ПРЫЖОК В ЖИЗНЬ

Как ве­те­ран Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войны спас­ся в конц­ла­ге­ре?

AiF na Murmane (Murmansk) - - МУРМАНСК ГОСТЬ НОМЕРА - Вик­тор ШУБИН

ИЛЬЯ ТРОФИМОВИЧ ДМИТРИЕВ В 98-Й РАЗ ОТ­МЕ­ТИЛ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ.

- Как вам, Илья Трофимович, уда­ёт­ся со­хра­нить та­кую жиз­не­спо­соб­ность?

- Ду­маю, что ро­ди­тель­ские ге­ны помогают. А ещё - за­ня­тия в мо­ло­до­сти спор­том и физ­куль­ту­рой. Вот два глав­ных сти­му­ла дол­гой и здо­ро­вой жизни.

- Рас­ска­жи­те, ка­ким ви­дом спорта за­ни­ма­лись в мо­ло­дые го­ды?

- Лю­бил бег: в шко­ле бе­гал на 400, 800 мет­ров, пры­гал в дли­ну и вы­со­ту. Осо­бен­но стал лю­бить прыж­ки в вы­со­ту, ко­гда, слу­чай­но при­е­хав с ро­ди­те­ля­ми в 1936 го­ду в Ви­тебск, уви­дел со­рев­но­ва­ния пры­гу­нов. Сам стал тре­ни­ро­вать­ся в сво­ей де­ревне: вско­пал зем­лю, по­ста­вил стол­би­ки, со­ору­дил план­ку. И на­пры­гал «нож­ни­ца­ми» - та­кой стиль был то­гда - до 175 см. Это был вы­со­кий ре­зуль­тат. Ми­ро­вой ре­корд в те го­ды не до­сти­гал ещё двух мет­ров.

Эти на­вы­ки при­го­ди­лись мне в пле­ну, в ко­то­ром ока­зал­ся в пер­вый же год войны, ко­гда от­сту­па­ли от нем­цев в Бе­ло­рус­сии и по­па­ли в окру­же­ние. А ме­ня ещё ра­ни­ло в пле­чо. Так и очу­тил­ся в конц­ла­ге­ре в Поль­ше, в Штет­тине. От­ту­да нас пе­ре­вез­ли на судне в Но­р­ве­гию. И до кон­ца войны про­был в так на­зы­ва­е­мом от­де­ле­нии «Шта­ла­га 303» непо­да­лё­ку от Лил­ле­хам­ме­ра (немец­кий ла­герь во- ен­но­плен­ных, дей­ство­вав­ший с сен­тяб­ря 1941 по май 1945 го­да. За го­ды войны че­рез ла­герь про­шло несколь­ко десятков ты­сяч со­вет­ских во­ен­но­плен­ных, 954 из них умер­ло. Ла­герь имел в Но­р­ве­гии мно­же­ство от­де­ле­ний. - Прим. ред.).

- Но ра­не­ние в пле­чо было не един­ствен­ным, да?

- Вер­но, я трижды был ра­нен и кон­ту­жен. В ла­ге­ре свя­зы­вал пе­ре­би­тую но­гу ко­лю­чей про­во­ло­кой, чтобы за­жи­ла без ме­ди­цин­ской по­мо­щи: оскол­ком чирк­ну­ло па­лец. Ру­ка бы­ла гни­лая, как шу­ба, но об­жи­лась. Я сей­час да­же на гар­мош­ке иг­раю, а ещё на ба­яне и ги­та­ре!

- Прав­ду го­во­рят, что спорт спас вам жизнь. Рас­ска­жи­те, как это про­изо­шло?

- На­чаль­ник на­ше­го конц­ла­ге­ря Густ Йе­нассен был нор­веж­цем. Он по­сто­ян­но бе­гал по утрам, тре­ни­ро­вал­ся в прыж­ках в вы­со­ту. Мне не раз уда­ва­лось уви­деть его за эти­ми за­ня­ти­я­ми. Спу­стя вре­мя я с груп­пой во­ен­но­плен­ных раз­ра­бо­тал план по­бе­га. Ре­ши­ли вый­ти на позиции на­ших войск. Луч­ше уж, ду­ма­ли, по­гиб­нуть от пу­ли, чем от го­ло­да и бо­лез­ней. Очень пло­хо нас кор­ми­ли, мно­го плен­ных уми­ра­ло. Од­на­жды, ко­гда вы­па­ла ми­нут­ка сво­бо­ды от ра­бот, я по­до­шёл к сек­то­ру для прыж­ков, где тре­ни­ро­вал­ся Густ. План­ка бы­ла на вы­со­те при­бли­зи­тель­но пол­то­ра мет­ра. Раз­бе­жал­ся, а но­ги не хо­те­ли нести те­ло вверх. Несколь­ко раз раз­бе­гал­ся, а на седь­мой или вось­мой раз прыг­нул. И взял вы­со­ту. Кто­то за­ап­ло­ди­ро­вал: не­да­ле­ко сто­ял Йе­нассен. «Мо­ло­дец. А вы­ше мо­жешь?» - спро­сил он на ло­ма­ном рус­ском. По­про­бо­вал взять боль­шую вы­со­ту, но но­ги не да­ва­ли жи­во­сти мыш­цам. Не по­лу­ча­лось прыг­нуть вы­ше. Мне ста­ли да­вать до­пол­ни­тель­ный па­ёк. Ви­ди­мо, по рас­по­ря­же­нию ко­мен­дан­та. По­том он вновь при­гла­сил ме­ня к сек­то­ру для прыж­ков. Мы пры­га­ли вместе, на­вер­ное, ча­са пол­то­ра. У ме­ня ста­ло ко­ечто по­лу­чать­ся. Но тут при­шла по­ра со­вер­шать по­бег. Мы всё за­пла­ни­ро­ва­ли на два ча­са но­чи, но вне­зап­но в ба­рак во­рва­лась охра­на, и нас всех вы­ве­ли на плац. Чтобы не под­вер­гать дру­гих плен­ных опас­но­сти, я и мой то­ва­рищ при­зна­лись, что хо­те­ли бежать. Нас бро­си­ли в кар­цер. В тот мо­мент мы по­ни­ма­ли, что рас­стрел неми­ну­ем. Че­рез день нас от­ве­ли к ко­мен­дан­ту: «Вот что, пре­ступ­ник: ес­ли по­бе­дишь ме­ня се­го­дня в прыж­ках, бу­дешь жить. Не по­бе­дишь - умрёшь».

