ГО­РЕ - ПО ШАБ­ЛО­НУ?

AiF Peterburg (St. Petersburg) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ольга САЛЬ­НИ­КО­ВА

СЕ­РЬЁЗ­НЫЙ РАЗ­ГО­ВОР

«ЕЩЁ С СО­ВЕТ­СКИХ ВРЕ­МЁН ЛЮ­ДЕЙ ПРИ­НЯ­ТО «СТРО­ИТЬ», НА­ЧИ­НАЯ С ДЕТ­СКО­ГО СА­ДА, ВНУ­ШАТЬ, ЧТО НЕЛЬ­ЗЯ ВЫ­ДЕ­ЛЯТЬ­СЯ. МЫ ПРИ­ВЫК­ЛИ К ЕДИ­НО­ОБ­РА­ЗИЮ И ЖДЁМ ЭТО­ГО ДА­ЖЕ ОТ ЛЮДСКИХ ЭМО­ЦИЙ», - СЧИ­ТА­ЕТ РОС­СИЙ­СКИЙ ПСИ­ХИ­АТР ДМИТРИЙ ИСАЕВ.

ПУСТЬ ГО­СУ­ДАР­СТВО

РЕ­ША­ЕТ

- Страш­ная авиакатастрофа, про­изо­шед­шая с са­мо­лё­том, ле­тев­шим из Егип­та в Санкт-Пе­тер­бург, ди­кий тер­акт в Па­ри­же вы­зва­ли бу­рю эмо­ций у рос­си­ян. В Се­ти один скан­дал сме­нял­ся дру­гим: ка­ри­ка­ту­ры и ре­ак­ция вла­стей на обе тра­ге­дии, спо­ры, по ко­му боль­ше скор­беть… По­се­ща­е­мость стра­ни­чек по­гиб­ших над Си­на­ем взле­те­ла в 35 ты­сяч раз! Соц­сеть «ВКон­так­те» бы­ла вы­нуж­де­на за­бло­ки­ро­вать ком­мен­та­рии от по­сто­рон­них лиц уже спу­стя несколь­ко ча­сов по­сле кру­ше­ния.

- Сей­час ситуация в об­ще­стве до­ста­точ­но на­ка­ле­на, что ста­ло след­стви­ем раз­лич­ных кри­зи­сов: со­ци­аль­но­го, эко­но­ми­че­ско­го, нрав­ствен­но­го...

Лю­ди на­хо­дят­ся в состоянии ожи­да­ния: что бу­дет даль­ше? И лю­бая стрес­со­вая ситуация вы­зы­ва­ет бур­ную ре­ак­цию. А тем бо­лее та­кие страшные тра­ге­дии с че­ло­ве­че­ски­ми жерт­ва­ми.

Раз­ни­ца меж­ду ре­ак­ци­ей на­ше­го об­ще­ства и за­пад­но­го на по­доб­ные со­бы­тия в том, что мы вме­сто гу­ма­ни­тар­но­го ас­пек­та ча­ще об­суж­да­ем идео­ло­ги­че­ские и по­ли­ти­че­ские во­про­сы. И ес­ли фран­цу­зов боль­ше вол­ну­ет непо­сред­ствен­но ги­бель фран­цу­зов, то у нас смерть про­сто­го че­ло­ве­ка - ма­ло­зна­чи­мое со­бы­тие в го­су­дар­ствен­ном мас­шта­бе.

По­это­му боль­шáя часть рос­си­ян вос­при­ня­ла тер­ак­ты, как от­ра­же­ние ца­ря­ще­го в об­ще­стве ха­о­са, по­счи­тав, что даль­ше бу­дет толь­ко ху­же. Са­ми жерт­вы их осо­бен­но не вол­но­ва­ли. Дру­гая - от­ре­а­ги­ро­ва­ла ис­клю­чи­тель­но на факт тра­ге­дии и ги­бе­ли лю­дей. При­няв это близ­ко к серд­цу, по­ста­вив се­бя на ме­сто жертв. Ка­жет­ся со­вер­шен­но нор­маль­ным, что лю­ди в об­ще­стве раз­ные и по­то­му их от­но­ше­ние к про­ис­хо­дя­ще­му столь силь­но раз­ли­ча­ет­ся.

К со­жа­ле­нию, мы при­вык­ли к еди­но­об­ра­зию и ждём это­го да­же от людских эмо­ций. Тре­бо­вать, что­бы все со­пе­ре­жи­ва­ли «как в Гол­лан­дии и Фран­ции» так­же некор­рект­но - у нас со­вер­шен­но раз­ные ис­то­рии и тра­ди­ции. Это нуж­но учи­ты­вать.

- Труд­но удер­жать­ся от срав­не­ния, ко­гда ви­дишь, что жертв авиа­ка­та­стро­фы из Гол­лан­дии до­ста­ви­ли на ро­ди­ну в ка­та­фал­ках, вдоль до­ро­ги их встре­ча­ли мест­ные жи­те­ли с цветами, при­шед­шие про­явить со­чув­ствие. Те­ла по­гиб­ших пе­тер­бурж­цев про­сто от­вез­ли в ре­фри­же­ра­то­рах в морг. У нас мень­ше раз­ви­то чув­ство эм­па­тии*?

