СЛА­ВА - ЭТО ТРЕСКОТНЯ

Сер­гей Пус­ке­па­лис о силь­ных сим­па­ти­ях и сла­бых душах.

AiF Peterburg (St. Petersburg) - - САНКТ-ПЕТЕРБУРГ ЛИЦА - Еле­на ПЕТ­РО­ВА

ТЕ­АТР КО­МЕ­ДИИ ИМЕ­НИ АКИ­МО­ВА ДА­ЁТ ПЕРВУЮ ПРЕ­МЬЕ­РУ 2017 ГО­ДА - СПЕК­ТАКЛЬ ПО ПЬЕ­СЕ СЛАПОВСКОГО «ГДЕ ЗАРЫТА СО­БА­КА». РЕЖИССЁР - СЕР­ГЕЙ ПУС­КЕ­ПА­ЛИС, ИЗ­ВЕСТ­НЫЙ КИ­НО­АК­ТЁР, ЗА ПЛЕ­ЧА­МИ КО­ТО­РО­ГО БО­ЛЕЕ ДВА­ДЦА­ТИ ФИЛЬ­МОВ.

ТУ­ЧИ РАЗО­ШЛИСЬ

- Сер­гей, знаю, что как режиссёр вы в ос­нов­ном ста­ви­те пье­сы Алек­сея Слаповского. По­че­му этот ав­тор вам так бли­зок?

- Вы хо­ти­те, что­бы я объ­яс­нил чув­ство сим­па­тии, ко­то­рое на са­мом де­ле неизъ­яс­ни­мо? Ну, по­пы­та­юсь… Мож­но ска­зать, что мы с Алек­се­ем Ива­но­ви­чем из од­но­го го­ро­да, из Саратова. Там я за­кон­чил те­ат­раль­ное учи­ли­ще, ра­бо­тал в ТЮЗе, где мы де­ла­ли его первую пье­су, там же про­чи­тал его пер­вый ро­ман. А поз­же, учась в Москве у Пет­ра Фо­мен­ко, по­ста­вил пье­су Слаповского «Но­мер 27» и при­во­зил спек­такль в Пе­тер­бург на фе­сти­валь «Бал­тий­ский дом». Дра­ма­тур­гия Слаповского на­хо­дит от­клик у зри­те­лей. «Где зарыта со­ба­ка» - ми­ро­вая пре­мье­ра пье­сы, Алек­сей Ива­но­вич толь­ко что её на­пи­сал.

- В Пе­тер­бур­ге это бу­дет ваш ре­жис­сёр­ский де­бют. По­че­му для него вы вы­бра­ли Те­атр ко­ме­дии?

- Во-пер­вых, ко­гда-то здесь уже ста­ви­ли Слаповского, во­вто­рых, в те­ат­ре ра­бо­тал мой учи­тель Пётр Фо­мен­ко. Так что я при­шёл к дру­зьям. Ин­те­рес­но, что удачно сло­жи­лось и со съём­ка­ми. В Пе­тер­бур­ге де­ла­ли фильм «Трей­дер», и у ме­ня бы­ли па­у­зы в гра­фи­ке, а по­том съёмки и во­все при­оста­но­ви­ли, так что все ту­чи разо­шлись, и я ра­бо­тал в нор­маль­ном ре­жи­ме.

МЕД­НЫЕ ТРУ­БЫ

- Вы ста­ли чрез­вы­чай­но по­пу­ляр­ны бла­го­да­ря ки­но. На­сколь­ко эта из­вест­ность для вас важ­на?

- По­пу­ляр­ность, узна­ва­е­мость - это трескотня, ко­то­рая от­вле­ка­ет и раз­вра­ща­ет сла­бые ду­ши, под­ме­ня­ет ис­ти­ну на ими­та­цию. Не­да­ром счи­та­ет­ся, что са­мое труд­ное испытание - мед­ны­ми тру­ба­ми, оно и сто­ит по­сле ог­ня и во­ды. Ино­гда че­ло­век на­чи­на­ет пу­тать­ся - где он, а где его ге­рой? Вот ме­ня спра­ши­ва­ют, как от­но­шусь к то­му, что со мной фо­то­гра­фи­ру­ют­ся. А я счи­таю, что сни­ма­ют­ся не со мной, а с пер­со­на­жем, ко­то­ро­го зри­те­ли по­лю­би­ли в мо­ём ли­це, ко­то­рый при­хо­дил к ним до­мой че­рез телевизор. По­это­му я спо­ко­ен, да­же, на­про­тив, как-то нелов­ко се­бя чув­ствую.

- У вас есть свой лич­ный план на 2017 год?

- Внут­ренне су­ще­ству­ет, но, ко­неч­но, это не ка­кое-то рас­пи­са­ние, а ско­рее смут­ное ин­ту­и­тив­ное ощу­ще­ние. Что-то мне под­ска­зы­ва­ет, ку­да на­до ид­ти.

В юно­сти я пы­тал­ся стро­ить пла­ны. Од­на­ж­ды по­па­лась мне хо­ро­шая книж­ка «Муж­чи­нам до 16 лет», в ко­то­рой рас­ска­зы­ва­лось, как на­учить­ся ма­сте­рить, как стать ор­га­ни­зо­ван­ным, силь­ным. Осо­бен­но нра­ви­лись пар­ни на кар­тин­ках - спор­тив­ные, са­мо­сто­я­тель­ные, всё успе­ва­ю­щие. Я тя­нул­ся к та­ко­му образу.

- В ки­но вы и иг­ра­е­те та­ких ге­ро­ев. Они не из­ме­ня­ют се­бе в са­мых же­сто­ких об­сто­я­тель­ствах, на ко­то­рые так бо­га­та рос­сий­ская жизнь.

- У нас по­че­му-то есть ощу­ще­ние, что мы долж­ны жить в ка­ком-то иде­аль­ном ми­ре! Мы на­де­ем­ся на чу­до, ру­га­ем­ся на дру­гих, по­то­му что из-за них всё идёт не так. Но ведь мир та­кой, ка­кой есть. А мои ге­рои уже жи­вут в иде­аль­ном ми­ре, на них да­вят, их ру­га­ют, а они де­ла­ют своё де­ло и не пе­ча­лят­ся.

- Не хо­чет­ся ли вам сыг­рать от­ри­ца­тель­ный пер­со­наж, «вы­та­щить» из се­бя но­вые чер­ты?

- А я но­вые и не вы­тас­ки­ваю ни­ко­гда - что есть, то и есть. Я ведь в ти­ши ка­би­не­та по­дол­гу не раз­мыш­ляю, не расчленяю се­бя, а жи­ву как жи­ву. Очень рад, ес­ли мо­гу ко­му-то по­мочь или ко­му-то при­я­тен. А ес­ли уж не при­хо­жусь ко дво­ру, дол­го не за­си­жи­ва­юсь.

Я НЕ РАСЧЛЕНЯЮ СЕ­БЯ, А ЖИ­ВУ КАК ЖИ­ВУ.

«Мои ге­рои де­ла­ют своё де­ло и не пе­ча­лят­ся».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.