НЕПУСТОЙ РАЗ­ГО­ВОР

Что­бы быть ху­дож­ни­ком на Даль­нем Во­сто­ке, на­до знать его ис­то­рию и куль­ту­ру

AiF Dalinform (Khabarovsk) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - За­пи­сал Влад СЕРЕБЕРЕННИКОВ

Ген­на­дий Дмит­ри­е­вич недо­люб­ли­ва­ет жур­на­лист­ско­го бра­та за по­верх­ност­ность суж­де­ний. И по­то­му мы ре­ши­ли предо­ста­вить сло­во са­мо­му юби­ля­ру.

«БУ­ДУ ХУ­ДОЖ­НИ­КОМ»

Все­гда знал, что бу­ду ху­дож­ни­ком - как го­лос или дру­гой та­лант, всё Господь да­ёт. Во вре­мя вой­ны мы жи­ли в Кня­зеВол­кон­ском, там сто­ял ар­тил­ле­рий­ский полк. И в три го­да я уже ри­со­вал сол­да­там на по­лях га­зет - бу­ма­га бы­ла боль­шим де­фи­ци­том. А они от­сы­ла­ли мои ри­сун­ки до­мой в пись­мах.

В ше­стом клас­се, что­бы по­пасть в ху­до­же­ствен­ный кру­жок до­ма пи­о­не­ров, я дол­жен был что-то на­ри­со­вать. Мать мне для это­го ку­пи­ла крас­ки. За­кра­сил я поч­то­вый ящик, за­грун­то­вал сто­ляр­ным кле­ем, по­шёл на За­тон и на­пи­сал на нём этюд. Ко­то­рый за­нял пер­вое ме­сто в Москве, об этом да­же в «Пи­о­нер­ской прав­де» на­пи­са­ли.

Ко­гда учил­ся во Вла­ди­во­сто­ке, три го­да про­ра­бо­тал по­жар­ным в 9 ВПЧ Даль­за­во­да. Ко­гда свар­ные ра­бо­ты на ко­раб­лях, обя­за­тель­но дол­жен при­сут­ство­вать по­жар­ный. В «по­жар­ке» ста­рич­ки ра­бо­та­ют, всем лень хо­дить, а я - с удо­воль­стви­ем. И меж­ду де­лом пе­ре­ри­со­вал весь Ти­хо­оке­ан­ский флот от клёп­ки до клёп­ки. Точ­нее ме­ня ни­кто до сих пор ко­раб­ли не ри­су­ет. И лю­бовь у ме­ня к мор­ско­му де­лу и мо­рю на всю жизнь.

ЧТО­БЫ НЕ ЗЛИТЬ МАО

У Все­во­ло­да Сы­со­е­ва в «Золотой Риг­ме» текст по­нра­вил­ся - и для де­тей, и для взрос­лых, по­нят­ный, лёг­кий. Две кни­ги с удо­воль­стви­ем офор­мил для ор­ни­то­ло­га Все­во­ло­да Яхон­то­ва. А Ни­ко­лай За­дор­нов три ра­за про­сил, что­бы я офор­мил его «Амур­ба­тюш­ку». Но я не по­нял его романа, хо­тя, бе­з­услов­но, у него есть до­сто­ин­ства, и от­ка­зал­ся.

А вот Пётр Ко­ма­ров за­це­пил за ду­шу се­рьёз­но. Да­же за свои деньги я оформ­лял и вы­пус­кал кни­ги Пет­ра Сте­па­но­ви­ча. Это по­эт от бо­га, наш даль­не­во­сточ­ный Пуш­кин. Всю се­рию его дет­ских сти­хов на па­мять знаю: «Да, пе­ре­вал, вос­клик­нет кто­ни­будь. А как же те, что дня­ми и но­ча­ми до са­мых туч про­кла­ды­ва­ли путь, что дви­га­ло их, ка­ки­ми тол­ка­ча­ми?..». Это про стро­и­тель­ство же­лез­ной до­ро­ги в Сов­га­вань.

Ещё до со­бы­тий на Да­ман­ском несколь­ко чет­ве­ро­сти­ший из по­э­мы «Се­реб­ря­ный ку­бок» про бои под Ал­ба­зи­но и мои ри­сун­ки к ним край­лит вы­ки­нул из кни­ги, что­бы не злить Мао...

