УШЛИ НА ВЗЛЁ­ТЕ

AiF v Vostochnoy Sibiri (Irkutsk) - - ПЕРВАЯ СТРАНИЦА -

Тра­ге­дия слу­чи­лась в про­фес­си­о­наль­ный празд­ник ра­бот­ни­ков граж­дан­ской авиа­ции. Но это не глав­ная «зло­дей­ская шут­ка». «Ско­рая по­мощь», ко­то­рая вез­ла по­стра­дав­ших в боль­ни­цу, по­па­ла в ава­рию, и те, кто не по­гиб в са­мо­лё­те, скон­ча­лись на ме­сте ДТП. О ка­та­стро­фе в со­вет­ской прес­се не на­пи­са­ли ни строч­ки, ведь то­гда не при­да­ва­ли оглас­ке та­кие ве­щи, лишь «Го­лос Аме­ри­ки» со­об­щил о тра­ге­дии че­рез несколь­ко дней. А по­том о про­ис­ше­ствии как-то не вспо­ми­на­ли. Но до сих пор не за­бы­ва­ют об этом те, кто чу­дом уце­лел в том 76-м.

ВЫ­ЖИВ­ШИЕ

- един­ствен­ный выживший член эки­па­жа ро­ко­во­го рей­са 3739 «Аэро­фло­та». 9 фев­ра­ля в од­ну ми­ну­ту она по­те­ря­ла один­на­дцать кол­лег. Они по­хо­ро­не­ны на Ра­ди­щев­ском клад­би­ще, на их па­мят­ни­ках ука­за­но: «Тра­ги­че­ски по­гиб». Каж­дый год - все со­рок лет - в свой про­фес­си­о­наль­ный празд­ник ир­кут­ские авиа­то­ры при­но­сят цве­ты на их мо­ги­лы.

Га­лине Алек­се­евне то­гда ис­пол­нил­ся 31 год, за пле­ча­ми - по­чти 11 лет ра­бо­ты в авиа­ции. Она не долж­на бы­ла ле­теть зло­по­луч­ным рей­сом, но при­шлось под­ме­нить кол­ле­гу. Го­во­рит, что ни­ка­ких пред­чув­ствий не ощу­ща­ла, бе­ды ни­что не пред­ве­ща­ло, всё шло сво­им че­ре­дом: борт­ме­ха­ник го­то­вил са­мо­лёт, борт­про­вод­ни­ки за­гру­жа­ли ба­гаж, при­ни­ма­ли пи- та­ние, рас­са­жи­ва­ли пас­са­жи­ров, ко­то­рых, по сло­вам мо­ей со­бе­сед­ни­цы, ока­за­лось 100 че­ло­век. 99 за­ня­ли пас­са­жир­ские крес­ла, а од­но­го взя­ли до Но­во­си­бир­ска, уса­див на ди­ван­чик. В 8 ча­сов 14 ми­нут на­ча­ли взле­тать.

- У ме­ня пу­го­вич­ка от­ле­те­ла, и я за­шла в за­ку­ток, что­бы при­шить, вдёр­ну­ла нит­ку в игол­ку, по­ло­жи­ла на стол, а ко­гда пи­джак сни­ма­ла, смах­ну­ла. На­кло­ни­лась - и в это вре­мя гро­хот… Я услы­ша­ла кри­ки… и по­те­ря­ла со­зна­ние, - вспо­ми­на­ет Га­ли­на Алек­се­ев­на. - Оч­ну­лась в об­лом­ках, уви­де­ла спа­са­те­ля, по­про­си­ла его по­мочь мне осво­бо­дить за­стряв­шую но­гу и опять по­те­ря­ла со­зна­ние. Вто­рой раз оч­ну­лась, ко­гда ме­ня вы­та­щи­ли из об­лом­ков, а по­том уже толь­ко в боль­ни­це при­шла в се­бя.

