3 дня в Биль­бао

Novosti Helsinki with FINNBAY - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Алек­сей Табаков

Ис­па­нию слож­но на­звать стра­ной-за­гад­кой. Ино­стран­цы са­мо­го раз­но­го тол­ка про­еха­ли ее вдоль и по­пе­рек. Ту­ри­сты, биз­не­сме­ны, ин­ве­сто­ры, спортс­ме­ны... Счи­та­ет­ся, что это од­но из са­мых по­пу­ляр­ных мест. Здесь есть и пля­жи, и го­ры, и апель­си­но­вые са­ды, и... в об­щем, мно­го все­го. К то­му же, в опре­де­лен­ных кру­гах при­ня­то бы­ло по­ку­пать в этой стране недви­жи­мость. При­чем, да­же ес­ли поль­зо­вать­ся квар­ти­рой или вил­лой уда­ва­лось не бо­лее двух недель в го­ду, они все рав­но яв­ля­лись необ­хо­ди­мой со­став­ля­ю­щей «джентль­мен­ско­го на­бо­ра». Мо­жет быть, по­это­му со­зда­ет­ся впе­чат­ле­ние, что в Ис­па­нии – по край­ней ме­ре, на ее юж­ном по­бе­ре­жье – все­го слиш­ком мно­го. Мно­го­этаж­ных оте­лей, апар­та­мен­тов в арен­ду... И да­же солн­ца – на ши­ро­ких пес­ча­ных пля­жах со­всем нет де­ре­вьев, в те­ни ко­то­рых мож­но укрыть­ся.

Немно­го дру­гое де­ло – стра­на Бас­ков. Во-пер­вых, это при­ро­да. Не вы­жжен­ная солн­цем гли­на, как в рай­оне Али­кан­те, на­при­мер, а хол­мы, по­кры­тые сос­но­вы­ми ле­са­ми. Vitoria-Gasteiz да­же бы­ла вы­бра­на са­мой зе­ле­ной сто­ли­цей Ев­ро­пы 2012 го­да. В свя­зи с чем те­перь ту­ри­стам пред­ла­га­ет­ся со­вер­шить по «зе­ле­но­му по­я­су» про­гул­ку на спе­ци­аль­ном трех­ко­лес­ном ве­ло­си­пе­де. Неболь­шой со­вет: хо­тя пе­да­ли кру­тить не при­дет­ся – это за­бо­та «во­ди­те­ля» – луч­ше не от­прав­лять­ся на эту экс­кур­сию по­сле плот­но­го лан­ча: рас­тря­сет...

Бис­кай­ский за­лив не про­гре­ва­ет­ся боль­ше, чем до два­дца­ти гра­ду­сов, по­это­му жи­те­ли стра­ны Бас­ков обя­за­тель­но име­ют «лет­ний до­мик» на юге, ку­да и уез­жа­ют в июле-ав­гу­сте, жа­лу­ясь, прав­да, что уж очень там мно­го­люд­но.

Кста­ти, ни­кто до сих пор так и не зна­ет ни ис­то­рии про­ис- хож­де­ния это­го на­ро­да, ни то­го, как он во­об­ще по­пал в Ев­ро­пу.

…Несмот­ря на то, что офи­ци­аль­ной сто­ли­цей про­вин­ции яв­ля­ет­ся Vitoria-Gasteiz, са­мым из­вест­ным го­ро­дом оста­ет­ся Биль­бао. Здесь есть меж­ду­на­род­ный аэро­порт, му­зей Гу­ген­хай­ма, па­роч­ка за­нят­ных мо­стов и огром­ное ко­ли­че­ство ба­ров. На пер­вый взгляд пол­ный на­бор для ту­ри­ста. Толь­ко вот их са­мих ни­где не вид­но. Ни шум­ных нем­цев, ни тол­пя­щих­ся ки­тай­цев, ни рус­ских, спра­ши­ва­ю­щих как прой­ти в биб­лио­те­ку...

Как же по­лу­чи­лось, что часть Ис­па­нии ока­за­лась на­столь­ко нетро­ну­той ино­стран­ным при­сут­стви­ем?

Глав­ная при­чи­на в том, что Биль­бао всю свою мно­го­ве­ко­вую ис­то­рию за­ра­ба­ты­вал про­мыш­лен­но­стью. Успе­хи в этой об­ла­сти и удач­ное гео­гра­фи­че­ское по­ло­же­ние уже в сред­ние ве­ка при­ве­ло к то­му, что го­род по­лу­чил соб­ствен­ный ка­фед­раль­ный со­бор, епи­ско­па и воз­мож­ность по­смат­ри­вать на Ма­д­рид с неко­то­рой снис­хо­ди­тель­но­стью.

