ЭКЗАМЕН НА ЧИНЫ

225 лет на­зад в Си­би­ри ро­дил­ся бу­ду­щий де­каб­рист Гав­ри­ил Ба­тень­ков

AiF na Obi (Novosibirsk) - - СИБИРЬ ИСТОРИЯ - Ека­те­ри­на СОСНИНА

Пя­то­го апреля 1793 го­да (25 мар­та по ста­ро­му сти­лю) в То­боль­ске по­явил­ся на свет ав­тор «Си­бир­ско­го уло­же­ния» де­каб­рист Гав­ри­ил Ба­тень­ков.

ВО­ЕН­НЫЙ ИН­ЖЕ­НЕР

В се­мье Гав­ри­ил был два­дца­тым ре­бён­ком у 60-лет­не­го от­став­но­го офи­це­ра Сте­па­на Батенькова. По ле­ген­де, род­ствен­ни­ки со­чли, что ре­бё­нок ро­дил­ся мёрт­вым, и уже по­ло­жи­ли мла­ден­ца в гро­бик, ко­гда тот в пер­вый раз за­кри­чал.

Све­де­ний о ма­те­ри Гав­ри­и­ла Батенькова, да­же её име­ни, история не со­хра­ни­ла. Но, ве­ро­ят­но, она умер­ла вско­ре по­сле рож­де­ния сы­на, так как ма­лень­кий Гав­ри­ил вос­пи­ты­вал­ся в То­боль­ском во­ен­но-си­рот­ском учре­жде­нии, а с 1810 го­да – в Дво­рян­ском пол­ку в Пе­тер­бур­ге.

Сла­бость здо­ро­вья не по­ме­ша­ла Ба­тень­ко­ву стать участ­ни­ком Оте­че­ствен­ной вой­ны 1812 го­да и за­гра­нич­ных по­хо­дов рус­ской ар­мии про­тив На­по­лео­на. В 1814 го­ду он по­лу­чил ор­ден Свя­то­го Вла­ди­ми­ра 4 сте­пе­ни за от­ли­чие в бою при фран­цуз­ском се­ле­нии Ла Ро­тье­ре, в ре­зуль­та­те ко­то­ро­го На­по­ле­он был от­бро­шен за реку Се­ну. В сра­же­нии при Мон­ми­ра­ле в том же 1814 го­ду Ба­тень­ков по­лу­чил 10 шты­ко­вых ра­не­ний. Вер­нув­шись в Рос­сию, ге­рой вой­ны ещё два го­да про­слу­жил в ар­мии, од­но­вре­мен­но обу­ча­ясь в Ин­сти­ту­те кор­пу­са пу­тей со­об­ще­ния.

В 1816 го­ду, по­лу­чив ди­плом во­ен­но­го ин­же­не­ра-пу­тей­ца и чин по­ру­чи­ка, бу­ду­щий де­каб­рист, на­зна­чен­ный на долж­ность ин­же­не­ра тре­тье­го клас­са в Си­бир­ском окру­ге, от­прав­ля­ет­ся в Томск. В Рос­сии, осо­бен­но на окра­и­нах, не бы­ло ни до­рог, ни мо­стов. По­это­му ин­же­не­ры-пу­тей­цы бы­ли чрез­вы­чай­но нуж­ны стране.

Бла­го­дар­ные то­ми­чи по­ста­ви­ли па­мят­ник ин­же­не­ру, де­каб­ри­сту и фи­ло­со­фу, на­зва­ли его име­нем пе­ре­улок. Ведь имен­но бла­го­да­ря Ба­тень­ко­ву в Том­ске по­яви­лись пер­вые гра­вий­ные до­ро­ги вме­сто де­ре­вян­ных мо­сто­вых, ре­ка Ушай­ка оде­лась в гра­нит и пе­ре­ста­ла за­ли­вать окрест­но­сти в пе­ри­од весеннего половодья. А глав­ное – че­рез неё под ру­ко­вод­ством Батенькова по­стро­и­ли мост, ко­то­рый про­слу­жил сто лет.

