НЕ­СЧАСТ­ЛИ­ВАЯ ЗВЕЗ­ДА

AiF v Buryatii (Ulan-Ude) - - СУДЬБЫ ЗВЁЗДНЫЙ СЛЕД -

В 40-Е ОНА БЫ­ЛА ПЕР­ВОЙ КРА­СА­ВИ­ЦЕЙ НА­ШЕ­ГО КИНО.

Мо­роз­ным днём 13 де­каб­ря 1975 г. в фойе Те­ат­ра ки­но­ак­тё­ра немно­го­чис­лен­ная груп­па лю­дей со­бра­лась у де­шё­во­го гро­ба ста­рой жен­щи­ны - ис­ху­дав­шей, с пло­хо за­гри­ми­ро­ван­ным раз­би­тым ли­цом (её на­шли в пу­стой, за­пу­щен­ной квар­ти­ре на по­лу уже мёрт­вой). Ни­кто не знал точ­но, сколь­ко ей лет: ро­ди­лась то ли в 1917-м, то ли в 1919-м. Но ли­цо на фото тон­кое, жи­вое, та­кое пре­лест­ное. И един­ствен­ный рос­кош­ный бу­кет, 58 роз (она не до­жи­ла до 58 со­всем немно­го), - от Кон­стан­ти­на Си­мо­но­ва, быв­ше­го му­жа. Сам он не при­е­хал - был не в Москве. А сре­ди нелов­кой ти­ши­ны из-за ку­лис - вдруг неж­ный, хру­сталь­ный го­лос ак­три­сы: «Ты, кры­ла­тая пес­ня, сле­тай с вет­ром буй­ным в род­ные края…» На Го­ло­вин­ском клад­би­ще по­хо­ро­ни­ли то­гда од­ну из яр­чай­ших звёзд и лю­би­миц эпо­хи, кра­са­ви­цу, та­лант­ли­вей­шую, ле­ген­дар­ную ак­три­су Ва­лен­ти­ну Се­ро­ву.

СЧАСТЬЕ НА ВЗЛЁТЕ

«Ес­ли ро­ди­лась кра­си­вой, зна­чит, бу­дешь век счаст­ли­вой», - пи­сал в од­ном из мно­же­ства по­свя­щён­ных ей сти­хо­тво­ре­ний Кон­стан­тин Си­мо­нов, дол­гие го­ды одер­жи­мый ярост­ной лю­бо­вью-стра­стью к Се­ро­вой.

Жизнь и впрямь обе­ща­ла де­воч­ке с ху­то­ра Па­сунь­ки (что под Харь­ко­вом) Ва­ле По­ло­ви­ко­вой (точ­нее, по от­цу - По­ло­вык) так мно­го! С 8 лет на сцене, в Москве, ку­да с ней пе­ре­еха­ла мать Клав­дия Ми­хай­лов­на, про­вин­ци­аль­ная ар­тист­ка. Де­бют Ва­ли - в ро­ли маль­чи­ка, да она и бы­ла нра­вом и по­вад­ка­ми по­хо­жа на маль­чиш­ку, дра­лась, но­си­лась бо­си­ком по мос­ков­ским дво­рам и пе­ре­ул­кам, сви­сте­ла в два паль­ца. В 1936-м де­бю­ти­ро­ва­ла в кино. Быст­ро при­шёл успех - на сцене ТРАМа (Лен­ко­ма), по­том - съём­ки в «Де­вуш­ке с ха­рак­те­ром» и все­на­род­ная сла­ва. Из дев­чон­ки-хох­луш­ки с яв­ным укра­ин­ским го­во­ром Ва­лен­ти­на пре­вра­ти­лась в ки­но­ди­ву, лю­би­ми­цу пуб­ли­ки, муж­чин и во­ждей. Эта «де­вуш­ка с ха­рак­те­ром» об­ла­да­ла дей­стви­тель­но ред­ким та­лан­том, уни­каль­ным го­ло­сом и вы­де- ля­лась да­же сре­ди всех кра­са­виц-блон­ди­нок, ки­но­звёзд то­го вре­ме­ни - Ор­ло­вой, Лады­ни­ной, Це­ли­ков­ской, Фё­до­ро­вой, Смир­но­вой. Её от­ли­ча­ла ка­ка­я­то неза­щи­щён­ность, дет­ская непо­сред­ствен­ность со­че­та­лась с при­род­ной сек­су­аль­но­стью, жен­ской при­тя­га­тель­но­стью.

