БЕЗ НА­ЦИ­О­НАЛЬ­НО­ГО КИ­НО

AiF Peterburg (St. Petersburg) - - , АПРОГРАММЫ - Еле­на ПЕТ­РО­ВА

В ЭТИ ДНИ НА ЭКРА­НЫ ВЫ­ХО­ДИТ ФИЛЬМ АЛЕК­САНДРА СО­КУ­РО­ВА «ФРАН­КО­ФО­НИЯ», КО­ТО­РЫЙ КРИ­ТИ­КИ УЖЕ НА­ЗВА­ЛИ ГЛАВ­НЫМ СО­БЫ­ТИ­ЕМ ГО­ДА КИ­НО. КАР­ТИ­НА УДО­СТО­Е­НА НА­ГРА­ДЫ ВЕНЕЦИАНСКОГО ФЕ­СТИ­ВА­ЛЯ, ЕЁ ПО­КА­ЗЫ С УСПЕ­ХОМ ПРО­ШЛИ НА ЕВ­РО­ПЕЙ­СКОМ, АМЕ­РИ­КАН­СКОМ И АЗИ­АТ­СКОМ КОН­ТИ­НЕН­ТАХ.

НЕПРЕД­СКА­ЗУ­Е­МАЯ

СУДЬ­БА

- Вы­ход филь­ма на ро­дине - со­бы­тие, несо­по­ста­ви­мое ни с чем, - при­зна­ёт­ся Алек­сандр Ни­ко­ла­е­вич. - Хо­тя ни­ка­ких осо­бых ожи­да­ний у ме­ня нет. У филь­мов неком­мер­че­ско­го на­прав­ле­ния непред­ска­зу­е­мая судь­ба. Как дол­го «Фран­ко­фо­ния» про­дер­жит­ся на экранах - не знаю, ведь си­сте­ма про­ка­та не при­над­ле­жит Рос­сии, а удо­вле­тво­ря­ет за­про­сы Гол­ли­ву­да.

- Но столь­ко го­во­ри­лось о со­зда­нии се­ти ки­но­те­ат­ров по всей Рос­сии, в ко­то­рых бу­дут по­ка­зы­вать оте­че­ствен­ное ки­но!

- По­ка ни­ка­кой про­це­ду­ры за­щи­ты ин­те­ре­сов оте­че­ствен­но­го ки­но, как и всей на­ци­о­наль­ной куль­ту­ры, в ре­аль­но­сти я не ви­жу. Нуж­на прак­ти­че­ская ра­бо­та, хо­тя бы бес­плат­ная кво­та ре­кла­мы ки­но, те­ат­ров, му­зеев на те­ле­ви­де­нии, в первую оче­редь - рос­сий­ском. Я го­во­рил об этом ещё пять лет на­зад. Ни­ка­кой ре­ак­ции. У на­се­ле­ния ма­ло ин­фор­ма­ции о том, что де­ла­ет­ся в стране в об­ла­сти куль­ту­ры. А ре­жис­сёр, сняв­ший кар­ти­ну на го­су­дар­ствен­ные день­ги, да­же не име­ет воз­мож­но­сти от­чи­тать­ся о сво­ей ра­бо­те, по­ка­зать фильм зри­те­лю. Да у нас сей­час и нет на­ци­о­наль­но­го ки­не­ма­то­гра­фа, как бы­ло в со­вет­ский пе­ри­од. В стране есть толь­ко мос­ков­ское ки­но, ча­стич­но - пе­тер­бург­ское. Но не знаю, ка­кая судь­ба ждёт «Лен­фильм». Всё осталь­ное ску­ко­жи­ва­ет­ся: пре­кра­ща­ет су­ще­ство­ва­ние сверд­лов­ская ки­но­сту­дия, у же нет це­поч­ки до­ку­мен­таль­ных сту­дий в Си­би­ри, от­сут­ству­ет ки­не­ма­то­граф на Се­вер­ном Кав­ка­зе… А ведь у ки­не­ма­то­гра­фи­ста, жи­ву­ще­го на Даль­нем Во­сто­ке, в Си­би­ри, со­всем дру­гая

ТОЧ­КА ЗРЕ­НИЯ

эс­те­ти­ка, дру­гие про­бле­мы, дру­гая те­ма­ти­ка, не та, что у ре­жис­сё­ра-моск­ви­ча.