- Де­ло не в эм­па­тии, а в от­но­ше­нии к лю­бым со­ци­аль­ным про­бле­мам, воз­ни­ка­ю­щим у нас в об­ще­стве.

Слу­чи­лась тра­ге­дия во Фран­ции, и об­ще­ство вос­при­ни­ма­ет это как вы­зов се­бе, лич­ное несча­стье. Па­ри­жане от­кры­ва­ют две­ри до­мов, что­бы по­мочь по­ли­ции и го­су­дар­ству спра­вить­ся с бе­дой (жи­те­ли Па­ри­жа за­пу­сти­ли в Ин­тер­не­те ак­цию «От­кры­тая дверь», пред­ла­гая убе­жи­ще всем, кто ока­зал­ся поб­ли­зо­сти от мест атак тер­ро­ри­стов. - Ред.).

Рос­си­яне то­же ис­кренне со­пе­ре­жи­ва­ют по­стра­дав­шим в обе­их трагедиях. Но мы при­вык­ли жить в си­ту­а­ции двой­ной мо­ра­ли. С од­ной сто­ро­ны, есть неко­то­рые фор­маль­ные пра­ви­ла, ко­то­рые мы го­то­вы со­блю­дать: день тра­у­ра, воз­ло­же­ние цве­тов и проч. С дру­гой - мно­гие пе­ре­кла­ды­ва­ют от­вет­ствен­ность на пле­чи го­су­дар­ства, не за­ду­мы­ва­ясь о сво­ем вкла­де. Вы там де­лай­те что хо­ти­те, при­ни­май­те ка­кие хо­ти­те за­ко­ны, ре­а­ги­руй­те, а нам всё рав­но. По­это­му всё мень­ше об­ра­ща­ем вни­ма­ние на люд­ское го­ре, всё ча­ще про­хо­дим ми­мо лю­дей, упав­ших на ули­це… Го­су­дар­ство - по­мо­жет.

Со­ци­аль­ная от­вет­ствен­ность рос­си­ян зна­чи­тель­но ни­же, чем ев­ро­пей­цев, ко­то­рые по­ни­ма­ют, что имен­но их по­ве­де­ние опре­де­ля­ет на­сто­я­щее и бу­ду­щее стра­ны. Од­на­ко рус­ская пас­сив­ность ре­зуль­тат не се­го­дняш­не­го вре­ме­ни, а тех со­бы­тий, ко­то­рые пе­ре­жи­ва­ла стра­на по­след­ний век. Ко­гда всё де­ла­лось по прин­ци­пу: есть власть, она пред­пи­сы­ва­ет, что нам де­лать. Эти вер­ти­каль­ные от­но­ше­ния меж­ду чи­нов­ни­ка­ми и на­ро­дом су­ще­ство­ва­ли во всех за­пад­ных стра­нах 100 лет на­зад. Но по­сте­пен­но они пе­ре­шли в го­ри­зон­таль­ную плос­кость и всё бóль­шее во­вле­че­ние об­ще­ства в жизнь го­су­дар­ства. В Рос­сии это­го не про­изо­шло. При­чин то­му бы­ло несколь­ко: власть са­ма не да­ва­ла воз­мож­но­сти про­яв­лять ини­ци­а­ти­ву, би­ла са­мых ак­тив­ных по ру­кам. Не лезь­те в по­ли­ти­ку, не суй­тесь со сво­и­ми ини­ци­а­ти­ва­ми, си­ди­те ти­хо! Плюс ко все­му мно­гим нра­ви­лось плыть по те­че­нию и ждать ми­ло­сти от «ца­ря».

СМЕРТЬ И СЕКС -

ТАБУ

- Мно­гие на­зва­ли ко­щун­ством ка­ри­ка­ту­ры «Шар­ли Эб­до» на па­де­ние са­мо­лё­та, празд­но­ва­ние Хэл­ло­уи­на в день тра­ге­дии и да­же сел­фи пе­ви­цы Та­тья­ны Бу­ла­но­вой. Вы счи­та­е­те это оскор­би­тель­ным?

- Я жи­ву в Пе­тер­бур­ге, ни­ко­гда не ви­дел этот фран­цуз­ский жур­нал и не знаю, что там пе­ча­та­ет­ся. Как их де­я­тель­ность мо­жет по­вли­ять на мою жизнь? Да ни­как! Но несколь­ко недель нас с экра­нов те­ле­ви­зо­ров убеж­да­ли в об­рат­ном, по­до­гре­ва­ли опре­де­лён­ные на­стро­е­ния, про­во­ци­ро­ва­ли враж­деб­ные ан­ти­за­пад­ные вы­ска­зы­ва­ния. Хо­тя есть го­раз­до бо­лее зна­чи­мые по­во­ды для бес­по­кой­ства внут­ри стра­ны. Мне ка­жет­ся, нам не сто­ит при­ни­мать эту шу­ми­ху близ­ко к серд­цу. Тем бо­лее ед­ки­ми ри­сун­ка­ми они от­кли­ка­ют­ся на все со­бы­тия - вклю­чая тер­ак­ты в Па­ри­же. В жур­на­ле «Кро­ко­дил» в своё вре­мя пе­ча­та­лись злей­шие ка­ри­ка­ту­ры на со­бы­тия и вла­сти за­пад­ных стран, но ни­кто их не пе­ре­пе­ча­ты­вал в европейской прес­се и не де­лал из это­го тра­ге­дию.

