РОМАНС НА 30 ЛЕТ

Как Рязанов чуть Мяг­ко­ва не уто­пил

AiF Tambov - - КИНО КУРСК - Ма­ри­на МУРЗИНА

В 1984 Г. «ЖЕСТОКИЙ РОМАНС» ЭЛЬ­ДА­РА РЯЗАНОВА БЫЛ ПРИ­ЗНАН ЛУЧ­ШИМ ФИЛЬ­МОМ ГО­ДА - ЕГО ПО­СМОТ­РЕ­ЛИ 22 МЛН ЗРИ­ТЕ­ЛЕЙ.

А ведь Рязанов не раз при­зна­вал­ся, что сна­ча­ла не со­би­рал­ся экра­ни­зи­ро­вать пье­су Ост­ров­ско­го «Бес­при­дан­ни­ца» и да­же не пе­ре­чи­ты­вал её со школь­ных вре­мён.

«А ДЯ­ДЯ-ТО - ЛЫ­СЫЙ!»

Нач­нём с то­го, что съёмки «Же­сто­ко­го ро­ман­са» ед­ва не обер­ну­лись тра­ге­ди­ей. Ту­ман­ным и хо­лод­ным сен­тябрь­ским днём сни­ма­ли сце­ну, ко­гда Андрей Мяг­ков (Ка­ран­ды­шев) ярост­но гре­бёт на лод­ке за па­ро­хо­дом «Ла­сточ­ка», где его неве­ста Ла­ри­са - с Па­ра­то­вым, сбе­жав­шая на­ка­нуне сва­дьбы. Ми­мо лод­ки дол­жен был про­плы­вать ко­лёс­ный бук­сир «Са­ма­ра». На бе­ре­гу - кра­си­вей­ший ко­стром­ской Ипа­тьев­ский мо­на­стырь. Пер­вый дубль ока­зал­ся неудач­ным - бук­сир про­плыл да­ле­ко­ва­то от лод­ки с ар­ти­стом, и Рязанов по­про­сил Мяг­ко­ва в сле­ду­ю­щем дуб­ле гре­сти как мож­но бли­же к судну, а ка­пи­та­на - мак­си­маль­но близ­ко к лод­ке «шлё­пать» чу­гун­ны­ми 3-мет­ро­вы­ми ло­па­стя­ми. Мяг­ков вновь сел за вёс­ла, спи­ной к бук­си­ру... Лод­ка с греб­цо­мак­тё­ром, взле­тев над во­дой, в се­кун­ду ис­чез­ла на гла­зах у съё­моч­ной груп­пы в во­дя­ной во­рон­ке, об­ра­зо­вав­шей­ся силь­ным те­че­ни­ем и дви­же­ни­ем ло­па­стей. А ещё че­рез несколь­ко се­кунд по­ка­за­лись об­лом­ки лод­ки и… го­ло­ва Мяг­ко­ва - прав­да, без па­ри­ка. «А дя­дя-то лы­сый!» - вос­клик­нул ка­кой-то маль­чиш­ка с бе­ре­га, из зри­те­лей-зе­вак. С тех пор 20 сен­тяб­ря - вто­рой день рож­де­ния Ан­дрея Мяг­ко­ва. Гу­стой ту­ман в фи­наль­ных сце­нах, кста­ти, на­сто­я­щий, «дым-ма­ши­на» не по­на­до­би­лась: Вол­га у бе­ре­гов Ко­стро­мы, где сни­мал­ся «Жестокий романс», в од­но­ча­сье по ка­при­зу по­го­ды ста­ла та­кой, ка­кой хо­тел её ви­деть Рязанов. И ка­пи­та­на он уго­во­рил-та­ки вы­плыть на се­ре­ди­ну ре­ки, в гу­щу ту­ма­на. Мяг­ков же остал­ся в убеж­де­нии, что спас­ся чу­дом, по­то­му что пе­ред съём­кой (а пла­ни­ро­ва­лось, меж­ду про­чим, в тот день сни­мать дру­гую сце­ну) он дол­го гу­лял по Ипа­тьев­ской оби­те­ли, по­бы­вал и у чу­до­твор­ной Фё­до­ров­ской ико­ны в со­бо­ре…

БЕС­ПРИ­ДАН­НИ­ЦА В РВА­НЫХ ДЖИН­САХ

Двух глав­ных ге­ро­ев - Ми­хал­ко­ва - Па­ра­то­ва и Мяг­ко­ва - Ка- ран­ды­ше­ва - Рязанов «уви­дел» сра­зу, ко­гда пе­ре­чи­тал (по со­ве­ту же­ны) пье­су «Бес­при­дан­ни­ца», ко­то­рая его про­сто по­ра­зи­ла. И тот­час по­лу­чил со­гла­сие ак­тё­ров сни­мать­ся. Сце­на­рий по­на­ча­лу со­чи­нял­ся, по при­зна­нию ре­жис­сё­ра, под неглас­ным ло­зун­гом «Впе­рёд, от Ост­ров­ско­го!» Но - от Ост­ров­ско­го «бы­то­во­го», за­моск­во­рец­ко­го, с тол­сто­за­ды­ми дре­му­чи­ми куп­чи­ха­ми и пу­за­ты­ми, алч­ны­ми, гру­бы­ми куп­ца­ми, с са­мо­ва­ра­ми, фи­ку­са­ми и ка­на­рей­ка­ми. Впе­рёд, к Че­хо­ву: ведь «Бес­при­дан­ни­ца» - ед­ва ли не