КА­ТА­СТРО­ФА И КУЛЬ­ТУ­РА

- Ва­ша кар­ти­на по­свя­ще­на Фран­ции, спа­се­нию Лув­ра во вре­мя Вто­рой ми­ро­вой вой­ны. А как в этой кон­цеп­ции воз­ник­ла те­ма бло­кад­но­го Ле­нин­гра­да?

- Ме­ня ин­те­ре­со­ва­ло, как в усло­ви­ях гло­баль­ной ка­та­стро­фы мо­жет воз­ник­нуть мысль о со­хран­но­сти куль­тур­ных цен­но­стей. Счи­таю это ка­че­ствен­ным при­зна­ком су­ще­ство­ва­ния ци­ви­ли­за­ции.

И ещё од­на па­рал­лель меж­ду ис­то­ри­че­ски­ми со­бы­ти­я­ми в двух стра­нах. Ведь Фран­ция во Вто­рой ми­ро­вой войне про­сто сда­лась непри­я­те­лю. Что из это­го из­влек­ли фран­цу­зы, в чём вы­иг­ра­ли и в чём про­иг­ра­ли? Пу­стить вра­га или со­про­тив­лять­ся? По­те­рять мил­ли­о­ны жиз­ней, по­лу­чить раз­ру­шен­ную стра­ну, но со­хра­нить честь? А тут - по­те­рян­ная честь, но со- хра­нён­ные жиз­ни, спа­сён­ная куль­ту­ра…

Эта од­на из са­мых бо­лез­нен­ных мо­раль­ных про­блем об­ще­ства, ко­то­рая вста­ёт в лю­бую ис­то­ри­че­скую эпо­ху и все­гда на­хо­дит от­ра­же­ние в жиз­ни от­дель­но­го че­ло­ве­ка. Пе­ред каж­дым сто­ит ди­лем­ма: ко­гда ком­про­мисс бла­го­тво­рен и яв­ля­ет­ся чест­ным и му­же­ствен­ным ре­ше­ни­ем, а ко­гда это тру­сость и сда­ча по­зи­ций.

Те­ма кар­ти­ны ак­ту­аль­на и сей­час. Ведь Ев­ро­пу за­хлест­ну­ла пробле­ма ми­гра­ции, её ок­ку­пи­ро­ва­ли тол­пы бе­жен­цев. Дол­гое вре­мя это бы­ло аб­со­лют­но за­пре­щён­ной те­мой для об­суж­де­ний, и мои раз­мыш­ле­ния вы­зы­ва­ли за­ме­ча­ния, что я на­ци­о­на­лист. Но я всё вре­мя по­вто­рял: сли­ва­ясь в лю­бов­ных объятиях с при­ез­жи­ми, ни­ко­гда не за­бы­вай­те, что вы фран­цу­зы или нем­цы.

- Вы на­зва­ли кар­ти­ну «Фран­ко­фо­ния». Это сло­во озна­ча­ет «лю­бовь ко все­му французскому». По­че­му бы­ло важ­но под­черк­нуть эту те­му?

- Го­то­вясь к кар­тине и изу­чая до­ку­мен­ты, пе­ре­пис­ку, ис­то­рии жиз­ни лю­дей - преж­де все­го это ка­са­ет­ся Гер­ма­нии, - я за­ме­тил, что влюб­лён­ность «во фран­цуз­ское» бы­ла по­го­лов­ной. Боль­шая часть немец­ких офи­це­ров до вой­ны бы­ва­ла во Фран­ции, знала её му­зеи. Это бы­ли род­ствен­ные куль­ту­ры, и вой­ну мож­но на­звать вой­ной двух се­стёр. В Ев­ро­пе не лю­бят го­во­рить о под­со­зна­тель­ном: хоть сей­час мы и во­ю­ем, в кон­це кон­цов ся­дем в ка­фе и бу­дем пить бук­валь­но из од­ной чаш­ки.

