ОДИН ДЕНЬ НА «СКОРОЙ»

«Мы на дру­гом ме­сте уже не смо­жем ра­бо­тать»

AiF v Orenburzhye (Orenburg) - - ОРЕНБУРЖЬЕ - Люд­ми­ла МАКСИМОВА

В 10 утра я бы­ла на Цен­траль­ной под­стан­ции кли­ни­че­ской стан­ции скорой по­мо­щи в ка­би­не­те у недав­но на­зна­чен­но­го глав­но­го вра­ча Ва­лен­ти­на ИВАНОВА. Он рас­ска­зал, что еже­днев­но в го­род вы­ез­жа­ет 48 ма­шин (20 из них пол­но­стью уком­плек­то­ва­ны дву­мя мед­ра­бот­ни­ка­ми). Для то­го, что­бы уком­плек­то­вать ещё 20, где по­ка на­хо­дит­ся по од­но­му мед­ра­бот­ни­ку, ре­ше­но принять на ра­бо­ту 78 мед­се­стёр или мед­бра­тьев. На­вер­ня­ка, боль­шую их часть со­ста­вят сту­ден­ты.

- Здесь мож­но по­лу­чить ко­лос­саль­ный опыт, - ком­мен­ти­ру­ет Ива­нов. - У нас на­столь­ко ши­ро­кая спе­ци­а­ли­за­ция, что мы долж­ны знать всё в пре­де­лах пер­вич­ной по­мо­щи. На скорой по­мо­щи ра­бо­та­ют лю­ди, ко­то­рые жи­вут этой ра­бо­той.

Че­рез пол­ча­са глав­ный врач пе­ре­дал ме­ня в на­дёж­ные ру­ки ре­ани­ма­ци­он­ной бри­га­ды из вра­ча­ре­а­ни­ма­то­ло­га Павла Гор­ча­ко­ва с 33-лет­ним ста­жем на «скорой» и мо­ло­до­го фельд­ше­ра Руста­ма Аги­ше­ва. Мы взя­ли мне белый ха­лат. Я жда­ла, что вы­зо­вы по­сып­лют­ся один за дру­гим, но из ди­на­ми­ков вы­зы­ва­ли ли­ней­ные бри­га­ды, кро­ме на­шей. Мои но­вые кол­ле­ги, де­жур­ство ко­то­рых на­ча­лось в 8 утра, се­то­ва­ли, что я не по­па­ла с ни­ми на утрен­нее ДТП. При­мер­но в 11:40 вы­зва­ли на­шу 102-ю бри­га­ду. Па­вел Ва­си­лье­вич по­лу­чил «раз­на­ряд­ку»: пе­ре­вез­ти из ре­ани­ма­ции ин­фек­ци­он­ной боль­ни­цы в ре­ани­ма­цию об­ласт­ной боль­ни­цы го­до­ва­ло­го маль­чи­ка с отё­ком моз­га. Мы вез­ли блед­но­го обес­си­лен­но­го ма­лы­ша на ру­ках. О теп­лив­шей­ся жиз­ни го­во­ри­ли толь­ко уста­ло за­кры­ва­ю­щи­е­ся глаз­ки. Ды­шал он че­рез кис­ло­род­ную мас­ку, в ру­ку игол­кой впи­вал­ся ка­те­тер. Ме­ди­ки сда­ли ре­бён­ка и чуть не уеха­ли с остав­ши­ми­ся в са­лоне «га­зе­ли» пам­пер­са­ми Юры. Фельд­шер по­бе­жал пе­ре­дать их вра­чам об­ласт­ной боль­ни­цы.

«У НАС ДОК­ТО­РА ВОЛШЕБНИКИ» Тем вре­ме­нем бри­га­де да­ли пе­ре­рыв в 20 ми­нут (вре­мя обе­да Сме­на на скорой по­мо­щи длит­ся 24 ча­са. Наш кор­ре­спон­дент про­вёл с ме­ди­ка­ми по­чти по­ло­ви­ну сме­ны.

у всех раз­ное - с 12 до 16 ча­сов). Па­вел Ва­си­лье­вич рас­ска­зал, как на­чи­нал ра­бо­тать на «скорой».

- Ко­гда бы­ли мо­ло­дые, ра­бо­та­ли и на две став­ки. Бы­ва­ло, по­сле су­ток вы­хо­ди­ли ещё на 16 ча­сов. Сей­час мо­ло­дые то­же так ра­бо­та­ют. За эти го­ды мно­го­му здесь учишь­ся. Каж­дый слу­чай мо­жет стать нештат­ным, слож­ным. По­яв­ля­ет­ся на­сто­ро­жен­ность, ста­ра­ешь­ся преду­га­дать, что мо­жет слу­чить­ся, - про­дол­жа­ет врач.

