ДЕ­ТИ РУС­СКО­ГО СЛО­ВА

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Ва­лен­ти­на КУР­БА­ТО­ВА Дарья ГАЛЕЕВА

ГОСТЬ НО­МЕ­РА

же на­зы­ва­ют ду­шев­ным ли­де­ром «ве­че­ров». Из­вест­ный ли­те­ра­тур­ный кри­тик, про­за­ик и ла­у­ре­ат мно­го­чис­лен­ных пре­мий за де­вять лет ни ра­зу не про­пу­стил фе­сти­валь - каж­дый июнь он вновь воз­вра­ща­ет­ся в Ир­кутск для то­го, что­бы по­го­во­рить с ир­ку­тя­на­ми о том, ку­да дви­жут­ся рус­ский язык и рус­ская куль­ту­ра.

«НЕ О ТЕ­БЕ, ВА­ЛЯ, А О КУЛЬ­ТУ­РЕ В ЦЕ­ЛОМ»

- Я очень рад, что «ве­че­ра» ста­но­вят­ся тра­ди­ци­ей, по­то­му что за­ду­мы­ва­лись они как ра­зо­вое ме­ро­при­я­тие, - вспо­ми­на­ет Ва­лен­тин Кур­ба­тов. - Всё на­ча­лось, ко­гда Ва­лен­ти­ну Рас­пу­ти­ну ис­пол­ня­лось 70 лет и он упор­но от­ка­зы­вал­ся свой юби­лей празд­но­вать. И ме­ня при­ну­ди­ли пой­ти к нему, что­бы за­ста­вить. Имен­но ме­ня, по­то­му что за год до это­го на пер­вом Вам­пи­лов­ском фе­сти­ва­ле Ва­лен­тин Гри­го­рье­вич вы­дал ме­ня за из­вест­но­го те­ат­раль­но­го кри­ти­ка. То­гда я на­дул щё­ки, вы­пя­тил пу­зо и при­тво­рил­ся из­вест­ным та­ко­вым. И вот еду я к Рас­пу­ти­ну и раз­мыш­ляю: «Как всё при­ду­мать? Как его за­ста­вить? За­ста­вить-то нель­зя». Но, по сча­стью, в этот год столь­ко же лет ис­пол­ня­лось и Вам­пи­ло­ву, и я пред­ло­жил: «Да­вай на­зо­вём встре­чу «Этим ле­том в Ир­кут­ске», по ана­ло­гии с на­зва­ни­ем вам­пи­лов­ской пье­сы, при­гла­сим ли­те­ра­то­ров, му­зей­щи­ков и по­го­во­рим не о те­бе, Ва­ля, а о рус­ской куль­ту­ре в це­лом». По­лу­чи­лось, но мы ду­ма­ли, что на этом всё и кон­чит­ся.

- Но не кон­чи­лось. На­обо­рот, с каж­дым го­дом ин­те­рес у ир­ку­тян к это­му ли­те­ра­тур­но­му со­бы­тию толь­ко рас­тёт. В чём, по ва­ше­му мне­нию, сек­рет «ве­че­ров»?

- Ко­гда мы в пер­вый раз вы­шли на сце­ну, то уви­де­ли перед со­бой зал, бес­по­мощ­ный­в­том2007-м, как и сей­час, перед все­ми вы­зо­ва­ми ми­ра, соб­ствен­ной и чу­жой по­ли­ти­кой. И мы ста­ли та­ки­ми же без­за­щит­ны­ми, как и си­дя­щие перед на­ми: по­про­бо­ва­ли не по­ка­зы­вать из себя ве­ли­ких ора­то­ров, ри­то­ров, боль­ших спе­ци­а­ли­стов в об­ла­сти куль­ту­ры, ли­те­ра­ту­ры и по­ли­ти­ки, а ока­за­лись про­сто людь­ми. И по­лу­чи­лось, что вот это и вос­тре­бо­ва­но.

Ко­гда го­во­ришь об ир­кут­ских «ве­че­рах» в дру­гих го­ро­дах, там все удив­ля­ют­ся: «Ну как это? У нас ни­ко­гда не со­брать столь­ко лю­дей на та­кой встре­че». Не со­брать, по­то­му что в этих го­ро­дах ни­ко­гда не бы­ло Ва­лен­ти­на Рас­пу­ти­на. Он дал тот мощ­ный камертон, ко­гда перед ним ка­за­лось стыд­ным не быть ли­те­ра­то­ром, не слы­шать рус­ско­го сло­ва. В нём все­гда бы­ла та­кая во­ля и власть, хо­тя он без­молв­ство­вал - ни ра­зу не вы­сту­пил на ве­че­рах. Си­дел себе ти­хо­неч­ко, но его си­де­ния нам бы­ло до­ста­точ­но, что­бы со­брать­ся и быть в пре­дель­ном на­пря­же­нии.

