ФАБ­РИ­КА ЖИ­ВЫХ ЭМО­ЦИЙ

Ре­жис­сёр вол­го­град­ско­го театра - о ду­шев­ной сле­по­те, Шо­ло­хо­ве и театре XXI ве­ка

AiF Nizhnee Povolzhye (Volgograd) - - ГОСТЬ НОМЕРА - Сер­гей НО­ВИЦ­КИЙ

глав­ным режиссёром те­ат­ра­ю­би­ля­ра Вла­ди­ми­ром ТИХОНРАВОВЫМ.

НА ОЧЕ­РЕ­ДИ - «ТИ­ХИЙ ДОН»

- Ка­кие пре­мье­ры пла­ни­ру­е­те в юби­лей­ный се­зон?

- Мы недав­но от­кры­лись пре­мьер­ным по­ка­зом спек­так­ля «В пы­ла­ю­щей тьме» по пье­се испанского дра­ма­тур­га Ан­то­нио Бу­э­ро Ва­лье­хо. Ма­те­ри­ал мю­зик­ла слож­ный. Это пье­са об осо­бен­ных лю­дях - незря­чих, об ат­мо­сфе­ре учеб­но­го кол­ле­джа по­сле­во­ен­ных лет для та­ких лю­дей. Она бы­ла на­пи­са­на бо­лее 60 лет на­зад, но за­тро­ну­тая про­бле­ма - те­ма незря­чих, от­но­ше­ние к ним в об­ще­стве - по­преж­не­му со­вре­мен­на.

В спек­так­ле по­ми­мо на­ших ар­ти­стов иг­ра­ют и незря­чие - из об­ласт­ной об­ще­ствен­ной мо­ло­дёж­ной ор­га­ни­за­ции «Пла­мя». У ре­бят из «Пла­ме­ни», за­дей­ство­ван­ных в по­ста­нов­ке, уже есть опре­де­лён­ный ак­тёр­ский опыт. Из-за это­го спек­такль толь­ко вы­иг­рал, при­об­рёл под­лин­ную убе­ди­тель­ность.

- Вы ещё и «Ти­хий Дон» в этом се­зоне ста­ви­те. Раз­ве мож­но уме­стить в од­ном спек­так­ле та­кую ли­те­ра­тур­ную ма­хи­ну?

- «Ти­хий Дон» - ро­ман «те­ат­ра­ло­ём­кий». Шо­ло­хов опи­сы­ва­ет сво­их ге­ро­ев с со­вер­шен­но фан­та­сти­че­ских для то­го вре­ме­ни по­зи­ций - с по­зи­ций хри­сти­ан­ско­го все­по­ни­ма­ния и все­про­ще­ния. Без «клас­со­во­го» де­ле­ния лю­дей, без боль­ше­вист­ско­го, «пар­тий­но­го» мак­си­ма­лиз­ма и ра­ди­ка­лиз­ма. Чем боль­ше, ча­ще я пе­ре­чи­ты­ваю ро­ман, тем боль­ше по­ра­жа­юсь - как он во­об­ще смог про­бить­ся к чи­та­те­лю имен­но в то вре­мя!

КАЗАЧИЙ ВЗГЛЯД

- Вы ска­за­ли, что с мо­ло­дым зри­те­лем на­хо­ди­те об­щий язык. Ка­ким же об­ра­зом?

- Со­вре­мен­ные под­рост­ки и 17 - 20-лет­ние лю­бую ин­фор­ма­цию схва­ты­ва­ют на ле­ту. У них нет незыб­ле­мых ав­то­ри­те­тов, всё под­вер­га­ет­ся со­мне­нию и кри­ти­че­ско­му осмыс­ле­нию. А ещё мо­ло­дёжь не тер­пит по­пы­ток ди­дак­ти­ки, на­вя­зы­ва­ния чу­жо­го мне­ния. С мо­ло­дым зри­те­лем о про­бле­мах со­вре­мен­но­сти луч­ше раз­го­ва­ри­вать язы­ком со­по­став­ле­ний, эмо­ци­о­наль­ных об­ра­зов, ме­та­фор. То­гда мы по­па­дём в «точ­ку чув­стви­тель­но­сти» зри­те­ля.

Мо­ей млад­шей до­че­ри 14 лет. Она по­смот­ре­ла мно­гие на­ши спек­так­ли, ча­сто бы­ва­ла на ре­пе­ти­ци­ях, чи­та­ет мно­гое из клас­си­ки, как и её дру­зья. Ко­гда го­во­рят, что но­вое по­ко­ле­ние уме­ет лишь кноп­ки в га­д­же­тах на­жи­мать, а за соц­се­тя­ми не ви­дит ре­аль­но­сти - это со­вер­шен­ней­шая неправ­да! Но­вое по­ко­ле­ние ку­да ум­нее, чут­че, да­же эмо­ци­о­наль­нее.

- Но в неко­то­рых те­ат­рах го­во­рят, что у мо­ло­дё­жи кли­по­вое со­зна­ние, по­это­му клас­си­ка им неин­те­рес­на…

- По­ни­ма­е­те, есть две функ­ции театра, при­чём од­на дру­гой не от­ме­ня­ет. Пер­вая из них вос­пи­та­тель­ная, вто­рая - раз­вле­ка­тель­ная. И есть те­ат­раль­ные про­ек­ты, те­ат­ры, где раз­вле­че­ние зри­те­ля по­став­ле­но на пер­вый план. Но у нас дру­гой те­атр - мы ра­бо­та­ем в дру­гом эмо­ци­о­наль­ном слое, ку­да бо­лее глу­бо­ком, в на­шем ре­пер­ту­а­ре прак­ти­че­ски нет су­гу­бо раз­вле­ка­тель­ных по­ста­но­вок. Но ко­гда я слы­шу, что в ка­ком­то театре ради на­плы­ва зри­те­ля мак­си­маль­но «об­лег­ча­ют» или пол­но­стью пе­ре­де­лы­ва­ют ма­те­ри­ал дра­ма­тур­га, вклю­чая клас­си­ку, я к это­му от­но­шусь без осо­бо­го осуж­де­ния. В кон­це кон­цов меч­та лю­бо­го ре­жис­сё­ра, худру­ка, ди­рек­то­ра не толь­ко о том, что­бы о его пре­мье­ре спо­ри­ли, но и о том, что­бы в за­ле был ан­шлаг.

