«ИНО­ГДА КА­ЗА­ЛОСЬ, ЧТО ДЕД ВО­ВСЕ НЕ СЛЕ­ПОЙ»

В этом го­ду весь му­зы­каль­ный мир от­ме­ча­ет 120­ле­тие со дня рождения Ива­на Ма­ла­ни­на

AiF na Obi (Novosibirsk) - - СИБИРЬ ЛИЧНОСТЬ - Иван МАЛАНИН. Ва­си­лий МАТВЕЮК

КОР­РЕ­СПОН­ДЕНТ«АИФ–СИ­БИРЬ» ВСТРЕ­ТИЛ­СЯ С ВНУ­КОМ ЛЕ­ГЕН­ДАР­НО­ГО СИБИРСКОГО БАЯНИСТА ГЕОР­ГИ­ЕМ МАЛАНИНЫМ, КО­ТО­РЫЙ ЖИ­ВЁТ В МОСКВЕ.

РОКОВОЕ ПАДЕНИЕ

– Вы, как го­во­рит­ся, вы­рос­ли на ру­ках у де­душ­ки. Ка­ким вы его за­пом­ни­ли?

– Это был за­ме­ча­тель­ный че­ло­век, я все­гда был под его «при­смот­ром», хо­тя он был незря­чим.

– Дед от рождения был сле­пым или по­вре­дил гла­за поз­же?

– От рождения. Ро­ди­те­ли мне рас­ска­зы­ва­ли, что моя пра­ба­буш­ка, бу­дучи бе­ре­мен­ной, ре­ши­ла спу­стить­ся в по­греб за крин­кой мо­ло­ка, ко­то­рое там хра­ни­лось в про­хла­де. Неча­ян­но по­скольз­ну­лась и упа­ла с лест­ни­цы. Это падение ста­ло ро­ко­вым для её по­след­не­го ре­бён­ка. Го­во­рят, оно бы­ло на­столь­ко се­рьёз­ным, что от уда­ра пря­мо в утро­бе ма­те­ри у него вы­тек­ли гла­за и он по­явил­ся на свет уже пол­но­стью сле­пым. Я его пом­ню с то­го вре­ме­ни, ко­гда ему бы­ло, мо­жет быть, лет пять­де­сят пять. У него вместо обыч­ных глаз бы­ли про­те­зы, ко­то­рые он хра­нил в спе­ци­аль­ной медицинской ко­ро­боч­ке. Глаз­ные про­те­зы он ис­поль­зо­вал, как пра­ви­ло, вне до­ма, на кон­цер­тах или ко­гда при­хо­ди­ли го­сти. Уди­ви­тель­ным бы­ло то, что де­душ­ка за­ча­стую об­хо­дил­ся без по­мо­щи дру­гих, сво­бод­но ори­ен­ти­ро­вал­ся в про­стран­стве. От­сут­ствие зре­ния силь­но обост­ри­ло его слух и ося­за­ние. Ино­гда ка­за­лось, что де­душ­ка во­все и не сле­пой.

– Прав­да ли, что счаст­ли­вый слу­чай и добрый че­ло­век по­мог­ли ва­ше­му де­ду стать зна­ме­ни­тым не толь­ко на всю Си­бирь, но и на всю стра­ну гар­мо­ни­стом?

– Мои пра­ба­буш­ка и пра­де­душ­ка ро­дом из ма­лень­ко­го го­род­ка Тро­ицк Ир­кут­ской об­ла­сти. Отец был про­стым ра­бо­чим. При этом в се­мье бы­ло 18 де­тей. Есте­ствен­но, ни о ка­ком му­зы­каль­ном об­ра­зо­ва­нии и да­же об обу­че­нии гра­мо­те сле­по­го маль­чи­ка не бы­ло и ре­чи. Де­душ­ка са­мо­сто­я­тель­но на­учил­ся иг­рать на маленькой гар­мош­ке в три го­да, а в пять осво­ил уже взрос­лую гар­монь. Од­на­жды, ко­гда Ване Ма­ла­ни­ну бы­ло семь лет, его иг­ру на сель­ском празднике услы­шал вла­де­лец мест­но­го ви­но­ку­рен­но­го за­во­да по фамилии По­ту­шин­ский и ре­шил, что та­лант­ли­во­му маль­чи­ку нуж­но по­мочь. Ро­ди­те­ли не ста­ли про­ти­вить­ся и от­да­ли его в ру­ки ме­це­на­та. Он устро­ил мо­е­го де­да в Ир­кут­скую шко­лу-ин­тер­нат для незря­чих де­тей. В этой шко­ле Иван Маланин по­лу­чил пол­но­цен­ное му­зы­каль­ное об­ра­зо­ва­ние, став скри­па­чом. Па­рал­лель­но дед осво­ил иг­ру на фор­те­пи­а­но, что да­ло ему воз­мож­ность про­явить свой та­лант ещё яр­че. В Ир­кут­ске он устро­ил­ся та­пё­ром в ки­но­те­атр, где иг­рой на фор­те­пи­а­но со­про­вож­дал немые филь­мы. Эта ра­бо­та тре­бо­ва­ла от него уме­ния под­би­рать по слу­ху, им­про­ви­зи­ро­вать. У него это по­лу­ча­лось за­ме­ча­тель­но.

