КАК В «ЛУДОРВАЕ» ИЗГНАЛИ ВОЖО

AiF v Udmurtii (Izhevsk) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ан­на ВАРДУГИНА

ему, в Во­жо­дыр лю­ди пы­та­лись сме­шать­ся с ни­ми, вы­гля­деть как мож­но бо­лее страш­но и необыч­но.

ЧЕМ СТРАШ­НЕЕ, ТЕМ ЛУЧ­ШЕ

«Лу­до­рвай» объ­явил в «Во­жо­дыр» сво­бод­ный вход для всех ря­же­ных, и лю­ди от­клик­ну­лись: яви­лись на празд­ник с ли­чи­на­ми чер­тей, ки­ки­мор, ди­ких тва­рей, ведьм. Муж­чи­ны на­де­ли длин­ные па­ри­ки неве­ро­ят­ных цве­тов, на­бро­си­ли на пле­чи пест­рые плат­ки с ки­стя­ми, жен­щи­ны пе­ре­оде­лись в муж­ские ко­стю­мы, при­ри­со­ва­ли бо­ро­ды и усы, на­хло­бу­чи­ли на лбы муж­ские шап­ки.

- Для нас са­мих ста­ло при­ят­ным сюр­при­зом то, на­сколь­ко пра­виль­но оде­лись го­сти празд­ни­ка, - го­во­рит Ири­на ВЕР­ШИ­НИ­НА, спе­ци­а­лист му­зея. - Уд­мур­ты на Во­жо­дыр пе­ре­во­пло­ща­лись в до­маш­них и ди­ких жи­вот­ных (коз, псов, вол­ков, мед­ве­дей), ле­ших и во­дя­ных, в раз­бой­ни­ков, стран­ни­ков, ни­щих. Ря­же­ным по­ла­га­лось на­де­вать та­кой ко­стюм, ко­то­рый смот­рел­ся бы со сто­ро­ны как стран­ный, ди­ко­вин­ный, ни на что не по­хо­жий, как свое­об­раз­ный ан­ти­ко­стюм. Они на­де­ва­ли на се­бя шку­ры жи­вот­ных, вы­вер­ну­тые ме­хом на­ру­жу шу­бы и шап­ки, на­ки­ды­ва­ли на пле­чи ро­го­жу, об­ве­ши­ва­лись вет­вя­ми де­ре­вьев, под­по­я­сы­ва­лись лы­ком, ма­за­ли ли­ца са­жей. Во мно­гих слу­ча­ях ко­стюм ря­же­но­го мог со­сто­ять из «мор­хо­тья», то есть лох­мо­тьев, рва­ной, гряз­ной одеж­ды, ис­топ­тан­ной обу­ви, а так­же одеж­ды, не со­от­вет­ство­вав­шей по­лу и воз­рас­ту ря­же­но­го. Это бы­ло ши­ро­ко рас­про­стра­не­но: пар­ни пе­ре­оде­ва­лись в жен­скую одеж­ду, жен­щи­ны - в муж­скую. Все это бы­ли спо­со­бы сбить с тол­ку тем­ных ду­хов.

ШУМ И РА­ДОСТЬ

Празд­ник на­чал­ся с об­ра­ще­ния Вожо-му­мы к си­лам при­ро­ды - она про­си­ла для всех со­брав­ших­ся, для каж­до­го до­ма бла­го­по­лу­чия и удач­но­го го­да. А по­том на­чал­ся звон­кий, шум­ный празд­ник, глав­ной за­да­чей ко­то­ро­го бы­ло раз­бу­дить ра­дость в каж­дом из со­брав­ших­ся и на­пу­гать нечисть. Со сме­хом, виз­гом, улю­лю­ка­ньем со­брав­ши­е­ся (а на «Во­жо­дыр» съе­ха­лись го­сти не толь­ко из Ижев­ска и близ­ле­жа­щих де­ре­вень, но и из Гла­зо­ва, Са­ра­пу­ла, Мо­жги, Як-Бо­дьи) водили хо­ро­во­ды, иг­ра­ли в ста­рин­ные на­род­ные иг­ры, пе­ли, не бо­ясь лег­ко­го мо­роз­ца. Что­бы со­греть­ся, ели го­ря­чие пе­ре­пе­чи и та­ба­ни, ко­то­рые пек­лись пря­мо тут, в пе­чах, или ухо­ди­ли в из­бы - учи­лись де­лать осо­бые кук­лы «вожо ба­ба» (по­хо­жие на сноп со­ло­мы, пе­ре­ви­тые цвет­ны­ми лен­та­ми) или га­да­ли на судь­бу. Все эле­мен­ты празд­ни­ка долж­ны бы­ли раз­бу­дить внут­рен­ний азарт, дать си­лу по­ве­рить, что и эта хо­лод­ная зи­ма кон­чит­ся.

