В ПЛЕНУ СТИХИИ

Свет­ла­на Лав­ро­ва ­ о раз­го­во­ре с детьми, са­мо­за­щи­те и бу­ду­щем homo sapiens

AiF Ural (Yekaterinburg) - - ГОСТЬ РЕДАКЦИИ - Свет­ла­на ЛАВ­РО­ВА Ра­да БОЖЕНКО

ОТ­ВЕ­ЧАТЬ НА ВСЕ ВО­ПРО­СЫ

- Свет­ла­на Ар­ка­дьев­на, в ка­ком воз­расте ре­бё­нок на­чи­на­ет иден­ти­фи­ци­ро­вать добро и зло? Это про­ис­хо­дит на ге­не­ти­че­ском уровне?

- Нет, не на ге­не­ти­че­ском. Это вос­пи­ту­е­мо. Пер­во­на­чаль­но это осо­зна­ет­ся на уровне зве­рю­шек: то, что хо­ро­шо мне, - добро, то, что пло­хо для ме­ня, - зло. Но очень ра­но, ко­гда ре­бён­ка при­уча­ют к сло­ву «нель­зя», в моз­гу ре­бен­ка на­чи­на­ют бро­дить по­ня­тия «это добро и зло», «это пло­хо, а это хо­ро­шо», но очень смут­ные, ко­неч­но. А к двум-трём го­дам на­чи­на­ет­ся внед­ре­ние взрос­лы­ми в мозг ре­бён­ка по­ня­тия аль­тру­из­ма. То есть добра во­об­ще, добра не только для ме­ня, добра для дру­го­го че­ло­ве­ка. Хо­тя… я знаю взрос­лых лю­дей, ко­то­рые не различают добро и зло.

- Зло мы вос­при­ни­ма­ем че­рез се­бя?

- Мы всё вос­при­ни­ма­ем че­рез се­бя. Мы не мо­жем вос­при­ни­мать что-ли­бо объ­ек­тив­но. Пы­та­ем­ся, ко­неч­но, но пло­хо по­лу­ча­ет­ся.

- Я к че­му ве­ду. Тра­ге­дия, произошедшая в Ке­ме­ро­во, по­тряс­ла всех. Изо­ли­ро­вать де­тей от этой ин­фор­ма­ции мы не спо­соб­ны…

- И не на­до изо­ли­ро­вать! Дав­но и глу­бо­ко убеж­де­на в том, что с детьми нуж­но го­во­рить обо всём, с ни­ми мож­но под­ни­мать лю­бые, да­же са­мые слож­ные те­мы, и мы долж­ны от­ве­чать на все их во­про­сы. Другое де­ло, как это де­лать.

- Главный принцип от­ве­та на дет­ские во­про­сы - чест­ность?

окон­чи­ла Сверд­лов­ский го­су­дар­ствен­ный ме­ди­цин­ский ин­сти­тут с крас­ным ди­пло­мом. Врач­ней­ро­фи­зио­лог. Ра­бо­та­ет в от­де­ле­нии ней­ро­хи­рур­гии Сверд­лов­ско­го об­ласт­но­го он­ко­ло­ги­че­ско­го дис­пан­се­ра. Пи­са­тель, ав­тор бо­лее 80 книг для де­тей. Ла­у­ре­ат мно­гих ли­те­ра­тур­ных пре­мий. Член жю­ри Меж­ду­на­род­ной ли­те­ра­тур­ной пре­мии име­ни В.П. Кра­пи­ви­на.

- Да. Другое де­ло, что нуж­но пре­ду­пре­дить ре­бён­ка: мы не вла­де­ем всей ин­фор­ма­ци­ей. То, что про­изо­шед­шее в Ке­ме­ро­во кош­мар, - это по­нят­но, это да­же не об­суж­да­ет­ся. Но я ви­жу, нас­коль­ко раз­нит­ся ин­фор­ма­ция. Лю­бой взрос­лый что-то при­ни­ма­ет на ве­ру. Кто-то ве­рит офи­ци­аль­ной прес­се, кто-то - «жёл­той», кто-то - то­му, что на­пи­са­но в ин­тер­не­те, в со­ци­аль­ных се­тях… Мы не зна­ем и, воз­мож­но ни­ко­гда не узна­ем всей прав­ды. И об этом нуж­но сказать ре­бён­ку.