Во вре­мя вто­рой ми­ро­вой вой­ны баск­ские маг­на­ты не упу­сти­ли мо­мент и на­ча­ли про­да­вать сталь всем сто­ро­нам кон­флик­та. Биз­нес по­шел так хо­ро­шо, что в ше­сти­де­ся­тых го­дах про­шло­го ве­ка мил­ли­о­не­ров здесь бы­ло боль­ше, чем во всей Ис­па­нии. Са­мые бо­га­тые из них на­ча­ли воз­во­дить се­бе на­сто­я­щие двор­цы, за­во­зить эк­зо­ти­че­ских жи­вот­ных и раз­би­вать пар­ки в свою честь. Од­на­ко за­ло­жить ос­но­ву эта­ким эми­ра­там в серд­це Ев­ро­пы не уда­лось. Эко­но­ми­че­ский кри­зис в се­ми­де­ся­тых, па­де­ние цен на нефть в де­вя­но­стых ра­зо­ри­ли го­род, а за­тем при­шла об­щая тен­ден­ция пе­ре­но­сить про­из­вод­ства в Азию.

Для спа­се­ния ре­ги­о­на вла­сти об­ра­ти­лись к опы­ту осталь­ной Ис­па­нии и ре­ши­ли за трид­цать лет стать ту­ри­сти­че­ским на­прав­ле­ни­ем. Тем бо­лее, что баск­ская ЭТА как раз объ­яви­ла о пол­ном пре­кра­ще­нии тер­ро­ри­сти­че­ской де­я­тель­но­сти.

…Пер­вой необыч­ной за­ко­но­мер­но­стью в Биль­бао, на ко­то­рую мы об­ра­ти­ли вни­ма­ние, ед­ва вый­дя из го­сти­ни­цы, ста­ло огром­ное ко­ли­че­ство трав­ми­ро­ван­ных лю­дей, ста­ри­ков и сле­пых. Ко­сты­ли, ко­ляс­ки, за­гип­со­ван­ные ко­неч­но­сти по­па­да­лись на­столь­ко ча­сто, что ка­за­лось: мы идем про­тив дви­же­ния от­сту­па­ю­щей ар­мии, ко­то­рая по­тер­пе­ла осо­бен­но бо­лез­нен­ное по­ра­же­ние. Впро­чем, раз­гад­ка об­на­ру­жи­лась на сле­ду­ю­щий день. Пло­щадь, на ко­то­рой рас­по­ло­жил­ся отель, по пе­ри­мет­ру окру­жа­ли два гос­пи­та­ля, са­на­то­рий и дом пре­ста­ре­лых. Кто при­ду­мал сов­ме­стить аре­ал оби­та­ния мад­рид­ских биз­не­сме­нов и аме­ри­кан­ских ту­ри­стов с по­лу­чив­ши­ми трав­му на про­из­вод­стве – имен­но так объ­яс­нил ос­нов­ную при­чи­ну пе­ре­ло­мов наш гид – неиз- вест­но, но зло­го умыс­ла здесь яв­но не бы­ло.

Де­ло в том, что еще до неф­тя­но­го кри­зи­са де­вя­но­стых го­дов пра­ви­тель­ство раз­ра­бо­та­ло так на­зы­ва­е­мый urban plan, ко­то­рый по важ­но­сти и неиз­беж­но­сти усту­па­ет толь­ко пя­ти­лет­кам у стро­и­те­лей ком­му­низ­ма. План этот преду­смат­ри­ва­ет, что и где по­стро­ить, и охва­ты­ва­ет вре­мен­ной про­ме­жу­ток в три де­ся­ти­ле­тия. По­это­му квар­ти­ру в Биль­бао мож­но ку­пить за несколь­ко лет до то­го, как стро­и­тель­ная тех­ни­ка вы­дви­нет­ся на пло­щад­ку.

