И В ТАЙГЕ, И У ЦАРЯ

Что для Амур­ско­го края сде­лал Иг­нат Ми­ло­ва­нов

AiF Dalny Vostok (Blagoveshchensk) - - ИСТОРИЯ -

чис­ле и Рос­сию, как вас­са­лов, при­сы­ла­ю­щих ему дань, всту­пить в рус­ское под­дан­ство, обе­щая вся­кие бла­га.

Ко­неч­но, им­пе­ра­тор ни­че­го не по­нял из рус­ской гра­мо­ты, но пред­ло­жил рус­ско­му ца­рю уста­но­вить мир в по­гра­нич­ных об­ла­стях, что­бы ка­за­ки «впредь бы на­ших укра­ин­ных зе­мель пер­вым ев­ро­пей­цем, про­шед­шим на юг, в Пе­кин, вдоль во­сточ­но­го скло­на хреб­та Боль­шой Хин­ган.

В ПОИСКАХ ПАШНИ

В 1680 го­ду нер­чин­ским во­е­во­дой ука­зом царя стал бо­ярин Фё­дор Во­ей­ков. Во­е­вод­ство вклю­ча­ло в се­бя За­бай­ка­лье и Ал­ба­зин­скую во­лость в При­аму­рье. При­быв в Нер­чинск, во­е­во­да сра­зу же столк­нул­ся с нехват­кой хле­ба, сла­бо­стью во­ин­ской си­лы и недо­стат­ком по­ро­ха, свин­ца и ог­не­стрель­но­го ору­жия для укреп­ле­ния гра­ни­цы. Хлеб труд­но и дол­го до­став­ля­ли из Ени­сей­ско­го остро­га. По­сле ме­сяч­но­го пу­те­ше­ствия по без­до­ро­жью Си­би­ри му­ка при­бы­ва­ла под­мо­чен­ной, плес­не­ве­лой и для вы­пе­ка­ния хо­ро­ше­го хле­ба по­чти негод­ной.

Во­ей­ков по­ни­мал, что для нор­маль­но­го снаб­же­ния про­ви­ан­том на­до про­бо­вать са­мим се­ять хлеб здесь ря­дом. И вот под Нер­чин­ском вспа­ха­ли и за­се­я­ли яри­цей, яч­ме­нём, ов­сом и гре­чи­хой несколь­ко де­ся­тин пашни. Уро­жай осе­нью 1681 го­да об­ра­до­вал и изу­мил ка­за­ков: с каж­до­го по­се­ян­но­го пу­да зер­на уро­ди­лось по 13 пу­дов пше­ни­цы, по 7 пу­дов яч­ме­ня, по 12 пу­дов ов­са и по 17 пу­дов гре­чи­хи. Во­ей­ков уве­рил­ся, что хле­бо­па­ше­ство здесь воз­мож­но по-на­сто­я­ще­му.

В этом же го­ду во­е­во­да ве­лел при­каз­чи­ку Ал­ба­зин­ско­го остро­га бо­яр­ско­му сы­ну Яко­ву Ев­се­н­тье­ву от­пра­вить на Зею 12 ка­за­ков во гла­ве с Гриш­кой Са­мой­ло­вым, по про­зви­щу Мыль­ник, что­бы по­ста­вить в устье р. До­ло­нец, впа­да­ю­щей в Зею ни­же устья Се­лем­д­жи, До­лон­ский острог. Кре­пость про­си­ли по­ста­вить жив­шие по бе­ре­гам Се­лем­д­жи, Зеи и То­ма-ре­ки ма­не­гры - что­бы бы­ло бли­же сда­вать ясак рус­ско­му ца­рю.

Но острог по­ста­ви­ли на бе­ре­гу Зеи - Са­мой­лов, вы­пол­няя за­да­ние Во­ей­ко­ва, по­за­бо­тил­ся не о сбо­ре яса­ка, а о рас­паш- ке мест­ной па­хот­ной зем­ли. А в 1682 го­ду Мыль­ник при­вёз в Ал­ба­зин­ский острог свой па­хот­ный опыт - зем­ля на Зее доб­рая.

За та­кую раз­вед­ку Са­мой­лов был по цар­ско­му ука­зу «по­вёр­стан по Ал­ба­зин­ско­му остро­гу на Зею-ре­ку и в Зей­ский острог на пе­ре­ме­ну нер­чин­ско­му сы­ну бо­яр­ско­му Иг­на­тею Ми­хай­ло­ву Ми­ло­ва­но­ву в де­сят­ни­ки». Ми­ло­ва­но­ву же во­е­во­да при­ка­зал с от­ря­дом ка­за­ков от­пра­вить­ся на Зею для опре­де­ле­ния пер­спек­тив за­се­ле­ния до­ли­ны ре­ки па­шен­ны­ми кре­стья­на­ми. Ле­том 1681 го­да ка­за­ки от­плы­ли.