ПОД КРИК ПЕ­ТУ­ХА

Куль­ми­на­ци­ей празд­ни­ка стал ри­ту­ал из­гна­ния вожо. С са­мым гром­ким шу­мом, на ко­то­рый бы­ли спо­соб­ны, пу­гая лю­бую нечисть, ря­же­ные шли по улице «Лу­до­р­вая» на ре­ку - к мо­сту че­рез бур­ля­щий род­ник, не за­мер­за­ю­щий да­же в трид­ца­ти­гра­дус­ные мо­ро­зы. Ко­ло­ти­ли в печ­ные за­слон­ки и чу­гун­ки, кру­ти­ли в воз­ду­хе тре­щот­ки, го­го­та­ли и вы­ли на все ла­ды из-под зве­ри­ных и ведь­мин­ских ма­сок. Крик раз­ле­тал­ся до са­мо­го ле­са, уто­па­ю­ще­го в сне­гу, уле­тал в рас­сти­ла­ю­щи­е­ся до го­ри­зон­та по­ля «Лу­до­р­вая». В этот мо­мент лег­ко бы­ло пред­ста­вить по­доб­ный де­ре­вен­ский мас­ка­рад лет сто или пять­сот на­зад, ко­гда лю­ди каж­дый день чув­ство­ва­ли своё един­ство с при­ро­дой и про­ти­во­бор­ство с её су­ро­вой сто­ро­ной.

Сквозь строй ря­же­ных про­мча­лась на сво­ей трой­ке Вожо-му­мы. На мо­сту она дол­го чи­та­ла мо­лит­ву, при­зы­вая здо­ро­вье и до­ста­ток для де­рев­ни и всех со­брав­ших­ся. «А те­перь возь­ми­те по ку­соч­ку хле­ба, от­дай­те это­му хле­бу все свои стра­хи и пе­ре­жи­ва­ния, и брось­те его в во­ду», - рас­кры­ла она пе­ред со­брав­ши­ми­ся боль­шой ме­шок с ку­соч­ка­ми ржа­но­го ка­ра­вая. Че­рез мгно­ве­ние в про­точ­ную во­ду по­сы­пал­ся хлеб. Во­жо­му­мы про­кри­ча­ла: «А те­перь нуж­но, что­бы и вся нечи­стая си­ла ушла под во­ду!», и до­ста­ла из боль­шой пле­те­ной кор­зи­ны огром­но­го пе­ту­ха с вы­со­ким бор­до­вым греб­нем. Птица, креп­ко уце­пив­шись ко­гот­ка­ми в ее ру­ку, взмах­ну­ла кры­лья­ми и про­ку­ка­ре­ка­ла. Под этот уве­рен­ный, жиз­не­ра­дост­ный крик раз­бух­ший хлеб на­чал то­нуть, увле­кая с со­бой на реч­ное дно все злое и несчаст­ное.

ВРЕ­МЯ ОБ­НОВ­ЛЕ­НИЯ

Вер­нув­шись в де­рев­ню, участ­ни­ки мас­ка­ра­да за­вер­ши­ли обряд: раз­ве­ли пе­ред усадь­бой ко­стер, бро­си­ли в него все ненуж­ное и на­ко­нец сня­ли мас­ки, что­бы уви­деть друг дру­га. За­тем хо­ро­вод три ра­за обо­шел ко­стер и каж­дый пе­ре­прыг­нул че­рез очи­сти­тель­ный огонь. И - сно­ва го­ря­чие пе­ре­пе­чи и сва­рен­ная в огром­ных кот­лах ка­ша с мя­сом.

Разъ­ез­жа­лись го­сти ве­сё­ло­го мас­ка­ра­да с обе­ща­ни­ем вер­нуть­ся в «Лу­до­рвай» уже со­всем ско­ро - в Кре­ще­ние.

Для то­го, что­бы сбить тём­ных ду­хов с тол­ку, на­до пе­ре­оде­вать­ся в необыч­ную одеж­ду: чем страш­нее бу­дешь вы­гля­деть, тем луч­ше!

Пе­тух - обя­за­тель­ный ат­ри­бут ве­сё­ло­го об­ря­да «Во­жо­дыр».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.