ПОЗД­НЕЕ ЗА­ЖИ­ГА­НИЕ

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА - Свет­ла­на ЛАТЫНИНА

ГОСТЬ НО­МЕ­РА

ПЛА­МЯ ТА­ЁЖ­НЫХ ПО­ЖА­РОВ МИ­НУВ­ШЕ­ГО ЛЕ­ТА В ОЧЕ­РЕД­НОЙ РАЗ ОЗА­РИ­ЛО ГЛАВ­НУЮ ПРО­БЛЕ­МУ, ОТ КО­ТО­РОЙ СТРА­ДА­ЕТ ЛЕС­НОЕ ХО­ЗЯЙ­СТВО СТРА­НЫ, - НА­ШУ НЕСПО­СОБ­НОСТЬ ПО­ГА­СИТЬ ОГОНЬ В ЗА­РО­ДЫ­ШЕ И НЕ ДАТЬ ЕМУ РАЗ­РАС­ТИСЬ.

В со­вет­ское вре­мя дей­ство­ва­ла мощ­ная си­сте­ма ави­а­ци­он­ной охра­ны ле­сов. То­гда воз­душ­ные су­да па­ра­шю­ти­стов-де­сант­ни­ков от­прав­ля­ли да­же на са­мые мел­кие оча­ги, что­бы лик­ви­ди­ро­вать по­жа­ры на ран­них ста­ди­ях. Се­го­дня же авиа­ле­со­охра­ну от­прав­ля­ют ту­шить лес то­гда, ко­гда огонь во­всю бу­шу­ет. О том, по­че­му мы не мо­жем мобилизоваться и до­пус­ка­ем раз­гу­ла сти­хии, «АиФ в ВС» рас­ска­зал опыт­ный по­жар­ный, ин­струк­тор де­сант­но-по­жар­ной груп­пы Усть-Илим­ско­го от­де­ле­ния Ир­кут­ской авиа­ба­зы Александр ВИЛКОВ.

КО­ГДА ТУ­ШИ­ЛИ

КО­СТ­РЫ

- Александр Пет­ро­вич, этим ле­том ва­ша груп­па ра­бо­та­ла на са­мых слож­ных оча­гах, ко­то­рые дей­ство­ва­ли в За­бай­ка­лье, Бу­ря­тии, Ир­кут­ской об­ла­сти. Дей­стви­тель­но ли, что к ту­ше­нию вас при­вле­ка­ли уже то­гда, ко­гда по­жа­ры вы­хо­ди­ли из-под кон­тро­ля?

- Су­ди­те са­ми: до Чи­ты из Усть­И­лим­ска мы три дня еха­ли на ав­то­бу­се. О ка­кой опе­ра­тив­но­сти мо­жет ид­ти речь? По­том че­ты­ре дня ра­бо­та­ли на по­жа­ре и три дня еха­ли на­зад. Бы­ва­ли слу­чаи, ког- да на пожар мы при­ле­та­ли че­рез неде­лю по­сле его на­ча­ла. Из-за несвое­вре­мен­ной мо­би­ли­за­ции сил, по­жа­ры и рас­про­стра­ня­ют­ся на боль­шие пло­ща­ди - нам по 20 с лиш­ним ки­ло­мет­ров пеш­ком при­хо­дит­ся пре­одо­ле­вать по кром­ке.

Рань­ше ра­бо­та­ли опе­ра­тив­нее, огонь ведь не сто­ит на ме­сте, не ждёт нас, это сти­хия, ко­то­рая с каж­дой ми­ну­той ста­но­вит­ся силь­нее. В со­вет­ское вре­мя мы ле­та­ли - се­ли в са­мо­лёт, и нас уво­зи­ли в лю­бую точ­ку Со­ю­за, че­ты­ре ча­са пу­ти - и ты уже в Ма­га­дане. То­гда си­сте­ма авиа­ле­со­охра­ны ра­бо­та­ла на упре­жде­ние, по­че­му и ма­те­ри­аль­ная ба­за бы­ла мощ­ная, бы­ло раз­ви­то авиа­пат­ру­ли­ро­ва­ние. За­да­чи ста­ви­лись не да­вать ог­ню рас­про­стра­нить­ся. Мы ту­ши­ли ма­лень­кие оча­ги вплоть до ко­ст­ра. Вы пред­став­ля­е­те, по во­семь-де­сять ча­сов в са­мо­лё­те ле­та­ли, на­хо­ди­ли эти оча­ги, спус­ка­лись, ту­ши­ли. По­том па­ра­шю­ти­стов вы­во­зи­ли на дру­гой пожар, а на этом - по­ту­шен­ном - ещё до пя­ти дней ра­бо­та­ли де­сант­ни­ки, ока­ра­у­ли­ва­ли.

