По мо­на­стыр­ско­му уста­ву

Cо­вре­мен­ный че­ло­век на­хо­дит­ся в по­сто­ян­ном стрес­се. Ра­бо­та, кре­ди­ты, опла­та сче­тов, пла­ни­ро­ва­ние от­пус­ка, по­иск квар­ти­ры, сно­ва ра­бо­та. По­доб­ный ритм уже не вос­при­ни­ма­ет­ся как нечто ненор­маль­ное, да и в це­лом по­че­му-то име­ет пра­во на­зы­вать­ся «жиз­нью». Но

Novosti Helsinki with FINNBAY - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - ИГОРЬ ТА­БА­КОВ Алек­сей Ко­лес­ник

Соб­ствен­но, мо­на­сты­рей в Фин­лян­дии все­го два, оба пра­во­слав­ные (муж­ской и жен­ский) и на­хо­дят­ся неда­ле­ко от го­род­ка Йо­эн­суу. По­яви­лись они здесь в не са­мое лег­кое вре­мя. Мо­на­хи Ва­ла­ам­ско­го мо­на­сты­ря в 1939 го­ду столк­ну­лись со все­ми ужа­са­ми мирской жиз­ни – со­вет­ско-фин­ская вой­на до­стиг­ла их оби­те­ли, и мо­на­стырь в лю­бой мо­мент мог по­пасть под бом­бар­ди­ров­ку или ар­тил­ле­рий­ский об­стрел. По­это­му, по­ка несколь­ко мо­на­хов го­то­ви­ло иму­ще­ство к эва­ку­а­ции, все осталь­ное братство до­жда­лось осо­бо силь­ной ме­те­ли и пе­ре­бра­лось по льду за­мерз­ше­го озе­ра в дру­гую часть стра­ны. Им по­вез­ло, что на за­гра­нич­ных сче­тах церк­ви на­шлось до­ста­точ­но средств, что­бы вы­ку­пить уча­сток зем­ли и усадь­бу Па­пин­ни­е­ми. В ней бра­тья об­на­ру­жи­ли ико­ну Сер­гия и Гер­ма­на Ва­ла­ам­ских, что и по­счи­та­ли зна­ме­ни­ем.

Са­му усадь­бу за­ня­ли мо­на­хи, к ко­то­рым позд­нее при­со­еди­ни­лись бе­жен­цы из дру­го­го мо­на­сты­ря, а сте­ны двух ам­ба­ров по­слу­жи­ли ос­но­вой для хра­ма. Так на­ча­лась ис­то­рия Но­во­го Ва­ла­а­ма.

Мы при­бы­ли сю­да то­же в раз­гар зи­мы. Но вме­сто оди­но­кой усадь­бы, нас встре­ти­ла до­воль­но боль­шая сто­ян­ка, да­же в фев­ра­ле за­ня­тая де­сят­ком ма­шин. Ведь ока­зав­шись в ми­ре по­бе­див­ше­го ка­пи­та­лиз­ма, мо­на­сты­рю при­шлось оза­бо­тить­ся по­ис­ком ис­точ­ни­ка до­хо­дов: та­ких бо­га­тых «спон­со­ров», как у рус­ской пра­во­слав­ной церк­ви, у фин­ской нет. И, ес­ли до кон­ца се­ми­де­ся­тых го­дов еще вполне мож­но бы­ло обой­тись на­ту­раль­ным хо­зяй­ством, то сей­час ситуация несколь­ко иная. Мо­на­сты­рю при­шлось да­же вы­брать фи­нан­со­во­го ди­рек­то­ра, то есть, каз­на­чея, а так­же со­здать отдел мар­ке­тин­га. В по­след­нем, прав­да, ра­бо­та­ет воль­но­на­ем­ная да­ма – за­ни­мать­ся ре­кла­мой и «про­дви­же­ни­ем» не со­всем все­та­ки мо­на­ше­ское де­ло.