Га­ли­на Алек­се­ев­на пом­нит, что на ча­сах бы­ло 8.17, ко­гда всё про­изо­шло. Са­мо­лёт рух­нул сра­зу по­сле взлё­та, но с ка­кой высоты - точ­ной ин­фор­ма­ции об этом нет, по край­ней ме­ре - в от­кры­тых ис­точ­ни­ках. В од­них ука­за­но, что лай­нер упал с 30 мет­ров, в дру­гих - с 80, в тре­тьих - при­мер­но с 200 мет­ров. Пас­са­жир то­го рей­са Ана­то­лий ЗА­СЯД­КО, ко­то­ро­го нам уда­лось най­ти, вспо­ми­на­ет, что ко­гда смот­рел на зем­лю из ил­лю­ми­на­то­ра, де­ре­вья бы­ли раз­ме­ром со спи­чеч­ный ко­ро­бок, зна­чит, вы­со­та, по его мне­нию, бы­ла уже в несколь­ко со­тен мет­ров.

Ана­то­лий Алек­се­е­вич, в ту по­ру мо­ло­дой пре­по­да­ва­тель по­ли­тех­ни­че­ско­го ин­сти­ту­та, а ныне про­фес­со­ру ИРНИТУ, ле­тел тем рей­сом в Ле­нин­град. Ему уда­лось спа­стись од­но­му из пер­вых вме­сте с дру­гом. Он до сих пор пом­нит номер ря­да - 17-й, в ко­то­ром си­дел. Это по­чти в кон­це са­ло­на.«Ко­гда фю­зе­ляж раз­ру­шил­ся, об­ра­зо­ва­лось от­кры­тое про­стран­ство - вы­ход в по­ле, моё си­де­ние как раз подъ­е­ха­ло к это­му раз­ло­му, ре­мень от­стег­нул­ся, и си­лой инер­ции ме­ня вы­толк­ну­ло на­ру­жу, - рас­ска­зы­ва­ет Ана­то­лий Алек­се­е­вич. - Ко­гда вы­ско­чи­ли, са­мо­лёт ле­жал, од­но шас­си бы­ло оторвано, кры­ло по­те­ря­но, фю­зе­ляж разрушен, дви­га­тель ды­мил­ся. Страш­ная кар­ти­на, от ко­то­рой мы с дру­гом хо­те­ли убе­жать быст­рее и даль­ше».

В 2011 го­ду, ко­гда ис­пол­ни­лось 35 лет со дня ка­та­стро­фы, в на­шу ре­дак­цию при­шло пись­мо от пас­са­жи­ра то­го рей­са Вик­то­ра Чер­во­ни­на. Он пи­сал, что в год тра­ге­дии ему бы­ло 36 лет. Счи­та­ет, что его жизнь спас­ла борт­про­вод­ни­ца Га­ли­на Уша­ко­ва. «Пом­ню, я не успел при­стег­нуть­ся и она, про­хо­дя из ка­би­ны пи­ло­та, ска­за­ла мне обя­за­тель­но при­стег­нуть ре­мень. Воз­мож­но, это и по­мог­ло спа­стись, - пи­сал Вик­тор Ми­хай­ло­вич. - Ещё то­гда остал­ся в жи­вых мо­ло­дой муж­чи­на - школь­ный учи­тель из Ха­ри­ка. Сре­ди уце­лев­ших точ­но бы­ла и мо­ло­дая де­вуш­ка, спортс­мен­ка. Она, ка­жет­ся, за­ни­ма­лась конь­ко­беж­ным спор­том и при­ле­та­ла в Ир­кутск на ка­ки­е­то со­рев­но­ва­ния. Она по­лу­чи­ла трав­му по­зво­ноч­ни­ка, и ко­гда со­би­ра­лась уле­тать до­мой, за­хо­ди­ла к нам в па­ла­ту по­про­щать­ся. Воз­мож­но, кро­ме нас был ещё кто-то спас­ший­ся в ава­рии. О тех со­бы­ти­ях до сих пор мы зна­ем слиш­ком ма­ло…»

СУДЬ­БА ИЛИ СЛУ­ЧАЙ?

Дей­стви­тель­но, све­де­ния о ка­та­стро­фе весь­ма скуд­ные. Рас­хо­дят­ся дан­ные о чис­ле по­гиб­ших - офи­ци­аль­но их зна­чит­ся 24, но так же есть ин­фор­ма­ция, что не вы­жи­ли 70 че­ло­век. До­сто­вер­но из­вест­но лишь, что ед­ва са­мо­лёт ото­рвал­ся от по­ло­сы и под­нял­ся в воз­дух - его на­кре­ни­ло. Го­во­рят - пи­ло­ты изо всех сил рва­ли штур­вал, что­бы вы­ров­нять суд­но. На вскры­тии по­том уви­де­ли, что у них по­рва­ны су­хо­жи­лия. Из­вест­но, что упав­шую ма­ши­ну ещё та­щи­ло по зем­ле и что пи­ло­ты успе­ли от­клю­чить топ­лив­ную си­сте­му, ина­че бы на­чал­ся по­жар и жи­вых во­об­ще мог­ло не остать­ся.

