ТЯЖ­КИЙ ДАР МЕС­СИН­ГА

115 лет на­зад ро­дил­ся че­ло­век-за­гад­ка

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - ЗВЁЗДНЫЙ СЛЕД - Ва­лен­ти­на ОБЕ­РЕМ­КО

ПРО ГЛАВ­НО­ГО ПРО­РИ­ЦА­ТЕ­ЛЯ СО­ВЕТ­СКО­ГО СО­Ю­ЗА ВОЛЬ­ФА МЕС­СИН­ГА ХО­ДИТ НЕМА­ЛО ЛЕ­ГЕНД: ЧТО ОН ПРЕД­СКА­ЗАЛ ПАДЕНИЕ ТРЕ­ТЬЕ­ГО РЕЙ­ХА, НА­ПРО­РО­ЧИЛ НАМ ПО­БЕ­ДУ НАД ФА­ШИ­СТА­МИ К НА­ЧА­ЛУ МАЯ 1945 ГО­ДА, ЧТО ОН ЛИЧ­НО СТА­ЛИ­НУ СО­ОБ­ЩИЛ ДА­ТУ ЕГО СМЕР­ТИ… ПРАВ­ДА, НЕКО­ТО­РЫЕ ИС­СЛЕ­ДО­ВА­ТЕ­ЛИ СЧИ­ТА­ЮТ, ЧТО МЕС­СИНГ САМ ПРИ­ДУ­МАЛ ПРО СЕ­БЯ ВСЕ ЭТИ ЧУ­ДЕ­СА.

БЕЗ ЦЕНЗУРЫ

ДАТ­ЧИК НА ШЕЕ

- Сей­час Воль­фа Мес­син­га пы­та­ют­ся как-то при­ни­зить, - уве­ре­на Лу­и­за ХМЕЛЬ­НИЦ­КАЯ, сест­ра актёра Бо­ри­са Хмель­ниц­ко­го, лич­но знав­шая зна­ме­ни­то­го гип­но­ти­зё­ра. - Го­во­рят, что он был негра­мот­ным шар­ла­та­ном. Да, Мес­синг го­во­рил по-рус­ски с силь­ным ак­цен­том, воз­мож­но, он не за­кан­чи­вал выс­ших школ, но он был ге­ни­ем.

Ма­ма с па­пой по­зна­ко­ми­лись с Воль­фом Гри­го­рье­ви­чем на од­ном из кон­цер­тов, при­гла­си­ли его к нам в го­сти. Ма­ма уже при пер­вой встре­че по­ня­ла, что силь­но по­нра­ви­лась Мес­син­гу. В про­цес­се на­ше­го мно­го­лет­не­го об­ще­ния вы­яс­ни­лось, что Вольф Гри­го­рье­вич дей­стви­тель­но был в неё влюб­лён. Он все­гда дер­жал­ся в рам­ках при­ли­чия, чувств сво­их не по­ка­зы­вал, но по­рой так смот­рел на ма­му, что ста­но­ви­лось яс­но, как он на са­мом де­ле к ней от­но­сит­ся... И вот од­на­жды мы с бра­том сто­им на бал­коне и ви­дим: Мес­синг идёт в сто­ро­ну на­ше­го до­ма. Я вбе­гаю в ком­на­ту и кри­чу: «Ма­ма, по-мо­е­му, идёт Вольф Гри­го­рье­вич!» Ма­ма мне на­ка­зы­ва­ет: «Ска­жи, что ме­ня нет до­ма». А Вольф Гри­го­рье­вич до это­го дня нас с Бо­рей ни­ко­гда не ви­дел. И вот он под­хо­дит к до­му, поднимает го­ло­ву, ви­дит нас на бал­коне и го­во­рит: «Лу­зоч­ка, Бо­ря, доб­рый день!» Я ему сра­зу со­об­щаю: «Вольф Гри­го­рье­вич, ма­мы нет до­ма!» А он улы­ба­ясь го­во­рит: «Лу­зоч­ка, ты, на­вер­но, ошиб­лась. Ведь ма­ма ле­жит в даль­ней ком­на­те на со­фе, на по­душ­ке, вы­ши­той кре­сти­ком». Я бы­ла сму­ще­на.

С тех пор Вольф Гри­го­рье­вич при­ез­жал к нам до­ста­точ­но ча­сто на обед. Он очень лю­бил борщ, ко­то­рый го­то­ви­ла моя ма­ма. По­ка Мес­синг ел, мы с Бо­рей его рас­смат­ри­ва­ли. У Воль­фа Гри­го­рье­ви­ча за ухом на шее с пра­вой сто­ро­ны был жи­ро­вик раз­ме­ром с по­ляб­ло­ка. Мы с Бо­рей бы­ли аб­со­лют­но уве­ре­ны, что это дат­чик. Как-то мы ре­ши­ли Мес­син­га про­эк­за­ме­но­вать. Пред­ло­жи­ли: «Вольф Гри­го­рье­вич, а мож­но мы что-ни­будь за­ду­ма­ем, а вы от­га­да­е­те?» Он от­ве­тил: «Ко­неч­но!» Мес­синг остал­ся на кухне, а мы с Бо­рей по­шли в ком­на­ту. Взя­ли пер­вый том сло­ва­ря Да­ля, на­шли стра­ни­цу, где бы­ло на­пе­ча­та­но сло­во «борщ», и по­ста­ви­ли кни­гу об­рат­но на пол­ку. По­зва­ли: «Вольф Гри­го­рье­вич, мы го­то­вы!» Он за­шёл, мы вста­ли к ок­ну, он до нас не до­тра­ги­вал­ся, толь­ко по­вто­рял: «Ду­май­те!» А мы, не гля­дя на кни­гу, ду­ма­ли: «На­пра­во, ле­вее, к шка­фу, вто­рая пол­ка сни­зу, тре­тья кни­га». Мыс­лен­но, стоя у ок­на, да­ва­ли ему ко­ман­ды. Ко­гда он по­до­шёл к шка­фу, я по­ду­ма­ла: «Даль, пер­вый том». Он бе­рёт пер­вый том сло­ва­ря. Я про­дол­жаю: «Сто во­сем­на­дца­тая

ЕМУ ХО­ТЕ­ЛОСЬ БЫТЬ ОБЫЧ­НЫМ ЧЕ­ЛО­ВЕ­КОМ.