В 1938 г. она (один раз уже успев «схо­дить» за­муж) встре­ча­ет­ся на ве­че­рин­ке с ге­ро­ем- лёт­чи­ком, кра­сав­цем­пол­ков­ни­ком и лю­бим­цем Ста­ли­на Ана­то­ли­ем Се­ро­вым. Че­рез неде­лю, 11 мая, - сва­дьба.

Серов про­во­жал её но­чью в Ле­нин­град, а утром встре­чал там на вок­за­ле, са­мо­лё­том чер­тил в небе «люб­лю!», осы­пал их дом цветами... Серов по­гиб ров­но че­рез год по­сле сва­дьбы, при ис­пы­та­нии но­во­го са­мо­лё­та, 11 мая 1939-го, вме­сте с По­ли­ной Оси­пен­ко. Все­го год сча­стья, люб­ви, рос­кош­ной жиз­ни, сла­вы - и вот она уже 20-лет­няя вдо­ва, бе­ре­мен­ная, остав­ша­я­ся в че­сти у во­ждя, с на­род­ной по­пу­ляр­но­стью - но без муж­ско­го пле­ча. « Всё добро на зло пе­ре­ина­чат и те­бе на пле­чи пе­ре­ло­жат » - ав­тор этих и мно­гих дру­гих строк о ней, Си­мо­нов, знал сплет­ни во­круг её име­ни: за­висть и за­вист­ни­ки, ано­ним­ки, зло­ба и непри­кры­тое зло­рад­ство, ко­гда она ста­ла «па­дать». Он, так её лю­бив­ший, пи­сал: « Я, вер­но, был упря­мей всех, не слу­шал кле­ве­ты и не счи­тал по паль­цам тех, кто звал те­бя на «ты ».

ЛЮ­БОВЬ - КАК БЕД­СТВИЕ

Си­мо­нов пи­сал: «Су­ди­те о на­ших от­но­ше­ни­ях с Се­ро­вой по мо­им сти­хам». Его сти­хи - неви­дан­ный в со­вет­ские вре­ме­на, та­лант­ли­вей­ший об­ра­зец обострён­но-чув­ствен­ной, по­ра­зи­тель­но от­кро­вен­ной ли­ри­ки. При­ня­то счи­тать, что лю­бил он «злую, вет­ре­ную, ко­лю­чую, хоть нена­дол­го, да мою», а она лишь при­ни­ма­ла его лю­бовь и за­муж по­шла толь­ко че­рез 5 лет по­сле встре­чи, в 1943-м: « Ты го­во­ри­ла мне «люб­лю», но это по но­чам, сквозь зу­бы. А утром горь­кое «терп­лю» ед­ва удер­жи­ва­ли гу­бы », « Лю­бовь к те­бе - как бед­ствие, и нет ему кон­ца ».

Они про­жи­ли 14 лет, до 1957-го, мно­го ез­ди­ли вме­сте, и по фрон­там в вой­ну, и за гра­ни­цу, в 1950-м у них ро­ди­лась дочь Ма­рия. Си­мо­нов по-преж­не­му мно­го пи­шет - сти­хи и про­зу, пе­ча­та­ет­ся, за­ни­ма­ет вы­со­кие по­сты. Он мно­го ез­дит, остав­ляя её од­ну, без ра­бо­ты, с дом­ра­бот­ни­цей, без сы­на То­ли (от Се­ро­ва) - Си­мо­нов от­пра­вил «труд­но­го под­рост­ка» на Урал, в спе­цин­тер­нат. Её не сни­ма­ют боль­ше в кино - лишь в 19461947 гг. за ма­лень­кую роль, же­ны Глин­ки в к/ф «Глин­ка», буд­то в уте­ше­ние вру­ча­ют Ста- лин­скую пре­мию II сте­пе­ни, она по­лу­ча­ет и зва­ние заслу­жен­ной ар­тист­ки РСФСР. В те­ат­рах ро­лей боль­ших нет, да и неболь­ших - еди­ни­цы. И это по­сле безум­ной ки­но­по­пу­ляр­но­сти, успе­ха в Лен­ко­ме, где Се­ро­ва бы­ла при­мой. «На­род­ной» она так и не ста­ла - та, с чьим об­ли­ком и посвящённым ей сти­хо­тво­ре­ни­ем «Жди ме­ня» в кар­маш­ке гим­на­стёр­ки шли в бой сол­да­ты и офи­це­ры Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной. Сти­хи эти и од­но­имён­ный фильм по сце­на­рию Си­мо­но­ва с Се­ро­вой в глав­ной ро­ли ста­ли гим­ном и экран­ным сим­во­лом вой­ны, вер­но­сти, люб­ви.

