«НА МНЕНИЕ ЗА­ПА­ДА МНЕ ПЛЕВАТЬ»

Алек­сей Гер­ман­мл. ­ о До­вла­то­ве, эми­гра­ции и люб­ви к Ро­дине

AiF na Yenisee (Krasnoyarsk) - - ПЕРСОНА - Сер­гей ЮРЬЕВ

ФИЛЬМ РЕ­ЖИС­СЁ­РА АЛЕК­СЕЯ ГЕРМАНА «ДОВЛАТОВ» СТАЛ ЛАУРЕАТОМ 68-ГО МЕЖ­ДУ­НА­РОД­НО­ГО БЕРЛИНСКОГО КИ­НО­ФЕ­СТИ­ВА­ЛЯ.

Ху­дож­ник по ко­стю­мам Еле­на Окоп­ная бы­ла удо­сто­е­на на­гра­ды «Се­реб­ря­ный мед­ведь» за вы­да­ю­щий­ся ху­до­же­ствен­ный вклад.

- Алек­сей, филь­мы и се­ри­а­лы о ге­ро­ях советского вре­ме­ни не схо­дят с экра­нов. Вы то­же ре­ши­ли снять кар­ти­ну о Сер­гее До­вла­то­ве на этой волне зри­тель­ско­го ин­те­ре­са?

- Нет, для ме­ня бы­ло важ­но с по­мо­щью этой ки­но­и­сто­рии оку­нуть­ся в Ле­нин­град то­го вре­ме­ни. Я там ро­дил­ся, вы­рос, и тот ле­нин­град­ский мир, та ат­мо­сфе­ра мне близ­ки. Хо­те­лось вы­ра­зить ува­же­ние и к то­му вре­ме­ни, и к До­вла­то­ву. Так что по­верь­те, ни­ка­ких ин­тен­ций (на­ме­ре­ний. - Ред.) по за­ра­ба­ты­ва­нию де­нег у нас и близ­ко не бы­ло. Да­же при са­мом успеш­ном про­ка­те мы всё рав­но оста­нем­ся в убыт­ке.

- Вы счи­та­е­те пра­виль­ным сни­мать за­ве­до­мо убы­точ­ное ки­но?

- Нет, ко­неч­но! Но, ес­ли вы хо­ти­те снять фильм про До­вла­то­ва и Брод­ско­го, ко­то­рый к то­му же в кад­ре ещё и стихи чи­та­ет, объ­яс­ни­те, как сде­лать это без убыт­ков? Я лич­но не знаю.

Я не ви­но­ват, что в стране до сих пор недо­ста­точ­но ки­но­те­ат­ров, что у нас нет огром­ных бюд­же­тов на про­дви­же­ние и рекламу, что на вто­рой же день про­ка­та в Ин­тер­не­те обя­за­тель­но вы­ло­жат экран­ные пи­рат­ские ко­пии. К то­му же очень мно­гие лю­ди в прин­ци­пе не хо­те­ли, что­бы кар­ти­на про До­вла­то­ва и Брод­ско­го бы­ла сня­та. - Как это про­яви­лось? - Бы­ло со­про­тив­ле­ние опре­де­лён­ной сре­ды, ска­жем так. Кто-то на­вер­ху нас под­дер­жи­вал, а кто-то нет.

- Фильм очень хо­ро­шо при­ня­ли на ки­но­фе­сти­ва­ле в Бер­лине. Но что в этой чи­сто рус­ской ис­то­рии мо­жет быть по­нят­но ев­ро­пей­цам?

- Ска­жу стран­ную непо­лит­кор­рект­ную вещь: мне глу­бо­ко на­пле­вать, что в этом филь­ме бу­дет по­нят­но ино­стран­цам, а что нет. Они в прин­ци­пе ма­ло что о нас по­ни­ма­ют. В от­но­ше­нии Рос­сии они не очень об­ра­зо­ван­ные и при­ми­тив­но мыс­ля­щие лю­ди. Они пло­хо зна­ют на­шу ис­то­рию, куль­ту­ру, пло­хо по­ни­ма­ют и чув­ству­ют на­ше ми­ро­устрой­ство. В чём трагедия от­но­ше­ний Рос­сии и Европы? Внешне мы по­хо­жи, а внут­ренне очень раз­ные. И что мне, ис­хо­дя из это­го, бы­ло де­лать? Сни­мать про то, как Довлатов с Брод­ским си­дят, ско­ван­ные на­руч­ни­ка­ми, в под­ва­ле на Ли­тей­ном, а лю­ди в чёр­ных са­по­гах сте­га­ют их на­гай­ка­ми, при­го­ва­ри­вая: «Это те­бе за лю­бовь к Джой­су!»? Нет! Та­ко­го я бы точ­но сни­мать не хо­тел.