На­шу служ­бу да­же в вой­ну не рас­пус­ка­ли, па­ра­шю­ти­ста­ми ра­бо­та­ли жен­щи­ны, ко­гда муж­чин на фронт за­би­ра­ли. Зна­чит, ну­жен был Со­вет­ско­му Со­ю­зу лес, а сей­час его по всей стране рас­хи­ща­ют, во­ру­ют день и ночь. По­че­му ру­чьи вы­сы­ха­ют? По­то­му что лес ва­лят всю­ду без огра­ни­че­ний и де­ре­вья сво­и­ми кор­ня­ми не дер­жат во­ду.

- Го­во­рят, что за пост­со­вет­ский пе­ри­од чис­лен­ность па­ра­шю­ти­стов-де­сант­ни­ков толь­ко в Ир­кут­ской об­ла­сти со­кра­ти­лась в три ра­за…

- А в де­сант­ни­ки ни­кто не идёт. Зар­пла­та и рань­ше бы­ла неболь­шая, мы ни­ко­гда не сла­ви­лись се­рьёз­ной опла­той, в со­вет­ское вре­мя по­лу­ча­ли оклад 90 руб­лей, но по­сто­ян­но бы­ли в ра­бо­те, у нас за се­зон слу­ча­лось три-че­ты­ре ко­ман­ди­ров­ки по 40-45 дней. А сей­час мож­но во­все без де­ла про­си­деть, осо­бен­но в на­шем уг­лу, по­то­му что вез­ти нас из Усть-Илим­ска до­ро­го - час арен­ды вер­то­лё­та сто­ит боль­ше 100 тыс. руб. Мы и у себя в Усть- Илим­ске уже арен­да­то­рам лес не ту­шим, по­то­му что они пла­тить не хо­тят, пы­та­ют­ся спра­вить­ся сво­и­ми си­ла­ми. Что из это­го вы­хо­дит - са­ми ви­ди­те.

В Усть-Илим­ском от­де­ле­нии авиа­ба­зы в кон­це 80-х бы­ло по­чти 50 па­ра­шю­ти­стов, 46 де­сант­ни­ков,ше­сть­лёт­чи­ков­на­блю­да­те­лей, груп­пы быстрого реагирования. Се­го­дня у ме­ня в груп­пе остал­ся один па­ра­шю­тист. Он уже лет во­семь ра­бо­та­ет, а у него все­го один про­из­вод­ствен­ный пры­жок был, всё осталь­ное вре­мя про­ра­бо­тал де­сант­ни­ком. Лю­ди не идут: зар­пла­та ма­лень­кая, работа тя­жё­лая, и не каж­до­му это да­но, ведь на­до ис­кренне лю­бить при­ро­ду, пе­ре­жи­вать за неё.

ПОДДАДИМ ОГОНЬКУ

- А мо­же­те опре­де­лить на ме­сте при­чи­ны по­жа­ра?

- Ко­неч­но. Ес­ли он слу­чил­ся от гро­зы, то это по­нят­но по раз­бро­сан­ным щеп­кам и по рас­ко­ло­тым от раз­ря­да де­ре­вьям. Обыч­но от гро­зы пожар воз­ни­ка­ет не сра­зу. Воз­го­ра­ние мо­жет на­чать­ся че­рез два-три дня и да­же по­сле до­ждя - сна­ча­ла мо­жет тлеть, а че­рез неде­лю раз­го­реть­ся. А посколь­ку об­лё­тов прак­ти­че­ски нет, вот на та­ких ста­ди­ях оча­ги и про­пус­ка­ют. И из кос­мо­са их от­сле­дить невоз­мож­но из-за очень ма­лень­кой пло­ща­ди.

