ВЕРСТА ДОЛГОВЯЗАЯ

AiF v Ulyanovske (Ulyanovsk) - - ИСТОРИЯ -

или Кое-что из жиз­ни юно­го Бла­го­ва

Бес­цен­ны вос­по­ми­на­ния вдо­вы по­эта, Ля­ли Ибра­ги­мов­ны, со­хра­нив­шей и ар­хив Бла­го­ва, и тре­пет­ную па­мять о нём. Пред­ла­га­ем чи­та­те­лям «АиФ в Улья­нов­ске» фраг­мент кни­ги, где она рас­ска­зы­ва­ет о школь­ных и сту­ден­че­ских го­дах по­эта.

ИЛИ УЧИСЬ, ИЛИ ЗА ДЕВКАМИ БЕГАЙ!

В Кре­сто­во­го­ро­ди­щен­ской средней шко­ле учи­те­лем на­чаль­ных клас­сов ра­бо­та­ла мать мо­е­го бу­ду­ще­го од­но­курс­ни­ка То­ли Бо­ри­со­ва. И она, на­блю­дая за Ко­лей Бла­го­вым, од­на­ж­ды его от­ве­ла в сто­рон­ку и ска­за­ла: «Или учись, или да­вай за девками бегай. Ты по­гля­ди­ка, ночь-пол­ночь, а он с дев­кой всё гу­ля­ет! Я вот ма­те­ри-то со­об­щу...».

А у Бла­го­ва то­гда в са­мом рас­цве­те был роман с Ле­ной. Это был их де­ся­тый класс.

В стар­ших клас­сах школы Ни­ко­лай был дру­жен с од­но­класс­ни­ком Во­ло­дей Ива­но­вым. Его отец, Ва­си­лий Ива­нов, был на­чаль­ни­ком по­чты. Они, ви­ди­мо, бы­ли при­ез­жие. Да­же го­вор у них был не де­ре­вен­ский. Се­мья Ива­но­вых во­об­ще ста­ви­лась всем в при­мер. Сы­но­вья – Вик­тор и Во­ло­дя – скром­ные, вос­пи­тан­ные, об­раз­цо­вые.

Стар­ший, Вик­тор, от­лич­но окон­чив 10 клас­сов, учил­ся в Ка­зан­ском мед­ин­сти­ту­те, а за­тем в ме­ди­цин­ской академии, стал во­ен­ным хи­рур­гом.

Ко­ля Бла­гов по­дру­жил­ся с Во­ло­дей, ви­ди­мо, по сход­ству ха­рак­те­ров и по раз­ли­чию внеш­но­сти. Ко­ля был скром­ным от сво­ей стес­ни­тель­но­сти, за­стен­чи­во­сти. А бы­ло это от­то­го, что он счи­тал се­бя некра­си­вым. Не по го­дам вы­со­кий, то­щий, с круп­ны­ми чер­та­ми ли­ца, с ши­ро­ким но­сом. Вы­со­кий лоб, удли­ня­ю­щий ли­цо, вы­да­ю­щи­е­ся

ТОЛЬ­КО У НАС

упря­мые ску­лы. У Во­ло­ди же бы­ло круг­лое, ми­ло­вид­ное ли­цо, на­по­ми­на­ю­щее де­ви­чье. В ту по­ру Во­ло­дя был на це­лую го­ло­ву ни­же Бла­го­ва.

Объ­еди­ня­ло же их увле­че­ние ли­те­ра­ту­рой (оба мно­го чи­та­ли), ис­то­ри­ей. Во­об­ще бы­ли не по го­дам се­рьёз­ные ре­бя­та. Ча­сто спо­ри­ли и ссо­ри­лись, но нена­дол­го. Самая большая ссо­ра на несколь­ко недель бы­ла то­гда, ко­гда они обо­зва­ли друг дру­га. Во­ло­дя ска­зал: «Верста долговязая, а ума нет». Ко­ля от­ве­тил: «А у те­бя ха­ря по цир­ку­лю про­ве­де­на, как лу­на глу­пая».

По от­зы­вам учи­те­лей и директора школы Александра Ива­но­ви­ча Зай­це­ва, это бы­ли два «ве­ли­ких спор­щи­ка». Спо­ры в ос­нов­ном ве­лись на уро­ках исто­рии. По­рой те­ма уро­ка от­кла­ды­ва­лась и обсуждались те жиз­нен­ные во­про­сы, ко­то­рые ин­те­ре­со­ва­ли уче­ни­ков. Нуж­но от­дать долж­ное пре­крас­но­му пе­да­го­гу (ис­то­ри­ку) А.И. Зай­це­ву, ко­то­рый все­гда со­гла­шал­ся на это.

Ку­да по­сту­пать учить­ся, со­мне­ва­лись до по­след­не­го. В 1948 го­ду при­плы­ли на «Джон Ри­де» в Улья­новск, под­ня­лись на Ве­нец и за­ду­ма­лись: ку­да ид­ти? Направо – пед, на­ле­во – сель­хоз. Ко­ля ска­зал: «Я – направо», Во­ло­дя от­ве­тил: «Я с то­бой». В ин­сти­ту­те разо­шлись: Ко­ля – на лит­фак, Во­ло­дя – на ис­т­фак.