У ИСТОКОВ «СИ­БИР­СКО­ГО УЛО­ЖЕ­НИЯ»

Пи­са­тель и ис­то­рик Ва­дим Ми­ха­нов­ский в кни­ге «Си­бир­ские этю­ды», опи­ра­ясь на со­хра­нив­ши­е­ся ру­ко­пи­си По­та­ни­на, ха­рак­те­ри­зу­ет Батенькова как че­ло­ве­ка «неудоб­ной чест­но­сти и бес­по­кой­но­го нра­ва»: «…он со­став­лял ве­до­мо­сти по стро­и­тель­ству ин­же­нер­ных со­ору­же­ний, в ко­то­рых от­чи­ты­вал­ся за каж­дую ко­пей­ку, иг­но­ри­руя под­сказ­ки со­слу­жив­цев о воз­мож­ном удо­ро­жа­нии стро­и­тель­ных объ­ек­тов». В пе­ре­во­де на со­вре­мен­ный язык – Ба­тень­ков не до­пус­кал «от­ка­тов». За это был нелю­бим кол­ле­га­ми и парт­нё­ра­ми.

Вско­ре его «неудоб­ную чест­ность» по­ста­вил на служ­бу оте­че­ству Ми­ха­ил Спе­ран­ский, на­зна­чен­ный ге­не­рал-гу­бер­на­то­ром Си­би­ри в 1819 го­ду. Исто­ри­че­ское пре­да­ние гла­сит, что ко­гда кто-то из ино­стран­цев спро­сил у ав­то­ра знаменитого «Пу­те­ше­ствия из Пе­тер­бур­га в Моск­ву» Алек­сандра Ра­ди­ще­ва, как де­ла в Рос­сии, пи­са­тель от­ве­тил про­сто и од­но­слож­но: «Вору­ют!» Так вот, в Си­би­ри воровали больше, чем по всей стране. По­это­му Алек­сандр I на­де­лил Спе­ран­ско­го «осо­бы­ми пол­но­мо­чи­я­ми» по про­ве­де­нию то­таль­ных ре­ви­зий и про­ве­рок. Спе­ран­ский, при­е­хав в Си­бирь, сра­зу за­ме­тил Батенькова и взял его к се­бе в «ре­фе­рен­ты», как ска­за­ли бы сей­час.

Вме­сте они на­пи­са­ли «Си­бир­ское уло­же­ние» – до­ку­мент по ре­фор­ми­ро­ва­нию чи­нов­ни­чье­го ап­па­ра­та Си­би­ри. В чис­ле про­чих те­зи­сов в «Си­бир­ском уло­же­нии» при­сут­ство­вал «экзамен на чины». Эк­за­ме­ны эти долж­ны бы­ли от­крыть ка­рьер­ную лест­ни­цу об­ра­зо­ван­ным мо­ло­дым лю­дям из раз­но­чин­цев, убрав с их до­ро­ги вель­мож­ных недо­рос­лей. Од­ним этим Ба­тень­ков и Спе­ран­ский на­жи­ли се­бе не од­ну сот­ню вра­гов. А бы­ли и дру­гие по­во­ды. «Чрез­вы­чай­ные пол­но­мо­чия, вы­дан­ные Спе­ран­ско­му, по­мог­ли об­ви­нить 680 чи­нов­ни­ков в кор­руп­ции и на­счи­тать к взыс­ка­нию око­ло 3-х мил­ли­о­нов руб­лей. Два окруж­ных гу­бер­на­то­ра – ир­кут­ский и том­ский – бы­ли от­да­ны под суд, – про­дол­жа­ет в сво­ей кни­ге Ва­дим Ми­ха­нов­ский. – Сум­ма, пред­став­лен­ная к взыс­ка­нию, впе­чат­ля­ла, ес­ли учесть, что пуд сли­воч­но­го мас­ла в Си­би­ри сто­ил око­ло че­ты­рёх с по­ло­ви­ной руб­лей…» Со­труд­ни­че­ство со Спе­ран­ским по­слу­жи­ло ка­рьер­но­му взлё­ту Батенькова – в 1821 го­ду он пе­ре­ехал в Пе­тер­бург, где воз­гла­вил Осо­бый сибирский ко­ми­тет. К 1824 го­ду Ба­тень­ков до­слу­жил­ся до под­пол­ков­ни­ка в ве­дом­стве Арак­че­е­ва, во­шед­ше­го в ис­то­рию как со­зда­тель во­ен­ных по­се­ле­ний с по­ли­цей­ским ре­жи­мом. Од­на­ко всту­пив­ший на пре­стол по­сле смер­ти Алек­сандра I Николай I за­слуг Арак­че­е­ва не оце­нил. У Батенькова на­ча­лись непри­ят­но­сти по служ­бе. В ито­ге ему при­шлось уй­ти в от­став­ку.