- Фи­гу­ра са­мо­го До­вла­то­ва мно­гим пред­став­ля­ет­ся тра­ги­че­ской…

- Тут бы я по­спо­рил. Знаю, что очень мно­гие вос­при­ни­ма­ют его как ко­ми­че­ский пер­со­наж. Эта­кий без­удерж­но ве­сё­лый ал­ко­го­лик.

- В филь­ме ак­тёр Ар­тур Бе­счаст­ный, иг­ра­ю­щий Ио­си­фа Брод­ско­го, про­из­но­сит фра­зу: «Ро­ди­на од­на. Эми­гран­ты - несчаст­ные лю­ди». Вы со­глас­ны с этой мыс­лью?

- От­ча­сти. Но тут на­до учи­ты­вать, что Брод­ский про­из­но­сит эти сло­ва в преддверии отъ­ез­да. Не знаю, счи­тал ли он так на са­мом де­ле. Но мы же все чи­та­ли его стихи, из них яс­но, на­сколь­ко бо­лез­нен­ным для него был раз­рыв с род­ной поч­вой. И есть зна­ме­ни­тая фо­то­гра­фия, где Брод­ский си­дит на че­мо­да­нах и вы­гля­дит вмиг по­ста­рев­шим.

- А лич­но вы до­пус­ка­ли для се­бя мысль о том, что­бы на­все­гда уехать из стра­ны?

- На­вер­ное, каж­дый об этом хоть раз ду­мал. Но я счи­таю, что где ро­дил­ся - там и при­го­дил­ся. За­пад­ный уклад жиз­ни мне как-то не очень сим­па­ти­чен. И по­том, вот уеду я... Что бу­ду там де­лать? Сни­мать се­ри­а­лы про рус­скую ма­фию? Ко­му и зачем я там нужен?

Я люб­лю и непло­хо знаю за­пад­ную куль­ту­ру, но раз­рыв с род­ной поч­вой - это неприятно. Для ме­ня та­кие по­ня­тия, как «Ро­ди­на», «ис­то­рия», «со­пе­ре­жи­ва­ние стране», - это не пу­стые зву­ки. Там, в Ев­ро­пе, на За­па­де, у ме­ня ни­че­го не вы­зы­ва­ет ду­шев­но­го от­кли­ка. Мне глу­бо­ко неин­те­рес­ны их во мно­гом вы­ду­ман­ные пробле­мы. По­верь­те, там так­же до­ста­точ­но вра­нья.

- Вы сказали, что пред­став­ле­ние о Рос­сии, о рус­ской куль­ту­ре на За­па­де при­ми­тив­но. Од­на­ко не­ко­то­рые го­во­рят, что в Ев­ро­пе рус­скую клас­си­ку зна­ют ед­ва ли не луч­ше, чем у нас.

- Я на­блю­даю и, как нор­маль­ный и неглу­пый че­ло­век, ана­ли­зи­рую. Да, они чи­та­ли чуть­чуть До­сто­ев­ско­го, чуть-чуть Тол­сто­го, но это всё! Раз­го­во­ры о том, что в Мар­се­ле, на­при­мер, До­сто­ев­ско­го зна­ют луч­ше, чем в Ма­г­ни­то­гор­ске, неправ­да. В Ма­г­ни­то­гор­ске его зна­ют всё-та­ки по­луч­ше. Так что не на­до пре­уве­ли­чи­вать про­све­щён­ность ев­ро­пей­цев и пре­умень­шать на­шу. Рав­но как и на­обо­рот.

Для по­бе­ды ма­ло удач­но­го фо­то, нужен хо­ро­ший текст.

«За­ра­бо­тать на филь­ме о пи­са­те­лях нам вряд ли удаст­ся».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.