- Во­об­ще у нас на ре­ани­ма­ции док­то­ра - волшебники, - де­лит­ся фельд­шер Еле­на МОРУНОВА. Ви­де­ла мно­го раз, как с то­го све­та воз­вра­ща­ли лю­дей. То чув­ство, ко­гда че­ло­ве­ка об­рат­но вер­ну­ли, непе­ре­да­ва­е­мо. Это сча­стье, чу­до. Сю­да при­хо­дит мно­го лю­дей, но спу­стя год-два ухо­дят. А тот, кто оста­ёт­ся, оста­ёт­ся на­дол­го.

Го­во­рят, вра­чи «скорой» по­лу­ча­ют мно­го. На са­мом де­ле, у фельд­ше­ра с боль­шим ста­жем, вы­со­кой ка­те­го­ри­ей на­би­ра­ет­ся чуть боль­ше 20 тыс. руб. А те, кто толь­ко при­шёл, по­лу­ча­ют при­мер­но15 тыс. На «скорой» мно­го мо­ло­дых лиц. Боль­но пред­ста­вить, как вче­раш­ние сту­дент­ки та­щат на се­бе все сум­ки с обо­ру­до­ва­ни­ем на пя­тый этаж, ока­зы­ва­ют по­мощь, спус­ка­ют­ся с пациентом, ве­зут в ста­ци­о­нар и продолжают де­жур­ство.

Вско­ре мы вы­еха­ли на вто­рой вы­зов. Ба­бу­ля за 70, брон­хи­аль­ная аст­ма, при­ступ уду­шья. Подъ­е­ха­ли. Рустам бе­рёт оран­же­вый объ­ём­ный че­мо­дан и ЭКГ-ап­па­рат. Под­ни­ма­ем­ся по сту­пень­кам на чет­вёр­тый или пя­тый этаж. Нас встре­ча­ет хо­зяй­ка, она немно­го за­ды­ха­ет­ся.

Ком­плекс мер стан­дарт­ный - по­ме­рить дав­ле­ние, про­ве­рить ра­бо­ту лёгких, серд­ца, со­дер­жа­ние са­ха­ра в кро­ви. По­сле уко­лов ба­буш­ке ре­аль­но ста­но­вит­ся лег­че. Меж­ду про­це­ду­ра­ми она жа­лу­ет­ся на жизнь и де­тей. Па­вел Ва­си­лье­вич со­чув­ствен­но бе­се­ду­ет с ней.

- Старики вы­зы­ва­ют иной раз не столь­ко по бо­лез­ни, сколь­ко по­го­во­рить, - рас­ска­зы­ва­ют ме­ди­ки. - Есть у нас од­на ба­буш­ка, так она на­пе­чёт пи­рож­ков но­чью и вы­зы­ва­ет бри­га­ду.

За­тем бы­ло ещё два неслож­ных вы­зо­ва.

БОРОТЬСЯ ДО КОН­ЦА

Толь­ко мы се­ли в ма­ши­ну, как по­лу­чи­ли сле­ду­ю­щее на­прав­ле­ние. Жен­щи­на, 77 лет, без со­зна­ния. Подъ­е­ха­ли к част­но­му до­му. В ко­ри­до­ре на по­лу ле­жит ба­буш­ка и сто­нет. Ря­дом две взрос­лые жен­щи­ны (до­че­ри). Па­вел Ва­си­лье­вич, Рустам и жен­щи­на пе­ре­нес­ли ба­буш­ку на кро­вать. Она про­си­ла: «По­мо­ги­те, по­мо­ги­те мне!» Уста­но­ви­ли