ОДИНОЧНОЕ ЗА­КЛЮ­ЧЕ­НИЕ

Воз­мож­но, крах ка­рье­ры вку­пе с «неудоб­ной чест­но­стью» и ма­сон­ски­ми иде­я­ми, ко­то­ры­ми Ба­тень­ков «за­ра­зил­ся» ещё в Том­ске, при­ве­ли его в стан де­каб­ри­стов.

Гри­ма­са судь­бы сло­жи­лась та­ким об­ра­зом, что сре­ди су­дей, раз­би­рав­ших де­ло де­каб­ри­стов, был и Спе­ран­ский. Только он один об­ра­тил­ся к ца­рю с прось­бой не вы­но­сить смерт­ных при­го­во­ров. Но царь не услы­шал.

Быв­ший ин­же­нер-пу­те­ец – един­ствен­ный из всех за­го­вор­щи­ков – по­лу­чил в ка­че­стве на­ка­за­ния 20 лет за­клю­че­ния в Алек­се­ев­ском ра­ве­лине Пет­ро­пав­лов­ской кре­по­сти. При­чи­ной лич­ной нена­ви­сти ца­ря к Ба­тень­ко­ву стал на­пи­сан­ный де­каб­ри­стом ма­ни­фест, в ко­то­ром он на­звал мя­теж 25 де­каб­ря пер­вым в ис­то­рии Рос­сии опы­том по­ли­ти­че­ской ре­во­лю­ции. Идею по­ли­ти­че­ской ре­во­лю­ции необ­хо­ди­мо бы­ло за­ду­шить на кор­ню. По­это­му об­щий для осталь­ных при­го­вор – ссыл­ку в Си­бирь – Ба­тень­ко­ву за­ме­ни­ли на одиночное за­клю­че­ние.

Уз­ник не мог вы­хо­дить из ка­ме­ры и ни с кем не об­щал­ся, кро­ме, как сви­де­тель­ству­ют неофи­ци­аль­ные источники, тю­рем­ной мы­ши, ко­то­рую он су­мел при­ру­чить.

ИСТОРИКИ СЧИ­ТА­ЮТ БАТЕНЬКОВА ОД­НОЙ ИЗ СА­МЫХ МАЛОИЗВЕСТНЫХ И ЗАГАДОЧНЫХ ФИГУР СИ­БИ­РЯ­КОВ, ВОШЕДШИХ В ИС­ТО­РИЮ РОС­СИИ.

Со­вре­мен­ни­ки утвер­жда­ли, что по вы­хо­де из за­клю­че­ния Ба­тень­ков со­вер­шен­но ра­зу­чил­ся го­во­рить. От пол­но­го су­ма­сше­ствия его спас­ло на­пи­са­ние сти­хов.

По окон­ча­нии 20-лет­не­го сро­ка ему пред­ло­жи­ли вы­брать го­род для от­бы­тия на по­се­ле­ние. Де­каб­рист вы­брал Томск. В Том­ске Ба­тень­ков пи­сал ме­му­а­ры и со­би­рал биб­лио­те­ку. Ко­гда срок его по­се­ле­ния за­кон­чил­ся, Ба­тень­ков про­дал биб­лио­те­ку неко­е­му Ба­ку­ни­ну. Ве­ро­ят­но, это был из­вест­ный анар­хист Ми­ха­ил Ба­ку­нин, ко­то­рый то­же си­дел в Алек­се­ев­ском ра­ве­лине, но поз­же Батенькова, а по­том был со­слан в Томск. Из Том­ска Ба­ку­нин бе­жал за гра­ни­цу. Пред­по­ла­га­ют, что несколь­ко ста­рин­ных книг, хра­ня­щих­ся в Том­ском уни­вер­си­те­те, – как раз из биб­лио­те­ки Батенькова.

20 ЛЕТ ОДИНОЧНОГО ЗА­КЛЮ­ЧЕ­НИЯ ПО­ЛУ­ЧИЛ ДЕ­КАБ­РИСТ БА­ТЕНЬ­КОВ.

Фо­то upoad.wikimedia.org

Че­рез Алек­се­ев­ский ра­ве­лин про­шли мно­гие ве­ли­кие уз­ни­ки.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.