ЗАСТЫВШИЙ ИНТЕЛЛИГЕНТ

Пи­са­тель Ва­ле­рий Попов о том, за­чем «со­кру­шать идо­лов».

AiF Peterburg (St. Petersburg) - - САНКТ-ПЕТЕРБУРГ ГОСТЬ НОМЕРА - Ва­ле­рий ПОПОВ. Еле­на ПЕТ­РО­ВА

ИЗ­ВЕСТ­НЫЙ ПЕ­ТЕР­БУРГ­СКИЙ ПИ­СА­ТЕЛЬ ВА­ЛЕ­РИЙ ПОПОВ ПО­ЛУ­ЧИЛ ГО­СУ­ДАР­СТВЕН­НУЮ ПРЕ­МИЮ И НА­ГРАЖ­ДЁН МЕ­ДА­ЛЬЮ ИМЕ­НИ ПУШ­КИ­НА ЗА ЗА­СЛУ­ГИ В ОБ­ЛА­СТИ СО­ВРЕ­МЕН­НОЙ ЛИ­ТЕ­РА­ТУ­РЫ. В ИН­ТЕР­ВЬЮ «АИФ» ОН РАС­СКА­ЗАЛ, ПО­ЧЕ­МУ НЕ СТО­ИТ ЗАВИДОВАТЬ ЗА­ПА­ДУ И КАК БЛОГЕРЫ РАСКАЛЫВАЮТ ОБ­ЩЕ­СТВО.

- Всю жизнь я на­сме­хал­ся над на­гра­да­ми, а те­перь сам стал «как Бреж­нев», весь в ре­га­ли­ях, - ком­мен­ти­ру­ет ла­у­ре­ат. - Но кто-то вер­но ска­зал: «Ес­ли ты не был оп­по­зи­ци­о­не­ром в мо­ло­до­сти, зна­чит у те­бя нет со­ве­сти. Но ес­ли ты не сде­лал ка­рье­ру к ста­ро­сти - зна­чит у те­бя нет ума». И не обя­за­тель­но при­спо­саб­ли­вать­ся к об­сто­я­тель­ствам, со­всем на­обо­рот! Вот у ме­ня вы­хо­дит со­бра­ние со­чи­не­ний, и в пер­вом то­ме опуб­ли­ко­вал на­пи­сан­ное толь­ко что. Этот «об­рат­ный ход вре­ме­ни» при­ду­мал, что­бы оша­ра­шить чи­та­те­ля но­вым и дерз­ким, по­ка­зать, что «ти­хим» не бу­ду ни­ко­гда. В кни­ге - три по­ве­сти в лю­бов­но-са­ти­ри­че­ском жан­ре.

ДУША - В ГАДЖЕТЕ

- Как же со­еди­ня­ют­ся лю­бовь и са­ти­ра?

- Са­ти­рой «про­ве­ря­ет­ся» не толь­ко сам ге­рой, но и его из­бран­ни­цы. Вна­ча­ле он за­яв­ля­ет груст­но, но слег­ка над­мен­но: «По­че­му-то у ме­ня в жиз­ни не бы­ло ни од­ной жен­щи­ны без выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния, как-то да­же обид­но». И вот меч­ты сбы­лись - влюб­ля­ет­ся в жен­щи­ну, оли­це­тво­ря­ю­щую всё бес­куль­ту­рье и ди­кость ны­неш­не­го об­ще­ства. Да­же ко­гда он при­во­дит ге­ро­и­ню в ис­то­ри­че­ский ре­сто­ран в Па­ри­же, где бы­ва­ли «ве­ли­кие», она не от­ры­ва­ет­ся от га­д­же­та, по­то­му что про­ис­хо­дя­щее на экран­чи­ке - важ­нее. Там у неё душа.

И ока­зы­ва­ет­ся, что со­вре­мен­ная жизнь боль­ше со­от­вет­ству­ет ей - она уже и в «куль­тур­ном об­ще­стве» со сво­и­ми за­маш­ка­ми и сло­веч­ка­ми име­ет боль­ший успех, чем он. Ге­рой­то хо­тел её под­нять до се­бя - но на са­мом де­ле она та­щит его за со­бой. Та­ко­ва, увы, роль ин­тел­ли­ген­ции в на­ши дни. Я люб­лю со­кру­шать идо­лов, а «гор­до застывший интеллигент» - идол и есть. В со­вре­мен­ной жиз­ни все уже раз­го­ва­ри­ва­ют на слен­ге, об­хо­дят­ся меж­до­ме­ти­я­ми, длин­ные обо­ро­ты с де­е­при­ча­сти­я­ми не нуж­ны.

