ТЕ­АТР - КАК КО­ЛЕ­СА ПО­ЕЗ­ДА

Ак­те­ры - это лю­ди «с неболь­шим при­ба­ба­хом»?

AiF Tambov - - ПЕРСОНА - Сер­гей СОЛОУХИН

В НО­ЯБ­РЕ ИС­ПОЛ­НЯ­ЕТ­СЯ 75 ЛЕТ ЗАСЛУЖЕННОМУ АР­ТИ­СТУ РСФСР МИ­ХА­И­ЛУ БЕРЕЗИНУ. СПЕ­ЦИ­АЛЬ­НО К ЭТО­МУ СОБЫТИЮ В ТАМБОВСКОМ ДРА­МА­ТИ­ЧЕ­СКОМ ТЕ­АТ­РЕ ПРИУРОЧЕН ПО­КАЗ СРА­ЗУ ТРЕХ СПЕК­ТАК­ЛЕЙ С ЕГО УЧА­СТИ­ЕМ «СТЕКЛЯННЫЙ ЗВЕРИНЕЦ», «СОН В ЛЕТ­НЮЮ НОЧЬ ИЛИ ВСЁ ВКЛЮ­ЧЕ­НО» И «ХАНУМА».

СТИ­ХИ С ВЫРАЖЕНИЕМ

- Ми­ха­ил Пав­ло­вич, на ваш взгляд, быть ак­те­ром - это судь­ба?

- Ак­тер - это профессия, хо­тя мно­гие од­но­знач­но от­ве­тят, что ак­те­ры - это, с поз­во­ле­ния ска­зать, лю­ди с неболь­шим при­ба­ба­хом. Они доб­ро­воль­но жи­вут в за­мкну­том про­стран­стве, хо­дят по сцене и про­из­но­сят на­пи­сан­ные для них чу­жие сло­ва. В свое вре­мя я на­чал пи­сать неболь­шие рас­ска­зы, ав­то­био­гра­фи­че­ские за­мет­ки. По­че­му? Тут точ­нее не ска­жешь, чем Сент-Эк­зю­пе­ри: «Ко­гда что-то сло­ма­лось в мо­то­ре мо­е­го са­мо­ле­та». У ме­ня это «что-то» по­про­си­лось «вый­ти на бу­ма­гу» че­рез мое серд­це, го­лос. Ока­за­лось, что как пи­са­тель я мо­гу это сде­лать, а вот как ак­тер, увы, нет.

- Сколь­ко вам бы­ло лет, ко­гда опре­де­ли­лись с про­фес­си­ей?

- Это про­изо­шло во мно­гом бес­со­зна­тель­но. Моя се­мья жи­ла в по­сле­во­ен­ном Ле­нин­гра­де, пять че­ло­век в 9-мет­ро­вой ком­на­те. Так что чи­тать, иг­рать, де­лать уро­ки бы­ло неко­гда и негде. Сей­час смот­рю, ко­гда пер­во­клаш­ки си­дят каж­дый день до ча­су но­чи и что-то учат, не по­ни­маю, по­че­му? Я по­вто­рял уро­ки на пе­ре­мене - па­мять мо­ло­дая-хо­ро­шая, и это­го бы­ло до­ста­точ­но. Пом­ню, что кра­си­во де­кла­ри­ро­вал сти­хи из бук­ва­ря про Све­ту (то­гда не знал, что это про дочь Ста­ли­на Ал­ли­лу­е­ву) и чи­тал на­изусть с та­ким выражением, что пе­ре­ве­ли во вто­рой класс, хо­тя я от­ста­вал по рус­ско­му язы­ку. В шко­ле мне все­гда нра­ви­лось вы­хо­дить к дос­ке, на сце­ну и чи­тать сти­хи. Так всё на­ча­лось. Я хо­тел толь­ко слу­жить - или ак­те­ром, или офицером. Офи­цер из ме­ня не вы­шел.

- Вы сни­ма­лись в ху­до­же­ствен­ных филь­мах, вы­сту­па­ли на круп­ных сце­нах. Изна­чаль­но за­ду­мы­ва­ли стать ак­те­ром с «боль­шой бук­вы»?

- Глу­по­сти. Для ме­ня нет по­ня­тия «звезд­ной болезни». Мне так­же да­ле­ко до звезд, как им - до ме­ня. Мне ни ра­зу не при­хо­ди­ло в го­ло­ву лю­бо­вать­ся со­бой, силь­но пе­ре­жи­вать, что ко­му-то, а не мне до­ста­ют­ся глав­ные ро­ли. Ты про­сто вы­пол­ня­ешь свою ра­бо­ту, это пред­на­зна­че­ние, раз та­ким ро­дил­ся.

СО­ЦИ­АЛЬ­НЫЙ ГЕ­РОЙ

НЕ НУ­ЖЕН?

- Мо­же­те оха­рак­те­ри­зо­вать од­ним сло­вом: что са­мое страш­ное в те­ат­ре?

- Без­дей­ствие.

- А цен­зу­ра? Недав­но Кон­стан­тин РАЙ­КИН в од­ном из вы­ступ­ле­ний го­во­рил об этом.