«СТРЕЛА АРИМАНА»*

- Бе­се­дуя с ре­бён­ком, мы, с од­ной сто­ро­ны, про­буж­да­ем в нём эм­па­тию, чув­ство со­стра­да­ния, а с дру­гой - есть риск по­ро­дить страх, что бе­да мо­жет слу­чить­ся и с ним то­же и что взрос­лые, ока­зы­ва­ет­ся, не все­гда мо­гут за­щи­тить. Так ведь?

- Ес­ли этот страх по­явит­ся у ма­лень­ко­го ре­бён­ка - пло­хо, это мо­жет при­ве­сти, на­при­мер, к нев­ро­зам. Другое де­ло, ес­ли речь идёт о под­рост­ках, ко­то­рые уже спо­соб­ны мыс­лить - ес­ли взрос­лый не мо­жет ме­ня за­щи­тить, я бу­ду ду­мать го­ло­вой сам. И за се­бя, и за то­го, кто ря­дом. Осо­зна­ние это­го - нор­маль­ный эле­мент взрос­ле­ния.

- Долж­но ли быть дозирование ин­фор­ма­ции?

- Вы пре­крас­но по­ни­ма­е­те, до­зи­ро­вать ин­фор­ма­цию очень слож­но, она вы­хо­дит из­под кон­тро­ля. Ин­фор­ма­ция это сти­хия. Осо­бен­но се­год­ня, ко­гда мы не раз­бро­са­ны, как в Сред­ние ве­ка, по де­рев­ням. Ска­жем, в эти дни, ко­гда вся стра­на сле­ди­ла за про­ис­хо­дя­щим в Ке­ме­ро­во, ко­гда со­стра­да­ла лю­дям, по­те­ряв­шим близких в страш­ном по­жа­ре, я пы­та­лась от­та­щить ма­му­лю от те­ле­ви­зо­ра, бес­по­ко­ясь о её здо­ро­вье. Она со­про­тив­ля­лась: «Нет, ес­ли я не бу­ду ни­че­го ви­деть и слы­шать, я бу­ду во­об­ра­жать что-то ещё ху­же». Хо­тя ку­да ещё ху­же?! По­ни­ма­е­те, мы ис­пы­ты­ва­ем сво­е­го ро­да за­ви­си­мость от ин­фор­ма­ции, мы долж­ны знать всё и вся. До ка­кой сте­пе­ни эта ин­фор­ма­ция ис­тин­на - не столь важ­но, глав­ное, что­бы её бы­ло мно­го и она бы­ла бы по­сто­ян­на. По­это­му я не пред­став­ляю, как мож­но до­зи­ро­вать ин­фор­ма­цию. И по­том на определённом эта­пе дозирование ин­фор­ма­ции ста­но­вит­ся умолчанием.

- Как за­щи­тить се­бя от это­го без­удерж­но­го по­то­ка? И нуж­но ли это де­лать?

- Бес­спор­но, нуж­но, и у каж­до­го свои ре­цеп­ты. Пре­крас­ный спо­соб - ра­бо­та. Но, на­при­мер, в на­шей ра­бо­те бы­ва­ют страш­ные мо­мен­ты, и мои кол­ле­ги за­щи­ща­ют­ся: кто-то пу­те­ше­стви­я­ми, кто-то гор­ны­ми лы­жа­ми, кто-то чем­то ещё. Я сказки пи­шу. В про­тив­ном слу­чае быть счаст­ли­вым очень слож­но. А быть счаст­ли­вым всё рав­но нуж­но. Я ду­маю, к со­жа­ле­нию, это не по­след­няя ка­та­стро­фа, вспом­ним Стре­лу Аримана: всё это на­кру­чи­ва­ет­ся­на­кру­чи­ва­ет­ся, идёт всё даль­ше и даль­ше. Но да­же в этих усло­ви­ях мы долж­ны пы­тать­ся быть счаст­ли­вы­ми и при­ду­мы­вать для се­бя спо­со­бы за­щи­ты.