Хо­тя вот ино­гда мне зво­нит один ста­рый друг, и я, слы­ша его на­пы­щен­ную речь, чув­ствую, что ни­ка­кой ин­фор­ма­ции не бу­дет. Он про­сто кра­су­ет­ся. То­гда от­кла­ды­ваю труб­ку в сто­ро­ну. Лю­ди вы­со­ко­пар­но и дол­го ве­ща­ю­щие - по­чти па­ро­дий­ны.

- И ин­тел­ли­гент­ный че­ло­век - па­ро­ди­ен?

- Ин­тел­ли­ген­том в преж­нем, за­стыв­шем об­ра­зе оста­вать­ся нель­зя. На­до ду­шой, мыс­ля­ми, стра­да­ни­я­ми со­от­вет­ство­вать жиз­ни, быть с ге­ро­я­ми со­вре­мен­но­сти. «Ор­фей спус­ка­ет­ся в ад» - есть та­кое хо­ро­шее на­зва­ние, прав­да, не у ме­ня.

В ФОР­МЕ ГРОТЕСКА

- Столетие ре­во­лю­ции мог­ло бы стать по­во­дом для объ­еди­не­ния об­ще­ства?

- Я сей­час пи­шу по­весть «Се­мья По­по­вых и ре­во­лю­ция». На­чи­на­ет­ся она с рас­ска­за о де­ре­вен­ском дет­стве мо­е­го от­ца, ко­то­рый стал из­вест­ным се­лек­ци­о­не­ром, профессором. Ес­ли бы ре­во­лю­ции не бы­ло, он, воз­мож­но, остал­ся бы в де­ревне. Так ру­гать ре­во­лю­цию или за­щи­щать? Есть тре­тий путь: взять всё по­лез­ное из то­го, что про­ис­хо­дит, и де­лать своё де­ло.

Ру­гать во­об­ще у нас в кро­ви. Да­же в рус­ской клас­си­ке ос­нов­ная идея в том, что мир неспра­вед­лив и на­до бо­роть­ся. По­том эта борь­ба вы­ро­ди­лась в злую по­го­вор­ку: «В Рос­сии есть толь­ко те, кто са­жа­ет, и ко­го са­жа­ют». Свою же за­да­чу ви­жу в том, что­бы опро­верг­нуть и до­ка­зать: нор­маль­ная жизнь воз­мож­на.

- А как же стро­ки Не­кра­со­ва: «Кто жи­вёт без пе­ча­ли и гне­ва, тот не лю­бит от­чиз­ны сво­ей»?

- Мой гнев име­ет фор­му гротеска. На­чи­ная с пер­во­го рас­ска­за, ко­гда ми­ли­ци­о­не­ры съе­да­ют го­ру тво­ро­га, в ко­то­ром, по их мне­нию, пря­чет­ся шпи­он. Моя за­да­ча - пе­ре­ра­бот­ка ре­аль­но­сти в сто­ро­ну смеш­но­го, так жизнь бо­лее при­ем­ле­ма.

А ко­гда брюз­жат и ру­га­ют стра­ну… это всё рав­но, что ру­гать зем­ной шар, на ко­то­ром мы по­яви­лись и вы­рос­ли та­кие, как есть. И ска­жу - мы в Рос­сии не ху­же дру­гих. У ме­ня да­же есть ощу­ще­ние, что жи­вём в луч­шем ме­сте. За­пад нас дей­стви­тель­но опе­ре­жа­ет, но те­перь уже боль­ше по ча­сти ужа­сов и дис­ком­фор­та. Зна­ко­мый про­фес­сор из Фран­ции ку­пил квар­ти­ру в Пе­тер­бур­ге - не на­ра­ду­ет­ся: вни­зу круг­ло­су­точ­ный ма­га­зин, во­круг ре­сто­ра­ны на лю­бой вкус, вы­зы­ва­ешь такси - при­ез­жа­ет че­рез де­сять ми­нут и ждёт у па­рад­ной. А в Па­ри­же, ес­ли ты опоз­дал к такси на пять ми­нут, на счёт­чи­ке уже 30 ев­ро штра­фа! Так что, мо­жет, не бу­дем завидовать? «Жизнь уда­лась!» - на­зва­ние ран­ней мо­ей кни­ги, и толь­ко с та­ким сло­га­ном мож­но жить пло­до­твор­но, а не раз­ру­ши­тель­но.