ка­пель­ни­цу, по­ме­ри­ли дав­ле­ние, сде­ла­ли кар­дио­грам­му - всё в нор­ме. Но вско­ре она на­ча­ла за­бы­вать­ся и ухо­дить от нас… Врач и фельд­шер пе­ре­нес­ли ба­буш­ку с кро­ва­ти на пол. По их из­ме­нив­шим­ся ли­цам я по­ня­ла, что про­ис­хо­дит что-то страш­ное. Рустам взвол­но­ван­но от­кры­вал ам­пу­лу и на­би­рал шприц, ру­ки бле­сте­ли, во­ло­сы ста­ли влаж­ны­ми. Па­вел Ва­си­лье­вич де­лал непря­мой мас­саж серд­ца. По­сле непря­мо­го мас­са­жа ба­буш­ка оч­ну­лась, ка­кое-то вре­мя она ше­ве­ли­лась. Я ве­ри­ла, что всё по­лу­чит­ся и про­си­ла про се­бя об этом. Но со­зна­ние сно­ва на­ча­ло ис­че­зать. Рустам сде­лал кар­дио­грам­му и на­блю­да­ет из­ме­не­ния. Од­на из до­че­рей кри­чит, су­е­тит­ся ря­дом. - Не ме­шай­те вы, ра­ди бо­га, - про­сит Па­вел Ва­си­лье­вич. На тре­тий раз вра­чей по­слу­ша­ли. Мас­саж, два вдо­ха из меш­ка Ам­бу (руч­ной ап­па­рат для ис­кус­ствен­ной вен­ти­ля­ции лёгких), удар то­ка ди­фиб­рил­ля­то­ра­ми. Ми­нут­ная стрел­ка по­ка­зы­ва­ла 10, 20, 30. Ба­буш­ка «ушла» и не вер­ну­лась. Вра­чи про­во­ди­ли ре­ани­ма­цию 30 ми­нут. Они бо­ро­лись до кон­ца. Дочь на­кры­ла ма­му бе­лой про­сты­нёй. По­ка Па­вел Ва­си­лье­вич Важ­но быть все­гда го­то­вым к экс­трен­ной си­ту­а­ции.

Вер­ну­лись на под­стан­цию. Жут­ко голодные, на­ско­ро разо­гре­ли еду и при­ня­лись упле­тать пря­мо из кон­тей­не­ров всу­хо­мят­ку.

- Обыч­но в час-два но­чи по­лу­ча­ет­ся по­есть, на­ки­ды­ва­ешь­ся, как удав на еду. У ме­ня и яз­ва с кро­во­те­че­ни­ем бы­ла, и ги­пер­то­ния, - го­во­рит Па­вел Ва­си­лье­вич. - Дав­ле­ние под­ска­ки­ва­ет, нер­вы. Вот боль­ная умер­ла, непри­ят­но же, пе­ре­жи­ва­ешь. А ещё от на­ших до­рог ра­ди­ку­лит. Сей­час-то ма­ши­ны ни­че­го, а рань­ше на уби­тых «уа­зи­ках» ез­ди­ли, печ­ки не ра­бо­та­ли, хо­лод­но, во­ди­тель едет, а мы стёк­ла со­лью от­ти­ра­ем.

Вско­ре едем на сле­ду­ю­щий вы­зов (на уси­ле­ние вы­зы­ва­ет фельд­шер­ская бри­га­да). Там жен­щи­на без со­зна­ния. Рустам бе­рёт че­мо­да­ны, я - лёг­кие но­сил­ки. В ком­на­те на ди­ване ле­жит жен­щи­на. Фельд­ше­ру уда­лось при­ве­сти её в со­зна­ние. Мо­ло­дая де­вуш­ка дер­жит ка­пель­ни­цу. Моя бри­га­да про­во­дит все ме­ро­при­я­тия по по­ряд­ку. Жен­щи­ну тря­сёт. Сто­ит за­пах рво­ты. Вра­чи ве­лят пить боль­ше во­ды, что­бы про­по­лос­кать же­лу­док. Я бо­я­лась, как бы мне не ста­ло пло­хо... Жен­щи­ну вы­рва­ло. Вско­ре ей по­лег­ча­ло. Вы­яс­ня­ли, на что у неё та­кая ре­ак­ция ор­га­низ­ма. Ока­за­лось, что она по­ла­ко­ми­лась ар­бу­зом, ко­то­рый чет­вёр­тый день сто­ял раз­ре­зан­ный в хо­ло­диль­ни­ке. Да­ли ак­ти­ви­ро­ван­но­го уг­ля, по­ло­жи­ли грел­ку в но­ги, укры­ли оде­я­лом, на­по­и­ли слад­ким ча­ем. С жен­щи­ной на ночь оста­лась по­дру­га.

На ча­сах 22:15. Ме­ня вы­са­ди­ли неда­ле­ко от моего до­ма, по­ня­ла, что уста­ла и всё ещё го­лод­на. А бри­га­да от­пра­ви­лась на сле­ду­ю­щий вы­зов. Де­жур­ство за­кон­чи­лось в во­семь ча­сов утра. Как хо­ро­шо, что оно про­шло спо­кой­но - без кри­ми­на­ла, ДТП. Впереди у ре­бят три дня от­ды­ха… и сно­ва в бой.

- Мы на дру­гом ме­сте уже не смо­жем ра­бо­тать, - де­лит­ся Рустам. - Уже привыкаешь к экстриму, хо­чет­ся по­мочь лю­дям.

«ПРИВЫКАЕШЬ К ЭКСТРИМУ И ХО­ЧЕШЬ ПО­МОЧЬ ЛЮ­ДЯМ».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.