- Цен­зу­ра - не моё де­ло. Мне как ак­те­ру она ни­ко­гда не ме­ша­ла. И в со­вет­ские го­ды мы ста­ви­ли ост­рые, про­блем­ные спектакли, на­при­мер, «Саркофаг», по­ка­зы­ва­ли в Москве. Сей­час важ­нее не цен­зу­ра, а пол­ное от­сут­ствие дра­ма­тур­гии. Ни­че­го нет. Ви­ди­мо, не о чем ста­ло пи­сать. И это объ­яс­ни­мо: Я ак­тер, а зна­чит дол­жен хо­ро­шо иг­рать ту роль, ко­то­рую пред­ла­га­ет ре­жис­сер-пост­нов­щик. В те­ат­ре есть услов­ное раз­де­ле­ние, у каж­до­го свое ам­плуа. Один ак­тер - «ге­рой-лю­бов­ник», дру­гой - «свет­ский мер­за­вец», тре­тий еще кто-то, я - «со­ци­аль­ный ге­рой». Это пер­со­наж, ко­то­рый все вре­мя бо­рет­ся с неправ­дой. Се­го­дня, к со­жа­ле­нию, он по­чти не вос­тре­бо­ван.

- Как вы ду­ма­е­те, а сре­ди по­ли­ти­ков есть при­рож­ден­ные ак­те­ры?

- Вряд ли. Кто рож­ден ак­те­ром, тот и по­ги­ба­ет на сцене. В те­атр по­па­да­ют так же, как и под ко­ле­са по­ез­да, и ес­ли ты на­сто­я­щий ак­тер, то уже не вы­брать­ся. Те­атр во­об­ще не для сла­бых, по­то­му что по­чти все­гда жи­вешь не сво­ей жиз­нью. Ино­гда ду­ма­ешь, ак­те­ры - это во­об­ще нор­маль­ные лю­ди? Как я мо­гу быть «нор­маль­ным», ес­ли я сыг­рал 150 ролей, и каж­дая из них оста­лась во мне?

- Так недол­го «уй­ти глу­бо­ко в роль» ...

- Нет, ак­тер­ство не пред­по­ла­га­ет иди­о­тиз­ма. Хо­тя дви­нуть­ся умом мож­но, ес­ли вдруг по­чув­ству­ешь се­бя «ве­ли­ким».

ВСТРЕЧАЙТЕ СТА­ЛИ­НА!

- Око­ло по­лу­ве­ка вы уже на сцене. Как из­ме­нил­ся зри­тель?

- Ес­ли срав­нить со­вет­ские вре­ме­на и ны­неш­ние, ко­неч­но, пуб­ли­ка из­ме­ни­лась. Рань­ше школь­ни­ков и сту­ден­тов «сго­ня­ли» на спектакли. Сей­час мне нра­вит­ся, что в те­атр стал «мо­ден» сре­ди мо­ло­де­жи. Да и но­вое по­ко­ле­ние мне им­по­ни­ру­ет: мо­ло­дые лю­ди по­ни­ма­ют, для то­го, что­бы чего-то до­бить­ся в жиз­ни, на­до учить­ся, стре­мить­ся.

- Од­на из ва­ших из­вест­ных ролей - Ста­лин в спек­так­ле «Де­ти Ар­ба­та». Нелег­ко бы­ло иг­рать «во­ждя на­ро­дов»?

- Роль пред­ла­га­ли дру­гим ак­те­рам, и все от­ка­за­лись, при­чем за пять ре­пе­ти­ций до вы­хо­да спек­так­ля вдруг за­яви­ли: «Нет, мы не бу­дем иг­рать ти­ра­на, нам про­тив­но». Я то­же сна­ча­ла го­во­рил: «Ка­кой я Ста­лин, я же не по­хож». Но ко­стюм был го­тов, я за­гри­ми­ро­вал­ся, вы­шел в те­ат­раль­ный двор, по­сту­чал­ся в бли­жай­шее ок­но. По­ду­мал, ес­ли не узна­ют ис­то­ри­че­скую лич­ность, зна­чит, не под­хо­жу. Ко­гда же ме­ня уви­де­ли - лю­ди чуть не упа­ли в об­мо­рок, и толь­ко по­том ска­за­ли: «Миш­ка, ты что де­ла­ешь, ду­рак!» Ви­ди­мо, ока­зал­ся по­хож.

- Страш­но иг­рать Ста­ли­на?

- Да, чув­ству­ешь, что ку­да-то не туда рва­нул. Зри­тель дол­жен уви­деть в те­бе Ста­ли­на. Я, ко­неч­но, го­то­вил­ся, слу­шал его ре­чи на пла­стин­ках. На са­мом де­ле он го­во­рил очень бы­ст­ро, по­вто­рить - слож­но. Ко­гда я в пер­вый раз вы­шел, ме­ня тя­же­ло при­нял зри­тель. Рань­ше вста­ва­ли, кри­ча­ли, ап­ло­ди­ро­ва­ли, а здесь - мол­ча­ние. Из за­ла я лишь еди­но­жды услы­шал оди­ноч­ное: «Бра­во!»

- А по­че­му так, как ду­ма­е­те?

- Мне ка­жет­ся, лю­ди бо­я­лись. На­вер­ное, бо­я­лись са­мих се­бя.

- На ваш взгляд, что са­мое важ­ное в жиз­ни?

- Про­жить чест­но пе­ред людь­ми. Я бла­го­да­рен всем, ко­го мне при­хо­ди­лось встре­тить, с кем дру­жить, об­щать­ся. И, ко­неч­но же, глав­ную роль в жиз­ни лю­бо­го че­ло­ве­ка и осо­бен­но ак­те­ра иг­ра­ет жен­щи­на. В этом смыс­ле мне очень по­вез­ло. Мою же­ну зо­вут Ве­ра. Ко­гда ря­дом есть по­на­сто­я­ще­му близ­кий че­ло­век, это са­мое цен­ное. Ра­ди это­го сто­ит жить, ра­бо­тать, ид­ти дальше. Да­же, несмот­ря на го­ды и здо­ро­вье, по­ко­рять но­вые вер­ши­ны.

К юби­лею ак­те­ра Драм­те­атр пред­став­ля­ет спектакли с его уча­сти­ем.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.