КАРЛИКИ И ГУЛЛИВЕРЫ

- Так ку­да - на взгляд пи­са­те­ля - дви­жет­ся мир?

- Мне ка­жет­ся, тра­ге­дия в том, что мо­ло­дёжь вос­при­ни­ма­ет толь­ко ма­те­ри­аль­ный мир. И ни­че­го кро­ме сви­те­ра, джин­сов и ком­пью­те­ра им не на­до. Ещё на­блю­даю по­сто­ян­ную по­пыт­ку най­ти пробле­му там, где её нет. Вот бе­се­ду­ешь с за­пад­ным жур­на­ли­стом, чуть по­жа­лу­ешь­ся на жизнь, сра­зу пе­ча­та­ют: «Ду­шат пи­са­те­лей»! Рас­ска­зы­ва­ешь о ка­ком-то ин­те­рес­ном ли­те­ра­то­ре, сра­зу во­прос: «Его пре­сле­ду­ют, он в тюрь­ме?» По­че­му-то, по их по­ня­ти­ям, «на­сто­я­щий» - толь­ко тот, кто в тюрь­ме или ту­да стре­мит­ся.

И у нас, увы, вы­рос­ло по­ко­ле­ние бло­ге­ров, ко­то­рое го­нит всех на бар­ри­ка­ды, яс­ное де­ло, вир­ту­аль­ные. Они да­же пы­та­ют­ся «съесть» Рус­ский ПЕН-центр, в ко­то­ром со­сто­ят се­рьёз­ные пи­са­те­ли, дей­стви­тель­но мно­го сде­лав­шие для сво­бо­ды сло­ва в на­шей стране. Эти лю­ди, са­ми не со­зда­ю­щие ни­че­го, су­ме­ли по­ссо­рить меж­ду со­бой за­ме­ча­тель­ных лю­дей.

Ком­пью­тер­ные про­ек­ты, чья на­сто­я­щая цель - лишь уве­ли­че­ние ко­ли­че­ства «лайков», раскалывают на­ше об­ще­ство. Да­же са­мых ум­ных и та­лант­ли­вых рас­став­ля­ют «по сто­ро­нам бар­ри­ка­ды». Не­ужто эти карлики «по­вя­жут» гул­ли­ве­ров?

- Вы со­зда­ли кни­ги о До­вла­то­ве, Ли­ха­чё­ве, Зо­щен­ко. О ком ещё хо­те­лось бы рас­ска­зать?

- Есть идея, за ко­то­рую ме­ня гро­зят­ся по­бить да­же род­ствен­ни­ки, - хо­чу на­пи­сать про Ки­ро­ва. Я люб­лю на­ры­вать­ся и не терп­лю, ко­гда мне что-то на­вя­зы­ва­ют как обя­за­тель­ное, бес­спор­ное и окон­ча­тель­ное. Под­твер­ждать об­ще­при­ня­тое по­след­нее де­ло для пи­са­те­ля. Как ска­зал мой лю­би­мый Оскар Уайльд: «Всё, что об­ще­из­вест­но, - невер­но». Ли­те­ра­ту­ра без рис­ка вы­рож­да­ет­ся, лишь дерз­кая и без­бо­яз­нен­ная мо­жет спа­сти че­ло­ве­че­ство, гар­мо­ни­зи­ро­вать жизнь.

«ЛАЙ­КИ» И БЛО­ГИ РАСКАЛЫВАЮТ ОБ­ЩЕ­СТВО.

К куль­ту­ре сто­им спи­ной? Фо­то Сер­гея КУ­ЛИ­КО­ВА

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.