Под­ни­ма­ясь вверх по Зее, Иг­нат, осмот­рев До­лон­ский острог, уве­рил­ся, что кре­пость сто­ит на удач­ном ме­сте, кон­тро­ли­руя сво­бод­ное пла­ва­ние ки­тай­ских тор­гов­цев по Зее и в устье То­мы. Кста­ти, осе­нью 1681 го­да во­е­во­де Во­ей­ко­ву пе­ре­да­ли тре­бо­ва­ние ки­тай­ско­го богды­ха­на и его во­е­во­ды сне­сти острог с Зеи-ре­ки с устья До­лон­ца-ре­ки, а то быть войне.

Ми­ло­ва­нов так­же пе­ре­стро­ил Зей­ский острог.

Об­сле­до­вав То­му на два днев­ных пе­ре­хо­да вверх про­тив те­че­ния, Ми­ло­ва­нов об­на­ру­жил сто­ян­ки ма­не­гров, жив­ших в ост­ро­вер­хих чу­мах, по­кры­тых бе­ре­стой или шку­ра­ми, а так­же рас­па­хан­ные по­ля и, на­ко­нец, стой­би­ща оле­ней и ло­ша­дей. Ма­не­гры встре­ти­ли рус­ских при­вет­ли­во и да­же при­гла­ша­ли в го­сти. В до­не­се­нии Во­ей­ко­ву Ми­ло­ва­нов от­ме­тил: «…за лу­га­ми по То­ме-ре­ке пашни доб­рые есть, хле­бо­роб­ные, здесь моч­но за­ве­сти боль­шие сё­ла, на­се­лить ты­ся­чу па­шен­ных кре­стьян и бо­лее, для мель­нич­но­го стро­е­ния реч­ки доб­рые есть…»

Спус­ка­ясь вниз по те­че­нию Зеи, Ми­ло­ва­нов ис­сле­до­вал и на­нёс на кар­ту бро­шен­ный да­у­ра­ми го­ро­док Ай­гун с ци­та­де­лью, сто­яв­ший в то вре­мя на ле­вом бе­ре­гу Аму­ра.

Вер­ну­лись ка­за­ки в июле 1682 го­да с со­бран­ным яса­ком, а так­же чер­те­жа­ми трёх остро­гов, в том чис­ле До­лон­ско­го, на Зее-ре­ке.

По­сле сво­ей раз­вед­ки Ми­ло­ва­нов вни­ма­тель­но изу­чил ме­сто впа­де­ния Зеи в Амур, ре­шив, что бо­лее удоб­но­го ме­ста для за­щи­ты рус­ских вла­де­ний на Аму­ре (а зна­чит, по­строй­ки остро­га) не най­ти.

В 1684 го­ду Иг­нат про­дол­жал ис­кать но­вые па­хот­ные зем­ли, все­гда, од­на­ко, на­ста­и­вая, что­бы осво­е­ние но­вых зе­мель не при­тес­ня­ло ко­че­вых ясач­ных лю­дей. Вме­сте со сво­им бра­том Ми­ло­ва­нов, об­сле­до­вав ста­рые руд­ни­ки по р. Ал­та­че, на­шёл две се­реб­ря­ные жи­лы. Ре­зуль­тат опыт­ной плав­ки ру­ды Иг­нат лич­но от­вёз в Моск­ву.

Наслед­ством Ми­ло­ва­но­ва ста­ли опи­са­ния но­вых мест, со­став­лен­ные им кар­ты и чер­те­жи остро­гов. Он очень се­рьёз­но под­хо­дил к ре­ше­нию сво­ей мис­сии - и это про­стой пер­во­про­хо­дец, забайкальский ка­зак! Иг­нат успеш­но вы­пол­нял все по­ру­че­ния, хо­ро­шо по­ка­зал се­бя и как по­сол в Ки­тай. Несколь­ко раз был в Москве на при­ё­ме у царя, был об­лас­кан им. Иско­ле­сил всё За­бай­ка­лье и Амур­ский край.

Мно­гое ещё успел бы сде­лать Ми­ло­ва­нов, но вско­ре на­ча­лась вой­на с Ки­та­ем 1686 - 1687 гг. Ки­тай­ские вой­ска оса­ди­ли Ал­ба­зин. Там-то в 1688 го­ду и по­гиб Ми­ло­ва­нов от яд­ра ки­тай­ской пуш­ки.

Два­жды от­ря­ды ки­тай­ско­го им­пе­ра­то­ра оса­жда­ли Зей­ский и Се­лем­д­жин­ский остро­ги, но взять их не смог­ли. Остав­ши­е­ся в жи­вых жи­те­ли этих остро­гов от­сту­пи­ли по Се­лем­д­же в вер­хо­вья, там пе­ре­ва­ли­ли че­рез Ста­но­вой хре­бет и ушли в Уд­ский острог на бе­ре­гу Охот­ско­го мо­ря. Толь­ко там они узна­ли, что их остро­ги ки­тай­цы со­жгли, что­бы не бы­ло па­мя­ти о рус­ских пер­во­про­ход­цах.

Иг­нат Ми­ло­ва­нов по­гиб в бою за Ал­ба­зин­ский острог.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.