Рос­сия так­же всё вре­мя стре­мит­ся сесть за этот же сто­лик, но не по­лу­ча­ет­ся. Мы чу­жие, и по­пыт­ка по­нять - по­че­му - пред­при­ня­та в кар­тине.

ВЯ­ЛЫЙ ГО­РОД

- Раз в филь­ме вы рас­ска­зы­ва­е­те о спа­се­нии куль­ту­ры в бло­кад­ном Ле­нин­гра­де, то ка­ко­во, на ваш взгляд, её со­вре­мен­ное со­сто­я­ние?

- Сей­час это го­род, в ко­то­ром со­зда­лось тяжёлое по­ло­же­ние с прес­сой, нет ни од­но­го се­рьёз­но­го те­ле­ка­на­ла, нет ра­дио­стан­ции клас­си­че­ской му­зы­ки и мо­ло­дёж­ной ра­дио­стан­ции, ко­то­рая мог­ла бы со­ста­вить кон­ку­рен­цию то­му же «Эху Моск­вы»… То есть нет пер­со­ни­фи­ци­ро­ван­ной сре­ды, ха­рак­тер­ной для Пе­тер­бур­га. Мы яв­ля­ем­ся вя­лым го­ро­дом, на­хо­дим­ся в со­сто­я­нии об­ще­ствен­но-куль­тур­но­го упад­ка, при этом ви­дим экс­пан­сию и рост мос­ков­ско­го те­ле­ви­зи­он­но­го и ки­но­со­об­ще­ства.

У ме­ня по­до­зре­ния, что сег­мент лю­дей, ко­то­рых ин­те­ре­су­ет се­рьёз­ное ки­но, в част­но­сти, «Фран­ко­фо­ния», несколь­ки­ми се­ан­са­ми в ки­но­те­ат­ре «Ав­ро­ра» бу­дет ис­чер­пан. По­то­му что ино­гда жа­лу­ют­ся: вот, не по­ка­зы­ва­ют рус­ское ки­но! А ко­гда по­ка­зы­ва­ют, в за­ле - три че­ло­ве­ка. Это невоз­мож­но для тех же Гер­ма­нии или Фран­ции, там свои кар­ти­ны смот­рят.

- А не пре­уве­ли­чи­ва­е­те ли вы роль ки­но в жиз­ни об­ще­ства?

- Это моя ре­ак­ция на то, что ки­не­ма­то­граф неза­слу­жен­но за­нял пре­уве­ли­чен­ное по­ло­же­ние! Ведь это факт, что лю­ди ста­ли ме­нее про­све­щён­ны­ми, мень­ше чи­та­ют, а боль­ше смот­рят на экран. И со­бы­ти­ем ста­но­вят­ся эле­мен­тар­ные ком­мер­че­ские по­дел­ки, сде­лан­ные на ком­пью­те­ре, а не ху­до­же­ствен­ное уси­лие лю­дей уров­ня Берг­ма­на или Фел­ли­ни.

Ки­но - мощ­ная си­ла, на­до ею управ­лять, ста­вить на ме­сто. А отечественный ки­не­ма­то­граф мо­жет воз­ро­дить­ся, толь­ко ес­ли дать до­ро­гу мо­ло­дым. Каж­дый год долж­ны быть де­сят­ки де­бю­тов, что­бы в ито­ге вы­явить хо­тя бы три-че­ты­ре се­рьёз­ные фи­гу­ры, об этом го­во­рит прак­ти­ка гол­ли­вуд­ско­го, ев­ро­пей­ско­го, да и со­вет­ско­го ки­но. По­ка же го­су­дар­ствен­ная по­ли­ти­ка в об­ла­сти ки­но невы­ра­зи­тель­на.

КИ­НО - МОЩ­НАЯ СИ­ЛА, ЕЮ НА­ДО УПРАВ­ЛЯТЬ.

Ком­про­мисс бла­го­тво­рен и яв­ля­ет­ся чест­ным ре­ше­ни­ем, или это тру­сость и сда­ча по­зи­ций?

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.