ЛЕ­ГЕН­ДЫ НЕ УХО­ДЯТ…

Сред­ний Урал про­ща­ет­ся с Ви­та­ли­ем Во­ло­ви­чем

AiF Ural (Yekaterinburg) - - ЭХО НЕДЕЛИ -

В МИНУВШИЙ ПО­НЕ­ДЕЛЬ­НИК СТА­ЛО ИЗ­ВЕСТ­НО, ЧТО УШЁЛ ИЗ ЖИЗНИ ВИ­ТА­ЛИЙ ВОЛОВИЧ. СОВСЕМ НЕДАВНО ЕКАТЕРИНБУРГ СЕРИЕЙ ВЫСТАВОЧНЫХ ПРО­ЕК­ТОВ ОТ­МЕ­ТИЛ 90­ЛЕ­ТИЕ ВЫДАЮЩЕГОСЯ ХУ­ДОЖ­НИ­КА, А В ЭТИ ДНИ УРАЛЬЦЫ ПРОЩАЮТСЯ С МАСТЕРОМ. НО ЛЕ­ГЕН­ДЫ НЕ УХО­ДЯТ, ОНИ ОСТА­ЮТ­СЯ В НА­ШЕЙ ПА­МЯ­ТИ НАВСЕГДА.

Ти­ту­лы, зва­ния, до­сти­же­ния Ви­та­лия Во­ло­ви­ча пе­ре­чис­лять - не пе­ре­чис­лить. За­слу­жен­ный ху­дож­ник РСФСР, На­род­ный ху­дож­ник

России, ла­у­ре­ат мно­же­ства оте­че­ствен­ных и за­ру­беж­ных пре­мий, вы­да­ю­щий­ся ил­лю­стра­тор, от­дав­шей Кни­ге не один де­ся­ток лет жизни. Ра­бо­ты Мастера вы­став­ле­ны в Го­су­дар­ствен­ной Тре­тья­ков­ской га­ле­рее, Му­зее изоб­ра­зи­тель­ных ис­кусств име­ни Пуш­ки­на, Рус­ском му­зее, га­ле­ре­ях Пра­ги, Бр­но, Кель­на, Вей­ма­ра, в част­ных кол­лек­ци­ях по все­му ми­ру. На при­суж­ден­ной ему Все­мир­ной ака­де­ми­ей ис­кусств золотой ме­да­ли вы­гра­ви­ро­ва­но од­но сло­во: «До­стой­но­му», и этим всё ска­за­но.

Ви­та­лий Михайлович неод­но­крат­но был го­стем «АиФУрал» - муд­рый, иро­нич­ный со­бе­сед­ник, лич­ность, глы­ба. Пред­ла­га­ем вспом­нить некоторые мо­мен­ты этих бе­сед.

«В этом го­ро­де (Ека­те­рин­бур­ге. - Ред.) у ме­ня

300 ты­сяч хороших зна­ко­мых, 100 ты­сяч при­я­те­лей и 50 ты­сяч дру­зей, ко­то­рые прак­ти­че­ски мои род­ствен­ни­ки. Ви­дел мно­же­ство городов, но Екатеринбург оста­ёт­ся са­мым глав­ным городом мо­ей жизни. Здесь я ис­пы­тал пер­вые ра­до­сти, пер­вые твор­че­ские успе­хи. Здесь бы­ла ть­ма тя­же­лых непри­ят­но­стей, бы- ли по­те­ри дру­зей и близ­ких мне лю­дей… Мож­но ска­зать, что с Ека­те­рин­бур­гом у нас кров­ная связь».

«Удо­вле­тво­ре­ние - очень слож­ная вещь, оно мо­жет быть в про­стран­стве и во вре­ме­ни, но толь­ко не в про­цес­се са­мой ра­бо­ты, в это вре­мя, кро­ме на­пря­же­ния, нет ни­че­го… Мне бы хо­те­лось ды­шать лег­ко и сво­бод­но. А по­лу­ча­ет­ся ко­рот­кое пре­ры­ви­стое ды­ха­ние с над­са­дой».

«Зна­е­те, я ду­мал, что ста­рость - это вре­мя для раз­ду­мий над про­шед­шей жиз­нью. Го­во­рят, там ка­кая-то муд­рость долж­на воз­ник­нуть… Об этом не имею ни ма­лей­ше­го пред­став­ле­ния. Счи­та­ет­ся, муд­рость - ко­гда че­ло­век до­воль­ству­ет­ся тем, что есть, не же­лая боль­ше­го. Ни­че­го по­доб­но­го!»

