АРТ-ПОД­ГО­ТОВ­КА

В рес­пуб­ли­ке во­пло­тят не­обыч­ный и по­лез­ный про­ект

AiF Karelia (Petrozavodsk) - - ГОСТЬ РЕДАКЦИИ - Ан­тон СО­ЛО­ВЬЁВ

ИЗВЕСТНЫЙ ХУ­ДОЖ­НИК

СТАЛ ИДЕОЛОГОМ И ВДОХНОВИТЕЛЕМ КРУП­НО­ГО И ЗНАЧИМОГО ПРО­ЕК­ТА, КО­ТО­РЫЙ БУ­ДЕТ РЕ­А­ЛИ­ЗО­ВАН В КА­РЕ­ЛИИ. А ИМЕН­НО В НА­ШЕЙ РЕС­ПУБ­ЛИ­КЕ ЗА­ПЛА­НИ­РО­ВА­НО СО­ЗДАТЬ ЦЕ­ЛУЮ СЕТЬ АРТ-РЕЗИДЕНЦИЙ И СО­ЗДАТЬ АРТ-ТУРИСТИЧЕСКИЕ МАРШ­РУ­ТЫ. В ИН­ТЕР­ВЬЮ «АИФ» ХУ­ДОЖ­НИК РАССКАЗАЛ, ПО­ЧЕ­МУ ВА­ЖЕН ПРИ­ТОК ЛЮ­ДЕЙ И ЧЕМ АРТ-РЕ­ЗИ­ДЕН­ЦИИ МО­ГУТ БЫТЬ ПО­ЛЕЗ­НЫ. НЕ МЕДВЕЖИЙ УГОЛ

- Сер­гей, что та­кое арт-ре­зи­ден­ция?

- Смот­ри­те, ещё в со­вет­ское вре­мя бы­ли твор­че­ские да­чи. Со­ю­за ху­дож­ни­ков, Со­ю­за пи­са­те­лей, Со­ю­за ком­по­зи­то­ров. Де­я­те­ли ис­кусств при­ез­жа­ли и ра­бо­та­ли над су­гу­бо твор­че­ски­ми за­да­ча­ми. Опла­чи­ва­ли такие поездки, ска­жем, профсоюзы. А ре­зи­ден­ции – сло­во из меж­ду­на­род­но­го оби­хо­да, но суть та же. При­ез­жа­ют ху­дож­ни­ки и ре­а­ли­зу­ют твор­че­ские проекты. Бывают ре­зи­ден­ции, ко­то­рые опла­чи­ва­ют всё: про­езд, про­жи­ва­ние и рас­ход­ные материалы. А бывают те, ко­то­рые бе­рут на се­бя за­тра­ты толь­ко ча­стич­но. - И кто к вам при­ез­жа­ет? - Ра­зу­ме­ет­ся, мы вы­дви­га­ем тре­бо­ва­ния. Пре­тен­дент дол­жен ра­бо­тать в ин­те­ре­су­ю­щей нас и ак­ту­аль­ной об­ла­сти. Так что про­сто при­е­хать и по­раз­мыс­лить о тще­те все­го су­ще­го не вый­дет. К при­ме­ру, ме­диа­ху­дож­ник Гай Лоб­вайн из Ав­стра­лии пред­ло­жил сделать про­грам­му 3D-пу­те­ше­ствий по Ка­ре­лии. Пред­ло­жил и обос­но­вал: по­то­му что о Ка­ре­лии в юж­ном по­лу­ша­рии ни­кто ни­че­го не зна­ет, а его ра­бо­та поз­во­лит по­зна­ко­мить ав­стра­лий­цев с на­шим ре­ги­о­ном. При­чём он ис­поль­зо­вал са­мые но­вые технологии, а ре­зуль­та­ты его ра­бо­ты по­лу­чи­ли рас­про­стра­не­ние че­рез ин­тер­нет. А это