- Ваш те­атр со­зда­вал­ся как казачий, с та­кой спе­ци­фи­кой ра­бо­тать слож­нее, чем «обыч­ным» те­ат­рам?

- На мой взгляд, нет тем чи­сто ка­за­чьих и со­всем не ка­за­чьих. Ка­за­ки - это уди­ви­тель­ный взгляд на мир. Это осо­бый внут­рен­ний ко­декс. По­чи­тай­те то­го же Шо­ло­хо­ва. В ка­за­чьем укла­де цен­но­сти, близ­кие каж­до­му, - лю­бовь, друж­ба, пре­дан­ность, от­ва­га, внут­рен­няя независимость.

О СКАН­ДА­ЛАХ И КУЛЬ­ТУ­РЕ

- Фи­нан­со­вый скан­дал во­круг кол­лек­ти­ва и ру­ко­вод­ства НЭТа вас то­же затронул?

- Мне труд­но по­нять, по­че­му эту ис­то­рию об­ще­ствен­ность за­пи­са­ла в раз­дел «куль­тур­ной жиз­ни» го­ро­да.

Это не твор­че­ские про­бле­мы, а некая эко­но­ми­че­ская бы­то­вуха. Со­от­вет­ствен­но оцен­ку это­му скан­да­лу долж­ны да­вать ком­пе­тент­ные ор­га­ны - фи­нан­си­сты, ау­ди­то­ры, суд, но ни­как не те­ат­ра­лы.

- А скан­дал на всю стра­ну во­круг филь­ма Алексея Учителя «Ма­тиль­да» то­же не «око­ло­куль­тур­ный»?

- Я че­ло­век ве­ру­ю­щий, пра­во­слав­ный. Но мне непо­нят­на ло­ги­ка за­пре­тов - что по­ка­зы­вать из жиз­ни ка­но­ни­зи­ро­ван­ных де­я­те­лей, свя­тых, а что нет. И при чём здесь ка­но­ни­зи­ро­ван­ный об­раз при­няв­ше­го му­че­ни­че­скую смерть царя и эпи­зод лич­ной жиз­ни мо­ло­до­го це­са­ре­ви­ча ещё до то­го, как он стал им­пе­ра­то­ром, му­жем и от­цом се­мей­ства? Раз­ве он, как и лю­бой дру­гой че­ло­век, не имел пра­ва на сер­деч­ное увле­че­ние, тем бо­лее не бу­дучи свя­зан­ным брач­ны­ми уза­ми?

Бла­го­вер­ный князь Вла­ди­мир до при­ня­тия ве­ры был языч­ни­ком, го­во­рят, у него бы­ло 300 на­лож­ниц… Это то­же за­прет­ная те­ма?

Та­кое за­пре­ти­тель­ство рождает ис­ку­ше­ние, по­рож­да­ет прин­цип «запретный плод сла­док».

- Мо­же­те пред­по­ло­жить, ка­ким те­атр ста­нет ещё че­рез чет­верть ве­ка?

- Мне пред­став­ля­ет­ся, что те­атр бли­жай­ше­го бу­ду­ще­го ста­нет ме­стом, где гра­ни­ца меж­ду зри­тель­ным за­лом и сце­ной бу­дет ни­ве­ли­ро­вать­ся, ис­че­зать. Зри­тель ста­нет ча­стью ре­жис­сёр­ско­го за­мыс­ла, непо­сред­ствен­но дей­ству­ю­щим ли­цом спек­так­ля. По­доб­ные он­лайн-спек­так­ли с непо­вто­ри­мым по­чер­ком, с мас­со­вым во­вле­че­ни­ем зри­те­лей по­яв­ля­ют­ся уже сей­час. Их бу­дет всё боль­ше.

А ещё я ве­рю, что зна­че­ние театра бу­дет в бу­ду­щем толь­ко воз­рас­тать. Те­атр как лю­бое ве­ли­кое ис­кус­ство учит лю­бить, учит со­пе­ре­жи­вать, ис­кать и на­хо­дить в се­бе бо­же­ствен­ное и твор­че­ское на­ча­ло. Учит то­му, что мы не долж­ны быть эго­цен­три­ста­ми. Со­вре­мен­ный те­атр в эпо­ху Ин­тер­не­та - это во­об­ще та­кая «фаб­ри­ка» жи­вых эмо­ций, где всё все­рьёз и непо­вто­ри­мо каж­дой се­кун­дой жи­во­го об­ще­ния ак­тё­ра и зри­те­ля.

ЗА­ПРЕТ РОЖДАЕТ ИС­КУ­ШЕ­НИЕ.

Фо­то Оле­си ХОДУНОВОЙ

Ре­пе­ти­ция спек­так­ля «Дни Тур­би­ных». По­ста­вить эту пье­су Бул­га­ко­ва бы­ло дав­ней меч­той кол­лек­ти­ва Ка­за­чье­го театра.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.