Ан­тро­по­ген­ный фак­тор то­же оче­ви­ден, при­чём че­ло­век в сво­ём по­ве­де­нии до­хо­дит до без­рас­суд­ства. Весь­ма без­об­раз­ную кар­ти­ну мы на­блю­да­ли, ко­гда ту­ши­ли пожар на Ма­лом Мо­ре: лес го­рит, а ту­ри­сты в вет­ре­ную по­го­ду за­пус­ка­ют ки­тай­ские фо­на­ри­ки, хо­дят по соп­кам и раз­во­дят ко­ст­ры. Ве­се­лят­ся так, что от­дох­нуть невоз­мож­но. Мы че­ты­ре дня ту­ши­ли и прак­ти­че­ски не спа­ли, по­то­му что из-за фей­ер­вер­ков и гу­ля­нок бы­ло не уснуть.

Очень мно­гим лю­дям тай­га без­раз­лич­на, а вот соб­ствен­ный от­дых нет. Ту­ри­сты на Ма­лом Мо­ре ещё и воз­му­ща­лись, упре­ка­ли нас в том, что мы, по­жар­ные, на­хо­дим­ся на ме­сте ту­ше­ния, а дыма всё рав­но мно­го - зна­чит, не ра­бо­та­ем. Мы ещё и ви­но­ва­ты­ми оста­лись - не обес­пе­чи­ли ту­ри­стам усло­вия для спо­кой­но- го от­ды­ха. А по­про­буй сде­лай им за­ме­ча­ние… Для это­го на­до в лес с ОМОНом вы­хо­дить.

Я пом­ню, ка­ким был Бай­кал 20 с лиш­ним лет на­зад, ко­гда ещё не все бе­ре­га за­стро­и­ли, ко­гда ка­мень по бе­ре­гу не об­рос ти­ной, сей­час-то он весь скольз­кий. Смот­ришь: Бай­кал штор­мит - ка­жет­ся, что он пы­та­ет­ся себя очи­стить, а его тут же осквер­ня­ют. Ино­гда да­же воз­ни­ка­ет мысль, что луч­ше уж в неко­то­рых ме­стах дей­стви­тель­но вы­жечь всё.

ОГОНЬ - СПА­СЕ­НИЕ?

- Все­гда ли лес­ной пожар - это раз­ру­ше­ние? Бы­ва­ют ли по­жа­ры на поль­зу?

- Мож­но ска­зать, что бы­ва­ют. Ко­гда мы этим ле­том ту­ши­ли лес в рай­оне Бух­ты Пес­ча­ной, ви­де­ли хо­ро­ший кед­рач. Но его ни­кто не опы­ля­ет, не смот­рит за ним, и там рас­про­стра­ня­ет­ся шел­ко­пряд. По­это­му для дан­но­го кед­ра­ча пожар да­же во бла­го - ес­ли не сго­рит, шел­ко­пряд всё рав­но съест. В со­вет­ское вре­мя ши­ро­ко про­во­ди­лись ле­со­па­то­ло­ги­че­ские об­сле­до­ва­ния. И мы этим то­же за­ни­ма­лись - ве­ли учёт боль­но­го ле­са, ес­ли где-то об­на­ру­жи­ва­лась эпи­де­мия, при по­мо­щи авиа­ции про­во­ди­ли хи­ми­че­скую об­ра­бот­ку. А те­перь - ко­гда этот кед­рач вы­рас­тет? Мо­жет, лет че­рез 150, а мо­жет, и во­об­ще не вы­рас­тет.

А во­об­ще, по­жа­ры все­гда бы­ли. Не зря го­во­рят: где мол­ния за­жгла, это не­слу­чай­но. Зна­чит, бо­ле­ет там лес, зна­чит, на­до вы­жечь его, что­бы вы­рос но­вый.

БОЛЬ­ШИН СТВУ ТУ­РИ­СТОВ ПО­ЖА­РЫ НИПОЧЁМ.

Фото Ни­ко­лая ТАР­ХА­НО­ВА

Лес го­рит - по­жар­ных не хва­та­ет.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.