Она сыг­ра­ла все­го три боль­шие ро­ли - в филь­мах «Де­вуш­ка с ха­рак­те­ром», «Жди ме­ня» и «Серд­ца че­ты­рёх». Чис­ли­лась в те­ат­рах, ме­няя их, раз в ме­сяц в луч­шем слу­чае вы­хо­дя на сце­ну в кро­шеч­ных ро­лях (или не вы­хо­дя, не яв­ля­ясь на спек­такль, ко­гда бы­ла «не в фор­ме», за что в Ма­лом те­ат­ре её су­дил то­ва­ри­ще­ский суд). Оди­но­кая, спи­ва­ю­ща­я­ся, неумо­ли­мо и некра­си­во ста­ре­ю­щая жен­щи­на. Она пи­шет от­ча­ян­ное пись­мо в ЦК КПСС: «Я со­глас­на на лю­бой те­атр - лишь бы ра­бо­тать, по­мо­ги­те мне, не­уже­ли я ху­же дру­гих?» Но ко­му нуж­на слом­лен­ная, по­те­ряв­шая се­бя ак­три­са? С кон­ца 40-х гг. Се­ро­ва ста­ла силь­но пить. Неко­гда ве­сё­лые за­сто­лья с её пе­ни­ем под ги­та­ру, с ку­па­ни­ем в бас­сейне на да­че, спе­ци­аль­но для неё по­стро­ен­ном, обер­ну­лись ал­ко­го­лиз­мом. Си­мо­нов уве­ще­вал, пы­тал­ся бо­роть­ся. Но, без­мер­но устав, в кон­це кон­цов ушёл. Кста- ти, иные, зна­ко­мые с этой па­рой, уве­ре­ны, что имен­но Си­мо­нов лю­бил под­ли­вать ей спирт­ное во вре­мя этих став­ших по­чти еже­днев­ны­ми за­сто­лий.

Но не то, что вот зна­ме­ни­тый и бо­га­тый муж бро­сил - и она за­пи­ла, бы­ли при­чи­ны и по­страш­нее.

Он снял все по­свя­ще­ния Се­ро­вой в сти­хах, оста­вив лишь ску­пое «В. С.» - к «Жди ме­ня». « Я не мо­гу пи­сать те­бе сти­хов ни той, что ты бы­ла, ни той, что ста­ла», «я про­сто раз­лю­бил те­бя... ». Вот так, бес­по­щад­но, жёст­ко.

Объ­еди­нив­шись по­сле раз­во­да с ма­те­рью Се­ро­вой, Си­мо­нов от­су­дил у быв­шей же­ны дочь. С 7 лет Ма­ша рос­ла у ба­буш­ки. Ви­деть­ся с ма­те­рью ей не да­ва­ли: де­воч­ку за­пи­ра­ли, ок­на квар­ти­ры, на­хо­дя­щей­ся на 1- м эта­же, за­ве­ши­ва­ли­что­бы не уви­де­ла «эту». Се­ро­ва сто­я­ла под ок­на­ми, раз­го­ва­ри­ва­ла с доч­кой че­рез стек­ло - к те­ле­фо­ну её не под­зы­ва­ли. Два го­да не пи­ла, ле­чи­лась. Дочь вер­ну­лась. Но сов­мест­ной жиз­ни с пью­щей ма­те­рью не по­лу­чи­лось. А в 1974-м умер То­ля, сын Се­ро­вой, - ал­ко­го­лизм.

В 1979-м, уже на­хо­дясь в больнице, Си­мо­нов по­про­сил дочь Ма­рию при­не­сти его пись­ма к Се­ро­вой, бе­реж­но со­хра­нён­ные и чи­та­ныепе­ре­чи­та­ные ею. «То, что бы­ло у ме­ня с тво­ей ма­те­рью, - бы­ло са­мым боль­шим сча­стьем в мо­ей жиз­ни и са­мым боль­шим го­рем», - ска­зал он ей. Он всё сжёг, как со­жгла свои пись­ма к нему пре­жде и она. От ве­ли­кой люб­ви двух та­лан­тов оста­лись две горст­ки пеп­ла. И мно­же­ство сти­хов, про­ни­зан­ных этой лю­бо­вью.

58

РОЗ ПРИ­НЁС ЕЙ КОН­СТАН­ТИН СИ­МО­НОВ.

Ма­ри­на МУРЗИНА

В ро­ли Ка­ти Ива­но­вой в филь­ме «Де­вуш­ка с ха­рак­те­ром», 1939 г.

С Кон­стан­ти­ном Си­мо­но­вым, 1944 г.

Фото РИА Новости

С му­жем Ана­то­ли­ем Се­ро­вым, 1938 г.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.