Пер­вое «пред­при­я­тие» для мо­на­сты­ря до­ста­точ­но тра­ди­ци­он­но – ви­но­дель­ня. Во все вре­ме­на мо­на­хи уме­ли и лю­би­ли про­из­во­дить этот напиток, а до­ста­ток сво­бод­но­го вре­ме­ни поз­во­лял по­дой­ти к про­цес­су из­го­тов­ле­ния вполне твор­че­ски. Не имея воз­мож­но­сти вы­ра­щи­вать ви­но­град в усло­ви­ях севера Фин­лян­дии, мест­ные мо­на­хи об­ра­ти­ли вни­ма­ние на яго­ды. Ма­ли­на, зем­ля­ни­ка, еже­ви­ка, кры­жов­ник, ко­стя­ни­ка и чер­ни­ка все­гда рос­ли в нема­лом ко­ли­че­стве во­круг мо­на­сты­ря. А чер­ная, бе­лая и зеленая смо­ро­ди­на вско­ре за­ня­ли со­бой це­лые по­ля (ко­то­рые боль­ше не при­хо­ди­лось за­се­и­вать вся­ки­ми по­лез­ны­ми и необ­хо­ди­мы­ми зла­ка­ми). Сей­час ле­том ягод на­столь­ко мно­го, что со­би­рать их при­хо­дит­ся с по­мо­щью ма­шин.

За­то и ко­ли­че­ство про­дук­ции со­став­ля­ет сот­ни ты­сяч лит­ров еже­год­но. Од­на­ко для раз­ви­тия биз­не­са при­шлось пой­ти на неболь­шую хит­рость. Фор­маль­но сбо­ром ягод за­ни­ма­ет­ся од­на ком­па­ния, ко­то­рая за­тем про­да­ет их дру­гой, а та, в свою оче­редь, и за­ни­ма­ет­ся про­из­вод­ством ви­на. На прак­ти­ке все де­ла­ет­ся в са­мом мо­на­сты­ре, ко­то­рый по за­ко­ну не мо­жет быть пред­при­ни­ма­те­лем. За­то те­перь, ула­див все юри­ди­че­ские во­про­сы, он пла­ни­ру­ет вес­ной на­чать про­из­вод­ство соб­ствен­но­го вис­ки для рын­ков Рос­сии и Ки­тая, где еще не так мно­го кон­ку­рен­тов.

По­ка же в мо­на­стыр­ской лавке мож­но ку­пить, на­при­мер, сухое вал­лам­ское бе­лое (из бе­лой, есте­ствен­но, смо­ро­ди­ны), си­нее по­лу­су­хое, де­серт­ное, и вы­дер­жан­ное в ду­бо­вых боч­ках ва­ла­ам­ское крас­ное (чер­ная смо­ро­ди­на, клуб­ни­ка, ма­ли­на,) а так­же несколь­ко ви­дов иг­ри­сто­го, сде­лан­но­го из ко­стя­ни­ки, кры­жов­ни­ка, морошки или, опять же, из смо­ро­ди­ны раз­но­го цве­та. Еще здесь про­из­во­дит­ся ли­кер – чер­нич­ный и ме­до­вый – но по­про­бо­вать его мож­но толь­ко в тра­пез­ной: по фин­ско­му за­ко­ну в ма­га­зине нель­зя про­да­вать ал­ко­голь кре­по­стью боль­ше пят­на­дца­ти гра­ду­сов.

За­ни­ма­ет­ся этой по­лез­ной (и, на­вер­ное, очень при­ят­ной) обя­зан­но­стью монах отец Ан­дрей с все­го лишь од­ним по­мощ­ни­ком. В его по­слу­ша­ние (имен­но так на­зы­ва­ет­ся ра­бо­та на бла­го мо­на­сты­ря) вхо­дит на­блю­де­ние за всем про­цес­сом про­из­вод­ства: пра­виль­но ли идет фер­мен­та­ция, не до­ба­вить ли са­ха­ра, не по­ра ли раз­ли­вать в бочки крас­ное ви­но или ли­кер... А ес­ли учесть, что имен­но в Valamo про­из­во­дит­ся цер­ков­ное ви­но аб­со­лют­но для всех при­хо­дов Фин­лян­дии, а не толь­ко пра­во­слав­ных, то от­вет­ствен­ность на мо­на­хе ле­жит се­рьез­ная.