Те­перь нам бу­дет слож­но: ушёл камертон Рас­пу­тин. К со­жа­ле­нию, сей­час из рус­ской жиз­ни ухо­дит то ко­рен­ное, зем­ное, мощ­ное, пло­до­нос­ное, что бы­ло все­гда, что зем­лёю жи­ло. Мы уже дав­но не пи­шем жиз­ни де­ре­вен­ской, го­род­ской, мы пи­шем куль­ту­ру. Те­перь ли­те­ра­ту­ра ста­ла тонь­ше, изящ­нее, а язык - иро­ни­че­ским к че­ло­ве­ку, да­же брезг­ли­вым к нему.

ИГ­РА В НЕГРА­МОТ­НОСТЬ

- Ес­ли со­вре­мен­ные рус­ские пи­са­те­ли не пи­шут о жиз­ни, то­гда о чём и как они пи­шут?

- В этом го­ду пре­мия «Яс­ная По­ля­на» впер­вые ста­ла меж­ду­на­род­ной, и на ней бы­ли пред­став­ле­ны 40 книг со­вре­мен­ных ино­стран­ных ав­то­ров-со­ис­ка­те­лей - та­ких ве­ли­ких, как Ум­бер­то Эко, ла­у­ре­а­тов Пу­лит­це­ров­ской, Гон­ку­ров­ской, да­же Но­бе­лев­ской пре­мий.

Я их про­чи­тал, а по­том ки­нул­ся чи­тать на­шу ли­те­ра­ту­ру и вдруг уви­дел, что мы дав­но «пе­ре­еха­ли» в Ев­ро­пу, у нас стра­да­ния те же са­мые. На­при­мер, се­мей­ный ро­ман те­перь не та­кой, как «Се­мья Ти­бо» или «Са­га о Форсайтах», а изо­рван­ный, нерв­ный, злой. Ко­гда ты ви­дишь, как у Сарт­ра, что «ад - это дру­гие», а се­мьи - разо­рван­ные, му­чи­тель­ные, стра­да­тель­ные.

Я уви­дел, что мы, пе­рей­дя в ев­ро­пей­ское про­стран­ство, на­жи­ли эти же бо­лез­ни в на­шей ли­те­ра­ту­ре - она ста­ла иро­ни­че­ской, брезг­ли­вой, раз­дра­жён­ной. Мо­ло­дая ли­те­ра­ту­ра пря­мо так и де­кла­ри­ру­ет: нам все долж­ны, мы - стра­да­ю­щее по­ко­ле­ние. Это решительные мо­ло­дые ре­бя­та, но я не знаю, кто им дол­жен.

- А как быть с мо­ло­ды­ми людь­ми, ко­то­рые толь­ко учат­ся? В про­шлом го­ду вы­пуск­ни­ки школ так ужас­но сда­ли эк­за­мен по сво­е­му род­но­му язы­ку, что го­су­дар­ство по­ни­зи­ло ми­ни­маль­ный балл и ре­ши­ло уде­лять язы­ку боль­ше вни­ма­ния. Но, несмот­ря на та­кие ме­ры, за год ма­ло что по­ме­ня­лось - ны­неш­ний эк­за­мен сда­ли немно­гим луч­ше. В чём при­чи­на этой про­бле­мы?

- За год из­ме­ни­лось немно­гое, да и не долж­но бы­ло из­ме­нить­ся. Язык - ди­тя про­ис­хо­дя­ще­го на ули­це, по­это­му ви­но­ва­то не толь­ко втор­же­ние ком­пью­тер­но­го про­стран­ства. Но и его нель­зя сбра­сы­вать со сче­тов. Мы ста­ли иг­рать в ком­пью­тер - иг­рать в негра­мот­ность. Там пи­шут на­ро­чи­то непра­виль­но: «ва­ще» вме­сто «во­об­ще», «пре­вед», вме­сто нор­маль­но­го «при­вет». Впер­вые чи­тая с экра­на, мо­ло­дое со­зна­ние ду­ма­ет, что так и пи­шет­ся, ре­бё­нок ещё не слы­шал дру­го­го, он ещё сво­е­го по­чер­ка не зна­ет. Пред­ставь­те себе, в Швей­ца­рии впер­вые в ми­ре от­ме­ни­ли на­пи­са­ние ру­кою - че­ло­век с дет­ско­го са­да на­чи­на­ет с кла­ви­а­ту­ры.