Впро­чем, в ос­нов­ном «трид­ца­ти­лет­ний план» ра­бо­та­ет как на­до, и глав­ным его до­сти­же­ни­ем на­зы­ва­ют му­зей Гу­ген­хай­ма. За пра­во воз­ве­сти у се­бя зда­ние име­ни зна­ме­ни­то­го аме­ри­кан­ско­го ме­це­на­та бо­ро­лись сра­зу шесть ев­ро­пей­ских го­ро­дов. Но, ес­ли для боль­шин­ства из них но­вый му­зей дол­жен был стать пусть очень важ­ной, но все­го лишь од­ной из до­сто­при­ме­ча-

тель­но­стей, то для Биль­бао это был един­ствен­ный шанс пе­ре­хва­тить часть ту­ри­сти­че­ско­го по­то­ка из осталь­ной Ис­па­нии. По­это­му вла­сти ре­ши­ли ид­ти ва-банк и пред­ло­жи­ли ко­мис­сии сто­про­цент­ную опла­ту всех ра­бот и пол­ный карт-бланш ар­хи­тек­то­ру. По­след­не­го по­се­ли­ли в луч­шем из до­ступ­ных оте­лей (а в де­вя­но­стых их здесь бы­ло немно­го), дол­го рас­пи­сы­ва­ли все до­сто­ин­ства стра­ны Бас­ков, во­ди­ли на экс­кур­сии, в кон­це на фу­ни­ку­ле­ре под­ня­ли на вы­со­кий холм, с ко­то­ро­го от­кры­вал­ся чу­дес­ный вид на го­род и пред­ло­жи­ли вы­би­рать лю­бое ме­сто. При этом все­ми си­ла­ми на­ме­кая на центр ста­ро­го го­ро­да, где под бу­ду­щее стро­и­тель­ство снес­ли па­роч­ку двор­цов. По ле­ген­де Фр­энк Гэ­ри про­гу­лял­ся по хол­му и вы­брал но­вое ме­сто – пря­мо на бе­ре­гу. Фа­б­ри­ка, за­ни­мав­шая ва­кант­ную по­зи­цию, ис­чез­ла в са­мом ско­ром вре­ме­ни.

Но план сра­бо­тал, и те­перь мно­гие жи­те­ли де­лят со­вре­мен­ную ис­то­рию на две ча­сти – до де­вя­но­сто седь­мо­го го­да и по­сле, так как ко­ли­че­ство ино­стран­цев в му­зее пре­вы­ша­ет их об­щее чис­ло во всем го­ро­де.

Зре­ли­ще, дей­стви­тель­но, то­го сто­ит. По край­ней ме­ре, сна­ру­жи. Ре­ка, фон­тан на пло­ща­ди, яр­кие аб­стракт­ные скульп­ту­ры из раз­но­цвет­ных и се­реб­ри­стых ша­ри­ков... все это при­вле­ка­ет не толь­ко ту­ри­стов. Мест­ные то­же охот­но при­хо­дят сю­да, что­бы про­сто по­гу­лять.

Внут­рен­ность му­зея то­же впе­чат­ля­ет – стек­лян­ные лиф­ты, све­то­вой дождь, че­рез ко­то­рый мож­но прой­ти... Что до не­по­сред­ствен­но вы­став­ки, то в мо­мент на­ше­го по­се­ще­ния это бы­ли аб­страк­ци­о­ни­сты, ко­то­рые все-та­ки на лю­би­те­ля. По­это­му един­ствен­ное, что за­пом­ни­лось – кар­ти­на Пи­кассо с тан­цу­ю­щи­ми в ба­ре людь­ми и да­ма­ми лег­ко­го по­ве­де­ния на пе­ред­нем плане. Ну и по­яс­не­ния ги­да, что во­об­ще-то Пи­кассо лю­дей не лю­бил, но тут он мо­ло­дой еще был, ри­со­вал их без от­вра­ще­ния. А все че­ты­ре сте­ны глав­но­го за­ла бы­ли за­ня­ты по­вто­ря­ю­щей­ся аб­страк­ци­ей – то ли зда­ния, то ли от­ра­же­ния ру­ки, то ли кры­ла пти­цы...

Му­зей же со­вре­мен­но­го ис­кус­ства, ко­то­рый то­же вхо­дил в на­шу про­грам­му, ока­зал­ся еще слож­нее для на­ше­го по­ни­ма­ния. По­это­му уже дру­го­му ги­ду при­шлось дол­го объ­яс­нять, ка­кие глу­бо­кие мыс­ли хо­тел вы­ска­зать скуль­птор вот этой или той за­го­гу­ли­ной: «от­кры­тые про­стран­ства, неза­вер­шен­ность мыс­лей» и так да­лее, и то­му по­доб­ное.

