«…НАС РО­ДИ­НА ВЫГНАЛА»

В сен­тяб­ре ис­пол­нил­ся бы 121 год по­эту Алек­сею Ача­и­ру

AiF Kuzbass (Kemerovo) - - ПАМЯТЬ -

– и псев­до­ним. По про­ис­хож­де­нию и вос­пи­та­нию он – сол­дат. Отец – ка­за­чий пол­ков­ник. Дя­дя – хо­рун­жий. Впро­чем, ма­лень­ко­го Лё­шу го­то­ви­ли для гражданской служ­бы. Ко­гда слу­чи­лась ре­во­лю­ция, он учил­ся в сель­ско­хо­зяй­ствен­ном ин­сти­ту­те. Но со­бы­тия 1917 го­да за­ста­ви­ли юно­шу бро­сить учё­бу. Он ухо­дит доб­ро­воль­цем к ата­ма­ну Кра­силь­ни­ко­ву. С бо­я­ми до­хо­дит до Вла­ди­во­сто­ка. Но бе­лое дви­же­ние раз­би­то. Один, в ме­тель, рискуя ли­бо на­смерть за­мёрз­нуть, ли­бо по­гиб­нуть от пуль по­гра­нич­ни­ков, Гры­зов пе­ре­хо­дит рус­ско-ко­рей­скую гра­ни­цу и от­ту­да пе­ре­ез­жа­ет в Хар­бин.

«Это был рус­ский го­род, ос­но­ван­ный на земле, арен­до­ван­ной у Ки­тая цар­ским пра­ви­тель­ством Рос­сии», – по­яс­ня­ет Ми­ха­ил Щу­кин. В Хар­бине молодой по­эт собирает во­круг се­бя еди­но­мыш­лен­ни­ков. Свой ли­те­ра­тур­ный кру­жок Алек­сей Ача­ир на­звал «Мо­ло­дая Чу­ра­ев­ка». Название это, прав­да, при­ду­мал не он. Дру­гой си­бир­ский писатель – Геор­гий Гре­бен­щи­ков – в од­но вре­мя с Ача­и­ром эми­гри­ру­ет в США, там по­ку­па­ет уча­сток зем­ли Алек­сей Ача­ир в по­след­ний год жиз­ни. в шта­те Кон­нек­ти­кут и на­зы­ва­ет его «Де­рев­ня Чу­ра­ев­ка». Та­ких рус­ских «Чу­ра­е­вок» по­сле ре­во­лю­ции 1917 го­да бы­ло мно­же­ство по все­му ми­ру – во Фран­ции, в Ка­на­де, да­же в Но­вой Зе­лан­дии.

Свои сти­хи Алек­сей Ача­ир пред­став­лял в мод­ной то­гда ма­не­ре ме­ло­де­кла­ма­ции – чи­тал их, ак­ком­па­ни­руя себе на ро­я­ле. И был весь­ма по­пу­ля­рен. «В те же го­ды в Шан­хае жил Алек­сандр Вер­тин­ский. Од­на­жды Вер­тин­ский и Ача­ир од­но­вре­мен­но при­е­ха­ли вы­сту­пать в Нан­кин. И вы­ступ­ле­ния Ача­и­ра про­шли да­же успеш­нее, чем Вер­тин­ско­го», – при­во­дит ис­то­ри­че­ский факт Ми­ха­ил Щу­кин. Ауди­о­за­пи­сей, к со­жа­ле­нию, не со­хра­ни­лось – по­сле Вто­рой ми­ро­вой рус­ское наследие в Ки­тае ос­но­ва­тель­но «по­чи­сти­ли» хун­вей­би­ны.

