесь не ви­но­ва­ты: нас хо­ро­шо учи­ли в ин­сти­ту­тах. Но учи­ли нас на дру­гом язы­ке, по дру­гим книж­кам и при дру­гом об­ще­ствен­ном строе. Пол­бе­ды, что нуж­но по­нят­но го­во­рить по-фин­ски. Глав­ная – что нуж­но еще и пра­виль­но пи­сать. Осо­бен­но на эк­за­мене. Док­тор, ко­то­рый кру­то раз­би­ра­ет­ся в ме­ди­цине, но не спо­со­бен по­де­лить­ся этим ни с па­ци­ен­том, ни с кол­ле­га­ми, ни­ко­му не ну­жен. И здесь я по­ни­маю фин­нов! У них ма­ло на­се­ле­ния и жал­ко его от­да­вать на экс­пе­ри­мен­ты лю­дям хо­ро­шим, но к мест­ным усло­ви­ям непри­спо­соб­лен­ным и немно­го глу­хо­не­мым! Опять хо­чу сде­лать ком­пле­мент со­оте­че­ствен­ни­кам: му­же­ствен­но и упор­но они пре­одо­ле­ва­ют все.

Эк­за­ме­нов все­го три. Сда­ют пер­вые два в Там­пе­ре, а тре­тий где при­дет­ся. Пер­вый эк­за­мен чи­сто кли­ни­че­ский – штук шесть во­про­сов с опи­са­ни­ем ре­аль­ных кли­ни­че­ских слу­ча­ев и с прось­бой по­ста­вить ди­а­гноз и на­зна­чить ле­че­ние. Это са­мое про­стое. Лю­ди по все­му ми­ру устро­е­ны оди­на­ко­во и бо­ле­ют, в ос­нов­ном, од­ним и тем же. Ес­ли со­ис­ка­тель вы­со­ко­го зва­ния фин­ско­го вра­ча не по­мер от за­во­ро­та моз­гов во вре­мя эк­за­ме­на, опи­сы­вая на все ла­ды, как лов­ко он по­ста­вит ди­а­гноз и тон­ко нач­нет ле­чить опи­сан­ный недуг, он по­сле под­твер­жде­ния ре­зуль­та­тов мо­жет про­сить огра­ни­чен­ное раз­ре­ше­ние на ра­бо­ту вра­чом. Для его по­лу­че­ния нуж­но так­же за­яв­ле­ние глав­но­го вра­ча с ме­ста бу­ду­щей ра­бо­ты.

Вто­рой эк­за­мен со­сто­ит из трех ча­стей – фар­ма­ко­ло­гии, со­ци­аль­ной и су­деб­ной ме­ди­ци­ны. Мож­но сда­вать все сра­зу, а мож­но по ча­стям – в два за­хо­да. Ес­ли вы и это пе­ре­жи­ли, на­чи­най­те со­бой гор­дить­ся. И ув­ство­вать се­бя уют­но в бе­лом ха­ла­те. По­то­му что тре­тий эк­за­мен – это про­сто при­ем па­рытрой­ки боль­ных под при­це­лом ви­део­ка­ме­ры. Ну и опи­са­ние не са­мых слож­ных рент­ге­нов­ских сним­ков.

По­сле эк­за­ме­нов все пу­ти пе­ред ва­ми от­кры­ты. Хо­чешь – ра­бо­тай вра­чом об­щей прак­ти­ки в тер­ве­ус­кес­ку­се, хо­чешь – на­чи­най спе­ци­а­ли­зи­ро­вать­ся. Но в лю­бом слу­чае при­дет­ся сна­ча­ла вли­вать­ся, а за­тем и вжи­вать­ся в строй­ные ряды кол­лек­ти­ва фин­ско­го ме­ди­цин­ско­го учре­жде­ния, дол­го и упор­но за­ра­ба­ты­вая ав­то­ри­тет.

ИГОРЬ ТА­БА­КОВ

Newspapers in Russian

Newspapers from Finland

© PressReader. All rights reserved.