МУ­ЗЫ­КУ ЖАЛ­КО

Ма­эст­ро Те­мир­ка­нов о прин­ци­пах и ком­про­мис­сах

AiF Peterburg (St. Petersburg) - - КУЛЬТУРА -

- СТРА­НА, В КО­ТО­РОЙ КАЖ­ДЫЙ ГОД НЕ ЯВ­ЛЯ­ЕТ­СЯ ГО­ДОМ КУЛЬ­ТУ­РЫ, - НЕ СТРА­НА, - СЧИ­ТА­ЕТ ЗНА­МЕ­НИ­ТЫЙ МА­ЭСТ­РО. НА ДНЯХ СВО­ИМ КОН­ЦЕР­ТОМ ОН ОТ­КРЫЛ НО­ВЫЙ, 94-Й СЕ­ЗОН ФИ­ЛАР­МО­НИИ, КО­ТО­РУЮ ВОЗ­ГЛАВ­ЛЯ­ЕТ БО­ЛЕЕ ЧЕТ­ВЕР­ТИ ВЕ­КА.

ПРЫГ­НУТЬ ВЫ­ШЕ ВСЕХ

- В этом се­зоне вы бу­де­те ди­ри­жи­ро­вать в Боль­шом за­ле все­го во­семь раз. По­че­му не ча­ще?

- Во­семь вы­ступ­ле­ний - это ре­корд, в про­шлый се­зон бы­ло шесть ( На­ша про­фес­сия - это не ко­ли­че­ство вы­ступ­ле­ний. Вот Ста­ха­но­ву на­до бы­ло вы­да­вать ко­ли­че­ство, а ху­дож­ник Ива­нов на­пи­сал кар­ти­ну «Яв­ле­ние Хри­ста на­ро­ду» - и стал ве­ли­ким.

В мо­ей мо­ло­до­сти был зна­ме­ни­тый спортс­мен Бру­мель, ко­то­рый пры­гал вы­ше всех в ми­ре. И на­ша за­да­ча - прыг­нуть вы­ше, чем до те­бя. А пры­гать ча­ще не име­ет смыс­ла.

Я не так мно­го вы­сту­паю до­ма из-за га­стро­лей. И все­гда под­чёр­ки­ваю, что из-за по­ез­док мой ре­пер­ту­ар в Пе­тер­бур­ге ка­жет­ся уз­ким. Пе­ред га­стро­ля­ми в Ев­ро­пу, Аме­ри­ку, Азию мы здесь обыг­ры­ва­ем про­грам­мы, ко­то­рые нас про­сят сыг­рать там. Обыч­но это рус­ская и со­вет­ская му­зы­ка. По­это­му мо­жет по­ка­зать­ся, что я каж­дый год од­но и то же играю, но на За­па­де пред­став­ляю мно­го дру­гих про­из­ве­де­ний.

ВАЖ­НЫЙ РАЗ­ГО­ВОР

- В ми­ре, да и у нас в стране, всё бо­лее рас­про­стра­нён­ной прак­ти­кой ста­но­вит­ся кон­церт­ное ис­пол­не­ние опер. Это ведь рас­ши­ря­ет ре­пер­ту­ар филармонических за­лов?

- Кон­церт­ное ис­пол­не­ние опе­ры - боль­шой ком­про­мисс. Чай­ков­ский го­во­рил, что опе­ра, не по­став­лен­ная в те­ат­ре, не жи­вёт. Есть ма­ло ше­дев­ров, ко­то­рые мож­но да­вать в кон­церт­ном ис­пол­не­нии. На­при­мер, «Ио­лан­ту» Чай­ков­ско­го мож­но, там всё по­нят­но, да­же ес­ли это не те­ат­раль­ная сце­на. А «Пи­ко­вую да­му» - нель­зя, по­то­му что это театр, дра­ма, и вся глу­би­на по­те­ря­ет­ся. Это как за­пи­си на СD, ко­то­рые я счи­таю му­зы­каль­ны­ми кон­сер­ва­ми. Живая му­зы­ка и за­пись - аб­со­лют­но раз­ные ве­щи.

- Неуже­ли вам са­мо­му не хо­чет­ся ди­ри­жи­ро­вать опе­рой? Вы ведь три­на­дцать лет ру­ко­во­ди­ли Ки­ров­ским, ныне - Ма­ри­ин­ским

ДУ­РАЦ­КИЕ ВЫ­ДУМ­КИ ВЫ­ДА­ЮТ ЗА «НО­ВОЕ ПРО­ЧТЕ­НИЕ».

те­ат­ром, и по­став­лен­ные ва­ми опе­ры до сих пор укра­ша­ют ре­пер­ту­ар.

- У ме­ня есть мно­го пред­ло­же­ний ди­ри­жи­ро­вать опе­ры на За­па­де, но я от­ка­зы­ва­юсь. По­то­му что это ком­про­мисс аб­со­лют­ный. Пев­цы при­ез­жа­ют с го­то­вы­ми пар­ти­я­ми, ре­жис­сёр яв­ля­ет­ся со сво­им «про­чте­ни­ем». Ему неин­те­рес­но про­чте­ние ге­ни­аль­но­го ав­то­ра му­зы­ки, толь­ко - соб­ствен­ное. Ху­дож­ник - то­же от­дель­ный пер­со­наж. По­том всё скле­и­ва­ет­ся и вы­да­ёт­ся пуб­ли­ке. И чёрт зна­ет, что мож­но уви­деть. Я в эти иг­ры не играю, слиш­ком ста­рый для ком­про­мис­сов. Из-за де­нег я уже не ра­бо­таю.

