ПО­СЛЕД­НИЙ АД­РЕС

AiF Tomsk - - ГОСТЬ РЕДАКЦИИ -

В ОК­ТЯБ­РЕ В ТОМСКЕ СО­СТО­Я­ЛИСЬ ДВА ЗНА­КО­ВЫХ СО­БЫ­ТИЯ, ОБЪЕДИНЕННЫЕ СТРЕМ­ЛЕ­НИ­ЕМ СО­ХРА­НИТЬ ПА­МЯТЬ О ЖЕРТВАХ ПО­ЛИ­ТИ­ЧЕ­СКИХ РЕ­ПРЕС­СИЙ В ПРО­ШЛОМ ВЕ­КЕ.

Томск при­нял уча­стие в ак­ци­ях «По­след­ний ад­рес» и «Воз­вра­ще­ние имен». На­ша об­ласть в этом смыс­ле силь­но вы­де­ля­ет­ся в Рос­сии. В про­шлом ве­ке сю­да бы­ли со­сла­ны несколь­ко со­тен ты­сяч че­ло­век. Де­сят­ки ты­сяч бы­ли ли­бо рас­стре­ля­ны, ли­бо по­гиб­ли от хо­ло­да и го­ло­да.

На­до ли хра­нить па­мять о тра­ги­че­ском про­шлом? Как к это­му от­но­сит­ся ны­неш­нее по­ко­ле­ние и осо­бен­но мо­ло­дежь? Об этом мы беседуем с за­ве­ду­ю­щим един­ствен­но­го в стране му­зея «След­ствен­ная тюрь­ма ОГПУ – НКВД», рас­по­ло­жен­но­го там же, где она ре­аль­но бы­ла в го­ды ре­прес­сий, Ва­си­ли­ем Ха­не­ви­чем.

ВОС­СТА­НО­ВИТЬ

ИМЕ­НА!

– Василий Ан­то­но­вич, по­че­му-то счи­та­ет­ся, что мо­ло­дые то­ми­чи рав­но­душ­ны к тем тра­ги­че­ским вре­ме­нам. Что они редкие по­се­ти­те­ли ва­ше­го уни­каль­но­го му­зея. Де­скать, неин­те­рес­но про­шлое, не хо­тят нер­вы пор­тить пу­га­ю­щей ре­аль­но­стью.

– Неправ­да это. До­ста­точ­но по­смот­реть на наш сайт му­зея, с ты­ся­ча­ми от­зы­вов по­се­ти­те­лей, сре­ди ко­то­рых мно­го мо­ло­дых лю­дей из на­шей об­ла­сти, из дру­гих ре­ги­о­нов. Наш му­зей на­хо­дит­ся на той же ули­це, что и че­ты­ре са­мых боль­ших уни­вер­си­те­та Томска, каж­дый день сту­ден­ты про­хо­дят здесь на за­ня­тия и об­рат­но. Неволь­но об­ра­ща­ют вни­ма­ние на наш му­зей и ра­но или позд­но при­хо­дят в него. Не бе­да ес­ли да­же из лю­бо­пыт­ства. Это нор­маль­но. Тем бо­лее что по­сле экс­кур­сии они, что на­зы­ва­ет­ся на гла­зах, ста­но­вят­ся се­рьез­нее.

30 ок­тяб­ря, в день па­мя­ти жертв по­ли­ти­че­ских ре­прес­сий мы впер­вые вме­сте с дру­ги­ми го­ро­да­ми стра­ны про­во­ди­ли ак­цию «Воз­вра­ще­ние имен», за­чи­ты­ва­ли име­на жертв ре­прес­сий у Кам­ня скор­би, что ря­дом с му­зе­ем. Вме­сте с род­ствен­ни­ка­ми ре­прес­си­ро­ван­ных, в ак­ции участ­во­ва­ли и сту­ден­ты. Боль­ше всех – из Том­ско­го по­ли­тех­ни­че­ско­го уни­вер­си­те­та. Вуз за­ра­нее по­про­сил нас об уча­стии. Сту­ден­ты за­чи­ты­ва­ли име­на, в том чис­ле по­ли­тех­ни­ков – уче­ных, пре­по­да­ва­те­лей, ра­бот­ни­ков ву­за, ре­прес­си­ро­ван­ных в го­ды боль­шо­го тер­ро­ра. При­чем при­ве­ли с со­бой ино­стран­ных сту­ден­тов обу­ча­ю­щих­ся в уни­вер­си­те­те.

Бы­ло хо­лод­но, но чте­ние про­дол­жа­лось ров­но за­пла­ни­ро­ван­ных три ча­са, про­зву­ча­ло по­ряд­ка ты­ся­чи имен. Те­перь, на­де­юсь, эта ак­ция в Томске ста­нет еже­год­ной и бо­лее про­дол­жи­тель­ной по вре­ме­ни.

