ЛИ­ЦА «Я НЕДОЛЮБЛЕННАЯ...»

За­муж Э. Пье­ха вы­хо­ди­ла не в бе­лом, а... в чёр­ном пла­тье

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Еле­на ДА­НИ­ЛЕ­ВИЧ

- рас­ска­за­ла «АиФ» пе­ви­ца.

МА­МИ­НА СКА­ТЕРТЬ

Ес­ли бы сце­на­ри­сты спро­си­ли у Эди­ты Ста­ни­сла­вов­ны, что и как о ней рас­ска­зать, она по­ве­ла бы их в «па­ви­льон вос­по­ми­на­ний». Так она на­зы­ва­ет часть сво­е­го до­ма в по­сёл­ке Северная Самарка под Пи­те­ром. Там со­бра­ны кон­церт­ные пла­тья, на­гра­ды, афи­ши. Пе­ви­ца стре­мит­ся со­хра­нить всё. До сих пор хра­нит­ся и лю­би­мая ма­ми­на ска­терть. И хо­тя она во мно­гих ме­стах за­што­па­на, цвет остал­ся та­ким же све­жим.

В до­ме не­ма­ло порт­ре­тов пер­во­го су­пру­га Пье­хи Алек­сандра Бро­не­виц­ко­го. Ко­гда они по­зна­ко­ми­лись, ей бы­ло 18, ему 24.

- рас­ска­зы­ва­ет на­род­ная ар­тист­ка. - По­том в об­ще­жи­тии от­ме­ти­ли празд­ник, засто­лье бы­ло пре­дель­но скром­ным, но на это не об­ра­ща­ли вни­ма­ния. Все друж­но, ис­кренне ве­се­ли­лись... Наш ан­самбль мы по­том так и на­зва­ли - «Друж­ба». Имен­но то­гда на­ча­лась на­ша лю­бовь с Сан Са­ны­чем, ко­то­рая оп­ре- де­ли­ла всю мою жизнь. К со­жа­ле­нию, чув­ства не уда­лось сбе­речь. Бро­не­виц­кий был очень рев­нив, по­до­зри­те­лен, дру­же­ских чувств меж­ду кол­ле­га­ми не вос­при­ни­мал. Но бы­ла и боль­шая лю­бовь, а люб­ви про­ти­вить­ся не сто­ит. Ес­ли она при­дёт, это дра­го­цен­ность, ко­то­рую на­до изо всех сил бе­речь. Я вот недолюбленная…

За­тем пе­ви­ца ещё два­жды пы­та­лась най­ти счастье в бра­ке... Кста­ти, ми­сти­ка это или нет, но в том, что лич­ная жизнь Эди­ты не сло­жи­лась, мно­гие ви­нят чёр­ное пла­тье, в ко­то­ром она вы­хо­ди­ла за­муж за Бро­не­виц­ко­го. На бе­лый на­ряд де­нег не на­шлось, вот невеста и по­шла в загс в са­мом при­лич­ном из имев­ших­ся - чёр­ном. Го­во­рят, что уже то­гда па­ру пре­ду­пре­жда­ли: «Ох, зря, дол­гим та­кой со­юз не бу­дет». Но они от пророчества от­мах­ну­лись...

ДЕНЬ­ГИ ГУ­БЯТ

По­ли­ти­ка, скан­даль­ные хро­ни­ки звез­ду ин­те­ре­су­ют ма­ло, и то, что на при­лав­ках ста­ло мень­ше фран­цуз­ско­го сы­ра, де­ли­ка­те­сов, то­же не вол­ну­ет. А вот с аме­ри­кан­ца­ми, пы­та­ю­щи­ми­ся все­му ми­ру дик­то­вать свою во­лю, у пе­ви­цы счё­ты дав­ние.

- Ис­по­кон ве­ков Рос­сия бы­ла для За­па­да ко­стью в гор­ле, - рас­суж­да­ет Пье­ха. - А сей­час аме­ри­кан­цы со сво­и­ми день­га­ми и во­все пы­та­ют­ся вме­ши­вать­ся в на­ши де­ла. Да ка­кое их де­ло, кто дал пра­во? Я их ви­де­ла ещё в кон­це вой­ны, в 1945-м. во Фран­ции. При­е­ха­ли на «вил­ли­сах», че­лю­сти ра­бо­та­ют, не оста­нав­ли­ва­ясь, - ре­зин­ку жу­ют и тут же сплё­вы­ва­ют. Мне то­гда бы­ло все­го 8 лет, но ан­ти­па­тия к этим «хо­зя­е­вам жиз­ни» оста­лась на­все­гда. За­тем, ко­гда ста­ла из­вест­ной, га­стро­ли­ро­ва­ла в Аме­ри­ке пять раз. И хо­тя ме­ня пре­крас­но при­ни­ма­ли, чув­ство­ва­ла се­бя там пло­хо. У них че­рез сло­во - «биз­нес», «день­ги». Мне это чуж­до.

В се­мье Пье­хи несколь­ко по­ко­ле­ний ар­ти­стов - дочь Ило­на Бро­не­виц­кая, са­ма ак­три­са и пе­ви­ца, зна­ме­ни­тый уже внук Стас.

-

де­лит­ся ре­цеп­том се­мей­но­го бла­го­по­лу­чия пе­ви­ца. - Ста­ра­юсь де­лать это не­на­вяз­чи­во. Ес­ли у Ста­са кон­церт, обя­за­тель­но при­ду, что­бы по­смот­реть, как ра­бо­та­ет мой маль­чу­ган. А по­том раз­бор по­лё­тов. Го­во­рю, что бы­ло хо­ро­шо, а что лиш­нее. Прав­да, мяг­ко, по­то­му что ар­ти­сты - ра­ни­мые лю­ди. На сле­ду­ю­щем вы­ступ­ле­нии смот­рю - все мои со­ве­ты учёл. Так что слу­ша­ет­ся.

«Со Ста­сом дру­жу, он к мо­им со­ве­там при­слу­ши­ва­ет­ся».

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.