Что ка­са­ет­ся кух­ни, то, не­смот­ря на неко­то­рый ас­ке­тизм, го­то­вят здесь вполне вкус­но.

При­чем оди­на­ко­во как для мо­на­хов, так и для па­лом­ни­ков. Или про­стых ту­ри­стов. Мы, на-

при­мер, ели ка­пу­сту, ква­ше­ную по-мо­на­стыр­ски, го­вя­ди­ну, за­пе­чен­ную с гри­ба­ми, ку­ри­цу в со­усе ти­па кар­ри, рыб­ные и мяс­ные кот­ле­ты, жа­ре­ную сем­гу и ря­пуш­ку, греч­не­вые ола­дьи с пя­тью ви­да­ми со­усов, в том чис­ле и на ос­но­ве ик­ры, гар­нир из пер­ло­вой кру­пы с гри­ба­ми и ово­ща­ми, ма­лень­кий фер­мер­ский кар­то­фель, а на де­сер­ты – ту­ше­ные яб­ло­ки в ва­ниль­ном со­усе и блин­чи­ки с ма­ли­но­вым ва­ре­ньем. Хо­тя в пост при­шлось бы до­воль­ство­вать­ся лишь ово­ща­ми.

Тра­пез­ная ра­бо­та­ет с по­ло­ви­ны вось­мо­го утра до ше­сти ча­сов ве­че­ра (по пят­ни­ца­ми и суб­бо­там до де­вя­ти) в ре­жи­ме швед­ско­го сто­ла. На зав­трак – са­ла­ты, сыр, ов­ся­ная ка­ша, хло­пья, ну и, ко­неч­но, ко­фе и несколь­ко ва­ри­ан­тов чая. С по­ло­ви­ны две­на­дца­то­го на­кры­ва­ет­ся ланч, ко­то­рый плав­но пе­ре­те­ка­ет в ран­ний ужин – до 18 ча­сов. По­том мож­но ку­пить бу­тер­бро­дов или бу­ло­чек уже за до­пол­ни­тель­ную пла­ту.

Кста­ти, ту­ризм в по­след­нее вре­мя стал ос­нов­ным ис­точ­ни­ком до­хо­да. Еже­год­но сю­да при­ез­жа­ют де­сят­ки ты­сяч па­лом­ни­ков из раз­ных стран, а так же огром­ное ко­ли­че­ство обыч­ных по­се­ти­те­лей. По­это­му ва­ри­ан­тов для раз­ме­ще­ния несколь­ко. Са­ми мо­на­хи жи­вут в ке­льях. Эта тер­ри­то­рия счи­та­ет­ся част­ной, в связи с чем по­смот­реть и сфо­то­гра­фи­ро­вать нам раз­ре­ши­ли толь­ко «ис­то­ри­че­скую» ке­лью, рас­по­ло­жен­ную в зда­нии ста­рой церк­ви.

«Труд­ни­ки» – то есть те, кто при­ез­жа­ет на па­ру недель по­ра­бо­тать за кров и стол – се­лят­ся в го­сте­вых до­ми­ках: в ком­на­тах на па­ру-трой­ку че­ло­век и удоб­ства­ми в ко­ри­до­ре. Как пра­ви­ло, они жи­вут на вто­ром эта­же.

