НА­ДО ЛИ ПЛЕ­ВАТЬ В ВЕЧ­НОСТЬ?

ПО­ЗИ­ЦИЯ МАКСИМОВА

AiF Peterburg (St. Petersburg) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА -

О ТОМ, КА­КИ­МИ БЫ­ЛИ ЛЮ­ДИ 50, 100 ЛЕТ НА­ЗАД, ЧЕМ ЖИ­ЛИ, О ЧЁМ МЕЧ­ТА­ЛИ И ПЕ­РЕ­ЖИ­ВА­ЛИ, МЫ СЕ­ГО­ДНЯ УЗНА­ЁМ ПО ИХ ДНЕВ­НИ­КАМ. А ЧТО УЗНА­ЕТ О НАС БУ­ДУ­ЩЕЕ ПО­КО­ЛЕ­НИЕ, ЧИ­ТАЯ НА­ШИ ТВИТ­ТЕ­РЫ, ФЕЙС­БУ­КИ, ИН­СТА­ГРА­МЫ? КА­КОЙ ПОРТ­РЕТ УВИ­ДИТ?

В наше тра­ди­ци­он­но по­ли­ти­че­ски непро­стое вре­мя хо­чет­ся за­дать вот ка­кой во­прос: «А веч­ность во­об­ще есть?»

Вот ко­гда чи­та­ешь, ска­жем, пись­ма или днев­ни­ки лю­дей про­шлой, «до­ин­тер­не­тов­ской», эпо­хи, ка­жет­ся, что веч­ность, без­услов­но, су­ще­ству­ет. И они пря­мо из неё пи­шут. И мы про них по­ни­ма­ем.

Не­дав­но я узнал, что во вре­мя Ле­нин­град­ской бло­ка­ды огром­ное ко­ли­че­ство лю­дей ве­ли днев­ни­ки. Не толь­ко по­то­му, что хо­те­ли вы­плес­нуть невы­но­си­мую боль. Но и по­то­му, что - осо­знан­но или нет - хо­те­ли вой­ти в веч­ность, немнож­ко рас­ска­зать о себе.

Ко­гда чи­та­ешь со­вре­мен­ные ин­тер­нет-по­сла­ния в со­ци­аль­ных се­тях, скла­ды­ва­ет­ся ощу­ще­ние, что ли­бо веч­но­сти нет во­все, ли­бо все хо­тят в неё плю­нуть. И чем смач­нее по­лу­чит­ся - тем луч­ше.

На мой взгляд, нет ни­че­го пло­хо­го в же­ла­нии че­ло­ве­ка ска­зать о том, что есть. Ес­ли пом­ни­те, го­го­лев­ский герой в «Ре­ви­зо­ре» про­сил Хле­ста­ко­ва: мол, ес­ли и го­су­да­ря им­пе­ра­то­ра встре­ти­те, ска­жи­те, мол, что я жи­ву тут на све­те. Нор­маль­ное же­ла­ние.

Со­вре­мен­ные пер­со­на­жи про себя не рас­ска­зы­ва­ют, а кри­чат: вот я там-то, вот я с тем-то, вот я сде­лал то-то, вот я сде­лал сё-то…

Ин­тер­нет за­ме­нил оди­но­че­ство до­ма на оди­но­че­ство в Се­ти. И это, вто­рое, оди­но­че­ство уже не ка­жет­ся та­ким тра­гич­ным. Весь мир зна­ет, что я на­хо­жусь в аэро­пор­ту и ле­чу ту­да-то! Весь мир ви­дит ме­ня на фоне че­го­то! При чём тут оди­но­че­ство?

С но­сталь­ги­че­ской тос­кой я ино­гда бе­ру в ру­ки днев­ни­ки про­шло­го или по­за­про­шло­го ве­ка: за их стро­ка­ми вста­ют ис­чез­нув­шие лю­ди ис­чез­нув­шей эпо­хи.

Ин­тер­нет мог ока­зать­ся все­мир­ной кни­гой. А ока­зал­ся все­мир­ным за­бо­ром. А на за­бо­ре че­го толь­ко не пи­шут, как из­вест­но. Вот и пи­шем. Нам ка­жет­ся, что этим мы фик­си­ру­ем свою жизнь - для себя, ну и чуть-чуть для френ­дов. А на са­мом де­ле со­зда­ём порт­рет че­ло­ве­ка эпо­хи XXI ве­ка - вот ведь оно как.

Что пой­мут на­ши по­том­ки о нас, чи­тая за­пи­си в соц­се­тях или раз­гля­ды­вая фото в Ин­с­та­гра­ме? Не­уже­ли мы та­кие, как мож­но про нас по­ду­мать? Мы же луч­ше! Мы же глуб­же! Мы же ин­те­рес­нее! Че­го ж мы несём-то вся­кую… Из­ви­ни­те!

Сло­во пе­ре­ста­ло быть чем­то зна­чи­мым. Из стро­и­тель­но­го ма­те­ри­а­ла лю­дей и эпох оно пре­вра­ти­лось в лёг­кий мя­чик, ко­то­рый лю­ди про­сто пе­ре­ки­ды­ва­ют друг дру­гу. «Я в «Ше­ре­ме­тье­во»!» - ло­ви! «А я на фоне Крем­ля!» - ло­ви! Не на­пря­га­ет, и сла­ва бо­гу…

…А веч­ность смот­рит на нас и удив­ля­ет­ся: о чём они толь­ко ду­ма­ют? Че­го они толь­ко де­ла­ют?

Ан­дрей Максимов,

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.