В груп­пе на лит­фа­ке бы­ло 28 де­ву­шек и один па­рень – сту­дент Бла­гов. Дев­ча­та ино­гда устра­и­ва­ли ему ку­чу-ма­лу за то, что из­ре­кал ино­гда кол­кую шут­ли­вую эпи­грам­му на ту или иную дев­чон­ку. Дру­жил и об­щал­ся боль­ше с пар­ня­ми со стар­ших курсов.

Сво­ей на­чи­тан­но­стью, зна­ни­ем ли­те­ра­ту­ры, се­рьёз­ным от­но­ше­ни­ем к учё­бе, ви­ди­мо, те­ми во­про­са­ми, ко­то­рые он за­да­вал на лек­ци­ях, он был за­ме­чен и вы­де­лен пре­по­да­ва­те­ля­ми. Они как бы при­ня­ли его в свой круг. Он об­щал­ся с пре­по­да­ва­те­ля­ми не толь­ко в ауди­то­ри­ях.

И в то же вре­мя был очень скро­мен, боль­ше слу­шал, чем го­во­рил. Са­ма сту­ден­че­ская среда тех лет рас­по­ла­га­ла к се­рьёз­ной учё­бе. На стар­ших курсах учились пар­ни, при­шед­шие с фрон­та и то­же пи­шу­щие: Ни­ко­лай Крас­нов, Рэм Ге­ра­си­мов, Ко­стя Ку­ку­ев, Ни­ко­лай Ря­би­нин (Си­до­ров). Бы­ли и пре­по­да­ва­те­ли, прошедшие войну: Ко­но­ва­лов, Тю­фя­ков, Об­лож­ка го­то­вя­щей­ся к из­да­нию кни­ги о Ни­ко­лае Бла­го­ве.

ПРИВЯЗАЛИ К ДЕ­РЕВНЕ

Вре­мя по­сле­во­ен­ное. Одер­жа­на великая по­бе­да. В го­ды вой­ны всё бы­ло от­да­но этой по­бе­де, всё вы­дер­жа­ли, вы­нес­ли, де­ти ра­бо­та­ли на­равне со взрос­лы­ми. И вот страна на­ча­ла вос­ста­нав­ли­вать­ся, от­стра­и­ва­лись го­ро­да, ки­пе­ли ве­ли­кие строй­ки, лю­ди на­чи­на­ли лучше жить. А в де­ревне всё оста­ва­лось по-преж­не­му. Тот же са­мый, по­чти неопла­чи­ва­е­мый, кол­хоз­ный тру­до­день.

Кол­хоз­ни­ков привязали к де­ревне. Пас­пор­тов не бы­ло. Уехать ку­да-то по­чти невоз­мож­но. Излишки про­дук­тов про­да­вать не раз­ре­ша­лось. Тру­до­дни опла­чи­ва­лись на­ту­рой, денег не бы­ло. Мо­ло­дые пар­ни толь­ко и жда­ли сро­ка – уй­ти в ар­мию, а там – воль­ный ка­зак, в се­ло можно и не воз­вра­щать­ся.

Вот это всё и вы­зы­ва­ло у ре- бят мас­су во­про­сов: «По­че­му так? По­че­му?»

В стар­ших клас­сах под ру­ко­вод­ством Ма­рии Ни­ко­ла­ев­ны Ко­ре­ли­ной они вы­пус­ка­ли школь­ный жур­нал «Юность». Ни­ко­лай уже то­гда пи­сал сти­хи, но юным по­этом Мария Ни­ко­ла­ев­на при­зна­ла его толь­ко то­гда, ко­гда про­чла его по­э­му «Ле­на». В 1947 го­ду бы­ли выборы в Вер­хов­ный Со­вет, и де­ся­ти­класс­ник Ко­ля Бла­гов написал по­э­му о сво­ей лю­би­мой де­вуш­ке, од­но­класс­ни­це. Буд­то она вы­учи­лась на аг­ро­но­ма, ста­ла ра­бо­тать в род­ном кол­хо­зе и её вы­бра­ли в Вер­хов­ный Со­вет СССР.

По­том эта Ле­на то­же вы­шла за­муж, у неё ро­ди­лись де­ти. И ко­гда умер Бла­гов, я получила от неё письмо. Она узна­ла о смер­ти Ни­ко­лая, бы­ла в Го­ро­ди­щах, по­бы­ва­ла на его мо­ги­ле, на мо­ги­ле его ма­те­ри. И в пись­ме она ме­ня спрашивает: «Что слу­чи­лось? По­че­му так ра­но он ушёл из жиз­ни?».