Мой дед, кста­ти, хо­ро­шо пел. Это­му его на­учи­ла од­на из пре­по­да­ва­тель­ниц част­ной му­зы­каль­ной шко­лы, бес­плат­но да­вая ему уро­ки во­ка­ла.

– Ваш дед всё-та­ки про­сла­вил­ся как вир­ту­оз­ный гар­мо­нист и ба­я­нист…

– Дед об­ла­дал необык­но­вен­ным та­лан­том, по­это­му без тру­да осва­и­вал но­вые му­зы­каль­ные ин­стру­мен­ты. Из­вест­но, что уже в два­дца­тых го­дах про­шло­го ве­ка он иг­рал как на гар­мош­ке, так и на ба­яне. В 1927 го­ду, на­при­мер, на од­ном из кон­кур­сов он за­во­е­вал пер­вое ме­сто, то­гда ему вру­чи­ли се­реб­ря­ный же­тон в ви­де пя­ти­ко­неч­ной звез­ды с над­пи­сью «Луч­ше­му гармонисту». Че­рез два го­да, уже в Но­во­си­бир­ске, он стал ла­у­ре­а­том это­го же кон­кур­са, став об­ла­да­те­лем зо­ло­то­го же­то­на «Луч­ше­му ба­я­ни­сту». В эти го­ды его ис­пол­ни­тель­ское ма­стер­ство ста­ло до­сто­я­ни­ем огром­но­го чис­ла ра­дио­слу­ша­те­лей, посколь­ку он был при­нят на Но­во­си­бир­ское ра­дио со­ли­стом.

ОГОНЬ ПО ВРАГУ!

– Го­во­рят, что ваш дед ак­ком­па­ни­ро­вал са­мой Ли­дии Русла­но­вой?

– В го­ды Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны Иван Маланин стал ав­то­ром ра­дио­пе­ре­да­чи «Огонь по врагу!», ко­то­рую он вёл на Но­во­си­бир­ском ра­дио вме­сте с ар­ти­ста­ми эва­ку­и­ро­ван­но­го в наш го­род Ле­нин­град­ско­го ака­де­ми­че­ско­го театра име­ни Пушкина. Ко­гда они зву­ча­ли, ули­цы Но­во­си­бир­ска пу­сте­ли, все спе­ши­ли к ра­дио­при­ём­ни­кам.

Слепота не ме­ша­ла гармонисту Ма­ла­ни­ну вме­сте с твор­че­ской бри­га­дой пе­ре­да­чи «Огонь по врагу!» вы­ез­жать на фронт, хо­тя к то­му вре­ме­ни он уже был немо­лод. Дед был и по­сто­ян­ным участ­ни­ком шеф­ских кон­цер­тов в эва­ко­гос­пи­та­лях.

Ра­дио­пе­ре­да­ча сдру­жи­ла его с из­вест­ны­ми ар­ти­ста­ми стра­ны то­го вре­ме­ни. К при­ме­ру, креп­кой бы­ла его друж­ба с ар­ти­ста­ми из Ле­нин­гра­да. Каж­дый раз, ко­гда те­атр име­ни А. Пушкина при­ез­жал в Но­во­си­бирск, дру­зья спе­ши­ли встре­тить­ся с ним. Он ак­ком­па­ни­ро­вал мно­гим пев­цам, в том чис­ле Ли­дии Русла­но­вой и Лео­ни­ду Утё­со­ву.

Сво­им учи­те­лем на­зы­вал де­да известный му­зы­кант, народный артист Рос­сии Ген­на­дий За­во­ло­кин. В од­ном из ин­тер­вью он ска­зал: «Невоз­мож­но пред­ста­вить Си­бирь без Ма­ла­ни­на. Я и сам по­шёл от его «Под­гор­ной». Он влил в ме­ня часть сво­ей ду­ши». Бра­тья За­во­ло­ки­ны по­свя­ти­ли мо­е­му де­ду пес­ню «Сы­г­рай, Иван Ива­но­вич, «Си­бир­скую под­гор­ную».

НА­СИЛЬ­НО НА­УЧИТЬ НЕЛЬ­ЗЯ

– А что вло­жил в ва­шу ду­шу ваш знаменитый дед?