Ана­то­лий За­сяд­ко счи­та­ет се­бя ма­те­ри­а­ли­стом и своё спа­се­ние в страш­ной ка­та­стро­фе на­зы­ва­ет слу­ча­ем. А вот Га­ли­на Уша­ко­ва, на­про­тив, уве­ре­на, что это судь­ба. Для неё тот рейс стал по­след­ним в про­фес­си­о­наль­ной де­я­тель­но­сти: по со­сто­я­нию здо­ро­вья её спи­са­ли с лёт­ной ра­бо­ты. В боль­ни­це она про­ле­жа­ла три ме­ся­ца, в це­лом на ле­че­ние ушло боль­ше трёх лет. А ведь сна­ча­ла её да­же счи­та­ли по­гиб­шей. Де­ло в том, что в са­мо­лё­те ока­за­лись три жен­щи­ны с фа­ми­ли­ей Уша­ко­ва, и од­ну из них, ко­то­рая по­гиб­ла, пе­ре­пу­та­ли со стю­ар­дес­сой... По­дру­га Га­ли­ны Алек­се­ев­ны - Люд­ми­ла ЛАВРЕНЕНКО, то­же быв­ша­яборт­про­вод­ни­ца, вспо­ми­на­ет, как ис­ка­ла по­стра­дав­шую в кли­ни­ке: - Она бы­ла в ре­ани­ма­ции, ме­ня не пус­ка­ли ту­да. А один дя­деч­ка - то ли са­ни­тар, то ли кто ещё - дал ха­лат, я на­ки­ну­ла его, бро­си­ла под ка­кой-то ди­ван свои са­по­жон­ки и бо­си­ком про­бе­жа­ла к ней. Вот так - по­пар­ти­зан­ски. Ко­гда Га­ли­ну уви­де­ла, мне дур­но ста­ло - вся за­мо­та­на, го­ло­ва пе­ре­вя­за­на, но­га од­на под­вя­за­на. А по­гиб­ший в этой ка­та­стро­фе ко­ман­дир эки­па­жа Иван Сви­сту­нов был хо­ро­шим дру­гом мо­е­го от­ца, я то­гда впер­вые ви­де­ла у па­пы слё­зы на гла­зах.

В об­ще­стве есть мне­ние, что ир­кут­ский аэро­порт - это некая ано­маль­ная зо­на, по­это­му здесь так ча­сто про­ис­хо­дят авиа­ци­он­ные ка­та­стро­фы. Од­на­ко ни Га­ли­на Уша­ко­ва, ни Люд­ми­ла Лаврененко та­кую точ­ку зре­ния не раз­де­ля­ют. Они счи­та­ют, что у каж­дой тра­ге­дии есть вполне объ­яс­ни­мые при­чи­ны. Дру­гое де­ло, что со­об­ща­ют о них не все­гда. Офи­ци­аль­но при­чи­на­ми ка­та­стро­фы 1976 го­да объ­яв­ле­ны несим­мет­рич­ная за­прав­ка са­мо­лё­та топ­ли­вом и ошиб­ки эки­па­жа при взлё­те, но участ­ни­ки тех со­бы­тий счи­та­ют, что нам так и не ска­за­ли, из-за че­го же на са­мом де­ле упал Ту-104. И мы мо­жем об этом толь­ко до­га­ды­вать­ся.

АВИА КА­ТА­СТРО­ФА ПРО­ИЗО­ШЛА В ДЕНЬ ГРАЖ ДАН­СКОЙ АВИА­ЦИИ.

Свет­ла­на ЛАТЫНИНА

Ир­кут­ские авиа­то­ры чтят па­мять сво­их по­гиб­ших кол­лег.

Newspapers in Russian

Newspapers from Russia

© PressReader. All rights reserved.