Обрат­ный ад­рес она ука­за­ла не свой и имя на кон­вер­те по­ста­ви­ла дру­гое. Написала: «Ес­ли бу­де­те мне от­ве­чать, по­сы­лай­те на этот ад­рес». (Ви­ди­мо, бо­я­лась рев­но­сти му­жа).

Я ей написала об­сто­я­тель­ное письмо, как и что слу­чи­лось. По­бла­го­да­ри­ла за па­мять...

В де­ся­том клас­се оба, Ко­ля Бла­гов и Во­ло­дя Ива­нов, ре­ши­ли по­сту­пить в сель­хоз­ин­сти­тут, что­бы вер­нуть­ся спе­ци­а­ли­ста­ми и стро­ить новую жизнь кол­хоз­но­го се­ла. Но Ни­ко­лая всё боль­ше увле­ка­ла ли­те­ра­ту­ра. Пи­сал сти­хи, да и все луч­шие со­чи­не­ния по ли­те­ра­ту­ре бы­ли бла­гов­ские. Ни од­на школьная стен­га­зе­та не об­хо­ди­лась без его сти­хов.

ПО­ШЁЛ НАПРАВО

Бей­сов, Жа­да­нов. Это об­сто­я­тель­ство как бы сти­ра­ло границу меж­ду пе­да­го­га­ми и сту­ден­та­ми.

ПО­ЗНА­КО­МИ­ЛИСЬ

НА СВА­ДЬБЕ

...Я учи­лась на чет­вёр­том кур­се и у нас в об­ще­жи­тии бы­ла сва­дьба его од­но­класс­ни­ка Во­лодь­ки Ива­но­ва. Бла­гов уже окон­чил и ра­бо­тал, а Во­ло­дя учил­ся в на­шей груп­пе.

Сва­дьба в на­шей ком­на­те, по­сле зим­них ка­ни­кул. При­шли пре­по­да­ва­те­ли: Ни­ко­лай Гри­го­рье­вич Ле­вин­тов, наш ку­ра­тор и лю­би­мый пре­по­да­ва­тель, Ма­рья Дмит­ри­ев­на Чу­ри­ло­ва (фрон­то­вич­ка, на войне по­те­ряв­шая но­гу), Ма­рья Гри­го­рьев­на Ива­но­ва, Сер­гей Ль­во­вич Сы­тин. Ну и, ко­неч­но, мы, дру­зья и по­дру­ги.

Спро­си­ли Ни­ко­лая Гри­го­рье­ви­ча: «Kaк на­счёт вы­пив­ки? Можно мы ку­пим вер­му­та?» – «Ну, ку­пи­те бу­ты­лоч­ку». Пре­по­да­ва­те­лям ку­пи­ли бу­тыл­ку вод­ки, а се­бе ку­пи­ли порт­вейн.

Мы с Рай­кой Се­лез­нё­вой (в на­шей ком­на­те жи­ла дев­чон­ка, ох, и ост­ро­ум­ная!) бы­ли на этой сва­дьбе та­ма­ды. Не знаю, как это у ме­ня по­лу­ча­лось, но у Рай­ки это вы­хо­ди­ло здо­ро­во! Она зна­ла ку­чу ча­сту­шек, вся­ких при­ба­у­ток, да ещё ма­лость с ма­тер­щи­ной...

В об­щем, мы эту сва­дьбу «ве­ли», мо­жет, ещё и по­это­му Бла­гов об­ра­тил на ме­ня в тот ве­чер вни­ма­ние...

Я знаю, что сту­ден­че­ские го­ды для Бла­го­ва бы­ли са­мы­ми ин­те­рес­ны­ми: он узна­вал но­вых лю­дей, рас­ши­рял круг твор­че­ско­го об­ще­ния. В бо­лее позд­ние го­ды та­кой среды уже не бы­ло. Улья­новск по­рой становился ему ску­чен, те­сен. От­сю­да его ме­та­ния. Ведь несколь­ко раз пы­тал­ся уехать. При­гла­ша­ли в Горь­кий, в Куй­бы­шев. Уго­во­ри­ли са­ра­тов­цы. Два­жды мы ту­да уез­жа­ли и два­жды воз­вра­ща­лись. Улья­новск без сво­е­го из­да­тель­ства, без жур­на­ла, без на­сто­я­щей твор­че­ской пи­са­тель­ской среды при­вя­зал его к се­бе непо­нят­ной вла­стью. По­след­ние го­ды жиз­ни он очень тяготился «здеш­ней об­ста­нов­кой».

P. S. Ес­ли у вас воз­ник­ло же­ла­ние приобрести кни­гу о Бла­го­ве, на­пи­ши­те Ген­на­дию Дё­моч­ки­ну в соц­се­ти.

Группа лит­фа­ка, третий курс. Парк Сверд­ло­ва. 1951 год.

Сту­ден­ты: Ни­ко­лай Бла­гов, Рэм Ге­ра­си­мов, Ни­ко­лай Крас­нов. 16 мая 1950 го­да.

Вы­пуск­ни­ца ис­т­фа­ка Ля­ля Му­си­на. 1955 год.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.