На­до ли нам тре­во­жить по­кой сво­ей ду­ши.

БЕЗ АЖИОТАЖА

– В ре­дак­цию до сих пор зво­нят то­ми­чи по по­во­ду дру­гой ва­шей ок­тябрь­ской ак­ции – «По­след­ний ад­рес», ко­гда вы уста­но­ви­ли па­мят­ные таблички по ад­ре­сам пя­ти ре­прес­си­ро­ван­ных то­ми­чей. Чи­та­те­ли спра­ши­ва­ют, как сде­лать это для сво­их пред­ков.

– Преж­де все­го, за­ме­чу, что, об­суж­дая этот про­ект, мы до­го­во­ри­лись, что не бу­дем устра­и­вать ажи­о­таж, не бу­дем са­ми при­зы­вать уста­нав­ли­вать таблички. Это долж­на быть соб­ствен­ная воля че­ло­ве­ка. Но мы по­мо­жем тем, кто к нам об­ра­тит­ся. Пер­вой из та­ких ста­ла жи­тель­ни­ца Се­вер­ска Еле­на Ут­ки­на. Она про­си­ла по­мочь уста­но­вить таб­лич­ку с име­на­ми ее де­да куз­не­ца Ива­на Ма­но­хи­на и его бра­та Ма­ля­ра Ан­дрея. Боль­шой де­ре­вян­ный дом Ма­но­хи­ных, ко­то­рый се­мья са­ма по­стро­и­ла, до сих пор со­хра­нил­ся.

О про­фес­си­ях упо­ми­наю не слу­чай­но. По­дав­ля­ю­щее чис­ло ре­прес­си­ро­ван­ных, об­ви­нен­ных в раз­лич­ных по­ли­ти­че­ских за­го­во­рах и рас­стре­лян­ных, бы­ли ра­бо­чи­ми и кре­стья­на­ми, а не из сре­ды ин­тел­ли­ген­ции или быв­ших дво­рян и купцов, как это утвер­жда­ют неко­то­рые недоб­ро­со­вест­ные или не све­ду­щие лю­ди. Для же­ла­ю­щих убе­дить­ся ре­ко­мен­дую пять то­мов до­ку­мен­таль­ной «Кни­ги па­мя­ти», под­го­тов­лен­ной по ма­те­ри­а­лам ар­хи­ва об­ласт­но­го от­де­ла

ФСБ том­ским ис­сле­до­ва­те­лем Ва­ле­ри­ем Уй­ма­но­вым в де­вя­но­стые го­ды. Да вот хо­тя бы один та­кой факт. В мо­ем род­ном се­ле Бе­ло­сток Кри­во­шен­ско­го рай­о­на в од­ну ночь фев­ра­ля 1938 го­да бы­ло аре­сто­ва­но 88 кре­стьян (все муж­чи­ны), сре­ди ко­то­рых бы­ли и мои род­ствен­ни­ки.

Бы­ли, ко­неч­но, сре­ди ре­прес­си­ро­ван­ных быв­шие дво­ряне, во­ен­ные, уче­ные. С прось­бой уве­ко­ве­чить таб­лич­кой па­мять о ре­прес­си­ро­ван­ных род­ствен­ни­ках об­ра­тил­ся по­то­мок из­вест­но­го рос­сий­ско­го кня­же­ско­го ро­да Го­ли­цы­ных Вла­ди­мир Го­ли­цын, сын кня­зя Александра Го­ли­цы­на, рас­стре­лян­но­го в Томске в 1938 го­ду. Так­же бы­ли рас­стре­ля­ны сест­ра кня­зя Оль­га Уру­со­ва – Го­ли­цы­на и ее муж князь Петр Пет­ро­вич Уру­сов.

Ше­стая таб­лич­ка – по­след­ний ад­рес со­слан­но­го в Томск и рас­стре­лян­но­го кре­стьян­ско­го по­эта Ни­ко­лая Клю­е­ва уста­нов­ле­на по мо­ей за­яв­ке. Ме­ня в этом под­дер­жа­ли ор­га­ни­за­то­ры Чет­вер­тых Клю­ев­ских чте­ний пред­се­да­тель Томской пи­са­тель­ской ор­га­ни­за­ции Ген­на­дий Скар­лы­гин, про­фес­сор Александр Ка­зар­кин.

– То есть с за­яв­ле­ни­ем уста­но­вить таб­лич­ку мо­жет об­ра­тить­ся лю­бой че­ло­век, ес­ли род­ствен­ни­ков ре­прес­си­ро­ван­но­го нет в жи­вых?

– Ко­неч­но, и та­ких при­ме­ров нема­ло. Но, по­да­вая за­яв­ку, на­до иметь пись­мен­ное со­гла­сие на это ны­неш­них жи­те­лей или вла­дель­цев зда­ния. Ес­ли ста­рое зда­ние не со­хра­ни­лось и на его ме­сте сто­ит но­вое, а та­кое встре­ча­ет­ся очень ча­сто, то на таб­лич­ке бу­дет ука­за­но, что здесь был дом, в ко­то­ром пе­ред аре­стом жил этот че­ло­век.