ДОСЬЕ

Сер­гей Те­рен­тьев – ху­дож­ник и жи­во­пи­сец. Работает в самых раз­ных тех­ни­ках и фор­мах со­вре­мен­но­го ис­кус­ства. Был главным ху­дож­ни­ком Те­ат­ра ку­кол и «Твор­че­ских ма­стер­ских». Арт­ди­рек­тор ме­диа­цен­тра «Vы­ход». Автор де­сят­ков ху­до­же­ствен­ных про­ек­тов, участник де­сят­ков вы­ста­вок в Рос­сии и за ру­бе­жом. Про­из­ве­де­ния хра­нят­ся в му­зе­ях Пет­ро­за­вод­ска, Да­нии, США, Фин­лян­дии, Шве­ции, Пу­эр­то­Ри­ко, а так­же в част­ных со­бра­ни­ях Ан­глии, Гер­ма­нии, Ни­дер­лан­дов. ши­ре, чем вы­ста­воч­ные за­лы. А зна­чит, о Ка­ре­лии бу­дут знать ещё и по ту сто­ро­ну эк­ва­то­ра. Кро­ме то­го, с та­ки­ми тех­но­ло­ги­я­ми к нам ещё ни­кто по­ка не при­ез­жал. Для нас это бы­ло важно. Важно показать, что Рос­сия – это не толь­ко страна, где трут крас­ку и швар­ка­ют на хол­сте, а Рос­сия – это та­кая же нор­маль­ная страна, где су­ще­ству­ет раз­ное ис­кус­ство с раз­ны­ми тех­но­ло­ги­я­ми.

ГЕЙ ТЕ­РЕН­ТЬЕВ

БУДОРАЖИТЬ И БЫТЬ ОТ­КРЫ­ТЫ­МИ

- По та­ко­му же прин­ци­пу бу­дут ра­бо­тать ре­зи­ден­ции в Сор­та­ва­ле и Ко­сто­мук­ше?

- Да­же лучше. Они со­еди­нят­ся в цепь, и мы сде­ла­ем ху­до­же­ствен­ный со­вет. На­прав­ле­ние ра­бо­ты бу­дет од­но, а сю­же­ты раз­ные. Так, в Сор­та­ва­ле за­ин­те­ре­со­ва­ны в тан­цах, гра­фи­ке и ди­зайне, а в перспективе – в го­род­ской ка­мен­ной скульп­ту­ре. В Ко­сто­мук­ше всё бу­дет устро­е­но ина­че. По­то­му что там лучше видеть, слу­шать, за­по­ми­нать – ре­зи­ден­ция в глу­хой тай­ге, там ме­сто ска­зоч­ное. Да­же ес­ли про­сто ту­да ез­дить спать, там на­вер­ня­ка бу­дут снить­ся ка­кие-то специальные сны. Ко­сто­мукш­ский за­по­вед­ник со­гла­сил­ся от­дать дом для учё­ных под ре­зи­ден­цию. Но, ко­неч­но, бу­дут и сов­мест­ные проекты. Ска­жем, можно раскрыть «Ка­ле­ва­лу» по-дру­го­му, неже­ли ху­дож­ни­ки­ше­сти­де­сят­ни­ки – ведь имен­но по их трак­тов­ке мы вос­при­ни­ма­ем эпос. «Ка­ле­ва­ла» – миф, с ко­то­рым можно ра­бо­тать. Как, к при­ме­ру, это делают фин­ны. Ис­кон­но на­ци­о­наль­ные те­мы там по-дру­го­му счи­ты­ва­ют­ся.

ИС­КУС­СТВО СВО­И­МИ РУ­КА­МИ

- Но про­фес­си­о­наль­ное ис­кус­ство – толь­ко часть ва­шей про­грам­мы...

- Да, арт-ре­зи­ден­ции не долж­ны стать укреп­лён­ны­ми кре­по­стя­ми. Зна­е­те, как у по­ко­ри­те­ля Си­би­ри Ер­ма­ка. При­ез­жа­ли, ста­ви­ли кре­пость и от­стре­ли­ва­лись от мест­но­го на­се­ле­ния. Мы хо­тим ра­бо­тать с людь­ми, по­мо­гать, к при­ме­ру, в от­кры­тии неболь­шо­го биз­не­са, свя­зан­но­го с на­шей де­я­тель­но­стью.

- А зачем при­вле­кать ху­дож­ни­ков из дру­гих ре­ги­о­нов и стран?