Что ка­са­ет­ся де­тей, то я все­гда счи­та­ла луч­шим спо­со­бом за­щи­ты раз­го­вор с ре­бён­ком. И очень важ­но под­черк­нуть: что бы ни про­изо­шло, я бу­ду лю­бить те­бя все­гда. Им очень важ­но знать, что бы в ми­ре ни про­ис­хо­ди­ло, у них есть лю­ди, ко­то­рые их лю­бят, по­ни­ма­ют, ко­то­рые их тыл. Впро­чем, это важ­но и для взрос­лых.

- Не стыд­но быть счаст­ли­вым в то вре­мя, ко­гда про­ис­хо­дят тра­ги­че­ские события?

- Нет, не стыд­но. Че­ло­век всё рав­но дол­жен быть счаст­лив. Ко­неч­но, не в тот мо­мент, ко­гда он по­те­рял близких и пе­ре­жи­ва­ет эту утра­ту. В этом со­сто­я­нии че­ло­век не спо­со­бен ду­мать о том, что воз­врат сча­стья воз­мо­жен. На­до про­го­ре­вать своё, а по­том… жить даль­ше. Мне слож­но го­во­рить на эту те­му. То­же сво­е­го ро­да спо­соб за­щи­ты - не го­во­рить и ста­рать­ся не ду­мать. Хо­тя не ду­мать не по­лу­ча­ет­ся… по­то­му что, дей­стви­тель­но, страш­но.

ГРУСТНЫЕ КНИ­ГИ

- Свет­ла­на Ар­ка­дьев­на, вы, ра­бо­тая в он­ко­ло­ги­че­ском дис­пан­се­ре, как ни­кто дру­гой по­ни­ма­е­те, что есть то, что ни­ко­му не под­власт­но, на что ни­кто не мо­жет по­вли­ять.

- Да.

- В та­кие пе­ри­о­ды, ко­гда «по­вли­ять не воз­мож­но», к ка­ким кни­гам вы об­ра­ща­е­тесь?

- Ан­глий­ско­го вик­то­ри­ан­ско­го пе­ри­о­да. Там со­вер­шен­но иной темп жиз­ни, они по­мо­га­ют. Ещё «по­зна­вал­ки». По па­ле­он­то­ло­гии, на­при­мер. У ме­ня та­кое ан­ти­нев­ро­ти­че­ское сред­ство.

- Ко­гда во­круг и без то­го нема­ло без­ра­дост­но­го, нам нуж­ны грустные кни­ги?

- Ко­неч­но. При­чём в каж­дом воз­расте для сво­их це­лей. Со­всем мел­кие де­ти че­рез них по­ни­ма­ют, что в жиз­ни бы­ва­ют раз­ные мо­мен­ты. Под­рост­кам, во­об­ще, очень нуж­ны грустные и страш­ные кни­ги. Для них это мо­мент ини­ци­а­ции. Как на­ши пред­ки уво­ди­ли в лес сво­их под­рас­та­ю­щих маль­чи­ков и девочек, пу­га­ли их там, ко­ло­ли ко­пья­ми и так да­лее, так и на­ши со­вре­мен­ные под­рост­ки пе­ре­жи­ва­ют все­воз­мож­ные ужа­сы. Ино­гда они пе­ре­жи­ва­ют их на ули­це, в ре­а­ле - это весь­ма небез­опас­ный ва­ри­ант. А ино­гда - в кни­гах, в ко­то­рых к то­му же на­пи­са­но, как «вы­лез­ти» из этой си­ту­а­ции. Это не со­всем ре­аль­но, но тем не ме­нее про­чув­ство­ва­но, что им ка­те­го­ри­че­ски им необ­хо­ди­мо.

Что ка­са­ет­ся взрос­лых, то, мо­гу сказать, грустные кни­ги ка­те­го­ри­че­ски НЕ нуж­ны по­жи­лым лю­дям, лю­дям с нев­ро­за­ми. Это да­же опас­но. Им хва­та­ет то­го, что из­ли­ва­ет­ся на них по те­ле­ви­де­нию, и в ка­че­стве «ле­кар­ства» им луч­ше «при­ни­мать» кни­ги с хо­ро­шим кон­цом.