А на пер­вом – ту­ри­сты, вы­брав­шие бюд­жет­ный ва­ри­ант. Для осталь­ных – уже в дру­гом зда­нии – есть двух­мест­ные но­ме­ра, с ду­шем, туа­ле­том, по­до­гре­ва­е­мым по­лом и да­же вы­хо­дом в Ин­тер­нет. Но так как это все-та­ки мо­на­стырь, то ни­ка­ких те­ле­ви­зо­ров, ра­дио­то­чек и про­чих свет­ских раз­вле­че­ний не преду­смот­ре­но. По этой же при­чине здесь на­сто­я­тель­но ре­ко­мен­ду­ет­ся со­блю­дать ти­ши­ну, по­это­му шум­ных ком­па­ний, бур­но от­ме­ча­ю­щих ка­кое-ли­бо со­бы­тие, здесь не встре­тишь. Лишь ино­гда из-за чьей-то две­ри мож­но услы­шать пе­ние псал­мов или уви­деть вы­хо­дя­ще­го из со­сед­не­го но­ме­ра мо­на­ха, при­е­хав­ше­го из бли­жай­ше­го при­хо­да для уча­стия в со­бра­нии пра­во­слав­но­го брат­ства.

Глав­ное, что мо­жет здесь по­лу­чить че­ло­век, да­ле­кий от ре­ли­гии – чув­ство по­коя. Да­же при­го­ро­ды Хель­син­ки на­чи­на­ют ка­зать­ся чрез­мер­но шум­ны­ми по срав­не­нию территорией мо­на­сты­ря. Скрип сне­га зи­мой, пе­ние птиц и плеск во­ды ле­том, да звон ко­ло­ко­лов – един­ствен­ное, что слыш­но в те­че­ние дня.

Соб­ствен­но, ис­точ­ни­ков для по­сто­рон­них зву­ков тут про­сто нет – с од­ной сто­ро­ны на­хо­дит­ся озе­ро, с дру­гой – ки­ло­мет­ры до­воль­но пер­во­быт­но­го ле­са. Зи­мой по­доб­ное ме­сто­по­ло­же­ние силь­но огра­ни­чи­ва­ет пе­ре­ме­ще­ния – что­бы обой­ти тер­ри­то­рию мо­на­сты­ря хва­та­ет пят­на­дца­ти ми­нут, а за его гра­ни­ца­ми на дру­гом бе­ре­гу озе­ра есть толь­ко клад­би­ще. По тра­ди­ции – с обя­за­тель­ной од­ной вы­ры­той пу- стой мо­ги­лой: для на­по­ми­на­ния о все­го лишь вре­мен­ном пре­бы­ва­нии лю­бо­го че­ло­ве­ка на этой зем­ле. И, кста­ти, хо­ро­нят здесь не толь­ко мо­на­хов, но и мест­ных жи­те­лей, ко­то­рые, во-пер­вых, изъ­яви­ли та­кое же­ла­ние, и, во­вто­рых, име­ли при жиз­ни ка­ко­е­ли­бо от­но­ше­ние к мо­на­сты­рю.

Обыч­но в Valamo при­ез­жа­ют все­го на несколь­ко дней, ста­ра­ясь по­пасть на вы­ход­ные. Доль­ше оста­вать­ся в мо­на­сты­ре не осо­бо ве­ру­ю­ще­му, на­вер­ное, нелег­ко: пре­жде все­го, из­за од­но­об­ра­зия. Тем не ме­нее, най­ти за­ня­тие на це­лую, на­при­мер, неде­лю вполне воз­мож­но. Ле­том от­пра­вить­ся за гри­ба­ми в окрест­ные ле­са или же за­нять­ся ры­бал­кой. Из ны­неш­не­го брат­ства ни­кто ей не увле­ка­ет­ся, так что, го­во­рят, рыбы в бли­жай­шем озе­ре раз­ве­лось нема­ло. Зи­мой же оста­ет­ся ка­тать­ся на тра­ди­ци­он­ных фин­ских сан­ках, ко­то­рые мо­на­хи ино­гда ис­поль­зу­ют для быст­ро­го пе­ре­дви­же­ния от ке­льи к хра­му или тра­пез­ной.