- Нужен при­ток лю­дей и идей. По­это­му мы хо­тим ра­бо­тать с про­фес­си­о­наль­ным меж­ду­на­род­ным ис­кус­ством. При­ез­жа­ют лю­ди, ко­то­рые ви­дят и ду­ма­ют по-дру­го­му. В ис­кус­стве это важно. У нас ведь мало ху­дож­ни­ков. Об­раз­но го­во­ря, ес­ли рас­ста­вить по пло­ща­ди, то один на де­сять квад­рат­ных ки­ло­мет­ров. И мы друг дру­га не ви­дим. И нас не вид­но. Нет ху­до­же­ствен­ной мас­сы. А это ве­дёт к вы­рож­де­нию. Пять­де­сят ху­дож­ни­ков, каж­дый пя­тый гений, один здесь, дру­гой здесь. А ко­гда при­ез­жа­ют ху­дож­ни­ки извне, ока­зы­ва­ет­ся, всё не со­всем так. Или со­всем не так. Это бу­до­ра­жи­ние, впрыс­ки­ва­ние. Как бы­ло мо­ло­ко – стал до­ро­гой сыр. Арт-ре­зи­ден­ции – это ещё и по­ли­ти­ка, и идео­ло­гия. Идео­ло­гия от­кры­то­сти. Они бу­дут иметь но­вое зна­че­ние в от­ды­хе, куль­ту­ре, по­ли­ти­ке. Во­об­ще, ис­кус­ства вне по­ли­ти­ки быть не мо­жет. Хо­тя бе­зум­ные ху­дож­ни­ки ве­рят, что, мол, все гра­ни­цы отъ­едут, го­су­дар­ства ис­чез­нут, а чи­нов­ни­ки ис­па­рят­ся. И на­сту­пит бла­го. Но на­сту­пит ужас. И ни­че­го не бу­дет. По­то­му что вне си­сте­мы нет ис­кус­ства.

- А арт-ту­ризм – что это та­кое?

- Да, мы хо­тим де­лать арт-за­ез­ды. Для лю­дей, ко­то­рым уже на­ску­чи­ла за­гра­ни­ца. На­при­мер, они мо­гут од­но­вре­мен­но от­ды­хать и сни­мать ки­но. Или ри­со­вать. Или де­лать фо­то­гра­фии. Тан­це­вать или устра­и­вать пер­фор­ман­сы. По­то­му что ес­ли ты белый во­рот­ни­чок и про­си­жи­ва­ешь шта­ны, то ино­гда неплохо взять этюд­ник и по­бе­гать по ле­су. Ра­зу­ме­ет­ся, про­фан­но­му ис­кус­ству мы учить не на­ме­ре­ны. По­ни­ма­е­те, ка­кая про­бле­ма – мало та­лант­ли­вых зри­те­лей. Хо­дят, но не по­ни­ма­ют. Скуч­но зри­те­лю. По­это­му мы хо­тим вос­пи­тать и зри­те­лей. А сделать это можно не толь­ко рас­ска­зы­вая, но и да­вая по­про­бо­вать сделать соб­ствен­ны­ми ру­ка­ми.

ШИТЬ ИЗ ЛОСКУТКОВ

- По­че­му вы де­ла­е­те ак­цент на со­труд­ни­че­стве с Фин­лян­ди­ей?

- По­то­му что у нас ме­сто очень ин­те­рес­ное. За­бор, из-за которого всё вре­мя ду­ет, ря­дом. А по­это­му в на­шем про­ек­те за­ло­же­но со­труд­ни­че­ство с по­ту­сто­рон­ни­ми – то есть фин­ски­ми – ху­дож­ни­ка­ми. Кста­ти, по ту сто­ро­ну очень мно­гое в мыш­ле­нии по­хо­же. В ба­зо­вых по­ня­тий­ных ве­щах. Од­на тер­ри­то­рия, один ланд­шафт, один кли­мат. Тес­ные ис­то­ри­че­ские связи. Од­но го­су­дар­ство в про­шлом. Фин­ские ху­дож­ни­ки боль­ше дру­жат с рус­ски­ми, а не со швед­ски­ми. Шве­ды бли­же к Гер­ма­нии. Мы, рус­ские, ещё не зна­ем: а са­ми-то мы не фин­ны ча­сом?