«ЖЕ­РЕБ­ЦУ­ЕТ!»  ГО­ВО­РИЛ ПРО МИ­ХАЛ­КО­ВА РЕ­ЖИС­СЁР.

са­мая дра­ма­тич­ная, «чеховская», тон­чай­шая по на­стро­е­нию пье­са Ост­ров­ско­го. Кри­ти­ки бы­ли не в вос­тор­ге. Наи­боль­шее непри­я­тие вы­зы­ва­ла де­бю­тант­ка - 24-лет­няя Ла­ри­са Гу­зее­ва в ро­ли Ла­ри­сы Огу­да­ло­вой, за ко­то­рую «пе­ла бо­же­ствен­но» Ва­лен­ти­на Пономарёва (в тит­рах её не ока­за­лось, и она на­дол­го оби­де­лась на ре­жис­сё­ра). У Гу­зее­вой, ро­дом из-под Орен­бур­га, по сло­вам Рязанова, был «орен­бург­ский го­во­рок». На про­бы сту­дент­ка Ле­нин­град­ско­го ин­сти­ту­та те­ат­ра, му­зы­ки и кино Гу­зее­ва, под­ра­ба­ты­вав­шая мо- де­лью, яви­лась в рва­ных джин­сах, с раз­но­цвет­ны­ми ног­тя­ми и при­чёс­кой хип­пи, с мо­нет­ка­ми в во­ло­сах. Она то­гда во­всю «за­жи­га­ла», как са­ма вспо­ми­на­ет, и по­сто­ян­но экс­пе­ри­мен­ти­ро­ва­ла с внеш­но­стью - хип­пи, пан­ки, иро­ке­зы, стриж­ка «под ноль», дра­ные шта­ны… Да и в бур­ной лич­ной жиз­ни во­все не бы­ла па­инь­кой. На экране же её Ла­ри­са нежна, до­вер­чи­ва, без­за­щит­на и ро­ман­тич­на. Пря­мо как у Ост­ров­ско­го - су­ще­ство не для этой жиз­ни, и выстрел Ка­ран­ды­ше­ва для та­кой ге­ро­и­ни дей­стви­тель­но «бла­го­де­я­ние». При этом ак­три­са при­зна­ва­лась, что внут­ренне ге­ро­и­ня бы­ла ей глу­бо­ко чуж­да, и опыт страст­ной несчаст­ной люб­ви был ей в 24 го­да аб­со­лют­но незна­ком.

МЕД­ВЕ­ДЯ ЕЛИ НЕСКОЛЬ­КО ДНЕЙ

Сре­ди волж­ских кра­сот съёмки про­хо­ди­ли в ис­тин­но твор­че­ской ат­мо­сфе­ре. Ар­ти­сты-цы­гане, дав­ние дру­зья Рязанова, пе­ли не толь­ко в кад­ре, но и во вре­мя непре­кра­ща­ю­щих­ся за­сто­лий, ко­то­рые для съё­моч­ной груп­пы устра­и­вал и опла­чи­вал Ни­ки­та Сер­ге­е­вич Ми­хал­ков. И сам от­пля­сы­вал и пел под цы­ган­скую ги­та­ру, как его ге­рой (но по утрам - обя­за­тель­ная про­беж­ка). Ко­гда за­дер­жа­ли од­на­жды зар­пла­ту всей груп­пе, до­стал охот­ни­чью ли­цен­зию и от­пра­вил­ся на охо­ту. Мед­ве­дя, ко­то­ро­го он до­был, ели то­гда несколь­ко дней! Во­об­ще, Ми­хал­ко­ву раз­ре­ша­лось всё - и им­про­ви­за­ции, и слег­ка ху­ли­ган­ский ку­раж («Опять же­реб­цу­ет!» - ком­мен­ти­ро­вал ре­жис­сёр). А бан­ке­ты по­сле съё­моч­но­го дня бы­ва­ли по­рой та­ки­ми раз­гуль­ны­ми, что вы­зван­ные од­на­жды кем-то ми­ли­ци­о­не­ры… в ито­ге по­лю­бо­пыт­ство­ва­ли: «А мож­но мы с ва­ми по­си­дим?»

Фото Ни­ко­лая МАЛЫШЕВА/ТАСС

Ми­хал­ко­ву на съём­ках раз­ре­ша­лось всё.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.