- Ком­пью­тер­ные иг­ры в «об­ря­де ини­ци­а­ции» свою роль иг­ра­ют?

- Сра­зу ска­жу, по по­во­ду «ком­пью­тер­ной жиз­ни» под­рост­ков я в па­ни­ку не впа­даю. У неё есть несколь­ко плю­сов. Ска­жем, в ком­пью­тер­ных играх ре­бё­нок учит­ся быст­ро при­ни­мать ре­ше­ния. То есть он не смот­рит на жизнь со сто­ро­ны, а ак­тив­но при­ни­ма­ет уча­стие в си­ту­а­ции. Это непло­хо. Другое де­ло, что ино­гда сти­ра­ет­ся раз­ни­ца меж­ду ре­аль­но­стью и вир­ту­аль­но­стью - вот это уже не есть хо­ро­шо. Де­воч­ки, как пра­ви­ло, вы­ле­за­ют из это­го, а маль­чи­ки - не все­гда, они до­воль­но ча­сто оста­ют­ся там, в вир­ту­аль­ной реальности. Ду­маю, ес­ли де­ло и даль­ше так пой­дёт, а тем бо­лее дой­дёт, на­при­мер, до чи­пов - это бу­дет уже со­всем другое су­ще­ство, с дру­ги­ми воз­мож­но­стя­ми, с дру­гой пси­хи­кой. И то­гда ли­бо мы пой­дём даль­ше, ли­бо сло­ма­ем­ся и ис­чез­нем как био­ло­ги­че­ский вид. Я очень это­го не хо­чу, по­сколь­ку мне нра­вит­ся вид homo sapiens, как он сфор­ми­ро­вал­ся с кро­ма­ньон­цев, и в прин­ци­пе он ме­ня устра­и­ва­ет со все­ми недо­стат­ка­ми.

Де­ло в том, что че­ло­век как био­ло­ги­че­ский вид в со­ци­аль­ном плане на­чал раз­ви­вать­ся очень быст­ро. Та­кое стре­ми­тель­ное раз­ви­тие в био­ло­гии все­гда пред­ска­зы­ва­ло быст­рое окон­ча­ние жиз­ни ви­да. Че­го, ко­неч­но, очень не хо­чет­ся… Ме­че­нос­цы, ска­жем, как пла­ва­ли, так и пла­ва­ют, а мы ку­да-то по­пёр­ли. При­чём по­пёр­ли ку­да-то не в том на­прав­ле­нии. Я в сво­ей книж­ке «Ку­да ска­чет пе­ту­ши­ная ло­шадь» пы­та­лась об этом сказать. И мне уже несколь­ко читателей ска­за­ли: «Пе­ту­ши­ная ло­шадь», по­хо­же, уже при­шла».

НА ОПРЕДЕЛЁННОМ ЭТА­ПЕ ДОЗИРОВАНИЕ ИН­ФОР­МА­ЦИИ СТА­НО­ВИТ­СЯ УМОЛЧАНИЕМ. В ЭТОМ УВЕ­РЕ­НА ВРАЧНЕЙРОФИЗИОЛОГ, ДЕТ­СКИЙ ПИ­СА­ТЕЛЬ СВЕТ­ЛА­НА ЛАВ­РО­ВА. ЕСТЬ ВЗРОС­ЛЫЕ, КО­ТО­РЫЕ НЕ РАЗЛИЧАЮТ ДОБРО И ЗЛО.

Фо­то Дмит­рия ШЕВАЛДИНА

С ре­бен­ком нуж­но раз­го­ва­ри­вать на лю­бые те­мы. Но чест­но. *Стрела Аримана - неиз­беж­ное зло, по­рож­да­е­мое неустро­ен­ным, то есть ин­фер­наль­ным об­ще­ством, ко­гда лю­бые, да­же са­мые бла­гие дей­ствия кор­рум­пи­ро­ван­ной и неком­пе­тент­ной вла­сти только ухуд­ша­ют...

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.