УСНУВШЕЕ ВЕЛИЧИЕ

Граф­ская усы­паль­ни­ца уже не один де­ся­ток лет про­ста­и­ва­ет в за­пу­сте­нии.

AiF v Tule (Tula) - - ГЛУБИНКА - Дмит­рий ВАЛЕРИН Фото из ар­хи­ва Ни­ко­лая ПОЧУЕВА

УСЫ­ПАЛЬ­НИ­ЦА НА­ХО­ДИТ­СЯ В МЕ­СТЕЧ­КЕ БОБРИК-ГОРА (ОКРАИНА ДОНСКОГО) И ЯВ­ЛЯ­ЕТ­СЯ ОХРА­НЯ­Е­МЫМ ОБЪ­ЕК­ТОМ КУЛЬ­ТУ­РЫ ФЕ­ДЕ­РАЛЬ­НО­ГО ЗНА­ЧЕ­НИЯ.

ИМ­ПЕ­РА­ТОР­СКИЙ

РАЗМАХ…

Эта усы­паль­ни­ца - од­но из немно­гих до­жив­ших до на­ших дней стро­е­ний, вхо­дя­щих неко­гда в со­став об­шир­но­го двор­цо­во­го ком­плек­са, мас­шта­бы ко­то­ро­го бы­ли да­ле­ко не про­вин­ци­аль­ны­ми.

Зем­лю в Боб­ри­ках и ши­кар­ный дво­рец, про­ек­ти­ро­ва­ни­ем ко­то­ро­го за­ни­мал­ся ле­ген­дар­ный рус­ский архитектор Иван Ста­ров, по­да­ри­ла сво­е­му вне­брач­но­му сы­ну Алексею, рож­дён­но­му от гра- фа Гри­го­рия Ор­ло­ва, са­ма Ека­те­ри­на II. Так в жи­во­пис­ной глу­ши по­яви­лись об­раз­чи­ки вы­со­ко­го архитектурного сти­ля.

Ле­том 1773 го­да в Боб­ри­ках и Бо­го­ро­диц­ке (во вто­рой ре­зи­ден­ции гра­фа) на­ча­лось стро­и­тель­ство двор­цов. Как рас­ска­зы­ва­ет Ни­ко­лай ПОЧУЕВ, здеш­ний кра­е­вед, дво­рец в Боб­ри­ках ока­зал­ся од­ной из са­мых стран­ных стро­и­тель­ных за­тей им­пе­ра­три­цы.

- Он по­явил­ся в про­вин­ци­аль­ной глу­ши, но сво­и­ми раз­ме­ра­ми ока­зал­ся од­ним из наи­бо­лее мас­штаб­ных двор­цов в Рос­сии, - го­во­рит Почуев. - Это был да­же не уса­деб­ный, а имен­но им­пе­ра­тор­ский дво­рец, буд­то бы по ка­ко­му-то стран­но­му сте­че­нию об­сто­я­тельств пе­ре­нёс­ший­ся из цар­ской ре­зи­ден­ции в ни­щее село.

…ОТ КО­ТО­РО­ГО МА­ЛО

ЧТО ОСТА­ЛОСЬ

Се­го­дня от двор­ца о трёх эта­жах и про­тя­жён­но­стью 110 мет­ров оста­лись лишь фраг­мен­ты клад­ки, ко­то­рые хра­нят­ся в мест­ном му­зее. Чу­до зод­че­ства ис­чез­ло из этих мест в XIX ве­ке. Сы­ну гра­фа Боб­рин­ско­го Ва­си­лию при­ш­лось разо­брать стро­е­ние, по­сколь­ку со­дер­жа­ние двор­ца ему бы­ло не по кар­ма­ну. Мед­ную кры­шу и часть кир­пи­ча Ва­си­лий про­дал, а из то­го, что оста­лось, по­стро­ил са­хар­ный за­вод и ви­но­кур­ню. Пред­при­я­тия ра­бо­та­ли и при­но­си­ли при­быль, а сам граф пе­ре­брал­ся жить в од­но­этаж­ный дом.