И в Рос­сии опе­ра - ком­про­мисс, а «ре­жис­сё­ры опер­ные», как они се­бя на­зы­ва­ют, - жу­ли­ки. Они бес­та­лан­ны и глу­пы на­столь­ко, что ста­вят се­бя вы­ше Мо­цар­та, Чай­ков­ско­го, Ва­г­не­ра, пре­вра­ща­ют ге­ни­аль­ную му­зы­ку в со­про­вож­де­ние сво­их ду­рац­ких вы­ду­мок. И ис­кренне счи­та­ют, что это - но­вое про­чте­ние. Ну, о том, что про­ис­хо­дит, ещё Лев Тол­стой го­во­рил: «Ис­кус­ство, к со­жа­ле­нию, по­гиб­нет. Но му­зы­ку жал­ко».

- Неуже­ли с опе­рой всё так бес­про­свет­но?

- Я вот в Вен­скую опе­ру недав­но хо­дил. Там ин­те­рес­но. Ор­кестр фе­но­ме­наль­ный, они иг­ра­ют по­ра­зи­тель­но чи­сто, да­же… до от­вра­ще­ния (

А то, что на сцене про­ис­хо­дит, это всё очень нена­вяз­чи­во, с со­блю­де­ни­ем эпо­хи и сти­ля.

ГЛАВ­НОЕ - ЗВУК

- На ва­ших кон­цер­тах - ан­шла­ги, но, от­кро­вен­но го­во­ря, не все­гда зал Фи­лар­мо­нии так за­пол­нен…

- Мо­гу ска­зать о се­бе: ко­неч­но, при­ят­но, ко­гда про­да­ют­ся би­ле­ты, но да­же ес­ли бы при­шла треть за­ла, я бы всё рав­но ди­ри­жи­ро­вал с той же от­вет­ствен­но­стью и с той же ра­до­стью.

Ну а в Фи­лар­мо­нии мы ищем но­вые фор­мы, осва­и­ва­ем зал, ко­то­рый сде­ла­ли в под- валь­ных по­ме­ще­ни­ях. Глу­по бы­ло те­рять это про­стран­ство, мы его от­ре­мон­ти­ро­ва­ли, там бу­дут ре­гу­ляр­ные лек­ции о му­зы­ке. Впро­чем, та­кое и рань­ше в Фи­лар­мо­нии бы­ва­ло, но те­перь - в боль­шом кра­си­вом про­стран­стве, да ещё с бу­фе­том, с ко­фе… Воз­мож­но, на­ши му­зы­кан­ты бу­дут ис­пол­нять там ка­мер­ную му­зы­ку, они это­го хо­тят.

- Вы осва­и­ва­е­те но­вые про­стран­ства, а Ма­ри­ин­ский театр кри­ти­ко­ва­ли за «ги­ган­то­ма­нию».

- Про­сто я не очень по­ни­маю, для че­го нуж­но ря­дом два опер­ных те­ат­ра. Но­вое зда­ние мне на­по­ми­на­ет боль­шой про­до­воль­ствен­ный ма­га­зин. Внут­ри немно­го по-ку­пе­че­ски, а вот звук в за­ле - хо­ро­ший, это са­мое глав­ное.

- Ед­ва ли не еже­год­но вы удо­ста­и­ва­е­тесь на­град на ро­дине и за ру­бе­жом. В июне в Ита­лии вам бы­ла вру­че­на престижная пре­мия име­ни Ар­ту­ро Бе­не­дет­ти Ми­ке­лан­дже­ли. А по­че­му ни­ко­гда не но­си­те ор­де­на?

- Как раз се­год­ня на лац­кане мо­е­го пи­джа­ка - ор­ден «Звез­да Ита­лии». Ну, про­сто я на­дел этот пи­джак, а ор­ден уже ви­сел. Я обо­жаю Ита­лию, вы­сту­паю там каж­дый год. Кто-то ска­зал, что у лю­бо­го ин­тел­ли­гент­но­го че­ло­ве­ка долж­но быть две ро­ди­ны - своя и Ита­лия. Да­же недо­стат­ки ита­льян­цев мне сим­па­тич­ны.

Ну, а ор­де­нов у ме­ня мно­го, не счи­таю и не но­шу - стес­ня­юсь. Да и глу­по вы­хо­дить на ули­цу, как Бреж­нев. Вот ко­гда был мо­ло­дой, очень хо­тел по­лу­чать ор­де­на. В со­вет­ское вре­мя это вхо­ди­ло в пра­ви­ла иг­ры. А ко­гда я по­ста­рел и по­ум­нел, по­нял, что это та­кое. Ра­нев­ская за­ме­ча­тель­но на­зва­ла на­гра­ды «по­хо­рон­ны­ми при­над­леж­но­стя­ми».

- Этот год в Рос­сии был объ­яв­лен Го­дом куль­ту­ры. Ка­ки­ми вам ви­дят­ся ито­ги?

- Стра­на, в ко­то­рой каж­дый год не яв­ля­ет­ся го­дом куль­ту­ры, - не стра­на.

Еле­на ПЕТ­РО­ВА

Фото Алек­сандра НИКОЛАЕВА

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.