А не зная по­чер­ка, лег­ко мож­но об­ма­нуть­ся, по­то­му что ком­пью­тер под­ска­жет: «Ста­рик, ты ошиб­ся, я те­бе вот здесь зе­лё­нень­ким под­черк­ну сти­ли­сти­ку, а крас­ным - ор­фо­гра­фи­че­ские ошиб­ки», и я, на него упо­вая, не со­би­ра­юсь ни­че­го учить. За­чем «ду­ра­ком на­ду­вать­ся», ес­ли он за ме­ня всё сам сде­ла­ет? Но ко­гда на­чи­на­ешь пи­сать сам, от ру­ки, по­па­да­ешь в ло­вуш­ку.

ГЛАВ­НОЕ ОРУ­ЖИЕ ВО ВСЕХ ВОЙ­НАХ

- И как ис­пра­вить эту си­ту­а­цию? Как вер­нуть в стра­ну нор­маль­ный рус­ский язык?

- Вер­нуть рус­ский язык мож­но толь­ко воз­вра­ще­ни­ем рус­ско­го со­зна­ния до­мой. По­ка мы толь­ко по до­ро­ге до­мой. Нетвёр­дость ду­ши - нетвёр­дость на­пи­са­ния сло­ва. Сей­час ухо­дит что-то силь­ное, поч­вен­ное, как ухо­дит зем­ля, за­тап­ли­ва­е­мая Бо­гу­чан­ской ГЭС. Толь­ко здесь то­нут не гек­та­ры зем­ли, а наш язык.

Пом­ни­те, Ах­ма­то­ва пи­са­ла та­кую клят­ву в 1941-м: «Но мы сохраним те­бя рус­ская речь, ве­ли­кое рус­ское сло­во». Она понимала, что это сло­во - глав­ное наше ору­жие во всех вой­нах. Се­го­дня усто­ять про­тив санк­ций и всех вы­зо­вов ми­ра мы мо­жем не эко­но­ми­че­ским со­про­тив­ле­ни­ем, а един­ством ду­ха, един­ством сло­ва. Про­бле­ма не про­сто в грам­ма­ти­ке, в том, что на­ши де­ти не очень лов­ки в на­пи­са­нии, про­бле­ма в ду­хов­ном непо­ряд­ке внут­ри нас, по­че­му об этом так бо­лез­нен­но го­во­рит­ся. Это про­бле­ма на­ци­о­наль­ной без­опас­но­сти. И нуж­но ска­зать спа­си­бо Ба­ра­ку Оба­ме и Ан­ге­ле Мер­кель за то, что они сво­и­ми санк­ци­я­ми за­го­ня­ют нас об­рат­но в рус­ское про­стран­ство.

- И Год ли­те­ра­ту­ры то­же «за­го­ня­ет» об­рат­но? Мож­но ли за­ста­вить лю­дей чи­тать и лю­бить сло­во при­ну­ди­тель­но? Могут ли здесь по­мочь ир­кут­ские встре­чи?

- Бу­дем на­де­ять­ся, что Год ли­те­ра­ту­ры со­бе­рёт нас - быть мо­жет, от­ча­сти и при­ну­ди­тель­но. По­э­ти­че­ские встре­чи на Бай­ка­ле, на­ши ли­те­ра­тур­ные ве­че­ра - это и есть по­пыт­ки со­би­ра­ния са­мо­го рус­ско­го сло­ва. Мы же де­ла­ем од­но де­ло, они - по­э­ти­че­ское, мы - про­за­и­че­ское, но од­но. И я на­де­юсь, что од­на­ж­ды съе­дем­ся все вме­сте: пи­са­те­ли, по­эты и му­зы­каль­ный фе­сти­валь Де­ни­са Ма­цу­е­ва. То­гда Ир­кутск на од­ну неде­лю ста­нет ли­те­ра­тур­ной сто­ли­цей России и все вдруг пой­мут, ка­кая мощь, си­ла и власть та­ит­ся в этой как буд­то бы окра­ине.

Да­вай­те в ме­ру сил про­дол­жим де­лать то, что де­ла­ем, - с лю­бо­вью и бе­реж­но­стью за­ла к тем, кто вы­хо­дит на сце­ну и с та­ки­ми же чув­ства­ми к зри­те­лям от тех, кто вы­сту­па­ет, что­бы та связь, ко­то­рая на­ла­ди­лась здесь, мо­жет быть - впер­вые в России, так и дер­жа­лась. То­гда мы вы­бе­рем­ся из всех пе­ре­де­лок ми­ра.

В. РАС­ПУ­ТИН НИ РА­ЗУ НЕ ВЫ­СТУ­ПИЛ НА ВЕ­ЧЕ­РАХ, НО БЫЛ ЕГО КА­МЕР­ТО­НОМ.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.