Ря­дом с усадь­бой на­хо­дит­ся от­ре­ста­ври­ро­ван­ный храм Спа­са Пре­об­ра­же­ния, ко­то­рый был по­стро­ен здесь в XVIII ве­ке по про­ек­ту то­го же Ива­на Ста­ро­ва. Цер­ковь стро­и­ли че­ты­ре го­да, и ра­бо­ты вы­пол­ня­лись по лич­но­му за­ка­зу Ека­те­ри­ны II. Се­го­дня это дей­ству­ю­щая цер­ковь, зда­ние от­ре­ста­ври­ро­ва­но и при­ве­де­но в по­ря­док. В со­вет­ское же вре­мя здесь был краеведческий му­зей, и неко­то­рые мест­ные жи­те­ли да­же пом­нят, как в дет­стве их во­ди­ли ту­да на экс­кур­сии.

До се­го­дняш­не­го дня от усадь­бы так­же со­хра­ни­лись две хо­зяй­ствен­ные по­строй­ки, в ко­то­рых рас­по­ла­га­лись граф­ские ко­нюш­ни, фли­гель, в ча­сти по­ме­ще­ний ко­то­рых на­хо­дит­ся ма­стер­ская Ни­ко­лая Почуева, и усы­паль­ни­ца, ко­то­рую уже бо­лее 20 лет опе­ка­ет Ни­ко­лай Сер­ге­е­вич.

В со­вет­ское вре­мя (30-40-е го­ды) в усы­паль­ни­це бы­ло ка­фе, по­том зда­ние на дол­гое вре­мя ока­за­лось бро­шен­ным и, по су­ти, бес­хоз­ным. Внут­ри скле­па об­ра­зо­ва­лись за­ле­жи му­со­ра, а са­мо зда­ние ста­ли ис­поль­зо­вать в ка­че­стве об­ще­ствен­но­го туа­ле­та.

ПО­КА ЕЩЁ НЕ РУИНЫ

- В 1992 го­ду рай­он­ная ад­ми­ни­стра­ция да­ла мне офи­ци­аль­ное раз­ре­ше­ние про­ве­сти ра­бо­ты по кон­сер­ва­ции усы­паль­ни­цы, - рас­ска­зы­ва­ет Ни­ко­лай Сер­ге­е­вич. - Я то­гда за­ни­мал­ся биз­не­сом - из­го­тов­ле­ни­ем из­де­лий из ме­тал­ла, улич­ных све­тиль­ни­ков и т.п. У ме­ня на тот мо­мент ра­бо­тал кол­лек­тив - 15 че­ло­век. И сво­и­ми си­ла­ми, а так­же бла­го­да­ря по­мо­щи нерав­но­душ­ных ру­ко­во­ди­те­лей неко­то­рых пред­при­я­тий мы очи­сти­ли от му­со­ра усы­паль­ни­цу, за­ло­жи­ли про­ёмы, на­ве­си­ли став­ни, сде­ла­ли во­ро­та, уста­но­ви­ли крест, по­кры­ли кры­шу. Но сей­час у ме­ня уже нет ни сил, ни фи­нан­со­вых воз­мож­но­стей этим за­ни­мать­ся. А граф­ская усы­паль­ни­ца ока­за­лась, по су­ти, ни­ко­му не нуж­ной. Сколь­ко она ещё про­сто­ит? Сколь­ко непо­год, сне­га и вет­ра ещё вы­дер­жит? Кров­лю, ко­то­рую мы по­ло­жи­ли в на­ча­ле 90-х, дав­но по­ра ме­нять. А кто за это возь­мёт­ся?

Ни­ко­лай Почуев по-преж­не­му на­де­ет­ся, что на усы­паль­ни­цу об­ра­тят вни­ма­ние му­ни­ци­паль­ные и об­ласт­ные вла­сти и, объ­еди­нив уси­лия, най­дут воз­мож­но­сти в на­ше нелёг­кое вре­мя воз­ро­дить объ­ект фе­де­раль­но­го зна­че­ния, от ко­то­ро­го в са­мом бли­жай­шем бу­ду­щем мо­гут остать­ся толь­ко руины.

ДОЛ­ГО ЛИ ЕЩЁ ПРО СТО­ИТ УСЫ ПАЛЬНИЦА?

В со­вет­ское вре­мя в усы­паль­ни­це бы­ло ка­фе, по­том зда­ние на дол­гое вре­мя ока­за­лось бро­шен­ным и, по су­ти, бес­хоз­ным.

Кра­е­вед Ни­ко­лай Почуев.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.