Мно­гие до­би­ра­ют­ся сю­да и с об­ра­зо­ва­тель­ны­ми це­ля­ми. От­кры­тая на­род­ная ака­де­мия при мо­на­сты­ре пред­ла­га­ет де­ся­ток плат­ных кур­сов, на­чи­ная от изу­че­ния ос­нов пра­во­сла­вия и за­кан­чи­вая ико­но­пи­сью. По­след­ний длит­ся по­чти неде­лю и обой­дет­ся в пять­сот ев­ро с вклю­чен­ным про­жи­ва­ни­ем и трех­ра­зо­вым пи­та­ни­ем.

Что же до непо­сред­ствен­но мо­на­хов, сре­ди ко­то­рых да­же есть один фран­цуз, то боль­шую часть дня они про­во­дят за мо­лит­ва­ми и бо­го­слу­же­ни­я­ми, в чем, соб­ствен­но, и со­сто­ит их ос­нов­ная обя­зан­ность. Во вре­мя экс­кур­сии на мест­ном клад­би­ще нам по­ка­за­ли мо­ги­лу од­но­го из преж­них оби­та­те­лей, ко­то­рый на­столь­ко рья­но от­но­сил­ся к этим са­мым обя­зан­но­стям, что на­чи­нал каж­дый бо­жий день свою первую мо­лит­ву в по­ло­вине тре­тье­го но­чи. А посколь­ку был он глу­хо­ват, то на­пе­вал ее так гром­ко, что ни­кто из со­се­дей спать уже не мог.

Все мо­на­хи при­ни­ма­ют несколь­ко до­воль­но стро­гих обе­тов. Один из ко­то­рых – от­каз от бо­гат­ства, да и во­об­ще лю­бо­го иму­ще­ства. Ко­неч­но, у них есть неболь­шой счет в бан­ке – в Фин­лян­дии да­же оби­та­те­лям мо­на­сты­ря без него не обой­тись – ку­да каж­дый ме­сяц пе­ре­чис­ля­ет­ся весь­ма незна­чи­тель­ная сум­ма для по­куп­ки ме­ло­чей, ти­па, на­при­мер, носков.

Кста­ти, без раз­ре­ше­ния мо­на­хи мо­гут вый­ти за пре­де­лы мо­на­сты­ря толь­ко до бли­жай­ше­го ма­га­зин­чи­ка. Все осталь­ное – да­же ча­со­вая по­езд­ка в аэро­порт – толь­ко с бла­го­сло­ве­ния насто­я­те­ля.

За­то раз в год им по­ло­жен не­дель­ный «от­пуск». В прин­ци­пе, про­ве­сти его мож­но где угод­но и как угод­но. Но толь­ко один из оби­та­те­лей как-то раз вы­брал Ис­па­нию, по­ехав ту­да как обыч­ный ту­рист. Боль­шин­ство же пред­по­чи­та­ют пу­те­ше­ство­вать по мо­на­сты­рям, рас­по­ло­жен­ных в дру­гих стра­нах Ев­ро­пы. Или же не уез­жать со­всем. Ведь по при­зна­нию жи­те­лей Valamo они с дет­ства стре­ми­лись стать мо­на­ха­ми, имен­но здесь на­шли свое при­зва­ние и считают свой мо­на­стырь луч­шим ме­стом на зем­ле.

Кста­ти, здесь же осу­ществ­ле­на и меч­та от­ца Фе­до­ра из ро­ма­на Иль­фа и Пет­ро­ва – ма­лень­кий свеч­ной за­во­дик. На­столь­ко ма­лень­кий, что обес­пе­чи­ва­ет про­дук­ци­ей толь­ко сам Но­воВа­ла­ам­ский мо­на­стырь. Хо­тя и это, по сло­вам каз­на­чея, сни­жа­ет на­груз­ку на бюд­жет.