НА­ШИ ДОЛЖ­НЫ БЫТЬ УМНЕЕ

В ЦК КПСС мне по­ру­чи­ли сде­лать глав­ную книж­ку по БАМу. Го­во­рят, ез­жай­те и до­ло­жи­те, вас обес­пе­чат би­ле­та­ми и фи­нан­са­ми. Я об этом до­ло­жил Ни­ко­лаю Ки­рю­хи­ну, на тот мо­мент ди­рек­то­ру ха­ба­ров­ско­го из­да­тель­ства. То есть со­блю­дал суб­ор­ди­на­цию, не стал рвать­ся на са­мый верх и бить се­бя в грудь. На­чал ра­бо­тать, а он ни­ко­му ни­че­го не ска­зал. И вы­шло, что я де­сять лет на БАМе упор­но ра­бо­тал над кни­гой за свой счёт. Ко­гда всё вы­яс­ни­лось, Ки­рю­хи­на сня­ли. Чёр­но­го со­кра­ти­ли в те­че­ние ме­ся­ца, но он в этой си­ту­а­ции был не ви­но­ват. И до са­мой его смер­ти мы бы­ли очень хо­ро­шие дру­зья. И я его ува­жаю - тру­же­ник, бес­ко­рыст­ный и вы­со­кой куль­ту­ры че­ло­век, глы­ба. Иногда оста­нав­ли­вал­ся у него на мос­ков­ской квар­ти­ре. И он про­сил ме­ня на обед при­хо­дить. А в Москве вол­ка но­ги кор­мят, столь­ко про­блем, и я при­хо­дил толь­ко ве­че­ром. Он да­же ку­шать не са­дил­ся, ме­ня ждал. Мог бы на­пи­сать про Алек­сея Кле­мен­тье­ви­ча хо­ро­шую книж­ку. А се­год­ня художники, пи­са­те­ли, по­эты ни­ко­му не нуж­ны. На­до толь­ко, что­бы мы не ме­ша­ли во­ро­вать.

Ес­ли что-то де­лаю, то ста­ра­юсь сде­лать луч­ше всех. Япон­цы три го­да уго­ва­ри­ва­ли, что­бы я с ни­ми ра­бо- тал. В ито­ге в Япо­нии у ме­ня вы­шло де­вять книг, по­лу­чил первую на­ци­о­наль­ную пре­мию, с вой­ны ни­кто из ев­ро­пей­цев эту пре­мию не по­лу­чал. Что, в Япо­нии не хва­та­ет сво­их ху­дож­ни­ков? Но вот в кни­ге о тиг­ре та­кое еди­не­ние иеро­гли­фов и окру­жа­ю­ще­го рас­ти­тель­но­го ми­ра, что они бы­ли по­ра­же­ны. И сей­час про­да­ют её в Ки­тае, Юж­ной Ко­рее и Ин­дии.

По­сле это­го ки­тай­цы и ко­рей­цы то­же про­си­ли ме­ня сде­лать по­хо­жую ра­бо­ту, по­дар­ка­ми за­да­ри­ва­ли. Но я от­ка­зал­ся, пря­мо ска­зав, что мне это неин­те­рес­но. Не хо­чу, что­бы ки­тай­ские де­ти бы­ли умнее на­ших.

МЫ ­ ПРИШЕЛЬЦЫ

В Москве и Санкт-Пе­тер­бур­ге мне пред­ла­га­ли вы­со­кие долж­но­сти, но я от­ка­зал­ся. Мне нуж­но ез­дить по краю и по­пол­нять свои ощу­ще­ния. Быть ху­дож­ни­ком на Даль­нем Во­сто­ке и не знать ис­то­рию и куль­ту­ру ко­рен­ных на­ро­дов - не поз­во­ли­тель­но. Счи­таю, что по от­но­ше­нию к ним мы ве­дём се­бя некра­си­во - ры­бу за­пре­ща­ем ло­вить, лес ру­бить.

Ес­ли у нас на ты­ся­чу че­ло­век бу­дет сред­ний ху­дож­ник, а на несколь­ко мил­ли­о­нов - один хороший, то у ко­рен­ных на­род­но­стей все ма­сте­ри­цы и художники уров­нем «хо­ро­шо», «очень хо­ро­шо» и «от­лич­но». Дру­гих не бы­ва­ет.

В этом го­ду был в Бу­ла­ве, Со­вет­ской Гавани, Ва­ни­но. Вот мне для на­пи­са­ния ис­то­рии су­ше­ней пляс­ки не хва­та­ло. Из­вест­но, что ко­гда су­ше­ни по­ка­за­ли свой та­нец ки­тай­ско­му им­пе­ра­то­ру, ко­то­ро­му они, кстати, да­ни не пла­ти­ли, тот про­из­нёс: «Ес­ли они так пля­шут, как же они во­ю­ют?». И тай­на это­го тан­ца со­хра­ни­лась в Бу­ла­ве. Школь­ни­ки се­ла в этом го­ду со сво­им мо­хай­ским (пле­ме­на Мохэ) бо­е­вым тан­цем по­бе­ди­ли во все­рос­сий­ском кон­кур­се. И мне эту тай­ну при­от­кры­ли.

Всю жизнь со­би­рал ма­те­ри­а­лы по ис­то­рии этих на­ро­дов. В пла­нах со­зда­ние че­ты­рёх­том­ни­ка под на­зва­ни­ем «Искусство на­ро­дов Аму­ра». Уве­рен, что этот труд в ито­ге ока­жет­ся го­раз­до ши­ре су­ще­ству­ю­щих му­зей­ных ма­те­ри­а­лов, охва­тив эпо­хи су­ше­ней, чжур­чж­эней, ба­хай­цев и ки­да­ней. Где-то од­ну треть эс­ки­зов и за­ри­со­вок ещё на­до об­ра­ба­ты­вать, осталь­ное уже под­го­тов­ле­но к пе­ча­ти.