Удач­ные ин­ве­сти­ци­он­ные про­ек­ты не един­ствен­ное пре­иму­ще­ство неиз­вест­ной ис­пан­ской про­вин­ции. В то вре­мя, как Ма­д­рид с со­жа­ле­ни­ем от­ме­ча­ет рост без­ра­бо­ти­цы, ко­то­рая и так до­стиг­ла непри­ят­ных два­дца­ти про­цен­тов, стра­на Бас­ков мо­жет по­хва­стать­ся, что без ра­бо­ты здесь си­дит все­го лишь каж­дый вось­мой.

При­чин несколь­ко. Пес­си­ми­сты утвер­жда­ют, что это ис­клю­чи­тель­но за­слу­га низ­ких по­со­бий по без­ра­бо­ти­це. Граж­дане пе­ре­би­ра­ют­ся в Ма­д­рид, Бар­се­ло­ну, Ма­ла­гу, Се­ви­лью и ли­бо на­хо­дят ис­точ­ник за­ра­бот­ка, ли­бо пор­тят мест­ную ста­ти­сти­ку, а не глав­но­го го­ро­да бас­ков. Оп­ти­ми­сты и про­сто пат­ри­о­ты уве­ре­ны, что при­чи­на кро­ет­ся в ав­то­ном­но­сти про­вин­ции. На­ло­ги, на­при­мер, идут не в Ма­д­рид, а оста­ют­ся в казне про­вин­ции. Это пра­во, по­лу­чен­ное еще в сред­ние ве­ка, обе­ре­га­ет­ся все­ми си­ла­ми, и пра­ви­тель­ство Ис­па­нии на него осо­бо не по­ку­ша­ет­ся. Так же бас­ки са­ми ре­ша­ют – как и ко­гда по­тра­тить по­лу­чен­ные от Ев­ро­со­ю­за день­ги, в том чис­ле, со­зда­вая но­вые ра­бо­чие ме­ста в са­мый необ­хо­ди­мый мо­мент.

Прин­цип «все свое но­шу с со­бой» кос­нул­ся да­же свя­тая свя­тых – фут­бо­ла. Ат­ле­тик Биль­бао, вы­сту­па­ю­щий в пре­мьер ли­ге, по­ла­га­ет­ся толь­ко на соб­ствен­ных вос­пи­тан­ни­ков, жи­те­лей ре­ги­о­на или, в край­нем слу­чае, тех ино­стран­цев, ко­то­рые пе­ре­еха­ли сю­да в ран­нем дет­стве. По сло­вам од­но­го из фа­на­тов, за­хо­ти Мес­си, Ро­нал­до или еще ка­кая звез­да пе­рей­ти в стан Ат­ле­тик, пусть да­же бес­плат­но, ему бу­дет от­ка­за­но. По­ка, прав­да, на прак­ти­ке это про­ве­рить не уда­ва­лось.

Что до не­по­сред­ствен­но сто­ли­цы, то Vitoria-Gasteiz по­яви­лась на ме­сте неболь­шо­го по­се­ле­ния в кон­це XII ве­ка. То­гдаш­ний ко­роль На­вар­ры вы­брал де­рев­ню, рас­по­ло­жен­ную на воз­вы­шен­но­сти, в ка­че­стве ме­ста для стро­и­тель­ства кре­по­сти с це­лью обо­ро­ны от Ка­сти­льи. По­том во­ен­ных сме­ни­ли ком­мер­сан­ты, и жизнь за­ки­пе­ла. К кон­цу XVIII ве­ка го­род уже раз­рос­ся за пре­де­лы кре­пост­ных стен. Се­го­дня Vitoria-Gasteiz яв­ля­ет­ся од­ним из немно­гих ис­пан­ских го­ро­дов, в ко­то­ром есть два со­бо­ра. В ста­ром – со­бо­ре Свя­той Ма­рии – уже несколь­ко лет ве­дут­ся ре­став­ра­ци­он­ные ра­бо­ты, по­это­му сна­ру­жи он не пред­став­ля­ет со­бой очень уж впе­чат­ля­ю­ще­го зре­ли­ща. За­то внут­ри есть лифт, по ко­то­ро­му мож­но под­нять­ся на смот­ро­вую пло­щад­ку. То есть, лиф­та да­же два. Сна­ча­ла нуж­но про­ехать на пер­вом, обой­ти со­бор прак­ти­че­ски кру­гом, по­пасть та­ким об­ра­зом на вто­рой и уже по­том на­сла­ждать­ся ви­дом на го­род.

А на го­род­ском рын­ке, где од­но­вре­мен­но с по­куп­кой мя­са, ры­бы или сы­ра, мож­но не толь­ко вы­пить ви­на с тра­ди­ци­он­ным пин­чос, но и по­про­сить куп­лен­ную еду сра­зу же и при­го­то­вить. Есте­ствен­но, за до­пол­ни­тель­ную пла­ту.