- Воз­мож­но, у нас, рос­си­ян, осо­бое от­но­ше­ние к смер­ти. И ес­ли ев­ро­пей­цы и аме­ри­кан­цы (не го­во­ря уже об ази­а­тах) ско­рее вос­при­ни­ма­ют смерть как про­цесс есте­ствен­ный и не­из­беж­ный, да­же мо­гут по­шу­тить на эту те­му, мы про смерть пред­по­чи­та­ем не ду­мать и не го­во­рить. Это свя­за­но с на­шей ре­ли­ги­ей, вос­пи­та­ни­ем?

- Ско­рее со зна­чи­мо­стью и цен­но­стью че­ло­ве­че­ской жиз­ни в це­лом. Смерть, как и сек­су­аль­ные от­но­ше­ния, в на­шей стране ока­за­лись та­бу­и­ро­ван­ны­ми, так как это са­мые ин­тим­ные мо­мен­ты жиз­ни че­ло­ве­ка, тес­но свя­зан­ные с его лич­но­стью. А лич­ность по-преж­не­му у нас на вто­ром плане. Ещё с со­вет­ских вре­мён лю­дей при­ня­то «стро­ить» на­чи­ная с дет­ско­го са­да, вну­шать, что они долж­ны быть как все, ни­чем не вы­де­лять­ся. Что есть бо­лее зна­чи­мые го­су­дар­ствен­ные цен­но­сти, аб­стракт­ные за­да­чи, чем то, что про­ис­хо­дит с кон­крет­ным жи­те­лем стра­ны. Сде­лать из че­ло­ве­ка вин­тик - вот глав­ная за­да­ча. Но эта тен­ден­ция опас­на и для го­су­дар­ства. Обес­це­ни­ва­ние лич­но­сти в го­су­дар­стве при­во­дит к то­му, что че­ло­век пе­ре­ста­ёт це­нить как лич­ность и са­мо­го се­бя, и окру­жа­ю­щих. По­яв­ля­ет­ся ощу­ще­ние бес­пер­спек­тив­но­сти, невоз­мож­но­сти на что-ли­бо вли­ять, на­кап­ли­ва­ет­ся зло­ба от неудо­вле­тво­рён­но­сти та­кой жиз­нью. На­чи­на­ют­ся по­ис­ки вра­гов и при­чин несчаст­ли­во­сти. В ко­неч­ном счё­те, мы по­лу­ча­ем кар­точ­ный до­мик, ко­то­рый мо­жет раз­ва­лить­ся от лю­бо­го ду­но­ве­ния. При­чём непо­нят­но от­ку­да и ко­гда его мож­но ждать. К при­ме­ру, ров­но по это­му сце­на­рию про­шли мир­ные ре­во­лю­ции в боль­шин­стве быв­ших со­ци­а­ли­сти­че­ских стран.

В Рос­сии бы­ли пе­ри­о­ды про­свет­ле­ния, ко­гда мы го­во­ри­ли о зна­чи­мо­сти каж­до­го кон­крет­но­го че­ло­ве­ка. Та­кие мо­мен­ты все­гда по­зи­тив­но ска­зы­ва­лись на жиз­ни стра­ны. Яр­кий при­мер то­му - от­те­пель. Как толь­ко об­на­ру­жи­лось, что лю­дям поз­во­ле­но ду­мать, про­яв­лять се­бя, это при­ве­ло к всплес­ку твор­че­ской ак­тив­но­сти, к по­яв­ле­нию имён, ко­то­рые мы пом­ним до сих пор. По­эты Ев­ту­шен­ко, Воз­не­сен­ский, Ах­ма­ду­ли­на, Рож­де­ствен­ский, це­лая пле­я­да ве­ли­ких ре­жис­сё­ров… 90-е го­ды я бы то­же на­звал свое­об­раз­ной «от­те­пе­лью», хо­тя их и при­ня­то ру­гать. По­это­му дать боль­ше сво­бо­ды че­ло­ве­ку в ин­те­ре­сах са­мо­го го­су­дар­ства.

ЛЮ­БАЯ ТРА­ГЕ­ДИЯ ВЫ­ЗЫ­ВА­ЕТ БУР­НУЮ РЕ­АК­ЦИЮ.

Пе­тер­бурж­цы ис­кренне со­чув­ству­ют и несут цве­ты к кон­суль­ству Фран­ции.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.