– Бла­го­да­ря то­му, что он был до­воль­но из­вест­ным, я имел воз­мож­ность ча­сто по­се­щать опер­ный те­атр. Те­атр был для ме­ня свое­об­раз­ной шко­лой, где я по­сти­гал уро­ки на­чаль­ной му­зы­каль­ной под­го­тов­ки. Толь­ко од­ну опе­ру «Руслан и Люд­ми­ла» по­смот­рел раз де­сять, не мень­ше. В театре ме­ня все зна­ли, и по­пасть на кон­церт для ме­ня бы­ло неслож­но. Лю­бил смот­реть и опе­рет­ту. К нам в го­род при­ез­жа­ли и дру­гие те­ат­ры. При­зна­юсь, про­сто­му смерт­но­му воль­но по­се­щать та­кие пред­став­ле­ния бы­ло не так про­сто, а вот мне, над ко­то­рым ви­тал оре­ол де­дов­ской сла­вы, всё это да­ва­лось лег­ко.

Ко­гда я учил­ся иг­ре на фор­те­пи­а­но, дед был у ме­ня вто­рым на­став­ни­ком, ко­неч­но, по­сле учи­те­лей, ко­то­рые со мной ра­бо­та­ли. Он все­гда ука­зы­вал на мои ошиб­ки – про­сто си­дел и слу­шал, как я иг­раю.

– Вы ста­ли во­ен­ным, а не про­дол­жи­ли ди­на­стию Ма­ла­ни­ны­хму­зы­кан­тов. По­че­му?

– Я пы­тал­ся стать му­зы­кан­том, да­же по­да­вал до­ку­мен­ты в учи­ли­ще. Но, по­раз­мыс­лив, по­нял, что это не моё при­зва­ние. Об этом ска­зал ма­ме. Она от­ве­ти­ла: «На­силь­но хо­ро­ше­му на­учить нель­зя», и я за­брал до­ку­мен­ты. В ито­ге ушёл в ар­мию. От­слу­жив два го­да, убедился, что хо­чу стать, как и отец, во­ен­ным. И стал им. Окон­чил выс­шее ко­манд­ное ин­же­нер­ное учи­ли­ще ра­кет­ных войск стра­те­ги­че­ско­го на­зна­че­ния.

– История ва­ше­го зна­ком­ства с же­ной необыч­ная. По­ве­да­е­те?

– Здесь, в Но­во­си­бир­ске, я по­зна­ко­мил­ся со сво­ей будущей же­ной. Во вто­рой раз. Дав­ным­дав­но, ещё детьми, мы с нею жи­ли в од­ной квар­ти­ре. Де­ло в том, что на­ши с Еле­ной Бо­ри­сов­ной се­мьи – во­ен­ные. В 1970 го­ду от­ца пе­ре­ве­ли в Аш­ха­бад. А от­ца Ле­ны – из Ом­ска в Но­во­си­бирск. На­ша се­мья долж­на бы­ла вы­ехать из квар­ти­ры, а се­мья Ле­ны – въе­хать в на­шу, осво­бо­див­шу­ю­ся. Но отъ­езд за­тя­нул­ся, и мой отец, Дмит­рий Ива­но­вич, пред­ло­жил оми­чам вре­мен­но по­се­лить­ся у нас. И вот но­вые жиль­цы с маленькой доч­кой пе­ре­еха­ли к нам. Вот так мы и по­зна­ко­ми­лись. Еле­на долж­на пом­нить, как она пол­за­ла на ко­ле­нях мо­е­го де­да, ко­то­рый её нян­чил, рас­ска­зы­вал сказ­ки, пел дет­ские пе­сен­ки.

По­том на­ши пути разо­шлись, и од­на­жды мы встре­ти­лись сно­ва, те­перь уже на­все­гда. С той по­ры про­шло 63 го­да, а вме­сте мы жи­вём уже 42 го­да.

– А как за­кон­чил свои дни ваш де­душ­ка?

– Жизнь раз­бро­са­ла нас всех по раз­ным го­ро­дам. Дед и ба­буш­ка жи­ли в Но­во­си­бир­ске со сво­ей до­че­рью Та­тья­ной Ива­нов­ной. Из­ве­стие о смер­ти де­да за­ста­ло ме­ня в Бо­ло­гом, где я был в от­пус­ке. Бо­ец при­нёс нам с от­цом те­ле­грам­му с пе­чаль­ной ве­стью. Отец сра­зу уле­тел в Но­во­си­бирск, а я дол­жен был вернуться к ме­сту служ­бы. Де­да по­хо­ро­ни­ли в Но­во­си­бир­ске. По­том ря­дом с ним по­яви­лись мо­гил­ки: сна­ча­ла бабушки – Ни­ны Дмит­ри­ев­ны, за­тем их до­че­ри – Та­тья­ны Ива­нов­ны.

СЛЕПОТА НЕ МЕ­ША­ЛА ГАРМОНИСТУ ВЫ­ЕЗ­ЖАТЬ НА ФРОНТ.

Фо­то ав­то­ра

Внук Ива­на Ма­ла­ни­на вы­рос под «при­смот­ром» сле­по­го де­да.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.