Мы по­шли к яме для прыж- ков. Во­круг нас сто­я­ли охран­ни­ки и мой то­ва­рищ. Ста­ли прыгать. Я по­ни­мал, что ме­ня мо­жет спа­сти толь­ко чу­до. И оно свер­ши­лось: от­ку­да у ме­ня взя­лись си­лы, не знаю, но я взял вы­со­ту, ко­то­рую Йе­нассен не смог преодолеть. Мы с то­ва­ри­щем остались живы. Так спорт спас мне жизнь.

А ещё я со сле­за­ми на гла­зах вспо­ми­наю про­стых нор­веж­ских лю­дей. Жи­вя впро­го­лодь, рискуя жиз­нью, каж­дый день у до­ро­ги они жда­ли ко­лон­ну во­ен­но­плен­ных, иду­щих на ра­бо­ту, чтобы неза­мет­но бро­сить ку­со­чек хле­ба или кар­то­фе­ли­ну.

ИЗ ПЛЕ­НА В ПЛЕН

- По­бе­ду вы встре­ти­ли в Но­р­ве­гии?

- Да, за­тем в ав­гу­сте 1945 го­да ме­ня пе­ре­ве­ли в ла­герь го­ро­да Ку­ле­бя­ки Горь­ков­ской об­ла­сти. А 5 сен­тяб­ря 1945 го­да я при­е­хал в Мур­манск.

- А по­том, по­сле войны, за­ни­ма­лись спор­том?

- Нет. На­до было кормить се­мью, ко­то­рую за­вёл по­сле воз­вра­ще­ния из пле­на. Ра­бо­тал по 15-16 ча­сов на же­лез­ной дороге в Мур­ман­ске (Илья Трофимович стро­ил же­лез­ную до­ро­гу и Мур­ман­ский ДК же­лез­но­до­рож­ни­ков. - Прим. ред.). На­груз­ка бы­ла гро­мад­ная - не до спорта.

- Ва­ша су­пру­га Ан­на Ни­ко­ла­ев­на то­же на­стра­да­лась в вой­ну…

- В 13 лет Ан­ну Ни­ко­ла­ев­ну угна­ли в Гер­ма­нию, от­ку­да ей уда­лось сбе­жать, од­на­ко в Поль­ше она снова по­па­ла в плен. Де­ти работали на ле­со­пиль­ном за­во­де: при­хо­ди­лось огром­ные брев­на тас­кать. Не знаю, как во­об­ще она оста­лась жи­ва… Мы рос­ли в одной белорусской де­ревне. В 30 лет я на­ду­мал же­нить­ся и по­сва­тал­ся к Анне Ни­ко­ла­евне, ей то­гда было 19 лет. Всю жизнь про­жи­ли вместе.

- Да­вай­те встре­тим­ся в ваш 100-лет­ний юбилей и рас­ска­жем чи­та­те­лям «АиФ на Мур­мане» о ва­шей судь­бе.

- Со­гла­сен! Я жи­ву, ви­ди­мо, так дол­го от то­го, что физ­куль­ту­ра по­мог­ла со­хра­нять си­лы и здоровье. И лю­би­мым де­лом за­ни­ма­юсь: пле­ту кор­зи­ны, де­лаю де­ре­вян­ную по­су­ду, лож­ки, ло­пат­ки. Же­лаю всем се­ве­ря­нам за­ни­мать­ся спор­том и физ­куль­ту­рой - пре­крас­ная воз­мож­ность есть у них в на­ши дни. Уве­рен: здоровье улуч­шит­ся, сил при­ба­вит­ся. А зна­чит, жить бу­дут доль­ше!

100 ТЫС. ПЛЕН­НЫХ БЫЛО ОТ­ПРАВ­ЛЕ­НО В НО­Р­ВЕ­ГИЮ.

Усло­вия со­дер­жа­ния со­вет­ских во­ен­но­плен­ных в немец­ких ла­ге­рях в Но­р­ве­гии бы­ли ужа­са­ю­щи­ми.

Фото из ар­хи­ва кра­е­вед­че­ско­го му­зея

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.