стра­ни­ца». Он от­крыл. Я ду­маю: «Пят­на­дца­тая строч­ка свер­ху». И тут он за­сме­ял­ся: «А! Борщ! По­шли на кух­ню!» Мы бы­ли по­ра­же­ны. По­том Вольф Гри­го­рье­вич ска­зал мне: «На­пи­ши на бу­ма­ге лю­бое сло­во и спрячь ли­сток». Я на­пи­са­ла па­пи­но имя: «Лё­ша». За­жа­ла за­пис­ку в ку­лак. Он по­до­шёл, по­тро­гал мою ру­ку. И го­во­рит: «Лё­ша».

В на­ча­ле 1960-х го­дов Бо­ря, к изум­ле­нию ро­ди­те­лей, ре­шил по­сту­пать в те­ат­раль­ный ин­сти­тут: он все­гда очень за­и­кал­ся и да­же в шко­ле ни­ко­гда не от­ве­чал уст­но, толь­ко пи­сал. Но мы всё рав­но вме­сте со­бра­лись ехать в Моск­ву в Щу­кин­ское учи­ли­ще. На про­ща­ние ма­ма по­со­ве­то­ва­ла: «Зай­ди­те к Воль­фу Гри­го­рье­ви­чу». Мы при­е­ха­ли в Моск­ву. Мес­синг по­ня­тия не имел, что мы в го­ро­де. Но, ко­гда мы под­ня­лись к нему на этаж и по­зво­ни­ли в дверь, вдруг услы­ша­ли: «Лу­зоч­ка, Бо­ря, сей­час от­крою». Мы за­шли, се­ли, ещё ни­че­го не успе­ли ска­зать, а Мес­синг уже сам спросил: «В те­ат­раль­ный ре­ши­ли по­сту­пать?» Ко­гда мы ухо­ди­ли, он ска­зал Бо­ре: «Узнай име­на чле­нов при­ём­ной ко­мис­сии, по­зво­ни мне и на­зо­ви их». Вольф Гри­го­рье­вич взял Бо­ри­ну ру­ку, по­ло­жил на свой жи­ро­вик и ска­зал: «Ни­ко­гда ни­че­го не бой­ся, Вольф Гри­го­рье­вич все­гда с то­бой». И на эк­за­ме­нах ка­ким-то необык­но­вен­ным об­ра- зом по­лу­ча­лось так, что, ко­гда Бо­ря за­хо­дил в ауди­то­рию, он пе­ре­ста­вал за­и­кать­ся.

«МНЕ СТРАШ­НО!»

- Вольф Гри­го­рье­вич нас с Бо­рей очень лю­бил, ви­ди­мо, по­то­му что у него не бы­ло сво­их де­тей, - про­дол­жа­ет Лу­и­за Хмель­ниц­кая. - Он бо­ял­ся, что его де­ти ро­дят­ся с ка­ки­ми-ни­будь ано­ма­ли­я­ми. Ко­гда он бе­се­до­вал с ро­ди­те­ля­ми об этом, все­гда го­во­рил: «Мне страш­но!»

Во­об­ще Мес­синг был очень оди­нок. Од­на­жды он при­шёл к нам и ска­зал: «Как хо­ро­шо, что вы есть! Я ведь ни с кем не об­ща­юсь». Я уди­ви­лась: «По­че­му?» Он от­ве­тил: «По­то­му что я знаю, что ду­ма­ют дру­гие лю­ди». По­сле кон­цер­тов ста­рал­ся ни с кем не раз­го­ва­ри­вать, сра­зу уез­жал в го­сти­ни­цу. Ду­маю, что он стра­дал от сво­е­го да­ра. Ему хо­те­лось быть нор­мальн ы м че­ло­ве­ком. Но…

Так вы­шло, что он пред­ска­зал да­же да­ту сво­ей смер­ти. Ко­гда Вольф Гри­го­рье­вич уез­жал в боль­ни­цу на опе­ра­цию, он со все­ми про­стил­ся, а по­том оста­но­вил­ся пе­ред подъ­ез­дом сво­е­го до­ма и ска­зал: «Я сю­да боль­ше не вер­нусь».

Мес­синг был со­сто­я­тель­ным че­ло­ве­ком, во вре­мя Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны вы­де­лил огром­ную сум­му на стро­и­тель­ство двух са­мо­лё­тов для на­шей ар­мии. И очень хо­тел оста­вить день­ги учё­ным, что­бы те, ко­гда он умрёт, изу­чи­ли его мозг. День­ги бы­ли остав­ле­ны, но его мозг так ни­кто и не изу­чил. Его про­сто осмот­ре­ли и со­об­щи­ли, что ни­ка­ких от­кло­не­ний не об­на­ру­же­но.

Фото РИА Но­во­сти

Об­щать­ся с людь­ми Мес­синг не лю­бил.

Свою су­пру­гу Аи­ду Ра­по­порт Мес­синг бо­го­тво­рил.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.