Так про­дол­жа­ет­ся до на­ча­ла Вто­рой ми­ро­вой войны. В 1941, ко­гда фа­шист­ские вой­ска втор­га­ют­ся на тер­ри­то­рию Со­вет­ско­го Со­ю­за, рус­ская диас­по­ра в Хар­бине ока­зы­ва­ет­ся рас­ко­ло­той. Боль­шин­ство эми­гран­тов со­чув­ству­ют Крас­ной армии. Дочь ге­не­ра­ла Де­ни­ки­на, ко­гда к ней при­хо­дят вла­сов­цы и про­сят под­держ­ки, жёст­ко отве­ча­ет, что ни ге­не­рал Де­ни­кин, ни его по­том­ки не во­ю­ют с Рос­си­ей.

Алек­сандр Вер­тин­ский в 1943 го­ду пи­шет пись­мо Мо­ло­то­ву с прось­бой разрешить ему вер­нуть­ся в СССР и, по­лу­чив та­кое раз­ре­ше­ние, до конца войны вы­сту­па­ет на фрон­тах пе­ред сол­да­та­ми и офи­це­ра­ми Крас­ной армии.

Но бы­ла часть рус­ских, ко­то­рые сфор­ми­ро­ва­ли ка­за­чьи вой­ска для служ­бы в Вермахте.

При­ход Крас­ной армии в Хар­бин в 1945 го­ду для боль­шин­ства эми­гран­тов стал тра­ге­ди­ей. Алек­сея Ача­и­ра и мно­гих дру­гих на­силь­но де­пор­ти­ро­ва­ли в СССР и осу­ди­ли по 58-й ста­тье. Ача­ир на 13 лет от­пра­вил­ся в лагеря на Край­нем Се­ве­ре.

вы­сту­пил с ини­ци­а­ти­вой раз­ме­стить ме­мо­ри­аль­ную дос­ку па­мя­ти по­эта в Но­во­си­бир­ске, на зда­нии шко­лы № 29, где Алек­сей Ача­ир ра­бо­тал учи­те­лем му­зы­ки в свой по­след­ний год жиз­ни. Ме­мо­ри­аль­ную дос­ку с порт­ре­том по­эта и его сти­ха­ми от­кры­ли 14 де­каб­ря 2012 го­да.

Па­вел Ку­рав­ский увлёк­ся твор­че­ством Ача­и­ра ещё бу­дучи по­се­ти­те­лем юно­ше­ской биб­лио­те­ки, где слу­чай­но на­ткнул­ся на то­мик его сти­хов: «Я пре­кло­ня­юсь пе­ред его сто­и­че­ской жиз­нен­ной по­зи­ци­ей. Его сти­хи на­пол­не­ны че­ло­ве­ко­лю­би­ем и муд­ро­стью в при­ня­тии жиз­нен­ных пе­ри­пе­тий. За всю свою жизнь Ача­ир не на­пи­сал ни од­но­го зло­го сти­хо­тво­ре­ния. И это – несмот­ря на из­гна­ние и боль­ше де­ся­ти лет ла­ге­рей».

В хо­ре, ко­то­рый Алек­сей Алек­се­е­вич со­здал при шко­ле, занимались 540 де­тей – со все­го го­ро­да. Ра­бо­те с детьми Алек­сей Ача­ир в бук­валь­ном смыс­ле от­дал все­го се­бя – 14 де­каб­ря 1960 го­да, под­ни­ма­ясь по лест­ни­це в свой класс, он упал и умер от сер­деч­но­го при­сту­па.

«Ача­ир – это боль­шая ми­ро­вая по­э­зия и боль­шая ми­ро­вая культура, от ко­то­рой Рос­сию в ХХ ве­ке упор­но от­лу­ча­ли и ко­то­рой нам до сих пор не хва­та­ет, – го­во­рит Па­вел Ку­рав­ский. – Нам – мо­ло­дё­жи ХIХ ве­ка – мож­но по­учить­ся у него муд­ро­сти и чув­ству соб­ствен­но­го до­сто­ин­ства».

БЫ­ЛА ЧАСТЬ РУС­СКИХ, ГО­ТО­ВЫХ СЛУЖИТЬ В ВЕРМАХТЕ.

Ека­те­ри­на СОСНИНА

Фо­то pensioner54.ru

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.