«Лю­бое вре­мя бо­га­то для твор­че­ства. Но пе­ред ху­дож­ни­ком, который дол­го жи­вёт, вста­ёт ди­лем­ма: ли­бо ты непо­сред­ствен­но участ­ву­ешь в про­бле­мах се­го­дняш­ней жизни, ли­бо со­сре­до­та­чи­ва­ешь­ся на об­ще­че­ло­ве­че­ских. Ду­маю, что ху­дож­ник всё же дол­жен в опре­де­лён­ной сте­пе­ни аб­стра­ги­ро­вать­ся и со­хра­нить вер­ность той внут­рен­ней жизни, ко­то­рая сло­жи­лась. А не той ря­би на тол­ще оке­а­на, ко­то­рая воз­ни­ка­ет от со­бы­тий се­го­дняш­ней жизни. Мно­го раз за­ме­чал, что пы­та­юсь в том, что про­ис­хо­дит сей­час, найти кор­ни то­го, что увле­ка­ло ме­ня в про­шлые времена. И на­хо­жу. Ни­че­го но­во­го. Ме­ня­ют­ся одеж­да, фор­мы, де­ко­ра­ции, а по су­ти всё неиз­мен­но».

«Я на­чал работать в на­шем ста­ром де­ре­вян­ном цир­ке в кон­це 60-х го­дов. Там пе­ре­жил со­вер­шен­но по­тря­са­ю­щие ми­ну­ты. Ак­тё­ры, со­би­ра­ю­щи­е­ся на па­рад-ал­ле, ак­три­сы с пе­ре­вя­зан­ны­ми ша­ля­ми по­яс­ни­ца­ми - в зда­нии гу­ля­ли страш­ные сквоз­ня­ки. Я стою в уг­лу, де­лаю на­брос­ки, с од­ной сто­ро­ны ме­ня за­жи­ма­ет круп ло­ша­ди, с дру­гой - рас­чё­сы­ва­ют мед­ве­дя, тут же кло­ун рас­ска­зы­ва­ет анек­дот, от ко­то­ро­го ло­ша­ди вста­ют на ды­бы».

«В преж­ние времена мы ду­ма­ли, что же­на долж­на быть по­мощ­ни­ком в тру­де, то­ва­ри­щем по ра­бо­те. Сей­час я ду­маю, что это не так. Жен­щи­на долж­на укра­шать жизнь муж­чи­ны и да­вать ему те си­лы, ко­то­рые по­мо­гут ему работать. Жен­щи­на не долж­на при­ни­мать уча­стие в непо­силь­ном тру­де. Очень за­поз­да­лые мыс­ли. Жизнь, увы, на­пол­не­на позд­ни­ми со­жа­ле­ни­я­ми».

«Я свя­зы­вал се­бя с этой скульп­ту­рой (скульп­ту­ра «Го­ро­жане», рас­по­ло­жен­ная в скве­ре на про­спек­те Ле­ни­на, изоб­ра­жа­ет зна­ме­ни­тых ураль­ских ху­дож­ни­ков Ми­ха­и­ла Бру­си­лов­ско­го, Ви­та­лия Во­ло­ви­ча и Гер­ма­на Ме­те­ле­ва. Уста­нов­ле­на к 285-ле­тию Ека­те­рин­бур­га. - Ред.), ко­гда Ан­дрей Ан­то­нов ле­пил эту груп­пу. Я к нему при­хо­дил в ма­стер­скую и ви­дел, как по­сте­пен­но на кар­кас на­бра­сы­ва­лась гли­на, как эта гли­на при­об­ре­та­ла мои чер­ты. На­чал да­же по­до­зре­вать, что это не про­сто гли­на, что, мо­жет быть, в ней есть часть мо­ей бес­смерт­ной ду­ши. Пом­ню, ощу­ще­ние бы­ло на­столь­ко се­рьёз­ным, что почти каж­дое ут­ро я за­хо­дил к Ан­то­но­ву в ма­стер­скую и спра­ши­вал: «Ну как он там?»

«Я ре­лик­то­вое со­зда­ние, по­это­му во­прос са­мо­ре­а­ли­за­ции для ме­ня глав­ный».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.