И еще од­но важ­ное усло­вие – таблички мо­гут быть уста­нов­ле­ны толь­ко ре­а­би­ли­ти­ро­ван­ным граж­да­нам. К со­жа­ле­нию, не во всех се­мьях до­ку­мен­ты о ре­а­би­ли­та­ции со­хра­ни­лись (или не бы­ли вос­тре­бо­ва­ны в свое вре­мя). Не все­гда мы и род­ствен­ни­ки зна­ем по­след­ний ад­рес жи­тель­ства ре­прес­си­ро­ван­но­го, так как в томской ба­зе ре­прес­си­ро­ван­ных эта ин­фор­ма­ция от­сут­ству­ет. Эту проблему по­мо­га­ем ре­шить мы, под­ска­зы­вая за­яви­те­лю, как и ку­да по­дать за­прос по ар­хив­но­му по­ис­ку.

БУМА НЕ СЛУ­ЧИ­ЛОСЬ

– Са­мая боль­ная те­ма ре­прес­сий в об­ла­сти – На­рым­ская ссыл­ка. Прав­да ли, что сей­час ту­да устрем­ля­ют­ся ты­ся­чи на­ших и за­ру­беж­ных ту­ри­стов, при­вле­чен­ных му­зе­ем Ста­ли­на?

– В На­рым из цен­траль­ной Рос­сии, При­бал­ти­ки, Кав­ка­за, Ура­ла и Си­би­ри бы­ло вы­сла­но око­ло че­ты­рех­сот ты­сяч че­ло­век. Чис­ло по­гиб­ших от го­ло­да и хо­ло­да, в том чис­ле де­тей, ис­чис­ля­ет­ся де­сят­ка­ми ты­сяч. О стра­да­ни­ях пе­ре­се­лен­цев на­пи­са­но нема­ло до­ку­мен­таль­ных книг, в том чис­ле «На­рым­ские Хро­ни­ки» пат­ри­ар­ха томской ли­те­ра­ту­ры Ва­ди­ма Мак­ше­е­ва, се­мью ко­то­ро­го так­же по­стиг­ла эта страш­ная участь. И ес­ли едут в На­рым на экс­кур­сии лю­ди, то в ос­нов­ном по­том­ки ре­прес­си­ро­ван­ных, а не ра­ди Ста­ли­на. И ожидаемого на­плы­ва экс­кур­сан­тов не слу­чи­лось.

– Мно­гим то­ми­чам из­вест­но, что бла­го­да­ря быв­ше­му ми­ни­стру фи­нан­сов Алек­сею Куд­ри­ну в свое вре­мя бы­ло вы­де­ле­но пра­ви­тель­ством 200 мил­ли­о­нов руб­лей на при­об­ре­те­ние по­ме­ще­ния под му­зей. В том чис­ле – и на рас­ши­ре­ние ме­мо­ри­аль­но­го ком­плек­са «След­ствен­ная тюрь­ма НКВД». Но му­зей до сих пор на­хо­дит­ся в крайне стес­нен­ных по­ме­ще­ни­ях.

– Се­год­ня зда­ние при­над­ле­жит Сбер­бан­ку, но по­ме­ще­ния под­ва­ла, где раз­ме­ща­ет­ся наш му­зей, по-преж­не­му в част­ной соб­ствен­но­сти. Вла­де­лец по­ме­ще­ний их не про­дал, по­обе­щав лич­но Куд­ри­ну и мест­ной вла­сти со­хра­нить му­зей. И сло­во по­ка дер­жит. Но что бу­дет даль­ше, мне труд­но ска­зать. Об этом нуж­но спра­ши­вать тех, от ко­го ре­аль­но за­ви­сит судь­ба пер­во­го в стране уни­каль­но­го му­зея, од­но­го из са­мых вос­тре­бо­ван­ных и по­се­ща­е­мых му­зеев в на­шем го­ро­де. Тем бо­лее, что для со­хра­не­ния и раз­ви­тия по­доб­ных му­зеев и мест есть ди­рек­тив­ные до­ку­мен­ты. Я ду­маю, что ру­ко­вод­ство на­шей об­ла­сти это по­ни­ма­ет и сде­ла­ет все воз­мож­ное не толь­ко для со­хра­не­ния му­зея, но и его раз­ви­тия и рас­ши­ре­ния.

ОЖИДАЕМОГО НА­ПЛЫ­ВА ТУ­РИ­СТОВ К СТА­ЛИ­НУ НЕ СЛУ­ЧИ­ЛОСЬ.

Акц­ци ре­кон­струк­то­ров да­ют пред­став­ле­ние о тех жут­ких вре­ме­нах.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.