У МЕ­НЯ БЫЛ СВОЙ СЧЁТ К ГИТ­ЛЕ­РУ

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА -

ПО МЕ­РЕ ВЫ­ЯВ­ЛЕ­НИЯ ЖИ­ВЫХ УЧАСТ­НИ­КОВ ПА­РА­ДА «АИФ» БУ­ДЕТ ПЕ­ЧА­ТАТЬ ИХ ВОС­ПО­МИ­НА­НИЯ. ПЕР­ВОЕ СЛО­ВО - СТА­НИ­СЛА­ВУ ВА­СИ­ЛЬЕ­ВИ­ЧУ ЛАПИНУ - ПРО­СТО­МУ, НО ГЕ­РО­И­ЧЕ­СКО­МУ БОЙ­ЦУ 3-ГО БЕ­ЛО­РУС­СКО­ГО ФРОН­ТА.

ЕС­ЛИ БЫ НЕ ВОЙ­НА

- Я мос­ков­ский маль­чиш­ка. Год рож­де­ния 1923-й. В 16 по­шёл на за­вод. По­лу­чил чет­вёр­тый раз­ряд. Всё бы­ло бы хо­ро­шо, ес­ли бы не вой­на… За­вод вы­пус­кал во­ен­ную про­дук­цию. По­это­му за мой раз­ряд да­ли бронь и хо­те­ли от­пра­вить вме­сте со стан­ком за Урал. Ко­гда тех­ни­ку по­гру­зи­ли на плат­фор­мы, я ска­зал: пой­ду прой­дусь. Ушёл и не вер­нул­ся. Про­ще го­во­ря, сбе­жал на фронт. Я же не мог быть ху­же всех! Уже на дру­гой день выбил се­бе пра­во во­е­вать! 4 но­яб­ря 1941 г. при­нял при­ся­гу - и в бой под Во­ло­ко­лам­ском. Так что и я участ­во­вал в бит­ве за Моск­ву. Мне это бы­ло нуж­но, по­то­му что по­ми­мо об­ще­го у ме­ня был лич­ный счёт к Гит­ле­ру. До вой­ны у ме­ня де­вуш­ка бы­ла. Я звал её «моя Со­неч­ка». Мы лю­би­ли с ней гу­лять по Москве тёп­лы­ми ве­че­ра­ми. Но мы мо­ло­дые бы­ли и… ни ра­зу не по­це­ло­ва­лись. Толь­ко си­де­ли ря­дом и ино­гда осто­рож­но при­жи­ма­лись друг к дру­гу. И тут вой­на.

Я ушёл на фронт, а моя Со­неч­ка по­шла на кур­сы мед­се­стёр. По­том то­же на фронт. И вот по­сле боя си­жу на при­ва­ле. Ви­жу - под­во­да, а на ней - моя Со­неч­ка. Как уви­де­ла ме­ня - ки­ну­лась ко мне и так це­ло­вать ме­ня на­ча­ла, как ни­ко­гда не бы­ло. На­ши бой­цы и от за­ви­сти, и от ра­до­сти на­гля­деть­ся на нас не мог­ли. И вдруг… вы­стрел - Со­неч­ка моя вздрог­ну­ла и ста­ла спол­зать по мне в мо­их объ­я­ти­ях. Страш­но я за­кри­чал, а ре­бя­та в лес ки­ну­лись, от­ку­да вы­стрел был. И там нем­ца уви­де­ли в ва­лен­ках и в рус­ской шу­бе. Он пы­тал­ся бежать. Один из на­ших до­гнал его и за­ко­лол шты­ком. Дру­гие нем­цы, ко­то­рые там бы­ли, ни­че­го не успе­ли - их то­же кон­чи­ли. Та­кая нена­висть у на­ших ре­бят бы­ла. Лишь я си­дел и дер­жал мою Со­неч­ку. И ещё чув­ство­вал её по­це­луи.

По­сле вой­ны я встре­тил её ма­му, ко­то­рая ки­ну­лась ко мне и ста­ла це­ло­вать ме­ня, как то­гда моя Со­неч­ка… Но я так и не на­шёл сил ска­зать ей, как всё бы­ло. А она это не зна­ла - це­ло­ва­ла и кри­ча­ла, что по­гиб­ла Со­неч­ка. Так что у ме­ня в бит­ве за Моск­ву был и лич­ный счёт к Гит­ле­ру!

А ещё... в од­ном без­люд­ном се­ле, за­хо­тев во­ды, об­на­ру­жи­ли мы ко­ло­дец… за­би­тый детьми. Во­круг ле­жа­ли их уби­тые ма­те­ри. К две­ри до­ма шты­ком был при­гвож­дён ре­бё­нок… Как мы мог­ли по­сле уви­ден­но­го от­но­сить­ся к нем­цам?!

ГЛАВ­НАЯ МЕ­ДАЛЬ

Пер­вое ра­не­ние по­лу­чил по­до Рже­вом в фев­ра­ле 42-го. Тя­жё­лые там бы­ли бои: ни мы нем­цев, ни они нас. Дол­го это тя­ну­лось, по­ка на­ши не взя­ли верх.