ПОМЕЧЕННЫЙ ТИГРОМ

Ро­ди­те­ли бо­ле­ли в Ал­ма-Ате, же­на за ни­ми уха­жи­ва­ла. А я пять лет в зоо­пар­ке ря­дом с клет­ка­ми зве­рей и птиц ри­со­вал. Да­же рас­пис­ку дал, что сам от­ве­чаю за свою жизнь. Как-то по­сле неко­то­ро­го от­сут­ствия тигр с тиг­ри­цей так об­ра­до­ва­лись мне, что обер­ну­лись, хво­сты под­ня­ли и как об­да­ли стру­ёй ме­ня с го­ло­вы до ног! По­ме­ти­ли, мол, наш.

Ес­ли я ри­сую, на­при­мер, в Дол­ми, то обыч­но са­жусь на ле­со­воз ра­но, и еду ку­да-ни­будь на де­ля­ну. Воз­вра­ща­юсь на­зад уже пеш­ком - и ри­сую. По до­ро­ге что толь­ко не уви­дишь. Ни­ко­гда в ле­су ни­че­го не бо­ял­ся. И зверь очень хо­ро­шо чув­ству­ет эту уве­рен­ность, зна­ет, что вре­да не на­не­су. За всю жизнь в зве­ря ни ра­зу не стрель­нул, не пой­мал ни од­ной рыб­ки. Хо­тя опре­де­ли­тель рыб Ха­ба­ров­ско­го края ри­со­вал я, изу­чая до­бы­чу ры­ба­ков по всем сё­лам, где был.

27 АВ­ГУ­СТА ИСПОЛНИЛОСЬ 80 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖ­ДЕ­НИЯ ГЕН­НА­ДИЯ ПАВЛИШИНА, ДАЛЬ­НЕ­ВО­СТОЧ­НО­ГО ХУДОЖНИКАИЛЛЮСТРАТОРА, НА­РОД­НО­ГО ХУ­ДОЖ­НИ­КА РОС­СИИ, ЛАУРЕАТА ГОСПРЕМИИ ЗА ИЛЛЮСТРАЦИИ К КНИ­ГЕ ДМИТ­РИЯ НАГИШКИНА «АМУРСКИЕ СКАЗ­КИ», ПОЧЁТНОГО ГРАЖ­ДА­НИ­НА ХА­БА­РОВ­СКА.

«ВСЁ В ГЕНАХ У РУС­СКИХ»

Я не учил­ся спе­ци­аль­но ни мо­за­и­ке, ни ико­но­пи­си. Это всё в генах у рус­ских есть. Сам со­зда­ёшь за­ко­ны, тех­ни­ку. Как-то я узнал, что в кон­фе­ренц-за­ле на Шев­чен­ко со­би­ра­ют­ся ка­ку­ю­то резь­бу по де­ре­ву оформ­лять. Пред­ло­жил фло­рен­тий­скую мо­за­и­ку «По­э­ма о При­аму­рье». Сам уго­во­рил пред­се­да­те­ля край­ис­пол­ко­ма Гри­го­рия Ефи­мо­ви­ча Под­га­е­ва при усло­вии, что стоимость ра­бот не пре­вы­сит за­тра­ты резь­бы по чер­тёж­ной дос­ке. Это фло­рен­тий­ская мо­за­и­ка-то! По­да­рил с чи­стой ду­шой свою ра­бо­ту краю. За это мо­за­ич­ное пан­но пло­ща­дью 12 квад­рат­ных мет­ров, ко­то­ро­му по ка­че­ству и близ­ко ни­че­го нет ни в Москве, ни в Пе­тер­бур­ге, аме­ри­кан­цы пред­ла­га­ли два мил­ли­о­на дол­ла­ров. Го­тов был по­вто­рить, но в пла­нах у края бы­ло стро­и­тель­ство те­ат­ра муз­ко­ме­дии, там то­же мо­за­и­ку хо­те­ли. Да так и не со­бра­лись.

А вот ико­на «Порт-Ар­тур­ская Бо­жья Ма­терь» в ча­совне на Боль­шом Ус­су­рий­ском ост­ро­ве, ко­то­рую по­про­сил сде­лать отец Сер­гий, сбе­рег­ла нам часть ост­ро­ва - со­би­ра­лись от­дать в два ра­за большую зем­лю. Ду­маю, это Господь уви­дел, как мы там ба­рах­та­ем­ся, и сми­ло­сти­вил­ся над нами.

Ген­на­дий Пав­ли­шин из тех ма­сте­ров, ко­му ин­те­рес­ны раз­ные тех­ни­ки и ма­те­ри­а­лы.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.