- А на­ме­рен­ная экс­плу­а­та­ция брен­да «Ка­ре­лия» ни­чем не чре­ва­та?

- Смот­ри­те, вот Гер­ма­ния. Она вся со­сто­ит из лоскутков. Раз­ных куль­тур­ных тра­ди­ций. Ска­жем, шва­бы едят ина­че, го­во­рят ина­че, хо­дят в шта­нах пре­сло­ву­тых под Мюн­хе­ном. Та­кой креп­кий кре­стья­нин, ко­то­рый ду­ма­ет: мол, я бе­лая кость и с ме­ня на­чал­ся мир. А вот на се­ве­ре нем­цы дру­гие. Учё­ные. И в Гер­ма­нии куль­тур­ная си­сте­ма по­стро­е­на на ос­но­ве мно­же­ства цен­тров. В Гер­ма­нии нет та­ко­го: ме­ня не взя­ли в Моск­ву – всё, ко­нец света. Ну, не бу­ду в Москве пер­вым ху­дож­ни­ком – бу­ду в Мюн­хене. А раз в Мюн­хене, зна­чит, и в Нью-Йор­ке. По­это­му нуж­но вы­ра­щи­вать раз­ную Рос­сию. Как оде­я­ло шить из лоскутков. В Со­вет­ском Со­ю­зе этим и за­ни­ма­лись. На­ци­о­наль­ным тра­ли-ва­ли. Мне ка­жет­ся, в раз­но­сти сила, а не сла­бость. Но не долж­но быть сла­бых, по­би­ра­ю­щих­ся раз­но­стей.

- Вы хо­ро­шо зна­ко­мы с меж­ду­на­род­ным ис­кус­ством. Рас­ска­жи­те, как там.

- С од­ной сто­ро­ны, на­ше го­су­дар­ство не хо­чет на ис­кус­ство день­ги тратить. А с дру­гой – есть западные ку­ра­то­ры. Го­во­рят: мол, не хо­тим мы ва­ше­го рус­ско­го ис­кус­ства. Нам, по­жа­луй­ста, дайте ис­кус­ство, которое кри­ти­ко­ва­ло бы Пу­ти­на. То­гда не во­прос. И денег да­дим. Ино­гда такие тре­бо­ва­ния не про­из­но­сят­ся вслух, но ча­сто чув­ству­ет­ся, что те­бя под­во­дят к это­му: а нельзя ли что-ни­будь ан­ти­рос­сий­ское сделать? - А вас кто фи­нан­си­ру­ет? - 216 ты­сяч евро – фи­нан­си­ро­ва­ние про­грам­мы, 24 ты­ся­чи – парт­нё­ров. На про­грам­му 45% да­ёт Ев­ро­пей­ский Со­юз, Фин­лян­дия – 23%, Рос­сия – 22%. А 24 ты­ся­чи – это из бюд­же­та Ка­ре­лии.

- А зачем это Ев­ро­пей­ско­му Со­ю­зу?

- По­ли­ти­ка от­кры­то­сти. От­кры­тость – не в смыс­ле военных сек­ре­тов. А на уровне бы­то­во­го со­зна­ния. Мы не по­ни­ма­ем человека, ко­то­рый жи­вёт за стен­кой. Не по­ни­мая – бо­им­ся, а бо­ясь – нена­ви­дим. Во-первых. Во-вто­рых, ска­жем, на ба­ла­лай­ки денег ни­кто не даст. Ска­жут, вы са­ми долж­ны за­ва­лить ба­ла­лай­ка­ми всю стра­ну. В-тре­тьих, они выбирают проекты, ко­то­рые сти­му­ли­ру­ют со­труд­ни­че­ство. Ведь фин­ны за­ин­те­ре­со­ва­ны в том, что­бы их на­се­ле­ние не от­но­си­лось к рус­ским как к вра­гам. Ну и де­лать вид, что Рос­сии нет, стран­но.

Для зна­ком­ства с со­вре­мен­ным ис­кус­ством нужны не толь­ко гла­за и уши.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.