За­то в жен­ском мо­на­сты­ре Lintula, все­го в 18 ки­ло­мет­рах от Valamo, ана­ло­гич­ный за­во­дик уже го­раз­до боль­ше. Он производит све­чи для всех при­хо­дов Фин­лян­дии – при­чем не толь­ко пра­во­слав­ных – и в зимнее вре­мя это яв­ля­ет­ся ос­нов­ным ис­точ­ни­ком до­хо­дов. А ле­том здесь то­же ждут ту­ри­стов и го­то­вы пред­ло­жить еще боль­ше ти­ши­ны и по­коя. До­ми­ки для го­стей по­про­ще, но за­то и сто­ят что-то око­ло два­дца­ти ев­ро в сут­ки.

Меж­ду эти­ми дву­мя оби­те­ля­ми кур­си­ру­ет ко­раб­лик под на­зва­ни­ем Sergei. Как до­брать­ся Па­лом­ни­ков и «груп­по­вых» ту­ри­стов в Valamo при­во­зят спе­ци­аль­ные ав­то­бу­сы, при­чем да­же из Пет­ро­за­вод­ска или Санкт-Пе­тер­бур­га. «Оди­ноч­кам» луч­ше все­го до­брать­ся на сво­ей ма­шине. Или – как ва­ри­ант – на ав­то­бу­се из Хель­син­ки, ко­то­рый оста­нав­ли­ва­ет­ся пря­мо у мо­на­сты­ря. Прав­да, едет он до­воль­но дол­го – бо­лее ше­сти ча­сов, да и би­лет на него не де­шев – сто с лиш­ним ев­ро в од­ну сто­ро­ну. По­это­му мы вы­бра­ли са­мо­лет, ко­то­рый за да­же чуть мень­шую сум­му до­ве­зет вас ту­да и об­рат­но. Но толь­ко до аэро­пор­та Йо­эн­суу. От­ту­да при­дет­ся ехать на так­си – око­ло 140 ев­ро. Ес­ли же хо­ти­те сэко­но­мить, то мож­но до­брать­ся до го­ро­да на марш­рут­ке (4,50 ев­ро), от­ту­да на по­ез­де до ме­стеч­ка Хей­на­ве­си, а от­ту­да опять же на так­си. Сто­ить это бу­дет го­раз­до де­шев­ле, так как до мо­на­сты­ря оста­нет­ся все­го 10-15 ки­ло­мет­ров. Еще мож­но под­га­дать рейс та­ким об­ра­зом, что­бы успеть по­пасть на ав­то­бус – хо­дит он все­го несколь­ко раз в сут­ки.

Да, аэро­порт в Йо­эн­суу со­всем кро­шеч­ный, при­ле­та­ет ту­да все­го несколь­ко ма­лень­ких са­мо­ле­ти­ков в день, по­это­му жизнь на­чи­на­ет­ся толь­ко за час до их при­бы­тия или от­прав­ле­ния. Мы это­го не зна­ли, при­е­ха­ли за два с по­ло­ви­ной ча­са... и ока­за­лись в 10 гра­дус­ный мо­роз пе­ред за­кры­ты­ми две­ря­ми в аб­со­лют­но пу­стын­ном по­ле. За­мерз­нуть окон­ча­тель­но нам не да­ла бу­фет­чи­ца, ко­то­рая бы­ла един­ствен­ным жи­вым че­ло­ве­ком во всем аэро­пор­ту. Впу­сти­ла она нас, кста­ти, че­рез дверь под­соб­ки: ав­то­ма­ти­че­ские две­ри долж­ны бы­ли на­чать от­кры­вать­ся-за­кры­вать­ся лишь че­рез пол­то­ра ча­са. К это­му же вре­ме­ни на­ча­ли под­тя­ги­вать­ся пас­са­жи­ры и немно­го­чис­лен­ные так­си­сты.

До­пол­ни­тель­ная ин­фор­ма­ция

www.valamo.fi

Newspapers in Russian

Newspapers from Finland

© PressReader. All rights reserved.