Что ка­са­ет­ся еще од­но­го ро­ман­тич­но­го ме­стеч­ка, в ко­то­ром нам уда­лось про­ве­сти ночь, то оно на­столь­ко неиз­вест­но, что при сло­ве Laguardia по­ис­ко­вик вы­да­ет лишь ссыл­ки на од­но­имен­ный аэро­порт в США и фо­то­гра­фию од­ной из улиц. Тра­ди­ци­он­ные же оте­ли пред­став­ля­ют из се­бя ка­мен­ные зда­ния XV-XVI ве­ков по­строй­ки, где все­го несколь­ко но­ме­ров, но за­то есть миш­ле­нов­ский ре­сто­ран и обя­за­тель­ная ви­но­те­ка.

...Ес­ли у вас сло­жи­лось впе­чат­ле­ние, что стра­на Бас­ков до­воль­но за­мкну­тое на са­мом се­бе ме­сто, то оно вер­ное. В боль­шей ме­ре. За круп­ные ком­па­нии вла­сти ве­дут борь­бу, пред­ла­гая их вла­дель­цам и ак­ци­о­не­рам все­воз­мож­ные бо­ну­сы и льго­ты, ес­ли те пе­ре­не­сут штаб-квар­ти­ру в Биль­бао или Ви­то­рию. А вот ту­ри­стов из-за ру­бе­жа при­вле­ка­ют, по­ми­мо ми­ни­стер­ства ту­риз­ма, все­го несколь­ко част­ных ком­па­ний. Так что спрос на спе­ци­а­ли­стов, име­ю­щих опыт в этой ин­ду­стрии, здесь рас­тет уже пять лет под­ряд.

Од­на­ко глав­ной про­бле­мой раз­ви­тия ту­риз­ма в стране Ба- сков яв­ля­ет­ся не от­сут­ствие спе­ци­а­ли­стов, пло­хое зна­ние ан­глий­ско­го (да­же по срав­не­нию с от­да­лен­ны­ми ита­льян­ски­ми или ис­пан­ски­ми про­вин­ци­я­ми) или недо­ста­ток боль­ших ком­па­ний, за­ня­тых в этой сфе­ре. Се­па­ра­тист­ские на­стро­е­ния то­же иг­ра­ют свою роль.

В 2014 го­ду мир услы­шал о том, что Ка­та­ло­ния раз­ду­мы­ва­ет – не стать ли от­дель­ным го­су­дар­ством? Мест­ные вла­сти на­ча­ли го­то­вит­ся к ре­фе­рен­ду­му, но из Ма­д­ри­да при­шел од­но­знач­ный и нега­тив­ный от­вет. Не­до­воль­ство Бар­се­ло­ны но­сит ско­рее эко­но­ми­че­ский ха­рак­тер – боль­шая часть до­хо­дов ухо­дит на под­дер­жа­ния юга Ис­па­нии, об­рат­но же в бюд­жет Ка­та­ло­нии при­хо­дят остат­ки. Бас­ки же на­пи­ра­ют на на­ци­о­наль­ный во­прос. Здесь го­во­рят на сво­ем язы­ке, име­ют ис­то­ри­че­ски крайне непри­ят­ный опыт об­ще­ния с ге­не­ра­лом Фран­ко и в це­лом при­вык­ли к неза­ви­си­мо­сти. По­это­му са­мой по­пу­ляр­ной пар­ти­ей в мест­ном пар­ла­мен­те яв­ля­ет­ся на­ци­о­на­ли­сти­че­ская. Что ин­те­рес­но, счи­та­ет­ся она кон­сер­ва­тив­ной. То есть, ра­зу­ме­ет­ся пол­но­стью за неза­ви­си­мость, но не пря­мо сей­час, без спеш­ки и с пол­ной ле­галь­ной под­держ­кой. При этом об от­мене член­ства в Ев­ро­со­ю­зе или за­мене ев­ро на на­ци­о­наль­ную ва­лю­ту ре­чи не идет.

– Мы ев­ро­пей­цы, мы бас­ки, мы граж­дане ми­ра, про­сто не ис­пан­цы, – по­де­лил­ся за обе­дом наш со­про­вож­да­ю­щий. И по­шел до­ли­вать сидр в круж­ку.

АЛЕК­СЕЙ ТАБАКОВ

Newspapers in Russian

Newspapers from Finland

© PressReader. All rights reserved.