В 1943 г. по­пал в Ор­лов­скоКур­скую бит­ву. Здесь опять ра­ни­ло, но лег­ко, и я быст­ро вер­нул­ся на пе­ре­до­вую. На то она и пе­хо­та, что­бы драть­ся, за­ле­чи­вать ра­ны и сно­ва драть­ся. Моя пер­вая ме­даль - за Кур­скую бит­ву. Я во­е­вал в пе­хо­те с 41-го по 43-й и не по рас­ска­зам знаю, что зна­чит хо­дить в ата­ку. Ко­гда по­да­на ко­ман­да, ты дол­жен под­нять­ся и под пу­ле­мёт­ным ог­нём, взры­ва­ми сна­ря­дов и мин ид­ти впе­рёд. Ря­дом и пе­ред то­бой па­да­ют твои то­ва­ри­щи, но ты всё рав­но - впе­рёд. Впе­рёд! Со сто­ро­ны всё про­сто, но са­мо­му при­вык­нуть к это­му невоз­мож­но. Каж­дая ата­ка - по­тря­се­ние и уси­лие над со­бой. По­мо­га­ла ар­тил­ле­рия, и нем­цы бе­жа­ли. И вот то­гда, до­го­няя их, ощу­ща­ешь, что вы­иг­рал этот бой, и по­яв­ля­ет­ся необъ­яс­ни­мое чув­ство по­бе­ды!

На­сту­па­ли обыч­но но­чью, по­ка нем­цы спа­ли. Мы бы­ли как снег на го­ло­ву. Нас уби­ва­ли, и мы уби­ва­ли, но победили мы! Вот что зна­чит пе­хо­та. В 43-м про­шёл про­шёл­пе­ре­под­го­тов­ку­ик­пе­ре­под­го­тов­ку и к сра сра­же­ни­ям под Ор­лом стал ми­но­мёт­чи­ком. Хо­тя и был толь­ко сер­жант, до­ве­ри­ли ко­ман­до­вать ми­но­мёт­ным взво­дом. Вы­бра­ли мы ме­сто воз­ле ка­кой-то де­рев­ни, за­ня­ли по­зи­цию и, за­ра­нее при­стре­ляв ми­но­мё­ты и рас­ста­вив ча­со­вых, по­шли спать. Ну… я по на­ту­ре при­вык вста­вать ра­но. А тут во­об­ще ча­сов в пять под­нял­ся - го­ло­ву хо­тел по­мыть. По­бли­зо­сти ко­ло­де­ц­жу­ра­вель. Ле­то. Вы­та­щил во­ды, на­лил в кас­ку и толь­ко мыть­ся

К- слы­шу гул. Гля­нул на до­ро­гу, а там с гор­ки... це­лая ко­лон­на немец­ких ма­шин! Бро­сил кас­ку - и к ми­но­мё­ту. Как за­ря­дил… С пер­во­го ра­за в точ­ку! В са­мый ка­пот го­лов­ной ма­ши­ны по­пал.

Пра­виль­но, что с ве­че­ра цель при­стре­ля­ли, не ста­ли до утра от­кла­ды­вать. Нем­цы нас здесь не жда­ли. Па­ни­ка. Ре­бя­та мои от вы­стре­ла просну­лись. И как да­ли из всех ми­но­мё­тов - ни­ко­го не оста­лось! Мно­гие да­же вы­лез­ти из ма­шин не успе­ли. Вот от­ку­да пер­вая ме­даль «За от­ва­гу».

Тре­тий раз ра­нен был под Ви­теб­ском в 1944-м и… до осе­ни про­му­чил­ся в гос­пи­та­ле, по­то­му что, что ни го­во­ри, а на фрон­те ждать кон­ца вой­ны лег­че! Там от те­бя хоть что-то за­ви­сит. Под Ви­теб­ском бой­цы 3-го Бе­ло­рус­ско­го фрон­та не жа­ле­ли се­бя. Как нем­цы ни стреляли, всё рав­но шли впе­рёд, по­то­му что, бы­ва­ет, по-дру­го­му нель­зя! Нем­цы на это ни­как не рас­счи­ты­ва­ли, и по­это­му мы вы­би­ли их из Ви­теб­ска. За это вто­рая ме­даль. Есть у ме­ня и ор­ден, но ни на один ор­ден не про­ме­нял бы ме­даль «За от­ва­гу».

За мои две ме­да­ли «За от­ва­гу» на­гра­ди­ли пра­вом участ­во­вать в пер­вом Па­ра­де По­бе­ды. Моё ме­сто на па­ра­де от­ли­ча­лось от боль­шин­ства дру­гих мест. Мои то­ва­ри­щи и я си­де­ли в ку­зо­ве ма­ши­ны ЗИС-5. Нас пре­ду­пре­ди­ли, что­бы, про­ез­жая Мав­зо­лей, не по­во­ра­чи­ва­ли на него го­ло­вы. Но раз­ве мог­ли мы не по­вер­нуть их, ко­гда там бы­ли Ста­лин и Жу­ков?!

АИФ В ВО­СТОЧ­НОЙ СИ­БИ­РИ

Та­ким Ста­ни­слав Ла­пин встре­тил День По­бе­ды.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.